 главная |
|
||||||||||
Гонконг не Сянган, а Макао не АомэньАпрель 2001 г.
Трудный выбор
Не успели мы приехать из Мадрида и Лишбоа, как наш неугомонный сын, Герман, предложил очередной туристический маршрут, например, в Мексику, Таиланд или в Малайзию. У него накопились какие-то "авиаочки", которые надо использовать. В Малайзии, говорит он, очень хорошие пляжи, в Таиланде - храмы, в Мексике - свои чудеса. Я то считаю, что самые лучшие пляжи - в Астрахани: много острых ракушек и стекла, мутно-грязная вода Волги, что вкупе очень здорово закаляет организм. А храмов я насмотрелся в Японии и в Китае. Мексика же у меня запланирована в другое время и в другом контексте. Тем не менее, мы с женой решили все-таки "выручить" сына, и выбрали... Гонконг и Макао. Эти два города-государства меня интересовали с научной точки зрения: хотелось посмотреть, как европейский капитализм прижился на китайской почве. А Валю, как художницу, пишущую в китайском стиле, привлекла возможность еще раз приобщиться к музеям восточного искусства, которые она очень любит. "Консенсус" получился стопроцентный, и мы, не долго думая, "предъявили свой выбор" сыну, на что через день получили полный маршрут, заказанные билеты, гостиницы и отправились на другой край света.
Выбрали, правда, несколько необычный маршрут, чтобы избежать на этот раз общения с Аэрофлотом. В этот Гонконг решили лететь через Франкфурт на Майне компанией Люфтганза, а там пересесть на мощную англо-гонконгскую компанию Cathаy Pacific. Время прилета во Франкфурт давало нам возможность поболтаться по Франкфурту, который один из моих друзей почему-то сильно ругал. Таким образом, маршрут наш выглядел так: Москва - Франкфурт на Майне - Гонконг и обратно тем же путем.
Валя, уже по привычке, поизучала Гонконг и Макао по Интернету; выяснила, где что находиться, расписание музеев, какая там погода, какие деньги. За деньги мы не беспокоились, имея сильную кредитную карточку. Я же на этот раз не стал себя мучить освоением кантонского диалекта, поскольку предполагал, что в тех краях все знают английский, на худой конец, мандарин, на котором я с грехом-попалам мог бы обслужиться на улицах.
Кайзерштрассе, геи и сексшопы
Я не люблю приходить заранее никуда, тем более в аэропорт, а Валя наоборот. Однако в этот раз я был удивлен режимом компании Люфтганза. Наш самолет примерно за десять минут до назначенной минуты вылета уже закрыл двери и стал выруливать на полосу. Ровно в нужное время мы оторвались от земли. Валя торжествующе взглянула мне в глаза. Во взгляде я прочитал укор Аэрофлоту и приходящим в последнюю минуту, и радость за немецкий порядок. Небольшой Боинг 737 исправно привез нас к вечеру во Франкфуртский аэропорт. На электричке мы минут за десять доехали до центрального вокзала, где-то вблизи которого находилась наша гостиница (так нам было сказано в аэропорту, да и в информации о гостиницах). Но нашли мы ее не сразу, потому что о нашей International Premier Hotel, расположенной на Ludwigstrasse, почему-то никто не знал. В довольно большом центральном вокзале Франкфурта была единственная Информация, в которой сидело два информатора. Вот тут уже немецкая тщательность и порядок стали раздражать. Выяснение всех подробностей у стоявших в очереди перед нами людей, их дежурные улыбки и нерасторопность просто сбивали ритм. Отвечая нам, информаторша достала карту, запустила запрос в компьютер, долго крутила карту перед носом... и отметила соседнюю к вокзалу улицу.
Гостиница не встретила нас цветами, шоколадом или бутылкой шампанского, к чему мы уже привыкли. Лестницы нам показались узкими, сумки наши никто не подхватил, света недостаточно. Потом мы только сообразили, что это всего лишь 3-х звездочный отель, а номер всего за 95 ам. долл. на двоих за ночь и, видимо, самое удобное и функциональное место для короткой остановки и отдыха. Мы, сбросив вещи, т.е. две легкие сумки, тут же отправились на прогулку. Но по пути заскочили в китайский ресторан - Панда. Пища нас очень удивила, вроде бы на вид китайская, на самом деле оказалась типичной немецкой essen. К тому же официант не проявил к нам должного внимания, за что мы отказали ему в чаевых. Двинулись дальше на улицу Кайзера - центральную улицу города. Она оказалась забитой раскрашенными мужиками, девицами, витринами, которые завлекали в свои царства особой красоты. Ну, по этой красоте мы не специалисты, но масштаб этого искусства оценить смогли. Здесь, как и в Гамбурге, в самом центре города мы попали в царство геев и прочих озабоченных немцев и немок. Мы срочно ретировались на другую улицу, поскольку в силу нашей неразвитости никак не можем чувствовать себя естественно в животном мире.
На следующий день мы уже по карте, научно, так сказать, прочесали близлежащий район от площади Республики до площади Бетховена, а затем вырулили на одну из главных улиц Bockenheimerstrasse. Идя по ней, мы наткнулись на очень мощный и красивый оперный театр, который по размеру и архитектурной красоте превосходил, на наш взгляд, Мюнхенский. Чистота и весна на улицах. Восхитились одной фрау, выгуливавшей плюгавенькую собачку на площади Бетховена. Ее пёс не знал, что он оправдывал свой выгул прямо перед дверями собора. Накрахмаленная фрау аккуратно собрала продукт выгула в целлофановый мешочек и, наверняка, потом использовала это в качестве удобрения у себя в саду или на огороде. За нашими собачниками я такой рациональности что-то не наблюдал, да и за Лиссабонскими тоже. Короче, город нам понравился. И почему мой друг его хаял, не понятно.
Бизнес класс на Cathay Pacific
Наш сын, зная мою любовь ко всему пролетарскому, немножко нарушил мой покой, отправив нас в дальнейший путь бизнес-классом. Я и здесь проявлял свой исследовательский подход к делу, как бы изучая все классовые различия между слоями общества. Однако вынужден признаться, что жить бизнес-классом куда удобнее, чем пролетарским. Опять вспомнил про кровь сипаев, гнувших спину на своих господ, но "спецкомната" (lounge), через которую, по желанию, проходят пассажиры бизнес и первого класса, умиротворила мои мысли. Франкфуртский лаундч оказался весьма удобным местом ожидания, с разнообразным набором напитков, всеми видами кофе и закуски, и с отличным душем, которым я не воспользовался. Все это входит в обслуживание по билету. Вместо душа я принял отличное пиво Циндао и Кирин в объеме, равным объему моего желания.
Авиакомпания Cathay Pacific - одна из крупнейших англо-гонконгских авиакомпаний вовремя вывела свой Боинг 747 на старт, и мы рванули вперед, а может быть и назад в Гонконг, до которого было 10,5 часов лету, между прочим, и через воздушное пространство России. Лететь в бизнес-классе оказалось одно удовольствие. Во-первых, у тебя в подлокотнике плоский телевизор с 19 телепрограммами и 20 аудипрограммами. Во-вторых, кресло раскладывается почти на всю вытяжку. В-третьих, от момента входа в салон и до его покидания ты забываешь, что есть на свете другие заботы, кроме отдыха, еды и развлечений. Да и на глаза все время попадаются восточные красавицы-бортпроводницы. Если же не хочешь всех этих благ - то Plug тебе в уши, повязку на глаза (все дается в подарочном наборе) и... в глубокий сон до "полной остановки самолета". Оказавшись в таком месте, я прошел этот путь до конца, изучая все его изгибы. А они включают: еду по специальному меню (там за один раз "нужно" отведать около 20 блюд), богатый набор выпивки, начиная от французских вин и шампанского, от которых, правда, у меня изжога (видимо, классовая ненависть печет), до всяких крепких виски и скотчей и разнообразных сортов пива, которые мой организм почему-то принимает хорошо. В-четвертых, туалет благоухает кремами и прочими причиндалами для мытья и бритья. Короче, обслуживание такое, что можно лететь хоть 10, хоть 20 часов в полнейшем кайфе. Очень странно, но мне это понравилось. Я и раньше (в период загнивающего социализма) летал и в бизнес-классе, и в первом классе (по приглашению американцев), но как-то на все эти "мелочи" не обращал внимания. Теперь почему-то обратил. Старею, что ли?
Гонконг - "благоухающая гавань" или Манхеттэн на горах
В гонконгском аэропорту нас ждали. Сын продолжил "порчу" моего сознания, заказав капиталистический сервис. Почти у самого трапа нам с поклоном вручили сообщение, что нас ожидают, и вручили карту аэропорта, по которому мы нашли место, где нас встречали. Китаец в красном мундире, удостоверившись, что мы - это мы, подхватил две наши легкие сумки и вывел к машине, напомнившей мне правительственный лимузин-"членовоз", который тут же рванул и доставил нас в гостиницу "Mandarin Oriental Hotel". Гостиница оказалась 5-звездочной и самой лучшей в городе (по крайней мере, так нам сказали). Она находится в очень удобном месте: минутах в пяти от Центрального парома и вблизи всех важных коммуникаций, которые нам понадобились в следующие дни. Номер расписывать не буду: типичный вариант пятизвездочной гостиницы (правда, по технической оснащенности, хуже, чем аналогичные японские номера). Есть и "специфика": туалет смывается с мылом и дезодорантом.
С первого впечатления город вызвал у меня ассоциации с нью-йоркским Манхеттэном, только расположенным на горах. Множество высотных зданий весьма оригинальной конструкции. Стекло под золото и серебро блестит и ночью, и днем. Я ни разу не смог сосчитать количество этажей: путаница начиналась где-то после 50-60 этажа.
Наслышавшись о знаменитой гонконгской кухне и ее разнообразии, мы предвкушали первое посещение ресторана. Но, пройдя довольно большое расстояние, мы нигде не увидели их. Оказывается, там улицы условно разделены по виду деятельности: бизнес-улицы, магазины-улицы, рестораны-улицы, базары-улицы. Есть туристическое правило: ешь там, где едят местные жители. Это и вкусно, и дешево. Опьянев от качества встречи и гостиницы, в которой поселились, мы заскочили в один из таких "ресторанов", который был наполнен аборигенами-китайцами. Нас чуть-чуть смутило отсутствие скатертей, но, может, у них так положено? "Включили" первый официальный язык, английский, и были "выключены" отсутствием понимания. Однако как-то все же объяснили одному ресторанному полиглоту, что и как. Заказали известный Вале набор блюд, но съесть его не смогли. Мы впервые столкнулись с тем, что китайская пища тоже может оказаться невкусной, даже противной. Но это был уровень ресторана, а не кухни, как мы впоследствии поняли.
В соответствии с Валиным планом на следующий день мы двинулись на полуостров, в район Каулун (Kowloon), который расположен на другой стороне залива Виктория (Victoria Harbour) и представляет самую обширную часть всего гонконгского анклава. На пароме это занимает минут десять (можно и на метро, которое проходит под заливом). Как раз в самой южной его части красуются культурный центр (Cultural Centre), Музей космоса (Space Museum) и Музей искусств (Museum of Art).
Музей искусств внешне выглядел великолепно. Но самого искусства почти не было. Точнее так. В апреле там организовали выставку под названием Buddhist Sculptures:New Discoveries from Qingzhou and Shandong Province - это сто физиономий будд из какого-то храма. Поскольку с Буддой у меня особые отношения: все разновидности его учения я рассматриваю как исторически вредоносные, мы его обошли стороной. Историческая же часть картинной галереи представлена 60 картинами, поделенная на три категории: Гонконг через века (Hong Kong Through the Ages), Макао в серии взглядов (Macao in a Series of Views) и Вояж в Гуанчжоу за картинами (The Picturesque Voyage to Guangzhou). По стандартам пекинских музеев это более чем скромно. Причем удивило то, что деформированные свитки как-то были небрежно подклеены скотчем или пришпилены на кнопочках. Картины оказались не очень известных художников, в основном из династии Мин. Наиболее значимый среди них - Лю Маошань. В одной из комнат был представлен "молодняк". Это в основном китайские "абстракисты", которые по маразму решили не уступать своим европейским коллегам. Некий Кван Люн намазюкал картины под названием Blue-1 и Blue-2. В первом случае синяя краска как бы стекает вниз, во втором - устремляется вверх. Другой художник - Динь Яр Юнг - какие-то палки назвал Фигура-2. Ну и все остальное в том же духе. Раньше я как-то не думал, что китайцы в искусстве тоже могут впадать в маразм. Правда, гонконгцы не совсем китайцы, но об этом речь пойдет ниже.
Зато такого современного здания музея искусств я еще не встречал. Современная архитектура, внутри эскалаторы на все этажи, а не какие-то там допотопные лестницы как в Уффици или Эль Прадо. А туалеты - одно загляденье: мрамор, стекло и злато-серебро. Произошла победа формы (здание) над содержанием (картины), что соответствует духу Гонконга и его жителей. На почти 7-миллионный город всего шесть музеев. Причем, как я вычитал в какой-то местной газете, посещаемость этих музеев постоянно падает: за последние несколько лет почти в два раза.
Явно не удовлетворенная таким музеем, Валя не унималась, и пошла к консьержу в гостинице выяснять, где все же можно в изобилии посмотреть на китайскую (гонконгскую) живопись. "На Голливуд роуд", - посоветовал он. Там оооооочень много всего. Указанная улица, где выстроились магазины с китайским антиквариатом и картинами на продажу, в основном представляла собой безликие поделки: масса буддийских статуй и статуэток и стандартные, без почерка картины, в основном современных художников, по-моему, элементарных халтурщиков.
Валя не вдохновилась, а мне наплевать.
Торговля по-гонконгски
Поскольку программу по "искусству" была выполнена очень быстро, мы начали просто ходить по улицам и другим житейским достопримечательностям - рынкам, улочкам. На следующий день мы поехали на Птичий и Цветочный рынки, которые тоже находятся в Каулуне и были широко разрекламированы в туристическом маршруте. Поехали на метро, которое, кстати сказать, очень приличное. Весьма функциональное и намного лучше, чем в Лондоне. Птичек же почему-то оказалось очень мало, цветов много.
Затем по центральной улице Каулуна - Натанроуд (Nathanroad) - мы прошли весь район насквозь, то углубляясь в китайские узкие улочки, то снова выруливая на стремнину. Здесь купить можно все. Об этом чуть подробнее.
Процесс покупки - особая специфика Китая вообще, Гонконга в частности. Пример. Валя везде покупает СД с китайской живописью и с техникой показа этой живописи. Заходим в какой-то универмаг. Продавец говорит, что штука стоит 220 гонк. долл. (US1$=HK7,4-7,7$). Валя делает вид, что хочет подумать и делает шаг в сторону. Тут же цена падает на 100 долларов за штуку. Валя конючит и понимает, что это не предел. Мы говорим: очень хорошо, но нам надо еще немножко подумать, за что вслед получаем шипение. Проходим метров 20 на том же этаже, опять продают диски. Те же самые, но тут первоначальная цена 35 долл. - А если возьмем 8 дисков? - Тогда еще 20% скидка. Вот так: 8 дисков за цену одного, объявленную в 20 метрах от "неправильного места". И это в большом едином торговом центре. Ну, а на улице.......
Памятка для тех, кто не знаком с китайской системой торговли: никогда сразу ничего не покупать - это раз. Два - торговаться, снижая цену, как минимум, на одну треть, обычно - на две трети, а дальше, как сумеете. Чем больше торгуетесь, тем больше уважения у продавца. Хорошо зная эти вещи, мы сами, однако, сильно прокололись.
Я давно хотел купить новую видеокамеру, поскольку моя старая сломалась. Но цены в Москве и в других местах меня не устраивали (везде они были где-то на уровне 1000-1200 ам. долл.). А потом хотение было каким-то абстрактным. Вроде бы надо, а с другой стороны, зачем? Фильмы делать я не собирался, а для запечатлений хватает и фотоаппарата. Короче, было хотение, не оформленное в цель.
Так вот, идем мы по этой Натанроуд, где нескончаемая сеть магазинов с разной видео и аудио аппаратурой манит посмотреть на последнее слово техники. Валя в одном магазинчике спросила: "А где же цены на вашу аппаратуру"? - "Здесь", - ответил парень и, усмехнувшись, показал на висок. И таких "бесценных" магазинов - просто почти все. Ну, мы подумали, такая у них особенность, рынок, так сказать. Валя без особого умысла спрашивает в другом месте: "Сколько стоит эта цифровая видеокамера", - показывая на небольшой аппаратик фирмы Сони? Продавец говорит: ничего не стоит, т.е. всего долларов 500 (американских). Мы удивились, поскольку такие камеры я видел за 1000 и более. Тут продавец "только для нас" скидывает цену до 400. Просто даром, - подумал я, и достаю кровные (не Герины) 400. Тут вступает в дело другой профессионал и предлагает нам показать, как работает эта камера. Сервис, капитализм! Мы заходим в небольшую полутемную комнатку. Он подключает камеру к телевизору, демонстрируя, как работает наша камера, когда снимаешь в помещении. Без дневного света, т.е. при комнатном освещении она уже, якобы, не снимает, а нужна специальная лампа. А для того, чтобы снимать в неосвещенных местах без этих вспышек и прочих причиндалов, вам надо купить другую камеру, и достает эту самую другую камеру побольше. Она действительно "берет" темноту и увеличивает в 400 раз (предыдущая всего лишь в 120 раз). Он расписывает прелести новой камеры (объектив, разрешательная способность и многое чего еще, что мы не поняли). Я спрашиваю, сколько же она стоит? Он - 470 долл. Я подумал, что это ее полная цена, т.е. добавить всего нужно 70 долл. Ан нет, оказалось, что 470 надо добавить к тем 400 долл. Мы, естественно, не соглашаемся, а он нам, - "вы же лишаете себя возможности снимать в домашних условиях". Резонно. Я чувствую, что влип и понимаю, что предыдущих 400 долл. я уже у них назад не вырву, поскольку, повторюсь, я тут же их выложил за ту, цифровую камеру. Я оторвал от сердца последние свои накопления, и вышли мы из магазина с камерой, достаточно хорошей, но, как оказалось, не цифровой. Но такой уж профессионал нам попался. И такой он гонконгский рынок - техника, помноженная на китайскую хитрость. Надо иметь в виду, что Гонконг - это самый торгашеский город в мире с разветвленной мафиозной структурой по всему миру. По своей агрессивности в торговле гонконгцам нет равных в мире.
То есть я выложил за вещь, которую, в общем-то, не собирался покупать 870 ам. долларов. Вечером мы попробовали эту камеру. Она действительно оказалось очень хорошей: мы умудрились заснять даже ночной Гонконг. Но через день мы наткнулись на магазин недалеко от нашей гостиницы, где приблизительно такого же класса камера, а может и лучше (в чем себе не хочется сознаваться) стоила 600 ам. долл. И самое противное. Оказывается, в Москве она тоже стоит приблизительно 600 ам. долл. Отсюда еще одно правило: если уж что-то купил, потом не выясняй, сколько это стоит в других местах. Портит настроение.
Однако наше настроение вновь взлетело, когда мы этой камерой смогли заснять удивительное зрелище - "нашествие" филиппинок на Гонконг, их туризм в ночном городе.
В дни нашего пребывания были какие-то предпасхальные праздники. О них мы узнали по предпраздничному нашествию женщин, которые тысячами заполнили улицы острова. Распаковывались и запаковывались какие-то коробки прямо на проезжих частях улиц, которые были закрыты для движения машин. Полицейский нам объяснил, что это - Eastern Family Fun Day, когда армия филиппинок наводняет все центральные улицы Гонконга. Филиппинские мужики ловко придумали! Женщины устраиваются на тротуарах и на проезжей части едят, играют в карты, стригутся, целый день не сходя с места. Чего приезжали? Шум от них такой же, как от миллионов птиц на скалах. А часов в 11 вечера начали собирать свои сумки-коробки, оставляя центральную часть города с ее Картье, Боссами и Армани в состоянии ночного восточного базара.
Золотые небоскребы и птичий базар!
В субботний день, к вечеру, нам понадобились деньги, поскольку осчастливленные дорогой покупкой, мы остались без них, да и на воскресенье мы наметили поездку в Макао. Перехваленный Американ Экспресс в Гонконге оказался не таким уж удобным подспорьем. Банк вместе с кэш-машиной закрыт. После объяснения охране, что нам нужна только машина, мы были сопровождены к ней. Машина замерла вместе с банком. Мы тоже замерли. Денег у нас нет. Банк закрыт. Во всем городе по этой карте можно взять деньги из машины ТОЛЬКО в одном месте! Мы озадаченные своим дальнейшим существованием, помчались в гостиницу ждать звонка от сына. Все было им разрешено сразу же, к нашему удивлению. В таких гостиницах, в которой мы жили, оказывается можно взять деньги в долг, и они будут прибавлены к общему счету. Это для справки тем, у кого может сложиться подобная ситуация.
В один из дней мы решили взобраться на "Пик" в буквальном смысле этого слова, т.к. это - самая высокая точки гонконгского острова, откуда можно было созерцать весь Гонконг. Но для начала надо было взобраться до станции трамвая, который и повез бы нас на этот "Пик". Оказалось, что это тоже не простое дело, особенно в 26 градусную жару. Не без труда мы доплелись до этой станции, но у нас не оказалось таких наличных денег, чтобы купить билеты. Они стоили долларов по 140. АМЕКС и здесь не работал. Но уж коли мы на полпути к Пику, мы не упустили возможности вскарабкаться еще метров сто или двести, к месту обозначенному как зоопарк, к которому вели указатели. Немного взмыленные, так что Валя рухнула на скамейку (а какая туристка!), мы добрались до этого зоопарка, в котором обнаружили двух спящих леопардов и всяческих птиц, которых можно поймать и на улице. Этот зоопарк не стоил наших усилий. Зоопарковая культура ни в какое сравнение не идет с аналогичной в Гамбурге, Дрездене и Берлине (почему-то в Германии отличные зоопарки). Зато здесь вход в Зоопарк бесплатный. Может быть "в нагрузку" за потраченные усилия для таких туристов, как мы. Я думаю, что если бы он был платный, ни один дурак туда бы не полез специально.
Как на острове, так и в Каулуне в стороне от главных улиц множество узеньких улочек (метра в полтора шириной), где жизнь бьет ключом. Торгуют морской всячиной, сушеными и очень вонючими соленостями. Рыба и моллюски прямо прыгают из тазов. Зелень, невиданные фрукто-овощи. Мясо, думаю, не проверенное на коровье бешенство, разделывают и жарят тут же. Горы риса всех сортов. На это Валя обратила внимание после того, как в одном из ресторанов нас спросили: "Вам какого риса"? - Риса, как риса, - нам показался смешным такой вопрос. И вдруг десяток сортов - от белого до черного. Первого официального языка мы здесь не услышали совсем. А вот со вторым был эксперимент. Прямо напротив "золотой" 100-этажной башни сидит бабка и продает папайю. Валя спрашивает (естественно, по-английски), мол, сколько стоит? Бабка, "поняв", показывает деньгу в 20 долларов и отвечает "шу-шу". Мы тоже поняли и сделку заключили.
Я давно мечтаю попасть на озеро Титикака. Но вот в Каулуне моя мечта наполовину сбылась. Мы забрели в одну такую улицу, где наткнулись на ресторанчик с названием КаКа Лок. Можно считать, что Каку я посетил, осталось посетить Тити. Но это я сделаю сам, без помощи сына.
Между прочим, даже на основных, фасадных улицах нам попадалось немало нищих и бомжей (чего мы не встречали ни в Пекине, ни в Шанхае). Один бомж спал сладким сном, а вокруг него сновали огромные крысы (это на улице Натанроуд), но его не кусали. Видимо, своего не трогали. Зрелище, особенно для женщин, пренеприятное. И еще одно не менее любопытное зрелище. Одна старуха, подняв довольно высоко ногу, соскабливала о стенку свои мозоли. Очень интересное ноу-хау.
Макао - не Лас-Вегас, а казинос немалос
Еще до приезда в Гонконг мы запланировали съездить в Макао. Было интересно, особенно после нашего недавнего визита в Лишбоа, узнать, о влиянии колонизаторов-португальцев на китайское население. Колонизаторствовали они, между прочим, здесь где-то с середины 16 века. И только в 1999 г. Макао перешел под юрисдикцию КНР, как и Гонконг, получив статус Специального административного региона (Special Administrative Region).
Доехать из Гонконга до Макао просто: всего час езды на катере. Придя на паром, мы обнаружили очень мощное современное здание, напоминающее приличный аэропорт. Через каждые 15 минут отправляются турбо катера - это и есть паромное сообщение. Купили билеты по 130 долларов в одну сторону на человека. Когда расселись на катере, нам раздали бланки для заполнения своих паспортных данных. При "заплыве" в Макао нужно проходить визовый контроль. Еще большее удивление вызвало то, когда гонконгцы стали в очередь с нами как "иностранцы". Макаоский пограничник очень внимательно рассматривал наши паспорта и как-то нехотя поставил штамп. Выйдя на вокзал, мы столкнулись с таксистами и рикшами, предлагавшими доставить нас до центра. Я не люблю наглый сервис (они почему-то напомнили мне наших таксистов в Шереметьево). Мы предпочли воспользоваться автобусом, который и довез нас до этого центра всего лишь за 10 гонк. долларов на двоих.
Осмотревшись, мы поняли, что только в центре и осталось кое-что португальское, причем не так много. Город вызывал какое-то странное ощущение из-за названия улиц: они названы по-португальски (Rua do Campo, Rua de sen Paolo и т.д.), но как-то не очень гармонировали с китайскими зданиями и кишащей жизнью. Хоть дождь и подпортил наш день, но китайцы его не замечали. Торговля, шум, запах китайской пищи - все жило своим чередом. Зашли в Ce Catedral Macao - Кафедральный собор. Внутри три человека, точнее одна женщина и два человека. Женщина на вид - португальская китаянка. Видимое нелепое сочетание, точно такое же, как и сочетание названий улиц с китайским ароматом, да и всего привнесенного универсального капитализма на китайскую почву. Искусственный гибрид - такое же было ощущение и от Гонконга, но оформилось словесно именно сейчас. Посмотрели Руины Св. Павла (Ruins of St. Paul). Руины как руины. Красив музей Св. Доминика (St.Dominic Museum). Немного в стороне от него площадь, чисто в португальском стиле. На улице Амараль (Rua F. Do Amaral) увидели казино, в которое спешила славянская девочка, судя по внешнему виду, "наша Наташа". Вокруг этой Амараль сгрудились главные казино Макао, оправдывая возникшую аналогию. За два часа мы обошли все достопримечательности центрального Макао и решили, что делать нам здесь больше нечего. Вале, правда, повезло с книгой. В каком-то магазине она нашла альбом какого-то художника, который "идет" в том же направлении, что и она. Скатертью им обоим дорожка.
Я хотел было уговорить Валю сыграть в рулетку, но восторга у нее не вызвал, она уткнулась в свой альбом. Ставишь, так, доллар, и ты миллионер!!! По крайней мере, я много об этом читал. Но Валя категорически отказалась искушать судьбу, поскольку, если бы я не стал миллионером, то мы вообще не смогли бы выехать отсюда.
Без особых впечатлений мы уезжали из этого Макао-Аомэня. Единственное, что нас действительно потрясло, так это мосты: таких длинных я нигде не встречал. Сан-францисский мост перед этими просто детская постройка. Один - это мост Дружбы (Friendship Bridge) - начинался и кончался в тумане, а видимая его часть была километра три-четыре. Судя по карте, мост должен тянуться на 10-15 км. Другой мост Макао-Тайпа (Macao-Taipa Bridge). Оба моста соединяют Макао с островами, название которых почему-то на карте не обозначены.
До Пика не добрались, а китаянки на пике
В тот же день мы вернулись в Гонконг, который нам уже показался родным и близким. Надо заметить, что с каждым днем он нам почему-то нравился все больше и больше.
На следующий день мы собрались было посетить их знаменитый Океанский парк, но по проспекту поняли, что там ничего особенно нет. Несколько дельфинов и всякая запрудная дичь в лице все тех же фламинго красовались на рекламе об этом парке. Памятуя поход в Зоопарк, мы решили пропустить Океанский парк. Причем вход в этот парк стоил по 140 местных долларов (около 20 ам. долл.). Решили тогда съездить в район Стэнли: там бурлит их разрекламированный рынок. Стэнли находится в западной части Гонконгского острова, и туда надо было добираться на двухэтажном автобусе (в Гонконге, по-моему, все автобусы двухэтажные). Дорога вела в гору, а с горы открывалась живописная панорама города. Здесь мы "добрали" ощущение от Пика. А ближе к Стэнли можно было созерцать Южно-китайское море. Я, конечно, впечатлился, хотя было такое ощущение, что мы свалимся в пропасть. Очень странное чувство вызывали высотные дома, которые были каким-то образом встроены в эти горы: на вершине горы - небоскреб. Непонятно, как они выдерживают всякие тайфуны и цунами. А если пожар?
Сам рынок оказался не очень большим и по своему разнообразию не шел ни в какое сравнение с торговлей на Натанроуд и близлежащими переулками, не говоря уж о Пекинских рынках. Но мы не пожалели, что съездили сюда. Красота самой дороги компенсировала разочарование коммерцией.
Обратили внимание и на такой момент. Как ни странно, не так много туристов с Запада (но много из Японии). Среди них, естественно, женщины, которые очень невыгодно смотрятся на фоне китаянок. То ли приезжают какие-то бизнесвимен, то ли из военных, то ли бисексуалки - не поймешь. Китаянки же, хотя и бывают разными, но среди этих разных попадаются просто восхитительно красивые. Мы с Валей аж вздрогнули, когда увидели как-то двух девушек. Просто образцы восточной красоты.
- Ну, а как там Палпалыч, мелькнуло в голове. Тут, на краю света ходит такая красота, а там, в застенках американского капитализма сидит наш мученик - Палпалыч. Очень мы хотели найти хоть какую-то информацию о великой стране - России, о величии которой прожужжали все уши ее кормчие. Однако по 42 каналам местного телевидения (которое включает все мировые информационные агентства) так ничего мы и не узрели про рост экономики в Державе, про Палыча, про Путина. Но заметили, что рекламы на телевидении нет, А если есть, то это - секунды. Нет на телевидении и похабщины. И про Англию, свою колонизаторшу, тоже не очень много говорят. Восток!
В общем, уезжали мы из Гонконга наполненные впечатлением несовместимости. Так и представляется, как бизнесмен, сняв свой костюм, становится через улицу от золотого офиса китайцем и идет есть свою лапшу в тот "ресторан", что попался нам в первый день. Культура, помятая бизнесом.
Баня в аэропорту
Улетали мы из Гонконга почти в 12 ночи, а приехали в аэропорт около 9 вечера, поскольку ноги наши уже не ходили. Гостиничный специальный автобус домчал нас до космического объекта - Гонконгского аэропорта.
Мы не пожалели, что приехали в этот аэропорт пораньше. Сам аэропорт - достопримечательность. Строительство его обошлось, я где-то то ли прочел, то ли слышал, в 12 млрд долл. Он - самый большой в мире. Скажем, все Шереметьево могло бы уместиться где-то у него на задворках. Он очень функционален и, несмотря на огромные размеры, удобен.
Наученные посещать места для бизнес-людей, мы отправились в лаундч, который оказался очень большим. Я решил выполнить всю программу полностью: от еды с пивом до бани. Заказав японской трапезы и запивая это все японским же пивом, мы выполнили первую часть. Вале я взял вина, фруктов, а сам - в баню. Я первый раз причастился к такой услуге в аэропорту и, думаю, сохраню эту привычку, если мои финансы или финансы "спонсоров" позволят мне продолжить практику бизнес-класса. Пролетарская совесть захмелела и распарилась. А "слуги" интересуются, не промоюсь ли я и не опоздаю ли на рейс. Нет, говорю, я в порядке.
После купания пошел в Смокинг бар, т.е. в курительную комнату, где еще дают и выпить. Взял еще пару банок Кирин дайити биру, устроился напротив итальянца, который курил трубку. Я тоже решил закурить: достаю зажигалку, на которой красуется портрет Великого кормчего - Мао Цзэдуна, купленную на Каулуне. У зажигалки специфика: при прикуривании она запевает песню "Алеет Восток", в котором есть прекрасные слова: ветер с Востока довлеет над ветром с Запада. Итальянец заинтересовался. Спрашивает, а кто это на зажигалке. Говорю: Мао Цзэдун. Он: а кто это? Я удивился, а он удивился, что я удивился. Так мы и познакомились. Он в ответ как бы с обидой поведал, что китайцы и американцы не знают про Италию и думают, что это еда такая - Италия.
В этом рассказе я усмотрел подтверждение своим наблюдениям: для китайцев и американцев - весь мир - ничто, он неразличим. В мире есть только Китай и США, дракон и тигр, остальных животных можно и не различать: они все равно пища для первых двух.
Летели назад мы все той же Cathay Pacific, только уже не 10,5 часов, а 12 часов. Для несведущих: на Восток лететь всегда быстрее, чем на Запад. Полет в бизнес-классе до Франкфурта на Майне пролетел как мгновение. Аэропорт же во Франкфурте уже нам не показался. Не удобный, сервис грубоватый, вместо улыбок хмурь и раздражение. Правда, пребывание в этом аэропорту до нашего вылета я скрасил потреблением все того же Кирин дайити биру, несколько банок которого я умыкнул про запас из Гонконгского лаундча. Настроение испортилось, когда мы загрузились в эту Люфтганзу: ряд оказался последним, газет нам не хватило. Вот что значит эконом-класс.
Но лететь было недолго и через пару с небольшим часов мы в Москве, которая нас встретила 20 градусной теплотой. Я разделся до футболки, но в метро почувствовал себя не в своей тарелке, т.к. все были одеты в плащи, пальто, а некоторые женщины даже в шубах. На улице 20 градусов тепла и ...шубы. Видимо, Путин не дал команду раздеться.
Я уже давно заметил одну особенность русских: они одеваются не по погоде, а по сезону. Если уж зима, даже при температуре 2-3 градуса, они все равно будут в шубах и дубленках. Особенно это касается женщин. Но зато они самые красивые. Красивее даже китаянок... в массе.
Гонконгцы - это китайцы или кантонизы?
А теперь несколько слов, что действительно меня интересовало. Для начала такая справочка для читателей. Население Гонконга - около 7 млн. чел. Здесь живет больше миллиардеров, чем во всем мире. По данным за 1999 г., экспорт Гонконга составлял 175 млрд долл., экспорт 146 миллионной России - 75 млрд долл, соответственно, импорт: в первом случае - 173, во втором - 50 млрд долл. У Гонконга сумма золотовалютных резервов составляет 96, 3 млрд долл., у России - 9,6 млрд долл. Номинальный ВВП Гонконга равен 173 млрд долл, у России - 276 млрд долл. Это значит, что на душу населения ВВП Гонконга равен 24 716 долл., у России соответственно - 1 876. Причем, вся площадь Гонконга, а это полуостров + 260 островов равна около 1000 кв. км, площадь России, надеюсь, все знают.
Гонконгцы, повторюсь, самые агрессивные хуацяо, которые с 1997 г. перестали быть хуацяо, поскольку стали частью КНР, хотя и получил статус Специального административного региона. В этой связи меня интересовал вопрос, как сами гонконгцы определяют себя? Кто они? Это не простой вопрос, который поднимает целый пласт проблем, до сих пор нерешенный.
По опросам 1985 г. было выяснено, что 60% респондентов определили себя как гонконгцы и только 36% как китайцы. По статьям на эту тему в газетах выяснил, что и после воссоединения с КНР ситуация изменилась не столь существенно. Проблема заключается в том, что "китайство" (chineseness) ассоциируется с "материковостью" (mainlandisation), т.е. с коммунистическим режимом. Другими словами, назвать себя китайцем, это все равно, что назвать себя коммунистом. А этого многие не хотят.
Чтобы как-то решить эту проблему, пекинские власти через различные пропекинские организации в Гонконге инициируют возрождение китайских традиций, например, во время фестиваля Чин Мин (Ching Ming festival) или во время Лунного Нового года (обрамляются красные фонари, патриотические пения, акробатические шоу и т.д.). Вся эта "китаизация" с недоверием воспринимается особенно молодежью, которая весьма далека от китайских традиций просто в силу своих интересов. Они заняты инвестициями в рисковые компании, в рынок собственности, т.е. крутятся в бизнесе, который как по своей морали, так и по функциям не имеет ничего общего с конфуцианскими или таоистскими канонами. Этот мафиозный гонконгский бизнес, хотя и связан с семейными кланами, но оторван от китайских ценностей. Китаец-капиталист - это противоречие. Китаец - это часть китайской нации, он работает и живет во имя Китая, во имя утверждения китайских ценностей. Китаец-кантониец живет во имя собственных интересов, во имя денег. Это противоречие проявляется даже в том, что гонконгец носит обычно европейское имя: Китти, Джон, Вильям и т.д., а фамилия у него остается китайская.
Движенье машин - левостороннее (как в Англии), движенье пешеходов - правостороннее. Такое двустороннее движение.
Ориентация на бизнес, деньги лишает гонконгца национального характера, национальной культуры. У любого бизнесмена - нет лица (Ленин: у капитала нет национальностей). Один продавец нам рассказывал, что хотя он себя и называет китайцем, но все-таки он не такой как на "материке". Мы, говорил он, живем для денег, а они, если по большому счету, живут на стратегию, во имя великого Китая.
Надо иметь в виду, что и резкое отличие кантонийского диалекта от мандарина (путунхуа) разделяет эту группу китайцев. Гонконг - так читаются два иероглифа на кантонском диалекте, те же иероглифы на мандарине - Сянган, а Макао как Аомэнь. Когда Гонконг я называл Сянганом меня не сразу понимали, о чем я говорю. Я удивился, когда выяснил, что мало кто владеет "мандарином". Продавцы говорили, что учат в школе, но тут же забывают. Для них - это другой, иностранный язык.
Удивило и другое. С английским языком гонконгцы тоже "на вы". Знают в гостиницах, а также те, кто связан с международным бизнесом. На улицах же простые жители практически его не знают. Между прочим, уход англичан, как мне показалось, не вызвал печали. Наоборот, ныне открылись более широкие возможности для бизнеса с "материком". Но на психологическом уровне (судя по газетам) они КНР воспринимают как иностранное государство. Хотя сами ездят на "материк" без виз, в то время как с материка требуется виза, причем получить ее не просто.
Результаты получились уникальные: ни Запад, ни Восток, ни китаец, ни европеец. Синтеза не получилось. В остатке - кантонец (гонконгец) с особой формой азиатского капитализма, в котором чуть ли не ведущую роль играют тайные общества (хуэйданы), распространившиеся по всему миру. Конечно, это противоречие, в конце концов, будет решено в пользу материка. Все-таки история Китая - это почти пять тысяч лет. А английского Гонконга - всего лишь сто лет. "Материк" кого только не перемалывал. Перемелет и гонконгцев. И тогда они вновь станут китайцами.
Олег Арин и Валя
Главная
_________________________________
DESIGNED & POWERED by RUSGLOBUS
