X. Антихрист
Все бы ничего. За 50-100
лет страна, подтянувшись до уровня своих соседей,
мало-помалу рассталась бы и со своими новыми
комплексами недоучки. Но переучиваться немцы
начали лишь вместе с отказом от базовой
национальной ценности - ценности
александровской империи согласия и заменой этой
ценности "ценностью" компенсаторной - идеей
централизованного (то же - пирамидального)
государства.
Поскольку эта идея не
была органичной, то она повела себя как раковая
клетка, заражая весь организм германской нации и
переиначивая его под себя. Централизм здесь
приобрел отталкивающий характер "прусской"
муштры и единообразия:
"Развитие новой
Германии, каким оно представлялось Моммзену, он
чаще всего обозначал словами
"дегуманизация" и "возвращение к эпохе
варварства". Казалось, он видел - и, вероятно,
первым выразил это в столь общей форме, что в
новой империи органы духа нашего народа начинают
изменяться, а именно - становиться менее
восприимчивыми; что самобытное сочетание
внутренних свойств и интересов, определяемых
степенью образованности, ранее служившее
основанием великих свершений немцев в области
культуры, - т.е. "тип гуманиста" и его влияние,
- исчезает и на смену ему идет гораздо более
обыденное, даже просто заурядное соединение
качеств, исходя из которых первейшей личной и
конечной практической целью деятельности служит
отстаивание материальных интересов средствами
"реальной политики" и которые наиболее ярко
выражают себя в беспринципном оппортунизме и
образе поверхностного и бездушного
"аппаратчика" (Apparatmenschentum). Как раз это имел в
виду Моммзен, говоря о существующей в нашу эпоху
тенденции к дегуманизации, которая, по его
мнению, своей неубедительностью и
недостоверностью подтачивала самую способность
немцев создавать культурные ценности" (А.
Вебер).
Даже немецкая
философия приобрела какой-то казарменный,
застегнутый на все пуговицы формат. Гегель - это
готика, запертая в каземат Абсолюта и посаженная
на цепь понятий. Дух остался свободным, но он не
греет, и даже не коптит. Он светит каким-то
мертвенным светом, высвечивая гротескные
светотени.
Германский централизм,
доведенный до абсурда - это тоталитарная
идеология, это геноцид любых групп, не
укладывающихся в централистскую схему, это
готовность на любую жертву во имя этой схемы. Как
русские попытались прихлопнуть экономику с
помощью военно-экономического рывка, так и немцы
попытались уничтожить ненавистный централизм с
помощью централизации всего и вся.
Немцы быстро догоняли
соседей по богатству, экономической мощи и
военной силе, но внутренне они переродились:
"Я не хочу подробно
говорить об изменениях в характере, которые
претерпели в XIX в. не очень сильно фиксированные
немцы, и о распаде этой фиксации, которая с
ужасающей силой произошла в гитлеровское время.
Однако все-таки следует задать вопрос: как стало
возможно, что за менее чем полтора столетия в
Германии без изменения субстанции народа вместо
добропорядочного, мечтательного и добродушного
немца, как несколько свысока, но правильно
описала в гётевское время средний тип немца
мадам де Сталь, как вместо среднего типа немца
времени "поэтов и мыслителей" появился
вдруг очень реалистичный, духовно жестко
упорядоченный, готовый к действию, отнюдь не
мечтательный человек бисмарковской эры, что в
сущности представляет собой коренное изменение
типа характера? И как оказалось возможным, что за
этим последовал тот полный распад, та
дезинтеграция всех прежних задатков фиксации в
гитлеровское время, когда - не следует пытаться
это скрывать от себя - не только "наверху"
господствовала бессовестная, занимающаяся
массовыми убийствами клика гангстеров, но, что во
всяком случае не менее важно, в широких
бюргерских слоях возникло такое хаотическое
изменение народного характера, что никто не мог
быть уверен, не будет ли он предан, даже родители -
не будут ли они преданы собственными детьми"
(А. Вебер).
Бедные немцы! И бедные
соседи немцев! В 1870 году Пруссия поставила на
колени Францию. Антихрист принял
последовательно облик сначала Вильгельма II, а
потом Гитлера. В 1914 году вильгельмовская
Германия ринулась в общеевропейскую войну, но
сил не рассчитала и была повержена. В 1939 году
гитлеровская Германия, доведя до абсурда власть
над собой прусского централизма, ринулась в
мировую войну. И опять просчиталась. Мир оказался
сильнее Германии. Антихрист был побежден.
