«Овчарка», или жизнь в рассрочку. Часть I

21 октября 2003 г.

 

Последние годы на Западе, да и у нас в России в среде вип-персон стало модно обзаводиться женщинами-телохранителями, «овчарками», как их окрестили в охранных структурах. Почему состоятельные бизнесмены вручают свою жизнь не мускулистым мачо, а слабому полу? Почему женщины берутся за такое нелегкое дело - охранять тело мужчины? На эти и многие другие вопросы нашему корреспонденту ответила начальник службы безопасности президента крупной российской корпорации Наталья Бирюкова.

Мы знакомы с Наташей еще со школьной поры. В нашем классе она была самой заводной, бесшабашной девчонкой - увлекалась парашютным спортом, серьезно занималась биатлоном, обожала книжки про разведчиков. Мальчишки ею восхищались, девчонки - завидовали успеху. После 10-го класса она поступила в Институт физкультуры. Пару раз мы встречались на школьных вечерах. Я узнала, что Наташа неудачно вышла замуж, разошлась, детей нет. О своей работе она старалась не распространяться. Потом на несколько лет я потеряла ее из виду. И вот недавно случайно столкнулась с бывшей подругой в центре Москвы. Она вышла из бронированного джипа, притормозившего перед респектабельным особняком, дала команды амбалам-телохранителям. Один из них откинул из машины трап, и из джипа появился босс, которого вся команда проэтапировала до дверей офиса. Я окликнула Наташу, но она даже не обернулась. И лишь когда бизнесмен скрылся в здании, Ната подошла к джипу и махнула мне рукой. «Извини, - сказала она, обнимая меня, - я сразу заметила тебя, но не могла подойти. Работа такая - нельзя отвлекаться. Кругом враги». «Ты что, телохранитель?» - удивилась я. «Не совсем - руковожу службой безопасности. А драгоценное тело охраняют «быки», двухметровые мужики - живой щит». Мне захотелось сделать материал о Наташе и ее экстремальной профессии, причем не просто интервью, а репортаж с места событий. Мы договорились, что в течение нескольких дней я буду наблюдать за работой Наташиной команды, а она потом прокомментирует мне все происходящее. Само собой разумеется, я поклялась не называть имени ее клиента, его близких и изменить фамилию самой Наты.

День первый. 10.00.

Нюх как у собаки, а глаз как у орла

 

Наутро были назначены переговоры с конкурирующей фирмой. Они проходили на нейтральной территории, в бизнес-центре. В 9.30 к зданию подъехал «мерс», из него вышли люди в черном, с микрофонами в ушах. Железными щупами двое из них проверили мусорные урны и встали, как часовые, у входа. Третий направился с кейсом в здание напротив, а четвертый пронес свой дипломат в бизнес-холл. В 9.45 несколько иномарок, включая джип Наташиного шефа, подкатили к зданию бизнес-центра, где их уже ждали журналисты с телекамерами. Из машин высыпали пятеро «быков» и заняли свои позиции у дверей джипа, из которого первой появилась Натали в элегантном бежевом костюме. Она сделала какие-то распоряжения по рации, и после этого по откидному трапу на землю спустился ее босс. Его сразу же плотным кольцом окружили телохранители, Ната командовала, кому из операторов можно приблизиться к неприкасаемому телу ее хозяина. Тот сказал пару предложений и продолжил подниматься с охраной по лестнице к главному входу. А двое бугаев, стоявших на подхвате, получив приказ от Наты, принялись теснить журналистов к тротуару.

- Что значит весь этот спектакль? Зачем трап? Твой шеф что, больной, и сам не может выйти из машины?

- Это мой приказ. Ни бронежилет, ни охрана не спасут от снайпера, засевшего в подвальных окнах на другой стороне улицы или стреляющего из вентиляционного проема в фундаменте. Киллер будет целиться по ногам шефа через пространство под днищем джипа. А когда раненый босс упадет на асфальт, его добьют выстрелом в голову. Трап защищает ноги. «Снять» снайпера может лишь контрснайпер. Поэтому мои люди заранее заняли позиции на крыше соседнего дома и бизнес-центра. Они просматривают через оптические прицелы винтовок балконы, окна, улицу и сообщают мне свои данные. В чемоданчиках у них - снайперская винтовка, ее сборка занимает всего 40 секунд.

- Почему твои «быки» все время, как дебилы, топчутся, а не стоят спокойно около президента?

- Чтобы в него труднее было прицелиться. Самый опасный момент - когда босс поднимается вверх по лестнице, к дверям. Часть охранников оказываются выше его, а часть ниже. Всё - он открыт для пули. Поэтому сзади прикрывать шефа должны самые высокие секьюрити. Но охрана и контрснайперы - это еще не вся моя команда. Ее ядро - группа разведки. Здание напротив нашего офиса - под постоянным контролем. Просвечиваются лазерными приборами все щели, чердачные окна, берутся на тайный учет все, кто постоянно проживает или работает в зоне ответственности, выявляются их связи, контакты.

- Откуда ты все это знаешь?

- Свои университеты я прошла в спецназе ГРУ. «Стажировалась» в Грозном, во время первой чеченской войны. ГРУ и ФСБ традиционно вербуют себе лучших биатлонистов. Спортсмен-стрелок обладает качествами, без которых снайпер - ничто. Меткость, способность быстро останавливать и задерживать дыхание после изматывающего бега на лыжной дистанции, выносливость, - большие преимущества в снайперском деле. Кстати, женщины-снайперы ценятся особо высоко. У нас более развита интуиция, «звериное чутье» на опасность, мы бесшумнее, хитрее и главное - умеем терпеть и ждать нужного момента. У нас угол зрения больше, чем у мужиков, поэтому мы и машины водим лучше. Бизнесмен или политик, которому по-настоящему есть чего опасаться, никогда не наймет обычных рукопашников, он обратится за защитой к специалистам, и в первую очередь к ветеранам спецслужб и 9-го отдела ФСБ (охрана правительства). Чтобы противостоять снайперу, нужно самому быть снайпером, думать и чувствовать, как он. Я постоянно прокручиваю ситуации, представляя, как бы я на месте киллера убила босса.

Чему и как учат в ГРУ

 

1. Человек-невидимка
- Каждый разведчик обязан быть не только снайпером, но и магом. Поэтому учеба начинается с различных психотренингов. Нас учили становиться невидимками - неуязвимость снайпера должна быть почти мистической, это больше всего давит на психику врага. Чтобы достичь единения с окружающей средой - чувствовать землю возле себя и все, что на ней растет и по ней движется, - надо превратиться в то, что находится рядом. Как? Первый способ - активная медитация, когда ты сосредотачиваешься на том, что ты, например, дерево, а твои руки - ветви. Ты реально чувствуешь, как прорастаешь корнями ног в землю. А второй способ - остановка разума, когда ты полностью прекращаешь мыслительный процесс, у йогов такая практика называется «глубокая медитация», или созерцание. Нас тренировали не думать сначала по 10 секунд, потом по полминуте, потом - часами. На это уходила уйма времени. Когда «кино» затихает в голове, ты способен замечать мельчайшие детали. Колыхание травы и веток, замаскированные силуэты на замаскированных позициях, взлетевшая стая птиц (кто-то их спугнул), следы на дороге, сломанные сучья, примятая трава - все это признаки засады. Когда научишься сливаться с природой, то исчезает даже собственный запах. Это очень важно. Снайпер не должен пахнуть, чтобы его не почуяли собаки на стороне противника. Он вычищает даже свое оружие до полного исчезновения запаха железа. И естественно - никакого парфюма, дезодорантов и прочей химии. У азиатов и кавказцев, как, впрочем, и у всех восточных людей, врожденная способность ощущать на расстоянии присутствие человека, а женщину они чуят аж за версту. У них и ночное зрение лучше, чем у европейцев. Это их ментальная тайна.

2. Человек-локатор

Когда научишься видеть, тебя научат и слышать. Идеальный снайпер - это чудо-локатор. Ты должен прослушивать все звуки не только атмосферы, но и земли. Каким образом? Легко. Втыкаешь в землю обычную солдатскую лопатку и прикладываешь ухо к черенку. Земля - отличный проводник звуков. Можно уловить гул моторов, лязг гусениц, шаги даже небольшой группы людей. Втыкая лопату по разным направлениям и под разными углами, можно довольно точно определить направление звуков. А затем визуальное наблюдение сравнивается с аудиоразведкой - и здесь уже требуются аналитические знания. Но даже если у тебя супераналитический ум и развита гиперчувствительность, но при этом слабая воля и физподготовка, то ты как снайпер гроша ломаного не стоишь.

3. Замри, умри, воскресни

Нас учили часами лежать, сидеть, стоять, не пошелохнувшись, причем не в спортзале, а на природе, да еще в каких-нибудь неестественных позах (прямо как в детской игре «Замри, умри, воскресни»). Ведь в военных условиях малейшее шевеление может стоить жизни. От длительной неподвижности немеет все тело. Я уж не говорю о том, что зверски хочется пить, есть, справить нужду. А представь, тебе надо лежать на земле целые сутки и тут вдруг приспичит? Куда деваться, если двигаться нельзя? Приходилось делать в штаны. Летом невероятно донимали комары и муравьи. Осенью выслеживаешь противника под ливнем, по уши в грязи. Но хуже всего зимой, когда мороз продирает до костей. Не спасал даже перцовый пластырь. Вот почему профессиональные заболевания снайперов - пневмония и простатит.

- Правда, что снайперов учат быть коварными, равнодушными и беспощадными?

- Снайпер обязан быть жестоким. Если враг появился на открытом месте, снайпер не убьет его, а ранит, причем так, чтобы тот не смог уползти. Вскоре за раненым придут свои, и тогда снайпер перестреляет их всех. В первую чеченскую я выходила на позицию каждую ночь, чтобы кого-то убить - это моя боевая задача, я просто обязана была ежеминутно искать цель. Но прежде всего снайперов учат быть беспощадными к самим себе, к своим слабостям. Спиртное и курево - табу. Противник сразу вычислит тебя по мелькнувшему огоньку зажигалки и облачку табачного дыма.

- Расскажи о своем боевом крещении в Чечне.

- Я заняла позицию в разбитом БТРе, а запасную позицию оборудовала под днищем в заранее вырытой траншее. Из бронетехники очень удобно стрелять - огонь и дым остаются внутри, а звук приглушается в 3-4 раза. Когда «чехи» меня вычислили и навели на БТР противотанковый гранатомет, я успела перебраться через нижний люк в окоп и уползла к лощине. Но я ведь умная девочка и предварительно «нашпиговала» противопехотными минами территорию возле своего БТРа. При этом успела застрелить с десяток «чехов» еще до того, как они начали подрываться на минах. Без смекалки на войне не выжить. «Старики» учили меня оставлять вблизи вражеских позиций испорченное оружие, а под него закладывать мину, на такую приманку всегда найдутся желающие. Днем я могу пристрелить ползущего за оружием врага, а ночью он подорвется на мине. Можно «случайно» оставить ящик с высыпавшимися из него консервами или сигаретами, чтобы «чехи» клюнули на халяву. Это еще раз к вопросу о жестокости.

- Зачем наши разрушили Грозный почти до основания, если проблему могла решить группа снайперов?

- Да потому что генералы были уверены, будто с помощью бронетехники возьмут столицу за сутки. А как выяснилось, в горах и в городах это всего лишь бесполезная груда металлолома. То же самое происходило и в Афгане, где боевые действия сплошь и рядом носили нестандартный характер. И только когда наши потери в Грозном достигли сотен солдат и офицеров, военное начальство вызвало на подмогу профессиональных снайперов из элитных спецназов ГРУ и ФСБ. Прибыв на место, мы «сели» снайперскими парами на высотных многоэтажках и начали гасить всех, кто высовывался. В первую очередь выявляли и уничтожали контрснайперов и их «вожаков». Снизу нас прикрывали бронегруппы. Благодаря нашему снайперскому «террору» удалось переломить ситуацию и очистить город от бандитов.

 

 

«Овчарка»,или жизнь в рассрочку. Часть II

День второй. 19.00
«Безопасный» секс