ЗАТО КОМУ-ТО ПРИНЕСЛА МИЛЛИОННЫЕ ДОХОДЫ

Экономические исследования тоже бывают «невъездными»: на прошедший в Лондоне шестой российский экономический форум не пустили доклад «Экономические аспекты войны в Чечне». Тема подготовленного Иваном Рыбкиным и Русланом Хасбулатовым выступления не понравилась собравшимся там VIP-персонам отечественной политики и бизнеса, а потому они просто отказались внести его в повестку дня, сославшись на какие-то технические несостыковки. Авторам доклада ничего не оставалось, как сесть в самолет и улететь в Москву...

По подсчетам Рыбкина и Хасбулатова, экономический ущерб от войны в Чечне составил уже более 100 млрд долларов. На фоне этой цифры бледнеют все озвученные на форуме показатели экономического роста и благоприятного инвестиционного климата, вместе взятые. Каким образом был произведен подсчет, «Новой газете» рассказал один из авторов доклада, Иван РЫБКИН.

— Иван Петрович, это была ваша инициатива — представить на суд экономической общественности свой доклад?

— Нет, не моя. Несколько недель назад спонсоры форума сами предложили мне выступить. Я согласился. Ведь 1200 участников — это почти вся Россия.

— Тему доклада вам тоже предложили они?

— Нет, это мы уже выбрали сами. А о чем еще я, неэкономист, мог говорить на экономическом форуме? Я предложил Хасбулатову, экономисту, сделать доклад вместе. Я ему мог быть полезен, поскольку владею цифрами: все-таки в свое время был полномочным представителем президента в Чечне.

— Из чего складывается эта сумма — 100 млрд долларов?

— Мы учитывали и военные расходы (на боевые действия двух войн, стоимость техники, утраченной в этих боях), и ущерб, причиненный в результате боевых действий. Мы не стали считать море человеческой крови и страданий — этого не измеришь. По нашим данным, за все это время погибли свыше 220 тысяч мирных жителей республики. А потери федеральных войск известны (хотя цифры Минобороны и Комитета солдатских матерей сильно расходятся, я больше верю комитету — они основываются на заявлениях мам, потерявших своих сыновей).

— Откуда вы брали цифры?

— Только из официальных источников: из выступлений вице-премьеров, советника президента Андрея Илларионова, из отчетов российско-чеченских комиссий, которые провели инвентаризацию разрушенного, вплоть до каждой трансформаторной будки. И получилось, что только за 3 года и 3 месяца последней войны затрачено свыше 40 млрд долларов. А за две войны — свыше 100 млрд долларов.

— Вы ее все-таки называете войной?

— А как же? Самая настоящая война. Как ни назови, а все люди знают: там идет война.

— 100 млрд долларов — реальная цифра? Ведь официальные источники, как известно, склонны к занижению потерь…

— Конечно, точно подсчитать все потери никто не сумеет. Власти тщательно скрывают подлинные цифры. Но все-таки это реальная цифра. На самом деле примерно 100 млрд и ушло.

— Так если вы основывались на официальных данных, то почему вам запретили выступить?

— Потому что на этом форуме наши лучшие экономисты, представители олигархических структур, среднего бизнеса, банковского капитала говорили о том, как им непросто работать, но они все равно получают прибыли и платят с них налоги в бюджет. Но ведь все эти прибыли, как в черную дыру, уходят в Чечню. Благоприятнейшая для России конъюнктура, которая сложилась на мировых рынках в плане цен на нефть, пожирается войной в Чечне. То есть бюджет страны бездарно просаживается, как азартными картежными игроками. И к тому же из этих «чеченских» сумм очень много разворовывается, надо полагать. Говорят, чуть ли не две трети денег разворовывают.

— И представителям среднего и крупного бизнеса невыгодно, чтобы это было озвучено?

— Не думаю, что этому препятствовали именно они. Тут интрига в другом. Когда я возвращался, получив отказ в выступлении от руководителя форума Сергея Колушева...

— Кстати, как он сформулировал отказ?

— Сказал, что поздно был заявлен доклад, что времени нет... Так вот, когда я летел в самолете назад, ко мне подходили помощники олигархов и говорили: «Иван Петрович, у вас, наверное, безнадежно испорчены отношения с президентской администрацией. Это они запретили, через МИД потребовали не предоставлять вам слово». Я думаю, так оно и было. Ну не хотелось им, чтобы я и Хасбулатов с маленькой ложкой дегтя объявились около громадного чана с медом. Хотя ложка-то на самом деле немаленькая. Считать ущерб было действительно очень сложно.

— А почему нет отдельной строки на военные расходы в бюджете, как вы думаете?

— Потому что это будет страшная строка, страшная сумма, сопоставимая с самим бюджетом. Война стоит очень дорого. Страшно эту цену обнародовать. Страшно даже самим себе признаться. Посмотрите: черный рынок оружия переполнен. Уже никто не верит в сказки, что ту сторону кто-то из-за рубежа снабжает оружием. Все отсюда идет, то есть продается. Обе воюющие стороны питаются, по сути дела, за счет одних и тех же денег, как это ни парадоксально звучит. Кстати, о каком росте в экономике можно говорить? В 2000 году было 8% роста, в 2001-м — 6%, 2002-м — 4%. Это официальные цифры. Какой рост?

— Вы связываете это с войной?

— Безусловно. Напрямую. И, кроме того что Чечня пожирает огромные деньги, она еще является неким полигоном различных методов, которые потом применяются в России. Такое впечатление, что страна управляется в режиме спецоперации: и тылы, и подавление, и резервы, и маневры... Из-за этой войны в Чечне Россия встретила стремительные изменения геополитического пространства с ослабленными позициями. И мы пытаемся разменять отпущение грехов по Чечне на наши уступки по важнейшим вопросам.

Записала Екатерина ИГНАТОВА

14.04.2003

ВЫДЕРЖКИ ИЗ ДОКЛАДА ХАСБУЛАТОВА И РЫБКИНА «ЭКОНОМИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ВОЙНЫ В ЧЕЧНЕ»

Руслан ХАСБУЛАТОВ:

— Трудно сказать, почему отказали в выступлении. Официально сослались на процедурные моменты. Хотя в Англии и вообще в зарубежных странах не принято обращать внимания на подобные вещи. А тут обратили. Я лично не стал спорить. И мы с Иваном Петровичем решили покинуть форум. Я могу объяснить происшедшее так: собрались богатые люди для приятного времяпрепровождения, чтобы поговорить о том, как все благополучно складывается, а тут такая неприятная тема – экономика войны…

Тем более что цифра получается сравнимая с годовым бюджетом страны. Разве это понравится? При том, что врачи, инженеры бедствуют. А кто за отказом стоит – я не любитель таких догадок. Предположения, конечно, есть, но я бы не хотел их озвучивать. Доклад все равно разошелся. И это очень важно, чтобы он дальше распространялся. Ведь убийства, мучения, трагедии – это все уже скользит по поверхности, люди уже не воспринимают это, и, естественно, никто не связывает это со своей зарплатой. А вот если шахтер узнает, во сколько нам обходится эта война, он задумается.

Военные расходы

Структура военных расходов весьма сложна и запутанна.

Практически невозможно подсчитать в полной мере расходы на войну. Они идут по разным министерствам — Министерство обороны, Министерство внутренних дел (МВД), Министерство по чрезвычайным ситуациям (МЧС), Федеральная служба безопасности (ФСБ), Министерство связи, Федеральная пограничная служба (ФПС), отдельно — Главное разведывательное управление Генштаба, отдельно — Северо-Кавказский военный округ, отдельно — по статьям управлений МВД субъектов России, которые направляют свои милицейские отряды на временное командирование в Чеченскую Республику.

Если исходить из данных, на которые можно сослаться, получается следующая картина:

Стоимость техники. Это величайшая тайна Генштаба, к которой, вероятно, не имеют доступа даже генералы Минобороны, — не секрет, что между руководством Генштаба и Минобороны существуют серьезные разногласия. Речь идет о влиянии на финансы, кадровую политику, использование финансовых средств.

Трудно точно подсчитать стоимость загубленной в военных операциях техники, использованных снарядов, ракет и прочей амуниции. Но речь, безусловно, по разным сведениям, идет о громадной сумме — от 5 до 8 млрд долларов за весь период, с августа 1999-го по март 2003 года.

Под воздействием чеченской войны происходит быстрое оживление военно-промышленного комплекса. Заказы в него идут не только по линии Минобороны, но и чуть ли не по десятку иных министерств и ведомств (за последние два года они превысили 9 млрд долларов — танки, самолеты, вертолеты, десантная техника, разные модификации тяжелого и ручного стрелкового оружия, военная электроника и т.д.).

Если свести воедино разрозненные и весьма скупые сведения по затратам РФ на вторую чеченскую войну, они выглядят следующим образом:

«Контртеррористическая операция» в Дагестане со 2 августа по сентябрь 1999 года — 870 млн долларов. Развертывание войск и война в Чечне с сентября 1999 года и до конца 2000 года — 10—12 млрд долларов; военные операции 2001 года — 11—13 млрд долларов; военные операции 2002 года — 10—12 млрд долларов; военно-карательные операции за 3 месяца 2003 года — около 3 млрд долларов.

… приводимые нами данные — это, скорее всего, нижний потолок реальных цифровых показателей.

…в обеих войнах численность экспедиционных сил порой превосходила 200 000 человек — одно содержание этих войск обходилось в огромные суммы, традиционно не отражающиеся в отчетах военных во всей полноте.

Интересно и то, что первая война в основном финансировалась за счет западной помощи, вторая война — за счет высоких цен на нефть и газ.

Экономический ущерб, нанесенный Чеченской Республике

Согласно… докладу А. Илларионова, экономический ущерб ЧР с 11 декабря 1994 года по середину июля 1995 года… был оценен в 6 млрд долларов. Однако за последующий год военных действий разрушительные последствия войны сказались во много крат больше. И соответственно эту цифру в 6 млрд. долларов можно рассматривать как своего рода «точку отсчета» (при том, что федеральные власти многократно занижали даже этот показатель).

Подсчитать, сколько стоили более 500 уничтоженных полностью мощных промышленных, энергетических и иных объектов, — дело непростое. Однако, по расчетам экономистов ЧР, это более 25 млрд долларов. Полностью разрушенная производственная инфраструктура — это 5—7 млрд долларов. Хищения и грабежи личного имущества населения солдатами и офицерами федеральных сил — более 5 млрд долларов. Хищения нефти и нефтепродуктов ими же — не менее 4—5 млрд долларов. Экологический ущерб республике — более 10 млрд долларов. Полностью разрушенный жилой массив Грозного, в котором проживали 400 000 человек, — это не менее 30 млрд долларов. Уничтожение и повреждение жилого фонда других городов и сел республики — не менее чем на 5—10 млрд долларов.

По самым заниженным данным, экономический ущерб, причиненный в ходе двух кровопролитных войн в Чечне, составляет не менее 100 млрд долларов.

Все это требует огромных по масштабам восстановительных работ, которые физически Россия не в состоянии осуществить. Те немногие деньги, которые она выделяет, фактически наполовину оседают в Москве, а наполовину предназначены для кормления коллаборационистского чиновничества в Грозном и поддержания видимости власти. Для иллюстрации сказанного приведем некоторые цифровые данные:

С ноября 1994 года по октябрь 1995 года «главой правительства» Чечни являлся Саламбек Хаджиев. За этот период на цели «восстановления» израсходовали около 2 млрд долларов — только за счет федерального бюджета. Как расходовались и куда направлялись «нефтяные деньги» (Чечня добывала стабильно около 3 млн тонн нефти в год, и даже в самые жестокие бои нефтедобыча и ее перевозка не затрагивались этими боями), этого никто не знает. Точнее, власть не желает этого знать.

С октября 1995 года по август 1996 года республикой руководили Доку Завгаев, Николай Кошман (ныне — председатель Государственного комитета по делам строительства и снова занимается «чеченскими деньгами»). За этот период из федеральной казны Чечне были отпущены средства более чем в 6 млрд долларов. По данным многочисленных СМИ, в Грозный поступила всего лишь третья часть этой суммы…

С 12 июня 2000 года временным главой администрации Чечни назначен Ахмад Кадыров, куратором в федеральном правительстве являлся Виктор Христенко. Последний заявил, что на 2000 год на Чечню запланировано 7,5 млрд рублей (около 230 млн долларов). На 2001 год было запланировано 14,9 млрд рублей (около 500 млн долларов), на 2002 год — 14,5 млрд рублей (более 430 млн долларов). На что потрачены эти деньги, если не иметь в виду некоторую часть пенсионеров, заработную плату полицейских и незначительное число административных служащих, неизвестно, поскольку жилищное строительство даже не начато…

14.04.2003

http://2003.novayagazeta.ru/nomer/2 003/26n/n26n-s00.shtml

БАГДАД СДАЛСЯ РАНЬШЕ ГРОЗНОГО

Одни — разгромили врага, не уничтожив, другие — уничтожили, не разгромив

Штурм Багдада продолжался всего 48 часов. Если учитывать первую, ограниченную по длительности разведку боем 5 апреля, когда танки «Абрамс» и БМП «Брэдли» с десантом провели рейд по южному пригороду столицы и еще операции по выявлению и ликвидации отдельных групп фанатиков после прекращения организованного сопротивления, то условно время битвы можно раздвинуть дней до пяти. Для граждан России подобный блицкриг выглядит совершенно нереально после двух кровавых осад Грозного в 95-м и в 2000-м — каждая более месяца. Общие потери за два штурма в сумме, если опираться на официальные источники: до 5000 военнослужащих убиты, от 15 до 20 тыс. ранены. (Комитеты солдатских матерей дают еще большие цифры.)

В 95-м в Грозном было уничтожено несколько сотен единиц бронетехники. На второй заход танки вводить побоялись, и послали штурмовые группы смешанного состава с легкой бронетехникой, поддержав их массированной бомбежкой, артогнем, ударами систем залпового огня, баллистических ракет. Кроме кассетных, по Грозному применяли, по свидетельству наших генералов, вакуумные бомбы и снаряды, а также «контейнерное зажигательное оружие» (напалм), что прямо противоречит Женевским конвенциям. После всего этого Грозный и сегодня — одна большая руина. Население продолжает массово поддерживать боевиков, а развалины предоставляют наилучшую среду для ведения городской партизанской войны.

Американский блицштурм Багдада был не только успешно завершен в десять-двадцать раз быстрее, чем наши осады Грозного, но и потери среди военнослужащих были раз в сто ниже. К 10 апреля общие американские потери составляли 108 убитых. Собственно во время штурма Багдада было потеряно несколько десятков убитыми и ранеными, сбит штурмовик А-10 (пилот спасся). Подбиты несколько танков и БМП. Во время штурма и предшествующей авиационной подготовки Багдад пострадал несильно, поскольку использовалось почти исключительно высокоточное оружие. Население Багдада во время авиаударов не пряталось в убежища, поскольку на опыте убедилось, что американцы воздерживаются от огульных огневых ударов по площадям.

Конечно, высокоточное оружие тоже, бывает, бьет мимо цели из-за отказов техники, ошибок при выборе цели и повреждений в результате воздействия зенитной артиллерии противника. И в Багдаде были промахи, которые в городе немедленно ведут к гражданским потерям. Впрочем, есть серьезные основания полагать, что некоторые из ударов по рынкам и другим гражданским объектам в Багдаде были результатом падения собственных зенитных ракет, у которых не сработали системы самоликвидации. Окончательный итог гражданских потерь в Багдаде пока не известен, но речь идет о сотнях жизней, а не о бессчетных тысячах, как в Грозном.

А российские власти гражданские жертвы и считать не стали. Независимые оценки по двум чеченским войнам колеблются от 100 до 200 с лишним тысяч. По площади и населению Багдад в 10 раз больше Грозного. Сухопутная группировка, собранная для похода на Грозный осенью 99-го, была численностью 120 тысяч. От границы до Грозного 40 км это войско шло два месяца и еще два — вело осаду. Союзники для войны в Ираке собрали 280 тыс., но в сухопутной операции участвовало немногим более 100 тысяч.

Непосредственно в Багдаде оборонялись до 50 тыс. иракского спецназа республиканской гвардии, добровольцы-федаины и пр. Всего в вооруженных силах Ирака было более 400 тыс. человек с тысячами танков и орудий (ненамного меньше населения Чечни). В 2000-м боевики (наши военные обычно говорят, что их 2-3 тысячи) не имели ни одного исправного танка или гаубицы.

Потери иракской армии, по первым приблизительным оценкам, много выше гражданских — до 10 тысяч. Впрочем, это лишь 5 процентов общей предвоенной численности. Остальные, включая республиканскую гвардию, разбежались и попрятались по домам.

В стратегическом плане американцы победили в лучшем стиле — разгромили врага, не уничтожая, не проливая лишней крови. Благодаря этому возросли политические перспективы установить в Ираке надолго дружественный, союзный США режим. Уже сейчас большинство иракцев, в первую очередь курды и шииты, особо угнетенные при Саддаме, встречают союзников доброжелательно, как освободителей.

Сейчас в Ираке массово мародерствуют местные, но не солдаты союзников. А вот в Чечне главными мародерами были российские военно-

служащие.

За нарушение дисциплины и мародерство в США военных наказывают быстро и безжалостно. Даже просто увольнение без чести из рядов (если срока не дадут) губит и солдату, и офицеру всю оставшуюся жизнь. Потому хорошо наученные, экипированные, подтянутые, дисциплинированные американские военные настолько отличаются от расхристанных контрактников в банданах и от щуплых, одетых во что придется, кое-как обученных и вооруженных призывников. (Сравнивать профессиональный уровень их офицеров с нашим совсем не хочется.)

А ведь и мы могли бы иметь отборную армию не хуже американской. Если вместо 3 с лишним миллионов (суммарная численность ВСЕХ вооруженных сил России (снизить до 500 — 600 тыс., то можно было бы выделить для проведения операций на неспокойном юге России ударную группировку в 200 тыс. (как американцы в Ираке). Вооружить и обучить такую по численности армию при существующем уровне оборонного бюджета можно на западном уровне, в том числе закупая или производя по лицензии экипировку и технику западного качества и с западными комплектующими.

Тогда и наши могли бы наступать днем и ночью, постоянно поддерживая войска точным, своевременным огнем с неба и с земли. Выявлять группировки и крупные засады с помощью постоянно висящих в воздухе беспилотных самолетов-разведчиков и по спутниковой связи передавать данные непосредственно командирам.

Такой армии сдаться не стыдно, что иракцы, собственно, и делают. Такое войско действительно могло бы обеспечить безопасность и территориальную целостность России, не то что нынешний гниющий, разваливающийся военный организм.

Павел ФЕЛЬГЕНГАУЭР, обозреватель «Новой газеты»

14.04.2003

http://2003.novayagazeta.ru/nomer/2003/26n/n26n -s03.shtml