V. Нация кланов
В основе римского
архетипа "тео" лежит межобщинный баланс
рода и нации. Римлянин живет в небольшой клановой
общине, но ценит свободу, которую он находит в
противопоставлении Я-нации и Я-клана.
Клан может быть малой
церковной общиной, курией, корпорацией,
преступным кланом. Главное, что это малая община
– общежитие (если не общежитие, то регулярное и
тесное общение). Эта община объединяется
жизненно важной деятельностью и имеет свой
ритуал.
Эней (личность
римлянина, италийца, итальянца) всегда
интегрирован в малую клановую общину, но его
клановая община всегда пытается интегрироваться
"снизу" в национальную или
квазинациональную общину.
Римский теологический
баланс – это баланс между тотальной властью рода
и нации. В римской Троице Христос это, скорее,
Клан, а не Личность. Это Христос, Мария и Иосиф.
Христос и 12 апостолов. Это Семья. Это малая
христианская община.
Власть итальянской
нации – это власть папской курии (даже не
римского папы). Это централизованный мощный
механизм Римской католической церкви, принявшей
на себя эстафету сакрализованной императорской
власти, которая, в свою очередь, приняла эстафету
от popolus romanus (римского народа).
Но как римский Клан
противостоит Нации? К чему приводит их
взаимоограничение? Что было бы, если бы одна из
этих основ исчезла?
Тотальность Нации,
Бога, Церкви, не ограниченная тотальностью малой
христианской общины, рода, клана, семьи, привела
бы к простой иерархической структуре общества. В
этой структуре малая община была бы лишь
производной от национальной, а свобода личности
сжалась бы до минимума, обеспечивающего
практические недуховные потребности жизни.
Тотальность Клана
возможна в ситуациях общего кризиса
нации-общины, которая характерна для второй
половины "большой зимы". В это время жизнь
нации атомизируется.
Клановость римлян, их
погруженность в небольшую общину, является
отличительным признаком этой нации, её основным
зерном, центром кристаллизации. Соединяющиеся
между собой кланы и создают римское общество и
государство. Создают его "снизу".
