Глава 1. Мы - в канаде

главная

Итак, мы вступили на канадскую землю. В Ванкувере процедура въезда оказалась довольно простой, отработанной за долгие годы приема иммигрантов со всех стран мира. Пройдя небольшое интервью в иммиграционном отделе перед выходом из аэропорта, мы сразу же получили статус постоянных жителей Канады.¹ До этого мы по разику уже бывали в Канаде. Жена - по приглашению сына ездила к нему в гости. Я - в составе делегации также был в Ванкувере. Естественно, тогда нас встречали и принимали на высшем уровне. Я был очарован людьми, улыбками, городом. Чувствовалось, что это процветающая страна. На мой вопрос, какие же проблемы есть в Канаде, отвечали, что в основном с парковками машин в даунтаунах. "Нам бы ваши проблемы" - подумалось тогда.

И вот мы в этой стране. Обычного шока, какой испытывают русские перед заграницей, мы, естественно, не пережили. Более того, мы даже удивились грязноватости Калгари (правда, в Канаду мы приехали сразу после моей контрактной работы в Японии), а также старым машинам, почти развалюхам, и все сравнивали свои первые ощущения после последней "страны пребывания". Ну, и сервис не такой навязчивый, как опять же в той Восходящей. Таким образом "визитная карточка" Канады в нашем новом состоянии несколько отличалась от наших первых впечатлений визитов по гостевым визитам.

Поскольку нас теперь никто не встречал и не провожал, то нам, естественно, нужна была какая-то информация, куда идти со своими вопросами об оформлении права на работу, пользования медицинским обслуживанием и всем социальным вопросам и гарантиям. Сына, с которым мы воссоединялись (и прибыли к нему в Калгари), не было в это время в Канаде, русской общины мы не нашли, опыт в устройстве на работу отсутствовал, знакомых у нас не было². То есть, сложилась типичная ситуация - опора на собственные силы - что отличает многих россиян, прибывающих для покорения Америки.

Началось...

Поиск работы

Наслышавшись об обязательности североамериканцев и их пунктуальности (расписанная по часам жизнь на годы вперед), я надеялся на обещание практической помощи в устройстве на работу от канадцев - профессоров трех университетов (и некоторых очень известных ученых в США), с которыми встречался в Москве, Владивостоке и на многих международных конференциях. Я, конечно же, знал о трудностях с устройством на работу, но не мог предположить, что все обернется самым неожиданным образом.

Вице-президент Калгорийского университета, с которой я познакомился на одной из конференций в Фонде Горбачева в Москве обещала (в Москве) помочь с работой. Свое намерение она подтвердила и в письме в Японию. Так что я, заручившись обещанием практической помощи, ринулся штурмовать главную высоту - нахождение работы.

Дозвонился до ее секретаря, и получил ответ, что профессор сможет принять меня только через две недели. Я крайне удивился такому большому сроку. Вскоре я перестал удивляться этому. Хотя действительно режим работающих канадцев расписан по дням, тем не менее, в затяжках времени встреч кроется некий ритуал, демонстрирующий сверхзагруженность человека. На самом деле это может быть и не так, но надо блюсти правила игры. В дальнейшем я много раз убеждался, как люди, глядя в пустые календари, говорили о своей загруженности на N время.³

Через две недели у меня, наконец, состоялась встреча с профессором К. Она выслушала меня с большим интересом, сказав, что постарается помочь. Даже попросила резюме - краткую биографию, чтобы куда-то там разослать. Сказала, чтобы я звонил (не позвонил тогда-то, а звонил). Я покинул ее с воодушевлением, решив, что проблема с работой уже решена. Звоню через неделю. Сказали, что результатов еще нет. Звоню через другую - то же самое. Когда я позвонил через следующую неделю и услышал тот же самый ответ, меня вдруг осенило, что профессор выкинула меня из головы, как только я покинул ее кабинет. Неприятное озарение, к сожалению, подтвержденное последующий практикой. Я хочу еще раз повторить, что пожелание помочь на Западе совсем не означает реальной помощи; скорее это ритуал вежливости - важный элемент культуры западного человека.

Я понял, что надо полагаться только на себя и решил разослать резюме и сопроводительные письма в различные университеты Канады.⁴ Кроме того, я направил письмо на имя тогдашнего премьера Канады - Малруни с просьбой профинансировать организацию русско-канадского института, расписал цели и задачи. Подобного института нет в Канаде.⁵

Из канцелярии премьер-министра очень быстро пришло уведомление, что деньги, предназначенные на помощь России, уже исчерпаны с подробным списком на что они ушли.

Симптоматично, что это письмо положило начало повороту от надежд на применение своих возможностей (реализация невостребованности, как это называют в России) к реальному пониманию своего положения в новой жизни.

Через некоторое время я начал получать вежливые отказы почти отовсюду: мест нет. Правда, в это время, то есть в мае, действительно кампания по найму преподавателей в университеты на вакантные места завершилась. В Калгари больше оставаться не было смысла, поскольку по моей прямой специальности мест для работы не было, да и город ориентирован больше на бизнес, чем на науку. Мы решили уехать из Калгари в Ванкувер, поскольку я знал, что город большой с множеством возможностей.

Приехав в Ванкувер (жена приехала несколько позже), я обнаружил много нищих, грязных, оборванных, окуренных людей. Мелькнуло в мозгу: вот тебе и процветание, скорее похоже на вырождение. Хотя, после разговора с одним из уличных алкашей, выяснил, что такие как он и не собираются "процветать". Бродячая уличная жизнь им во стократ милее, по его выражению, "жизни по правилам". Короче, свобода дороже.

Я быстро снял "односпальную" квартиру (по-нашему, двухкомнатную), что не составило труда, которая на двоих казалась вполне приемлемой, если исходить из наших советских стандартов. Но когда затем приехала жена, она обнаружила в этой квартире кучу тараканов и, самое ужасное для нее, мышей. Я никогда не думал, что у капиталистов могут быть тараканы и мыши в квартирах. Естественно, Валя закручинилась, но быстро нашла другую квартиру, точнее уже дом двух с половино-этажный с гаражом, совершенно новый, розовый и четырехкомнатный с верандой на крыше, со всеми необходимыми причиндалами для хозяйки (мойка, сушка, стирка). Я хочу заметить, что люди здесь не привязаны к месту проживания. Можно жить там, где захочешь, рассчитывая свои доходы. Наш переезд и оформление всех бумаг, включая перевод почты, телефона и фактического переезда занял меньше суток. "Делили" мы этот дом с сыном, но поскольку он подолгу отсутствовал из-за своих командировок в Россию, практически и не жил здесь. Мы решили перебраться в жилье поменьше. Переехали в прекрасную трехкомнатную квартиру в одном из лучших районов города. Дворик дома напоминал японский садик с большим, правда, бассейном посередине и площадкой для игры в гольф, а также все необходимые удобства вплоть до моечной машины и сауны.

Русский английский язык

Еще в Калгари я обнаружил, что мой английский, мягко говоря, не тянет, то есть, никуда не годится. Это меня привело в состоянии шока. Оказалось, что одно дело выступать на конференциях с докладами на английском, и другое общаться с народом, которому нет дела до твоих знаний. Во-первых, меня "выводили из строя" телефонные разговоры, которые я практически не понимал. Во-вторых, я был в полном шоке, когда, начав ходить на курсы для получения водительских прав, я понял, что просто потерял деньги, поскольку я почти ничего не мог понять. Правда, специфика тут состояла в том, что я ходил в группу с "молодняком", язык которых я и в России не очень-то знал. Стало ясно, что без специальных курсов английского языка не обойтись. Поскольку Канада - иммигрантская страна, то курсов этих у них пруд пруди. Для начинающих они бесплатные. Но мы на них не попали, так как на специальных экзаменах-тестах мы с женой получили высшие баллы. Здесь нужно отметить, что преподаватели стараются завышать оценки именно на таких тестированиях, поскольку это дает им право отправить претендентов на платные курсы уровнем повыше, часто при том же колледже. Более того, поскольку мы приехали по семейному классу и имели спонсора, на нас не распространялась ни одна скидка. Так что дальнейшее совершенствование требовало денег. Мы заплатили по 300 долларов за каждого и проучились месяц при каком-то центре, затем я заплатил еще 1200 долл. и закончил четырехмесячные курсы Canadian Business English Institute. Честно говоря, эти курсы нисколько не улучшили мой английский язык. Не заметил я, чтобы он улучшился и у других студентов. Это не потому, что были плохие учителя, а просто потому, что после какого-то уровня знаний дальше тебя может доучить только жизнь, только общение и чтение литературы.

Вспомнилось обучение английскому в России. О школе я вообще не говорю: там и учителя не знают языка, впрочем, также как и в институтах. Испытываешь чувство неловкости за российских политиков, дающих интервью "на английском" какому-нибудь западному журналисту. Уверен, что ни один американец или канадец все равно их не понимает.

Однажды Бернард Шоу сказал, что англичане и американцы - это два народа, которых разделил один и тот же язык. Дело в том, что американский кардинально отличается от английского уже своим произношением, поскольку звуки рождаются не в груди как в европейских языках, в том числе в английско-английском, а во рту, отчасти в гортани, что придает звучанию "носальность" или "нозальность", по-нашему, гнусавость. В американском также иная и связка слов, и интонация, все то, что называется American accent. Поэтому транскрипции в словарях Мюллера или Гальперина и Мельниковой почти не отражают реального американского произношения. Например, фраза Don't you like it? совсем не произносится как Доунт ю лайк ит. Надо - Донча лайкит. Или такой классический пример: Betty bought a bit of better butter звучит в русской транскрипции приблизительно так: Бэди ба да бида бэдер бадер. Короче, язык выучить за пределами страны практически невозможно.

В этой связи хочу обратить внимание русских на одну серьезную вещь: американцы не просто любят, не просто обожают свой язык, они наслаждаются им. Они гордятся своим языком. И в общем-то не признают другие языки в принципе. Плохое знание языка является одной из важнейших причин неудачи в поисках работы у русских. Почти у всех у них остается российский прононс, который американцы называют "варварским акцентом", и узкий словарный запас, который может пополняться главным образом за счет чтения большого количества американо-канадской литературы, начиная с детских сказок.

Ну, как жизнь? - Отлично!

Личная практика жития здесь привела меня к неожиданному и для меня самого очень важному выводу: рыночная экономика и демократия Западного образца никогда не приживутся в России. И дело здесь отнюдь не в коммунистах. Дело в самом русском народе, в его культуре, в его способе мышления, по научному говоря, в его ментальности, а говоря по-русски, в умострое.

Чтобы понять разницу, я опишу, естественно, в обобщенном виде некоторые характерные черты североамериканской культуры. И хочу начать, как мне кажется, с самого главного - диктатуры личности, индивидуальности западного человека.

Я обратил внимания на такую странность: на визитных карточках россиян, японцев, китайцев на первом месте стоит фамилия, затем имя и отчество. В США и Канаде на любых документах, в том числе и на визитках, на первом месте стоит имя и только затем фамилия. То же самое происходит, когда вас знакомят: сначала имя, затем фамилия. И это не случайно. Это означает, что имя значительно важнее фамилии, поскольку оно связано непосредственно с твоей личностью, а фамилия - с твоими родителями, родственниками и т.д. Окружающих практически не интересует твоя родословная, откуда ты, из какого рода, богатого, бедного, знаменитого или нет. Для них важен конкретно ты как личность, то есть твое имя. Отсюда все и начинается.

Личность оберегается всеми писанными и неписанными законами. И проявляется это на каждом шагу, начиная с движения по улице. Я сравниваю свой московский опыт вождения машины и здешний. Здесь, если пешеход ступил на проезжую часть, даже на красный свет, ты обязан остановиться, пропустить его вперед. Весь поток машин на улице замирает, если пешеход переходит улицу. Не дай бог его не заметить или задеть. Я уже не говорю о детях. Там, где школы, детские сады, ясли или игровые площадки, установлены знаки, ограничивающие скорость до 30 км, которая строжайшим образом соблюдаются, не важно, есть в поле зрения контроль или нет.

Многие россияне, наверное, видели по телевизору, как американцы оберегают и пестуют калек и инвалидов. Для них создаются все условия для нормальной жизни, не просто нормальной, а преимущественной, так как они от природы имеют трудности в общении с миром. Потому что они, как и все - личности. Но ни один инвалид не вздумает даже, чтобы его пропустили вперед где бы то ни было. Он уважает себя, он - как все и не требует к себе снисхождения. Другое дело, что в любых учреждения специально созданы места для удобства общения с ними: низкие стенды, столики для оформления бумаг, специальные подъезды для инвалидных колясок и прочие удобства. Отношение к инвалиду - это один из самых ярких штрихов проявления уважения к личности. К примеру, автобусы оборудованы специальными входами, которые за секунды могут изменить свою форму для посадки человека в инвалидной коляске. Никому в голову не придет торопить водителя при посадке такого пассажира. Более того, водитель обязан подойти и закрепить инвалидную коляску ремнями безопасности. После этого автобус может продолжать путь.

Свобода личности - высший закон на Западе. Дело доходит до курьезов. Я как-то прочел в "Нью-Йорк Таймс" статью о том, как судили полицейского за то, что он силой затащил бездомных с улицы (стояли "жуткие" холода) в Дом для бездомных, где они могли согреться и поесть и, в принципе, жить. Некоторые же подали в суд на полицейского за то, что он нарушил их право на свободу жить, где они хотят. И выиграли процесс. Более курьезный пример. Судили собаку и приговорили ее к выселению из города за то, что она рычала и угрожала окружающим. Разбираются в поведении собачьей "личности", чтобы это не наносило урон человеческим личностям.

Приехав в Канаду из Японии, где все без исключения опрятно и чисто одеты, мы поразились одежде многих канадцев, особенно молодых. Они просто на нее не обращают внимания. "Молодняк" ходит в рванье, с кольцами в ушах, в носу и в бровях, и даже, извините, на пупках. Это для фана, то есть для форсу. Но удивили и взрослые, которые могут нацепить абсолютно все что попало, прохаживаясь в трусах и майке по центральным улицам города. И ничего. С одной стороны, это - свобода: что хочу, то и ношу, с другой - они полагают, в отличие от Чехова, что личность определяется не одеждой, а внутренним потенциалом человека. Один наш знакомый молодой парень, кстати, русский, давно живущий в Канаде, так объяснил свой, мягко говоря, странноватый вид: "Если кто-то захочет со мной общаться, он не обратит внимание на мой внешний облик, если же не захочет общаться из-за моего вида, значит он недалекий человек, и смысла с ним общаться тем более нет". Мне показалось в этом что-то есть.

В одном из списка правил для иммигрантов (предназначенного, видимо, для россиян) я прочел: если ваш друг попросил у вас денег взаймы, извинитесь и вложите эти деньги в дело. Как россиянам нам показалось поначалу странной такая черта североамериканцев. Здесь не принято помогать друг другу за просто так, бесплатно. Даже родители не помогают повзрослевшим детям, а дети постаревшим родителям. Позднее мы осознали, что за этой "бессердечностью" скрывается та же философия свободной личности. Любая бесплатная помощь требует обратных обязательств, тем самым делая человека несвободным. Кроме того, она унижает достоинство, поскольку как бы намекает на неполноценность человека, что, дескать, он сам не может справиться с проблемами. Поэтому детей с раннего возраста приучают к самостоятельности и независимости от любой помощи родителей, последние же в свою очередь, даже в старости, если они не богатые, предпочитают жить в домах для престарелых, а не с детьми. Правда, надо иметь в виду, что эти "дома" напоминают мне бывшие цековские дачи.

В этой же связи еще одна интересная черта: здесь (между прочим, и в Японии тоже) никогда ни на что не жалуются. Любая жалоба, с одной стороны, показатель твоей слабости, с другой - неуважение к окружающим: ты практически навешиваешь свои болячки, заставляя как бы переживать за тебя, то есть растрачивать их нервную систему. Поэтому на вопрос: Ну, как поживаешь? - даже если назавтра ты собрался помирать,- у всех один стандартный ответ: "I am fine (great)" - Отлично (Великолепно)! Если же ты добился какого-то успеха (продвижение по работе или выиграл в лотерею), все выражают неописуемый восторг. "Какой молодец, мы так и думали, что у тебя все получится". Не потому что они действительно рады за тебя, а потому что так принято реагировать.

---

1. Нужно иметь в виду, что беспошлинно в Канаду можно ввезти все свое имущество, написав заранее в 2 экземплярах бумагу с перечнем всего ввозимого по иммигрантскому статусу, вплоть до контейнера с домашними вещами, который может быть отправлен в Канаду в любое время. Эту бумагу регистрируют в аэропорту. Все ввезенное без перечня облагается налогом.
2. Уже в аэропорту мы совершили первую ошибку, не взяв пакета с рекомендациями о необходимых визитах в официальные государственные ведомства и их адреса. Типичная русская черта - "мы и так все знаем". Не забудьте! Возьмите! Там много полезной информации.
3. В этой связи я вспоминаю себя и вообще русских, которые тут же соглашаются на встречи с иностранцами, откладывая все свои дела. Что значит привычка преклонения перед иностранцами.
4. Кстати, составить резюме и письмо - это целая наука, на которых специализируются и зарабатывают специальные консультативные конторы. Существуют очень строгие правила их составления. Важно все: и форма обращения, и расположение адреса, и употребление слов, знаков препинания и так далее вплоть до сорта бумаги. Хочу добавить, что в cover letter (сопровождает резюме к обращению на работу) я написал обо всех своих научных заслугах и публикациях. Это была большая ошибка: я становился конкурентом.
5. По прочитанным работам о России я сделал вывод: несмотря на огромное количество книг, здесь воспринимают Россию как схему, без такого важного показателя для России как дух, культура россиян, либо так, как хотят видеть ее. Естественно, этого недостаточно для понимания и диалога с Россией.