VII. Синойкизм
Прежде, чем окунуться в
итальянскую историю, попробуем еще раз, но теперь
более точно сформулировать ценностную структуру
латинян в период "макролета" 1259-491 до н. э.
Это Эней-строитель и
политик. Это "комициальность" (вот, наконец,
точное слово и точное понятие!), т.е. решение всех
вопросов на малых собраниях, будь то сенат,
куриальная комиция или сходка членов
религиозного братства, где каждый равен в
подаваемом им голосе, но неравен в личном
значении, поскольку эти собрания являются лишь
продолжением их тесного общения или даже
общежития. Это гентильно-куриальная, в основе
своей универсалистско - "низовая",
республика, т.е. политическая структура, которая
имеет в основе своей род и курию, которая
признает народную волю в качестве основной и
конституирующей, но придает ей малые формы,
увязанные в пирамидальной иерархии.
Эней-политик строил
политическую систему, которой в следующем сезоне
предстояло воплотиться в мировую империю.
Комициальность стала универсальным способом
обеспечения социальной солидарности людей и
общин, цементом, который связывал основные
общественные блоки между собой. Комициальность
воплотилась в универсалиях римского гражданства
и римского права. Гентильно-куриальная
республика растворяла нации и племена в
латинском общинном организме, обеспечивая
экспансию и рост римского национального
организма за счет его соседей.
Каким образом?
Первоначально новое
племя становилось новой трибой, т.е. неким
союзником других, уже интегрированных в римскую
национальную общину триб, и имела свою землю и
собственную организацию. Затем, внутри этой
новой трибы, по образцу латинской, создавались
курии, как сравнительно небольшие объединения
родов по территориальному признаку.
В течение десятилетий в
куриях концентрировалось все больше функций,
ранее принадлежавших общеплеменному
(общенациональному) организму "союзника":
религиозные ритуалы, суд, принятие законов, набор
воинов и делегирование сенаторов. Через
некоторое время от ранее целостного организма
"союзного" племени оставалась лишь
оболочка, а полнокровной жизнью жили десять
составляющих его курий:
"Деятельность курии
достаточно многообразна. Ее можно довольно ясно
представить себе. В источниках нет недостатка в
упоминаниях о куриях. Древние дают этимологию
слова от cura – забота, попечение. Павел Диакон
передал нам Фестово определение курии: "Курия
– это место, где вершились общественные дела.
Калабрской курией называется такая, где
занимаются только сакральными делами. Куриями
называются также части народа, на которые его
разделил Ромул, числом 30… так что каждый в своей
курии совершал священнодействия и справлял
празднества…"Дионисий определяет курию как
греческую фратрию и лох, греческими буквами
изображая ее латинское название, также как и
Плутарх. И он говорит о них, как о местах собраний:
это были помещения или участки с очагом, вокруг
которых собирались на пиршества. В собраниях
участвовали главы курии, курионы, вместе со
жрецами. Вероятно, эти угощения можно
рассматривать как видоизмененные общие трапезы
членов курии или часть общекуриальных трапез"
(Маяк И. Л.).
Курии гораздо легче
было навязать любые реформы, чем племени-трибе в
силу того, что она меньше, чем триба, потому также,
что она являлась искусственно выращенным
организмом в среде "римского права":
"В связи с этим Де
Франчиши выдвигает положение о наличии в
древнейшую эпоху римской истории двух в разное
время появившихся видов курий. Первые, или
древние, существовали до Палатинской общины, т.е.
до Ромула, в качестве "гентильных
консортерий". Позднее, около середины VII в. до
н.э., когда в результате реформы были созданы три
трибы, произошла трансформация курий. Эти новые
курии при этрусских царях били источником набора
пехоты. В другом своем труде Де Франчиши поясняет
эту трансформацию: новые курии стали
искусственными подразделениями гентильных
триб" (Маяк И. Л.).
В "свои" курии
римляне (еще предримляне) вводили роды из
"чужих" курий, постепенно "перемешивая"
и, тем самым, ассимилируя "союзное" племя.
Старый римский принцип
"Разделяй и властвуй" воплотился в политику
"Расщепляй чужое племя и объединяй его в наших
куриях".
С завоеванными
территориями и покоренными племенами римляне
поступали бесцеремоннее. Они просто
распределяли роды и семьи по уже существующим
трибам и куриям, но чаще - только по куриям, т.к.
именно в куриях и производилась ассимиляция
(синойкизм):
"Весьма существенное
значение имеют данные, касающиеся первых римских
побед над соседями. Рассказывая о совместной
войне Ромула и Тация против Камерии, Дионисий
говорит, что "после победы цари разрешили
поселиться в Риме 4000 камеритов, которых они
распределили по фратриям". Поскольку
галикарнасец употребляет глагол e p i m e r i x w , т.е.
сложный с предлогом e p i , а не просто m e r i x w
(делить, разделять), можно думать, что
распределение новых римлян производилось по
имеющимся в Риме "фратриям"а не по созданным
заново из переселенных камеритов. Точно также,
согласно Дионисию, поступил Ромул и после
триумфа над Вейями. Пожелавших принять римское
гражданство вейентов он распределил по фратриям.
Если учесть, что Дионисий переводит слово курия
словом фратрия, становится ясным, что римское
население увеличивалось, пополняя уже
сложившиеся курии новыми людьми. Аналогичное
явление засвидетельствовано этнографами"
(Маяк И. Л.).
Не так трудно было
ассимилировать племена иллирийского
происхождения, т.к. циклы их национальных общин
совпадали с римско-латинским. Племена иного
происхождения можно было ассимилировать через
войну и насилие, или союзничество, которое тоже,
как правило, заканчивалось насилием:
"Побежденный город
обычно принимал римских колонистов – Антемна и
Ценина, Фидены. Вместе с тем жители этих городов
переселялись в Рим: камерийцы и, вероятно,
вейенты, и те и другие распределенные по
фратриям, фиденаты, крустумерийцы, антемнаты,
латинцы при Анке Марции; альбанцы при Тулле
Гостилии и т.д.
Выселялись в колонии,
по-видимому, нуждавшиеся в земле люди из числа
populus, что косвенно свидетельствует о
дифференциации внутри родов. Ведь именно об этом
контингенте должна была заботиться
складывающаяся гражданская община,
ограничивающая количество своих членов с
помощью колонизации. Но в таком случае колонисты,
оторвавшиеся от своих родо-племенных
подразделений, вряд ли сохраняли компактные,
основанные на родственных связях, единицы. Зато
они, безусловно, селились в одном месте с другими
бывшими римлянами, как это делали их потомки,
именовавшие свои поселения привезенными из Рима
привычными названиями. Уже это обстоятельство
способствовало созданию в колониях, т.е. в
окружающей Рим среде, селений соседского
характера" (Маяк И. Л.).
Латины не были едины в
X-V веках до н. э. Позднее римляне объединят всех
латинов. Именно с этого начнется их победное
шествие по Аппенинскому полуострову.
