главная

ЯПОНСКИЙ НАЦИОНАЛИЗМ: СИНДРОМ ПРЕВОСХОДСТВА ИЛИ УЩЕРБНОСТИ?

«- Все японское стало подлинной религией Японии. Японцы — это боги!

- Японскую расу следует считать выдающейся, поскольку со времен богини Аматэрасу японцы чисты, как самое лучшее неразбавленное рисовое вино - сакэ.

- Иностранцы должны быть в состоянии цитировать Басё так, как мы цитируем Рильке».¹⁰

Угадайте, кому принадлежат эти высказывания? Довоенным философам-националистам К. Нисида, Н. Такаяма, С. Гондо, Т. Вацудзи? Или милитаристам Г. Танака, X. Тодзио, К. Хиранума? Нет, не угадали.Оказывается, так говорят философы и политики современной Японии. Первое высказывание принадлежит профессору из Токио С. Ямамото, второе — бывшему премьер-министру Я. Накасонэ, третье - философу и драматургу Т. Умэхара.

Что это? Случайный всплеск национализма или мощная волна — предвестник бури? Ностальгия по прошлому или заявка на будущее? Попробуем разобраться.

Головокружение от успехов, или «Захват» Америки

«В XIX столетии Великобритания создала международный экономический порядок и возглавилаего. В XX веке то же самое сделали американцы. Настало время Японии создать такую международную систему, которая отразила бы ее величие и стратегические интересы»"¹¹.

Эту фразу приписывают многим а Японии. В данном случае газета «За рубежом» процитировала М. Исидзука, одного из деятелей националистической группировки «Кокумин кайги». Автор статьи из "Шпигеля» Т. Терцани, приводя почти дословно это высказывание, сослался на «стратега» из НИИНомура. Приходилось эту мысль слышать из уст и других японских политиков и идеологов. А раз так, значит,она отражает настроение определенных слоев японского общества. Икак считают эти слои, основания для таких настроений существуют.

Действительно, в 80-е годы страна не только укрепила свой экономический потенциал, но, что особенно важно, начала обходить своего влиятельного союзника — США по некоторым «технотронным» позициям. Речь идет не только о колоссальном положительном сальдо (около 50 млрд. долл.) в торговле с США, но иоб опережении заокеанского партнера в автомобилестроении, робототехнике, в темпах компьютеризации общества и т. д. Средства массовой информации с удовлетворением отмечают очередные победы японцев над янки. С восторгом сообщается, как Япония помогает «больной» Америке оздоровить бюджетный дефицит, скупая облигации американского правительства. Во весьголос газеты протрубили о том, что Япония вышла на первое место в мире по заграничным нетто-активам, которые в 1986 году достигли 180, 4 млрд. долл. С нескрываемым удовлетворением пишется также об успехах «атаки сзади», которую, демонстрируют японские бизнесмены в самих Соединенных Штатах, где они скупают банки и недвижимость. «Завоевателем Америки» назван президент одной из компанийС. Кобаяси, закупивший 37 первоклассныхнебоскребов в Нью-Йорке и в других городах на сумму 2 млрд. долл.

Нарисованная средствамимассовой информации картина "упадка Америки», конечно же, не отражает действительности, хотя в определенной степени и обнажает "больные места» в экономике США. До «упадка», безусловно, далеко, а до превосходства Японии над США—-ещедальше. Достаточно сопоставить ВВП или расходы на НИОКР двух держав, чтобы понять, сколь необъективно оцениваются соотношения экономических сил партнеров-союзников. По первому показателю Япония отстает от США более чем в 2, 5 раза, по второму — более чем в 2 раза.¹²

Но упор в пропаганде делается, естественно, на победах Японии, при этом активно эксплуатируются в этих целях и заявления конгрессменов по поводу вторжения «японских самураев» на американский рынок.

Головокружение от успехов над янки в определенной степени и спровоцировало взрыв национализма в стране, который охватил часть «интеллектуальной» элиты, одновременно явившись стимулом для активизации националистических организаций типа "Нихон-о мамору кокумин кайги» (Национальный совет в защиту Японии), «Кокка кихон мондай досикай» (Ассоциация по обсуждению фундаментальных проблем государства) и т. д.

Идеологами национализма вновь воскрешаются теории «Нихондзин рон» ("Теория о японцах») или «Нихон бунка рон» («Теория о японской культуре»), служившие еще с домэйдзинских времен основой для пропаганды исключительности японской расы. Бум этих теорий в современной Японии — это уже не просто всплеск национализма, хотя еще и не волна, но это и прошлое, а возможно, и будущее. Как знать?

Синдром: «Япония — превыше всего»

Крайне любопытное, а может быть, и закономерное явление: успехи японской экономики и победы над «закатывающейся Америкой» идеологи национализма объясняют не экономическими причинами, а главным образом уникальностью японской расы. Слово «раса» употреблено не случайно. Дело в том, что в японском языке есть несколько слов, которые на первый взгляд синонимичны,— миндзоку (нация), минсю (народ), симин (граждане), кокумин (народ страны). Если слова минсю и кокумин обычно используют в официальных документах, то слово миндзоку любят употреблять националисты, в особенности из «киотоской школы», к которой причисляет себя и Накасонэ. Его любимое выражение Ниппон миндзоку (японская нация) и даже Ямато миндзоку (нация Ямато).¹³ Суть в том, что миндзоку идентичен нацистскому образу народа,— народа расовой чистоты и идейного единства. Представители «киотоской школы» как раз и называют себя «выразителями духа нации». В чем же преимущества «избранной нации Ямато»? Ответ на этот вопрос можно найти у Т. Умэхара, которому Я. Накасонэ в бытностьсвою премьер-министром доверил создание Института японологии, призванного утвердить и научно доказать национальную исключительность японцев.

Рассуждения философа на этот счет(а Умэхара долгие годы изучал западную, в основном немецкую философию, в которой он, впрочем, затем разочаровался), прямо скажем, не тривиальны.¹⁴ Они могут поразить любого неискушенного читателя. Главный его тезис заключается в том, что японская нация начала формироваться 12 тысяч лет назад, а этона 4 тысячи лет раньше, чем зарождение цивилизации в Месопотамии. Первое открытие, сделанное Умэхара. Через две тысячи лет, по его мнению, начала развиваться и японская культура, получившая название культуры Дзёмон. Японского философа при этом не смущает, что археологические данные относят развитие этой культуры кэпохе неолита, то есть к VIII—III векам до н. э.¹⁵. Такие «мелочи»Умэхара не беспокоят. Главное, что уже 10 тысяч лет назад зародилась «духовная культура», которая жива в сознании японцев и по настоящее время. Философ дает самую высочайшую оценку этому периоду и считает, что «изучение культуры Дзёмон жизненно необходимо не только для Японии, но для всего мира, для всего человечества»¹⁶. Ни много, ни мало.

Наверное, в этом резон есть. Если культура Дзёмон -- это первый очаг цивилизации на земном шаре, тогда, конечно, изучать надо. Вот только первый ли? Ноэто уже детали.

Умэхара делает еще одно открытие, столь же неожиданное, как ипервое. Оказывается, айну — это потомки людей эпохи Дзёмон, то есть айну — самая наичистейшая часть японскойрасы. При этом Умэхара в диалоге с Накасонэ не преминул польстить тогдашнему премьер-министру, чточерты его лица явно носят следы происхождения от людей Дзёмон. На что премьер ответствовал: он действительно айну.¹⁷ До чего только не доведут националистические изыскания философов и политиков? Парадокс в том, что именно айну являются наиболее притесняемой частью японской нации — всем известный факт,который, правда, сам Накасонэ отрицает. Ну, коль скоро Умэхара сделал подобные «открытия», уже становятся неудивительными и более мелкие, наподобие того, что концепции «взаимного доверия», «равенства» и «справедливости» были сформулированы принцем Сётоку-тайси, то есть в конце VI—начале VII века н. э. Все это напоминает анекдот об Иване Грозном, который «насквозь» видел человека задолго до открытия Рентгеном своих лучей.

Идея «первичности» японской нации с ее «уникальными» культурными ценностями логично приводит последователей идеологии «японизма» к концепции «исключительности» расы Ямато. Отметим, что современные неонационалисты ничего оригинального в эту концепцию не привнесли. С аналогичными аргументами выступали в 20—30-е годы тогдашние идеологи национализма и фашизма.¹⁸ Закономерно при этом то, что как довоенные, так и современные апологеты национализма черпали свои идеи из трудов таких немецких философов, как Ницше, Фихте и Хайдеггер. Главное достоинство этих философов, особенно двух последних, они усматривают в их мистическом трансцендентализме, торжестве духа над телом, иррациональности над рациональным. По мнению, например, филолога С. Ватанабэ, именно такими качествами обладают японцы, именно в этом как pas и состоит «уникальность» японской нации.

Совершенно естественно, что в центре дискуссии о происхождении японцев фигурирует извечная тема места императора в обществе, его культа в синтоизме, отношения к милитаризму. Круг вопросов, которые еще до начала 80-х годов считались «запретными», ныне получает самое детальное освещение в средствах массовой информации. Причем, и это следует особенно подчеркнуть, население Японии в целом с пониманием и даже одобрением относится к обсуждению этих тем. Опросы общественного мнения показывают возрастающий интерес японцев к возврату «к традициям», к развитии «чувства уважения» к императору. При этом такой «интерес» наиболее проявляется у молодых японцев (16—19 лет) и меньше у лиц старше 65 лет.¹⁹

«Сегодня настало время вновь утвердить национальную самобытность»

Эти слова, принадлежащие Накасонэ,²⁰ находят отклик среди немалой части японского населения. Возникает вопрос: что стимулирует поддержку подобных лозунгов?

Чуть ли не все специалисты в один голос утверждают, что подъем национализма

вызван экономическими успехами японцев. Так ли это? ^:

Действительно, экономическое процветание в Японии формирует чувство законной гордости у японцев. Но может ли богатство служить базой для национализма? Не берусь однозначно утверждать, но полагаю, что не может. Почему? Вспомним историю. Господство Великобритании в XIX века, как известно, не порождало национализма в стране. Подобные настроения возникли после второй мировой войны, когда значение Англии в глобальной политике резко упало. Такая ситуация вызывала чувство неудовлетворенности, которое трансформировалось в всплеск национал-шовинизма после победы на Фольклендах. Чувство неудовлетворенности было частично удовлетворено. Французский национализм подогревался чувством зависти к Англии еще со времен 100-летней войны. Стремление поставить Англию «на колени» постоянно стимулировало французскую внешнюю политику и в определенной степени обусловило войны Наполеона. После 1870 года французский национализм питался чувством реванша против Германии. В самой Германии идеи об исключительности германской расы, немецкого духа, идеологически сформулированные у Фихте и Ницше, порождались чувством неудовлетворенности положением страны Среди других великих европейских держав. Неудачная попытка взойти на пьедестал закончилась унизительной капитуляцией в 1918 году. Чувство унижения. Вызвавшее одновременно чувство реванша, в свою очередь вновь возродили националистические теории о превосходстве «германского духа» в форме национал-фашизма, разработанный M. Хайдеггером, Ю. Штрайхером,А. Розенбергером, К. Хаусхофером и другими идеологами и философами.

Мы бы погрешилипротив истории, если бы считали, что национализм представляет собой сугубо негативное явление. В моменты формирования наций он играет исторически прогрессивную роль. Достаточно вспомнить возрождение русского или китайского духа в ответ на татаро-монгольское и маньчжурское иго. В таком же ключе можно квалифицировать и американский национализм XVIII века, служивший идеологической основой в борьбе против английского господства. Другими словами, национализм прогрессивен в периоды формирования наций, ее защиты от внешних врагов, то есть когда он выполняет функцию сохранения и развития самобытности нации. Но национализм сразу же превращается в свою противоположность — в шовинизм— как только он становится платформой теории национальной исключительности, превосходства одной нации над другой.

Национал-шовинизмв идеологии приобретает характер гегемонизма в политике, поскольку идея сверхисключительности нации не может не вести к идее господства над всем миром. Такая логика в свое время послужила обоснованием политики захватов фашистской Германии и Италии, а также милитаристской Японии. Следует отметить, что воспроизводящим фактором подобной «логики» выступает противоречие между осознанием исторической миссии «сверхнации» на международной арене и ее реальными возможностями.

Это явление в обнаженной форме проявляется и в современной Японии. Националистические круги этой страны объясняют экономические успехи своеобразием японской культуры, традиций, особым мышлением японцев. Не будем гадать, как развивалась бы Япония после войны, если бы не была осуществлена демократизация по западным образцам, если бы она не получила долларовые вливания в экономику и если бы не имела возможности использовать западные «мысли» в виде лицензий и т. д. Главное, несмотря на эту послевоенную «вестернизацию», Япония сохранила свою самобытность, и прежде всего благодаря ей, как утверждают националисты, японское общество добилось процветания. В западных же цивилизациях острые экономические кризисы сопровождаются такими негативными явлениями, как наркомания, проституция, рост преступности. Особенно это относится к США. Средства массовой информации, обнажая язвы американского общества и не жалея для этого черных красок, довольно умело стимулируют антиамериканские настроения у японского населения, вызывая чувство раздражения поведением «нахальных янки» в их стране. В 80-е годы подобные настроения ощущают на себе не только американцы, но и европейцы, не говоря уже о высокомерии, которое испытывают на себе представители азиатских народов из стран ЮВА. По данным опроса газеты «Асахи», проведенного в 1983— 1984 годах, 80 % респондентов заявили, что «японский народ относится к высшим расам мира»²¹. Казалось бы, что еще надо? Дело же в том, что синдром «высокомерия» одновременно сопровождается чувством «унижения», чувством «зависимости». На эту взаимосвязь уже обращали внимание ученые. Так, один из них, профессор истории и литераторы С. Като, указывая на истоки современного национализма, пишет, что он питается «во-первых, экономическим динамизмом и широко разрекламированным процветанием японского общества, во-вторых, пассивностью во внешней политике и ее привязанностью к линии США»²². Но дело, видимо, не только в США. Не так давно неонационалисты пришли в неописуемую ярость, когда Накасонэ дал задний ход после нот протеста КНР в связи с намерением Министерства просвещения пересмотреть японские учебники, в которых агрессия Японии против Китая квалифицировалась бы в виде обыкновенной военной операции.

Ниппон ё, кокка тарэ — Япония стань государством!

Этим призывом в 1980 году прославился в Японии социолог M. Симидзу. Идея лозунга довольно проста: пока Японияне приобретет ядерного оружия, она останется игрушкой в руках сверхдержав. Только ядерный статус страны делаетее государством²³, Справедливости ради необходимо отметить, что эта идея сразу же подверглась серьезной критике влиятельных кругов правящей элиты Японии, в частности со стороны известного ученого и политика M. Иноки.²⁴ Гораздо большей популярностью пользуется умеренный вариант «огосударствления» Японии, другими словами, превращения ее в политическую сверхдержаву.

Необходимо при этом помнить, что разрыв между экономическим потенциалом Япония и ее политической ролью в мире давно угнетает правящие круги страны. Еще в начале 70-х годов политики, в том числе тогдашний премьер-министр Э. Сато, выдвигали задачу усиления политического влияния на международной арене. Не получилось. В начале 80-х годов снова вернулись к этой теме, и вновь осечка, Националистические круги считают, что эта задача не будет выполнена до тех пор, пока Япония не освободится от зависимости США. Речь идет не только о военно-политической зависимости, определяемой характером американо-японского договора безопасности. Положение младшего партнера в рамках этого договора, вынуждающее Японию следовать по пятам американской стратегии, вызывает чувство униженности, ущемленности в рядах японских националистов. Это с одной стороны. С другой — даже в тех сферах, где на первый взгляд Япония обладает преимуществом над США, на самом деле не так все просто. Я имею в виду успехи Японии в конкурентной борьбе с американскими монополиями. Достаточно было этим монополиям искусственно взвинтить лихорадку на бирже, приведшую к взлету иены и падению доллара, как, будто по мановению палочки, японский экспорт в США удорожал чуть ли не вдвое. При этом надо иметь в виду, что почти 30 % японской экономики работает на экспорт. Следовательно, изменение курса валют ударило по японской экспортной промышленности, а фактически по всей экономике Страны восходящего солнца. В результате в 1986 году впервые за последние 11 лет прирост объема промышленной продукции был минимальным — 0, 3 %. И хотя уже в следующем, 1987 году, темпы прироста промышленности резко подскочили вверх (на 10 %), однако в центре внимания японцев оказались атаки американских конгрессменов на компанию «Тосиба кикай», которая якобы нарушила запреты КОКОМ. В результате давления США часть руководителей компании ушла в отставку, другая была судима японским судом. Наконец, в 1988 году, Япония вынуждена была удовлетворить требования США по ликвидации таможенных ограничений на ввоз в страну американской сельскохозяйственной продукции, против чего в течение многих лет выступали японские крестьяне.

Националисты и правые в Японии вряд ли осознают столь высокую степень экономической зависимости от США, иначе они не выступили бы против доклада Маэкава (апрель 1986 года), в котором предлагались меры по расширению внутреннего рынка в целях «гармонизации» отношений с внешней средой, прежде всего с США. Этот доклад был воспринят имикак капитуляция Токио перед Вашингтоном, как очередное унижение «великой расы Ямато» перед янки.²⁵

Итак, решению задачи превращения Японии в великую военно-политическую державу, по их убеждению, должно предшествовать освобождение от протектората США. В этом русле действуют различные националистические и правовые группировки, активизировавшиеся в 80-е годы. Оплодотворяет их деятельность идеология национализма, внешнеполитическая часть которой опирается опять-таки на превосходство японской культуры. Из диалога междуУмэхара и Накасонэ выясняется, что «человеческая раса не сможет выжить, опираясь только на принципевропейской цивилизации».²⁶ Почему? Оказывается, потому, что в ее основу положен принцип «логоса», который стимулировал развитие культуры с упором на науку и технику, игнорируя человека и духовные ценности. А потому единственный шанс для выживания человечества дает восточная культура, ибо она обращена к природе и человеку. Естественно, вершиной этой цивилизации является японская,берущая начало с эпохи Дзёмон, которую и следует осваивать всему человечеству. Западсебя исчерпал, больше учиться у него нечему. Всем теперь надо учиться у Японии.Умэхара провозглашает; «На Японию сегодня возложена важная глобальная миссия — стать мостом междуВостокоми Западом, Севером и Югом».²⁷

Было бы ошибочным полагать, что японский национализм имеет только антиамериканскую или антиевропейскую заостренность. Его адресатом является весь мир. Возникает естественныйвопрос: есть ли будущее у японского национализма? По-разному

отвечают на него. Мыже последуем совету Умэхара иностранцам цитировать Басё. На ум пришло такое его трехстишие:²⁸

Моно иэба Кути бури самуси Аки-но кадзэ.

Слово скажу - леденеют губы. Осенний вихрь!

Ставшая уже давно пословицей, эта хайку означает: осторожность иногда заставляет промолчать.

---

10. Цнт. no: Spiegel. - 1987.— January 12.— S. 116, 119, 122. Мацуо Басё (1644—1694)— классик японской поэзии.
11. За рубежом.— 1987.— № 26. - С. 8.
12. В соответствии с международными сопоставлениями макроэкономических показателей в 1987 г. ВВП США был равен 3191.6, а Японии — 1220,4 млрд. “международных долларов” 1980 года // Экономическое положение капиталистических и развивающихся стран. Обзор за 1988 и начало 1989 гола (Приложение к журналу “МЭ и МО”). Что же касается расходов на НИОКР, то нередко приводимые в печати цифры не отражают реальности, поскольку не учитывают курс валют. Объективную картину дают японские источники, В соответствии с их данными в 1986 году расходы на НИОКР в США достигали 193,3 трлн. иен, в Японии -- 84,2 трлн. иен, a долларах, по курсу 1986 года, это означало 114.7 и 49.9 млрд. долл. // Кагаку гидзюцу еран. Ежегодник статистики по науке и технике. 1987.— Токио, 1988 (май). С. 30, 181.
13. Ямато - древнее название Японии.
14. Его рассуждения были сформулированы в диалоге с Я. Накасонэ, опубликованном в "Бунгэй сюндзю" в февральском номере 1986 года. Затем этот диалог был переведен на английский язык и опубликован н том же году // See; The Flow of World Civilization and Japan's Role in the 21st Century. A dialogue between Prime Minister Yasuhiro Nakasone and Professor Takeshi Uehara.—Prime Ministers Office.—Japan. 1986, Наконец, они были изложены в журнале Far Eastern Economic Review (далее — FFER).— 1987.— 19 February.
15. См.: Ю. Д. Кузнецов, Г. Б. Навлицкая. И. М. Сырицын. Истории Японии.— М., 1988.- С. 9. Многие авторы, однако, ограничивают период Дзёмон V—I веками до н. э. // К. М. Попов. Япония.— М., 1964.— С. 36.
16. FEER.— 1987, February 19.— Р. 82.
17. Там же.
18. Подр. см.: Тосака Дзюн. Японская идеология.--М., 1982; Кодзаи Ёсисигэ. Современная философия. Заметки о "духе Ямато".— М., 1974.
19. Японское общество н культура.— Научно-аналитический обзор. М.: ИНИОН АН СССР, 1984. Выпуск 2. С. 19.
20. FEER.— 1987. - 19 February.— P. 82.
21. Ibid. P. 87.
22. Сh. К a t о, GNP Nationalismon the Upswing // Japan Quarterly.— I988.- № 1.— Р. 3.
23. И. Симидзу. Ниппон ё, кокка тарэ: каку-но сэнтаку—Япония стань государством! Ядерный выбор // Сёкун.— 1980.— № 7.
24. М. И н о к и. Кусотэки хэйвасюгн-кара кусотэки гункокусюги-мадэ — От утопического пацифизма к утопическому милитаризму // Тюо корон, 1980.— № 9. ²⁴ FEER.— 1987.— 19 February. - P. 89.
25. FEER.— 1987.— 19 February. - P. 89.
26. The Flow оf World Civilization.- P. 11.
27. Ibid. - P. 13
28. Японские трехстишия / Пер. с яп. Веры Марковой.— М., 1973.— С. 9.

Опубликовано в "Проблемы Дальнего Востока", 1990, №1, с.82-91

Главная
_________________________________
DESIGNED & POWERED by RUSGLOBUS