Самые громкие преступления в
истории курорта.
Документальная книга.
БАНДА БЕЗЖАЛОСТНЫХ
Под прикрытием
красных "корочек" эти нелюди оставляли за
собой горы трупов.
География
налетов у них оказалась широка. Разбойники
перекалечили судьбы десяткам людей и на Украине,
и в России. Свою строку в криминальной хронике
бывшего СССР группировка Данильченко заполнила
алой от крови строкой. Перечень особо изощренных
издевательств и невыносимых пыток занял в
приговоре Донецкого областного суда сотню
страниц. Весной 1989 года только доказанных
следствием убийств Сергею Данильченко, Валерию
Синилову и Геннадию Житнику вменялось свыше
десятка. Но еще за годы до самых нашумевших
разбойных нападений появился реальный шанс
остановить кровожадных пожарных из шахтерского
города Горловка.
Кувалда и Хлыст
К 22 годам Сергею
Данильченко ощутил себя всесильным. За широкой,
мускулистой спиной - две "ходки" в
"зону". Обе после разбоев. Но это не помешало
внедриться... в систему МВД. Данильченко без помех
приняли начальником караула в горловской
пожарной части N81. И выдали удостоверение с тремя
заветными буквами УВД на красной обложке. В
трудовом коллективе нового руководителя
почтительно величали Сергеем Леонидовичем. А за
глаза - Кувалдой. Эта грозная кличка появилась у
Данильченко еще в колонии. За нокаутирующий,
отменно поставленный удар с обеих рук. Насколько
надежны его кулаки, Данильченко проверил почти
сразу после второй отсидки. Сосед по нарам
Геращенко рассказал о зажиточных "куркулях"
в Одесской области. На свободу оба вышли без
совести. Но одновременно и с единым замыслом.
Рванули на родину Геращенко. Неделю пили у его
родителей. Утром 22 марта 1984 года заглянули к
Амбарлиям. Нина Владимировна была давно уже
прикована к постели параличом. Сергей Иванович
успевал ухаживать за ней, вести хозяйство и
казаться еще очень крепким стариком.
- Учись, как с
одного раза вырубают! - посоветовал Кувалда.
Ударил ребром ладони по шее и хозяин рухнул
замертво. Старуху пытали кулаками и утюгом.
Вначале крушили ей ребра. Потом приложили
раскаленный металл к лицу. Но привидевшихся
Геращенко десяти тысяч у стариков не было.
Нашлось лишь 300 рублей. Они были отложены на
похороны.
- Она тебя узнала,
задуши! - скомандовал Данильченко. Геращенко
было жалко бабу Нину. В детстве на Пасху она
всегда угощала запущенного пацана Валерку
куличами и крашеными яйцами. Но Кувалда дважды
повторять не любил. Геращенко набросил на лицо
старухи подушку. Но так, чтобы крохи воздуха все
же достигали сожженных губ...
Налетчики укрылись
в Горловке. Однако шум после зверства в поселке
Шабо поднялся на всю Украину. Геращенко
заметался в панике. И однажды поймал на себе
пристальный взгляд Кувалды.
- Замочит! -
догадался подельник. И побежал в чем был куда
глаза глядят. Мотался по стране почти пару лет.
Своего безжалостного напарника Валерий
Геращенко встретит лишь на скамье подсудимых.
Охота за
"черным" маклером
А Данильченко в ту
пору призадумался над собственным криминальным
будущим. Уйти на многие годы за колючую
проволоку, а то и под расстрел ему вовсе не
хотелось. Для безнаказанных налетов надо было
искать более удобные места. Таким Кувалде
показался курорт Сочи. К началу бархатного
сезона 1985 года Данильченко уже немало выведал о
законспирированной практике подпольных
"черных" маклеров. Наблюдательный и
хитроумный Данильченко понимал, что многие из
тех, кто зазывает на курортный постой отдыхающих,
меньше всего желают "светиться". Ведь у них
свои проблемы с властью. Свой большой интерес не
встречаться с милицией.
Об этом рецидивист
Кувалда со знанием дела поведал другому
сотруднику органов внутренних дел, тоже ранее
судимому начальнику караула ППЧ-81 Геннадию
Житнику по кличке Хлыст.
Сентябрь
сверстники встретили в Адлере. Каждый день у
Данильченко и Житника был расписан четко. До
обеда - наружное наблюдение за
квартиросдатчиками и выявление потенциальных
объектов "работы". Вечером на уже
награбленное покупались вино, шашлык и подарки
для новой знакомой, любвеобильной отдыхающей
Наташи из Москвы.
Житнику настолько
понравилась подводная охота, что он в ранний
рассветный час у рыбзавода выследил одинокого
аквалангиста. Вначале хотел его утопить. Но потом
ограничился ударом булыжника по голове. 5
сентября прочный шнур от отобранного подводного
ружья Житник прихватил с собой. Для того, чтобы
делом ответить на хвастливое воспоминание
Кувалды про "одесское мочилово с одного
удара". Однако Данильченко для страховки
прикупил таки и кухонный нож.
Из множества
подпольных квартиросдатчиков бандиты выбрали
бойкую старуху с улицы Демократической.
Данильченко и Житник не сговариваясь решили, что
денег у Горюк должна быть куча (здесь и ниже
фамилии некоторых потерпевших по этическим
причинам изменены, С.З.). В уютный особнячок,
увитый виноградником, маклеры с вокзала и
аэропорта то и дело приводили новых отдыхающих.
- Комнату сдаете? -
прозвучал ранним утречком столь желанный для
многих курортных домовладельцев вопрос. В это
время пробежавшийся по двору Хлыст подал Кувалде
знак: - Никого нет, можно начинать!
Данильченко
приставил к горлу Горюк устрашающего вида
лезвие: - Гони все деньги до копейки!
Маленькой,
сухонькой старушке атлетически сложенный парень
показался великаном. Домохозяйка не стала
дожидаться пыток и вытащила из тайничка пакет с
одной тысячей рублей.
- Разве это все?
- прошипел сзади на ухо Хлыст и слегка затянул
молниеносно наброшенную петлю.
- А если все отдам,
жизнь оставите? - постаралась сторговаться
многоопытная Горюк.
- А как иначе,
бабушка? - улыбнулся Данильченко. И для
убедительности заглянул приговоренной в глаза.
Лицо разбойника было всего в нескольких
сантиметрах от наблюдательной и востроглазой
старушки. Горюк до мельчайших подробностей
запомнила эти волевые, правильные черты. Но даже
в смертельно опасные для себя мгновения Алевтина
Степановна думала обо всем кроме милиции.
Подпольной квартиросдатчице хватало местного
участкового, который уже не раз и не два грозил
Горюк крупными неприятностями за нелегальный
курортный бизнес.
Хозяйка пошуршала
свертками еще в нескольких уголках и выложила 2 700
рублей.
- Все? - уточнил
Житник, - Ну, если деньги все, значит и жизнь твоя
- вся.
Хлыст потянул шнур
вверх. Старушка забилась на весу и стихла.
- Готово!-
авторитетно определил Хлыст. Не торопясь,
налетчики отправились к поджидавшей их Наташе.
Лишь к вечеру пришедшая в себя Горюк осознала,
что невероятная худоба легкого старческого тела
удержала ее душу на этом свете. Даже повиснув в
петле, женщина не умерла. И теперь на крыльце
своего подпольного пансионата она с хрипом
вбирала воздух.
- Постояльцы
обокрали? Повеситься после этого хотела? -
всплеснула руками догадливая соседка. Она
заметила на шее Горюк багровую странгуляционную
борозду: - Может, милицию вызвать? Скорую?
- Врачей - да.
Милицию - никогда...
По некоторым
оперативным данным, не вошедшим в уголовное дело
N 2-4, в тот бархатный сезон 1985 года обнаглевшие от
безнаказанности Кувалда и Хлыст объявили
настоящую охоту на адлерских черных маклеров и
подпольных квартиросдатчиков. По крайней мере
еще пять раз они под пытками отнимали большие
деньги у тех, кто запоминал приметы мучителей, но
боялся рассказать о своих не совсем праведных
тысячах милиции. Дошло до того, что квартирные
бизнесмены-нелегалы объявили налетчикам
ответную войну. К одному из ныне уже покойных
воров "в законе" пришла на поклон целая
делегация. "Авторитет" пообещал
посодействовать. Дал команду "разводящим" и
бойцам-"торпедам". Вокруг заезжих
беспредельщиков начало сжиматься кольцо.
Данильченко звериным свои чутьем это вовремя
уловил. И вместе с Житником благополучно
ускользнул на Украину.
В живых не
оставлять никого!
Но даже отступая,
бандиты успели запомнить еще один лакомый
адресок на улице Пионерской. Туда Кувалда
наведается в феврале 1986 года. Вместе с одной из
своих горловских подруг. Потому что наученные
горьким опытом и сильно запуганные маклеры
Адлера к мужчинам стали относиться крайне
настороженно. А миловидная миниатюрная Татьяна
Афоничкина у домовладелицы Чепецкой никаких
подозрений вызвать не могла. Но за традиционным
уже вопросом "Сдаете?" последовал могучий
кулак Данильченко, раздробивший челюсть пожилой
женщине. Садисту этого показалось мало. Он стал
бить в печень и в солнечное сплетение. А потом
прижигал женщине самые болезненные места утюгом.
Но денег оказалось всего 60 рублей. Данильченко
уже примеривался каким именно отточенным ударом
добить старушку. Но тут в дверь постучал сосед. По
обыкновению он должен был проводить Чепецкую к
вечернему поезду. Тогда еще можно было даже зимой
собирать на постой обильно прибывающих на отдых
"дикарей".
Покалеченная
бабуля осталась в живых только потому, что
Кувалда принялся "отключать" Михаила
Орловского. Мужик оказался не из слабых. И
потерял сознание лишь после третьего прямого в
челюсть. На шум драки стали откликаться другие
соседи. Пришлось срочно удирать из Сочи. Но в
главаре и его банде уже засела представление о
курорте как о беззащитной и легкой добыче.
Убедиться в этом еще раз Данильченкои и новый его
подельник Синилов захотели в самом начале июля
1987 года. Но перед совершением одного из самых
громких преступлений в истории Сочи "банда
пожарных" из Горловки успела пролить реки
крови и у себя на ридной Украине.
Свой - своего.
Ноябрьские
праздники 1985 года Житник и Данильченко должны
были встречать на посту у себя в пожарной части.
Однако литр горилки задобрил руководство.
Начальников караулов сняли с дежурства. И это
помогло выполнить намеченное. Сергей
Данильченко и Геннадий Житник уже не раз и не два
слышали о больших денежных сбережениях у одного
мясника из шахтерского города Енакиево. Банда
выследила Алексея Челнока весьма
изобретательно. Вначале нашли его знакомых.
Через них заказали свежую вырезку. Засекли, куда
направился посредник. А потом с утра пораньше
Сергей Данильченко толкнул незапертую дверь
квартиры близ мясокомбината. За столом в зале
сидела молодая женщина на последнем месяце
беременности. Удар в челюсть раздробил на мелкие
осколки лицевые кости невестки Челнока, надолго
лишил ее сознания и загубил еще не родившегося
ребенка. Престарелая мать мясника умерла на
месте после кулака Кувалды в лоб. Но тут
послышались мужские голоса из соседней комнаты.
И Данильченко в панике убежал.
Однако уже через
месяц он и Житник звонили в квартиру Головина,
заместителя директора горловской шахты имени
Ленина: - Записку для Николая Федоровича надо
оставить.
Бывшему учителю
Лидии Ивановне было давно за 80. Но она так и не
разучилась верить людям. Впустила собственную
смерть без колебаний, с доброжелательной
улыбкой. Житник тут же набросил на старушку свою
удавку. Данильченко крушил хрупкие ребра
кулаками. Но денег нашлось всего триста рублей.
Зато ювелирных украшений на три тысячи. При
дележке добычи Кувалда и Хлыст повздорили из-за
перстня с янтарем. Дальновидный Данильченко
настаивал на дорогом подарке начальнице своей
пожарной части. Наконец-то ее стали
настораживать частые отлучки подчиненных. Но
Житнику не хотелось расставаться с украшением за
триста с лишним рублей. Немного подрались.
Разошлись на время. Данильченко приметил себе в
новые напарники 20-летнего соседа Сташука. Парень
хотя и не судимый, но перспективный. Тяжелой
работы избегает. К легким деньгам стремится. Ради
них готов "подломить" хату Бондарей из
пивного бара "Жигули" на улице Жигулевской.
Утверждает, что от добра там стены ломятся. И даже
успел по собственной инициативе отследить
распорядок рабочего дня хозяина и хозяйки.
Валерий Сташук
тогда и предположить не мог, что подобным
усердием он готовит себе могилу. Ведь повязанные
общей кровью Данильченко и Житник долго друг без
друга существовать уже не могли. Помирились они
довольно скоро. Житник нового члена банды
невзлюбил сразу. Было тут что-то от ревности. Уж
очень часто и доверительно общались между собой
Данильченко и Сташук.
- Кончать надо с
этим болтливым слабаком! Сдаст он нас ментам! -
уже через пару недель начал "гнать волну"
Житник. Данильченко было как-то без разницы.
Одним человечишкой на этой грешной земле меньше,
одним больше...
- Скажешь жене и
детям, что на несколько месяцев уезжаешь к
заболевшим родителям в Ивано-Франковск. А мы
с тобой в это время сразу на несколько дел пойдем.
Потом на югах большие деньги прогуливать
станем...
Что это за дела
такие могли быть, Сташук не знал и не спрашивал.
Он привык доверять своим корешам. И безропотно
поехал с ними в шахтерский городок Северск.
Именно там, на пустыре у речушки Бахмут, банда
увеличила свой кровавый счет.
Еще один
соучастник - Валерий Синилов, поджидал
незнакомого ему тезку у мостика. Было оговорено,
что как только Житник и Данильченко набросятся
на крепенького парня Валерку Сташука, Синилов
придет им на помощь. Но почти 30 минут даже такой
отморозок как Данильченко не решался приступить
к убийству однокашника, знакомого с раннего
детства. Ходили по темным улочкам, говорили ни о
чем. Чуя неладное, Сташук все чаще и все
беспокойнее озирался.
- Пацаны, вы чего
такого задумали, а?
- А вот чего!
Кувалда наконец-то
пустил в ход чугунные свои кулаки. Сшиб приятеля
с ног. Житник тут же набросил Сташуку удавку на
шею и потащил упиравшегося парня к мосту.
Навстречу бежал Синилов. Жертве ничего не
оставалось, как прыгнуть в ледяную воду. Мостик
был низким. Как только жертва показалась на
противоположной его стороне, залегший под
перилами Данильченеко стал бить однокашника
ножом в шею и плечи.
- За что, ребята? -
кричал Сташук. От болевого шока он на мгновение
потерял сознание. Течение несло его вниз. Житник
не поленился прыгнуть в воду. Догнал вплавь и
пырнул еще несколько раз финкой. Проклиная
живучесть приговоренного к смерти, выбрался на
берег и стал переодеваться в сухое.
- Э, гляди! -
заорал изумленный Синилов. Сташук все еще не
умер. Молодое тело удерживало жизнь из последних
сил. Валерий с хрипом заползал в канализационную
бетонную трубу у берега. Но спрятаться там не
успел. Его вытаскивали втроем. Поставили на ноги.
Обмотанную вокруг шеи веревку тянули в разные
стороны тоже все трое. При этом вымокли,
испачкались. Но черное свое дело на этот раз
завершили как надо. Заранее припасенный блок
кирпичей прикрутили к трупу. И погрузили
приятеля в воду.
Всю ночь потом
убийцы пили за упокой души своего
несостоявшегося напарника. А на следующий день в
Горловке тайком пробрались в жилье убиенного.
Унесли с собой все деньги и документы семьи
Сташуков.
- Не ждите Валерку
и не ищите! - внушали они ничего не понимающей
его жене и детишкам: - Давно уже он себе новую
кралю нашел. И уехал с ней в Прибалтику. Навсегда.
Улики в огне
За годы работы в
пивном баре Леонид Бондарь научился
осторожности. Но днем 21 ноября 1986 года к нему в
дом пришли двое в милицейской форме и с
удостоверениями Донецкого УВД. Как было не
впустить. Удар Данильченко пришелся точно в
подбородок. Здоровенный Бондарь осел на пол. Но
почти сразу пришел в себя и попытался
сопротивляться. Житник и Данильченко навалились,
связали, принялись пытать. Да так изобретательно
и страшно, что хозяин дома не продержался и
получаса. Умер от болевого шока после
раскаленного утюга. Но так и не сказал, где
деньги. Пришлось дожидаться с работы жену
Бондаря. Ее отслеживал Синилов. Потом он
подключился к истязаниям. Женщина оказалась
живучей. Умерла лишь после того как банда
повесила ее на трубе отопления. Эта казнь немного
развеселила налетчиков. Потому что добыча
оказалась жалкой. Всего-то 600 рублей. Да кое-какие
вещички.
Как
профессиональные пожарные Данильченко и Житник
решили ликвидировать все следы с помощью огня.
Алиби себе они обеспечили заранее. Сразу после
умерщвления четы Бондарей пошли угощать местную
милицию. В знак благодарности за форму, что один
из местных офицеров, лейтенант Юрий Голубченко,
давал "просто так поносить" своему родичу
Житнику. А заполночь особняк Бондарей запылал.
Караул под началом Данильченко старался тушить
так, чтобы от дома остались одни головешки.
Судмедэксперт Чуборов быстренько определил:
Бондари отравились угарным газом. Уже гораздо
позднее областное комиссионное исследование
внесет поправку: сильно обгоревший мужчина
скончался от острой сердечно-сосудистой
недостаточности. Женщина задохнулась в дыму. И
только после ареста и признания бандитов
киевская экспертная комиссия Минздрава сделает
вывод о страшных пытках и мучительном
умерщвлении супругов Бондарей. Лишь тогда же на
пепелище обнаружат остатки бензина и выявят
поджог. А поначалу местные пинкертоны спишут
двойное убийство на несчастный случай. Как и в
жуткой истории с Екатериной Красюковой,
задушенной Данильченко и Житником в начале июня
1987 года.
В своем доме в
Горловке немолодая уже женщина откармливала до
полудюжины поросят. Завистливые соседи
посчитали Екатерину Красюкову слишком
зажиточной. Поползли слухи и достигли ушей
любовницы Данильченко. Так бандиты узнали про
"миллионершу" с улицы Балковской. К ней
Данильченко пробрался поздним вечером 5 июня 1987
года. Скользнул в открытое окно и замер под
кроватью. Лежал там до той поры пока одинокая
хозяйка не проверила все засовы и не улеглась
почивать. Пробуждение Екатерины Самойловны было
ужасным. Пытка раскаленным утюгом оказалась
самой легкой из тех, что припасли для женщины
Данильченко и Житник. Денег в доме не оказалось
вовсе. Раздосадованные налетчики облили еще
живого, связанного человека обнаруженным за
печью самогоном. И подожгли избу.
Местная экспертиза
причину смерти установить так и не смогла. Все
списала на злоупотребление алкоголем. И только
министерская комиссия выявит позднее
многочисленные переломы ребер и травму черепа.
Ведь на этой своей жертве Данильченко
отрабатывал новую разновидность кулачного боя.
Она запомнилась ему после фильмов о карате.
К лету 1987 года
пределом мечтаний для главаря банды сделалась
полная коллекция записей всевозможных боевых
искусств. Ну, и высококачественный
видеомагнитофон в придачу. За этой добычей
Данильченко с Синиловым и направились в уже
хорошо знакомый им Сочи.
Страшная цена
десяти минут.
Одно из самых
жутких злодеяний "банды пожарников"
начиналось с типичного объявления у сочинского
Центрального рынка. Продавалась новая импортная
мебель. В конце восьмидесятых это еще было
показателем высокого материального достатка.
Данильченко и Синилов тут же созвонились с
намеченной жертвой. И хотя имя этой несчастной
женщины после нашумевшего преступления стало
известно всему городу, нельзя не учитывать ту
душевную боль, что до сих пор терзает супруга
погибшей. И будет гуманно уступить его
настойчивому требованию: никаких подлинных
анкетных данных, никаких узнаваемых примет!
Потому что новая семья ничего не знает о трагедии
семьи прежней, безвинно уничтоженной.
Посему, назовем
продавца мебели просто Мамой. Именно с ней повел
телефонные переговоры Сергей Данильченко. Своей
уверенной, грамотной речью будущий
перспективный покупатель не мог не
заинтересовать продавца. Решено было изучить
товар на месте. Пока Валерий Синилов делал вид,
что вчитывается в документы на заграничную
"стенку", Данильченко не мог оторвать взгляд
от еще редкого в ту пору видеомагнитофона
"Панасоник". Его включил мальчик лет десяти
и со смехом стал наблюдать за похождениями
мультипликационных Тома и Джерри.
- Ради такой
игрушки можно кого угодно замочить! - загорелся
начальник пожарной команды. Но для начала надо
было дождаться, когда высокопоставленный глава
семейства уедет в дальнюю командировку. Это
произошло 3 июля.
Примерно в 11 часов
дня "покупатели" снова появились у
пятиэтажки на улице имени 60 лет ВЛКСМ. В это время
Сын должен был быть уже на теннисном корте. Но
тренер запил и дал отбой. Перед тем как пойти
погулять мальчик задержался с Мамой всего на 10
минут. И эти минуты оказались роковыми.
Данильченко
нокаутировал женщину сразу после того как она
безбоязненно отперла дверь. Синилов долго и
шумно возился с ее Сыном. Ослепительно красивый
паренек сопротивлялся что было сил. И даже порвал
толстый длинный шнурок от ботинка, которым
Синилов попытался жертву связать. Наконец
здоровенный мужик совладал с ребенком. После
нескольких оглушающих, мощных ударов по голове
бандит попросту придушил мальчика подушкой. А
Маму оба добивали ножами, взятыми тут же на кухне.
Когда сломалось лезвие у одного, не поленились
взять другой. Потом помылись в ванной комнате
жертв и прислушались. Курортное лето вокруг
оставалось все таким же безмятежным и радостным.
Даже всегда бдительных и наблюдательных
старушек-соседок не оказалось на привычной
скамеечке у подъезда в тот кровавый день 3 июля.
В полночь убийцы
вернулись на место преступления. Рядом с уже
остывшими трупами Данильченко и Синилов
копошились в вещах. Кроме "видака" загрузили
в сумки еще кое-что из бытовой электроники.
Разжились также зеленым спортивным костюмом
"Адидас", красочным японским календарем,
шампунями, одеколоном, спиртным, блоком
американских сигарет, импортными бритвенными
лезвиями... Денег нашли всего-то 25 рублей. Да и те
были перепачканы кровью хозяйки квартиры.
Много, очень много
крови разлилось тогда по уютно обставленной
квартире зверски загубленной семьи. И какой
большой шум поднялся тогда на курорте! Это теперь
даже о таком нераскрытом преступлении как
недавнее тройное убийство отца, матери и дочери
Рыжковых упоминается бегло. И лишь в перечне
аналогичных злодеяний, совершенных на курорте.
Двенадцать же лет назад в субропических
благословенных краях ЧП подобного рода были еще
небывалой редкостью. Весь Большой Сочи оцепенел
от ужаса и возмущения. На раскрутку двойного
убийства были брошены лучшие сыщики и
следователи. Перечислить их всех даже в таком
пространном очерке невозможно. Остается лишь
выделить некоторых действительно отличившихся.
Таких как нынешнего начальника службы
криминальной милиции Центрального
райуправления Валерия Веденева, бывшего
старшего следователя городской прокуратуры
Георгия Добриогло, бывшего старшего
оперуполномоченного угрозыска Алексей Найчука,
нынешнего начальника одного из милицейских
подразделений Украины Юрия Гороховских...
Именно на Украине,
а не в Сочи были получены первые данные,
приведшие к раскрытию одного из самых громких
преступлений в истории курорта. Но до телефонной
весточки из Горловки на юге напряженно
отрабатывались самые разные версии.
Подозревались призывники и наркоманы, местные
рецидивисты и залетные бродяги, соседи и даже
ближайшие родственники погибших.
Так называемый
композиционный портрет Синилова, нарисованный
со слов одного из свидетелей, случайно
приметившего подозрительного типа близ места
происшествия, оказался поразительно похож. Но
понадобятся месяцы и месяцы
следственно-оперативных действий, прежде чем на
запястьях убийц защелкнутся наручники.
Коробочка из-под
"Данхилла"
Как патриоту Сочи
автору этих строк очень хотелось бы приписать
местным детективам всю заслугу по разоблачению
банды Данильченко. Но, во-первых, при строгом
толковании юридических терминов и определений
преступная группа из Горловки под понятие банды
даже не подпадает. Не хватает некоторых
формальных квалифицирующих признаков. Таких как
наличие постоянного оружия или четкое
распределение ролей. А во-вторых, повторяю,
курортные сыщики набросились на убийц сочинской
семьи только с прямой подачи сыщиков донецких.
Это произошло после того как Данильченко с
Житником схватили таки за убийство очень
известной на Украине фигуры. В самом начале 1988
года у себя дома был зверски замучен Рафаль, один
из руководителей шахты имени Ленина. В ЦК
Компартии Украины стукнули кулаком по столу и
пообещали отобрать партбилеты у всей
милицейской верхушки Донецкой области.
К тому времени
горловские пожарные, живущие на широкую ногу,
стали вызывать сильное подозрение даже у
местного угрозыска. Данильченко с Житником
занервничали и решили, что виной тому
болтливость Синилова. Для него близ высокого
террикона выкопали глубокую могилку. И
приготовили обрез из охотничьего ружья. Но тут
главаря и ближайщего его подручного как раз
бросили за решетку. Данильченко не удержался и
проговорился внутрикамерной "наседке" про
"мокруху" в Сочи.
Сразу после этого
примчавшиеся в Горловку Веденев и Добриогло
умело использовали предсмертные страхи
скрывавшегося тогда Синилова. Разыграли
оперативную комбинацию, подводившую
перетрусившего убийцу к явке с повинной. На
квартире у сожительницы Данильченко, облаченной
в зеленый спортивный костюм "Адидас", был
найден не только видеомагнитофон
"Панасоник", но и опустошенные сигаретные
пачки из квартиры на сочинской улице имени 60 лет
ВЛКСМ. Яркие импортные табачные упаковки были
тогда еще редкостью. И для непритязательных
налетчиков служили своеобразным украшением
интерьера.
Вместе с
украинскими коллегами оперативник и следователь
из Сочи накопали такую кучу изобличающих улик и
вещественных доказательств, что отвертеться
убийцам было уже невозможно. За серию разбойных
нападений и грабежей Сергея Данильченко,
Геннадия Житника и Валерия Синилова областной
суд Донецка без колебаний приговорил к смертной
казни. Еще до распада СССР все трое были
расстреляны. Хоронить этих нелюдей отказались
даже ближайшие родственники. Где покоятся
останки "банды безжалостных" неизвестно
теперь никому.
