|
![]()
|
Стремление не
только к объективности, но и к справедливости,
это глубинная особенность российского
менталитета, невзирая на предупреждения типа
сартровского афоризма: "Мир несправедлив; если
ты приемлешь его, то являешься его соучастником,
а захочешь изменить - станешь палачом". Но даже
Франция, пережившая кровавые революции и войны,
варфоломеевскую ночь и гитлеровскую оккупацию,
угомонилась лишь внешне: когда при де Голле
пытались там сделать высшее образование платным,
студенты неделю жгли и громили Париж; тогда де
Голль потерял половину своей популярности, а
высшее образование во Франции осталось
бесплатным. Добавим: как и в Германии, впрочем, и в
Арабских Эмиратах и в целом ряде
"капиталистических стран с рыночной
экономикой". "Опасно
мало знать!" - предупреждал поэт. Сократа можно
счесть гением лишь за одну фразу "я знаю, что
ничего не знаю". Информационный взрыв конца
20-го века не впервые создал у перебравших крох
знания некий "комплекс
псевдополноценности" (склонность к развитию
такого комплекса имелась у "гомо сапиенса"
во все времена), однако, создал предпосылки к
тому, что сие явление становится как бы обыденной
нормой. Уверенность в объективной правоте
научных истин у многих провоцирует убежденность
в некоей законченной полноценности собственной
суммы эрудиции: полноценности иллюзорной,
разумеется! Особенно опасна опора на
самодостаточные и логически замкнутые системы;
хрестоматийный пример - состояние физики в
прошлом веке, когда почти все были убеждены, что
физическая наука исчерпана и завершена: в
наличии был типичный "комплекс
псевдополноценности"!
Не тот ли самый комплекс
наличествует в рассуждениях защитников
"объективных законов" рыночной экономики?
Никто не возражает, что рынок работает
достаточно эффективно как ИНДИКАТОР состояния
экономики, однако, как ее РЕГУЛЯТОР рынок
действует подчас как слон в посудной лавке, не
считаясь ни с высокими этическими нормативами,
ни с элементарными правами человека, ни с простым
здравым смыслом. А что касается "объективности
его законов", тут могут быть очень большие
сомнения: рынок не единственная технология
общественного бытия из всех возможных, но
несколько более эффективная по лишь некоторым
параметрам, в неких определенных условиях и с
вполне очевидными вредными побочными явлениями.
Понятно, что солнечные батареи работают только
днем, а ночью приходится запускать шумный
дизельный генератор с вонючим выхлопом.
Первый же рыночный принцип, так
называемый "Закон стоимости" - уже
субъективен: "товар стоит ровно столько,
сколько за него может заплатить покупатель".
То есть, цена товара связана с целым комплексом
субъективных факторов: степень потребности,
наличие денег, возможность выбора или замены,
убедительность рекламы, инфляционные ожидания,
степень достоверности информации о свойствах
или источнике товара и т.д. Первый принцип рынка -
взять как можно больше с покупателя: любым
способом, любыми средствами - обманом или
насилием, созданием искусственного дефицита в
отдельных регионах или припрятыванием продуктов
до полной капитуляции изголодавшегося
покупателя, вынужденного сдаваться на милость
продавца. Цена товара - это цена наших
субъективных потребностей действительных или
мнимых плюс также субъективная поправка на
незнание. А в случае острой нужды в "простом
продукте" - в товарах первой необходимости
рынок становится реальным воплощением
альтернативы "кошелек или жизнь!".
Вспомнили, чей это девиз? Грабителей с большой
дороги!
Еще один принцип рынка: "не
обманешь - не продашь", и он также субъективен!
Здесь используется и откровенная дезинформация,
и неумеренная реклама, и искусственно
насаждаемая мода, применяется масса способов
формирования у покупателя чрезмерных,
искаженных или ложных потребностей с
единственной целью - повысить спрос и доходы. Ну и
главный рыночный закон "деньги не пахнут!"
допускает извлечение прибыли любыми путями и из
чего угодно, лишь бы побольше! И здесь мы
сталкиваемся с парадоксальным субъективизмом
рынка: наиболее прибыльными оказываются
наиболее губительные для человечества источники
доходов: наркотики, в частности. Если попытаться
классифицировать виды деятельности по
доходности и одновременно по общественной
пользе, складывается примерно такая структура
категорий предпринимательства:
1. Максимально полезные для
общества и достаточно прибыльные (например,
разведка и добыча полезных ископаемых,
производство стройматериалов, транспорт, связь и
т.п.).
2. Максимально полезные для
общества, но малоприбыльные или даже дотационные
например, производство сельхозпродукции,
некоторых лекарств, здравоохранение,
образование, просвещение, культура и т.п.).
3. Умеренно полезные, но
высокоприбыльные (торговля, банковская,
страховая и биржевая деятельность, адвокатура,
нотариат...).
4. Условно полезные, но
высокоприбыльные (игровой бизнес, реклама,
развлечения...).
5. Частично вредные, но
высокоприбыльные (производство и сбыт
алкогольных напитков, табачных изделий и т.п.).
6. Безусловно вредные, но
сверхприбыльные (наркотики, например...).
7. Преступные и аморальные, но
сверхприбыльные (грабежи, разбой, бесконтрольное
производство и распространение оружия и
боеприпасов, рэкет, заказные убийства, шантаж,
вымогательство и террор, мошенничество,
коррупция, изготовление фальшивых денег и ценных
бумаг и так далее - список может быть достаточно
большим!).
Конечно, такая классификация
лишь ориентировочна и может уточняться. Однако,
налицо важный вывод: высокоприбыльные и
сверхприбыльные виды предпринимательства
являются отнюдь не самыми полезными для
общества! Таким образом, если государство
бездумно вводит идеологию бизнеса как
максимальной наживы ЛЮБОЙ ценой, а законы
либерального рынка как конкуренцию в
эффективности извлечения доходов из ЛЮБОГО
деяния, оно тем самым дает зеленый свет прежде
всего преступному, общественно вредному и
разрушительному для того же государства
предпринимательству. О какой "объективности
законов рынка" тут может идти речь? Разве лишь
об объективности самоуничтожения государства,
вводящего квазиобъективные принципы рыночного
саморегулирования ну явно "без царя в
голове"!
|
|
