 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
2002
Далеко от Москвы
РОССИЯ, СТАНЦИЯ «КЛЮЧИКИ»
В российской глубинке убийцы, находящиеся в розыске, мирно здороваются с теми, кто их «ищет»С сожалением можно констатировать, что утверждение о необходимости построения в нашей стране правового государства стало чуть ли не расхожим тезисом, и мало кто задумывается, что важнейшим элементом этого строительства является соблюдение законов всеми гражданами России, - от рабочего до Генерального прокурора. Объяснимо и то, что рядовые жители прежде всего обращают внимание на выполнение законов чиновниками, действующими от имени государства.
Можно много говорить о качественной или плохой борьбе с преступностью, радоваться или печалиться результатам этой борьбы, но, думаю, главным оценщиками ее эффективности являются не аналитические центры в Москве, а миллионы россиян, проживающих в десятках тысячах деревень, сел, городов и поселков. Именно здесь нагляднее всего можно проследить ход любой инициируемой сверху реформы, в том числе, конечно, и правоохранительной системы.
…Рабочий поселок Николаевка Николаевского района Ульяновской области стал известен пользователям Интернета в конце прошлого года, когда здесь бандитами были расстреляны некоторые местные предприниматели. Через несколько дней после кровавой пальбы заместители прокурора области Валерий Мачинский и Михаил Щербаков заявили представителям СМИ, что сложная оперативная обстановка вынуждает все подразделения областной прокуратуры отныне работать в чрезвычайном режиме, так как раскрываемость преступлений, качество следствия и соблюдение конституционных прав ульяновцев оставляют желать лучшего. Они же спрогнозировали дальнейшее ухудшение криминогенной ситуации и в нынешнем году.
Столь тревожные выводы правоохранителей, журналистское желание узнать, что же такое на деле чрезвычайный режим деятельности прокуратуры - и привели меня на железнодорожную станцию «Ключики», от которой до Николаевки – рукой подать. Из бесед с жителями выяснилось, что о «чрезвычайке» никто не слышал, но палят в людей здесь часто. Бывшая учительница Юлия Маслова объясняет разгул преступности бесхитростно: «Молодежи нечем заняться, кушают ребята водочку, колются наркотиками. Отсюда и все беды…». Зоя Томкина считает, что вялая работа по раскрытию преступлений порождает безнаказанность, что все в районе знают участников нелегального алкогольного рынка, сбытчиков наркотических веществ, но «…Вот достойно их наказать, - не получается…Эти люди так высоко взлетели, что их не достать».
Подчеркну, это мнения должностных лиц: Маслова ныне трудится в районной администрации специалистом по связям с общественностью, а Томкина – главный редактор местной газеты «Наш край». Много нелицеприятных слов в адрес сотрудников прокуратуры района, милиции высказали родители ребят, погибших на улицах Николаевки. Понятно, эмоции в данном случае превалировали, но и Тамара Домничева, и Анатолий Игнатьев, и другие родственники убитых николаевцев, как один, утверждали, что убийцы их детей чуть ли не свободно разгуливают по улицам поселка, о чем знает прокурор района Александр Комольцев, объявивший подозреваемых А. и Н. в убийстве в розыск. Рассказывает Анатолий Дмитриевич Игнатьев: «…Сына моего Олега преступники застрелили 29 декабря 2001 года, десятки сельчан видели как через несколько дней объявленные в розыск А. и Н. купались у колодца. Естественно об этом сообщили в прокуратуру и милицию…А какой «чрезвычайной» работе прокуратуры вы говорите, если 26 февраля прокурор Комольцев меня спросил: «Ты случайно А. и Н. не видел? Если увидишь злодеев, то проинформируй нас…». А следователь из областной прокуратуры все уговаривал меня поехать с ним на моей автомашине в Пензу, чтобы там поискать преступников. Идиотизм какой то!»
Мать застреленного Андрея Буренова – Валентина Андреевна – также прямо сказала, что А. и Н. и не думают скрываться, уверенные в том, что никто в Николаевке их не задержит. Она рассказала, что утром 29 декабря, через несколько часов после гибели сына, когда ее пригласили в прокуратуру, подозреваемый Н. спокойно садился в автомобиль сотрудника милиции Валерия Гаспаряна. Было это около райбольницы.
В райцентре, где проживают чуть более 7 тысяч человек, все друг друга знают, и прокурор здесь по своей значимости - очень высокое должностное лицо, действия которого как бы санкционированы и государством, и законами, принятыми Федеральным Собранием страны. Поэтому, честно говоря, я родственникам убитых ребят не поверил, и пошел к главе районной администрации Виктору Верещагину. Включим диктофон и послушаем несколько метров записи беседы с Виктором Федоровичем:
«…Наркотики у нас продают везде, и весь город знает, кто ими торгует, но мер не принимается – люди возят эту отраву, колются и помирают…В Николаевском районе практически нет людей в погонах, которые занимались бы борьбой с преступностью: большинство коррумпированы, куплены. Подозреваемые в убийстве Акопян и Наумов свободно разгуливают. Прокуратура не хочет ими заниматься. Прокурор –«хранитель» закона – в курсе. И чем хуже милиция работает, тем лучше для прокурора, он у нас – «король дороги».
Уточню еще раз: это мнение не редакции газеты, а руководителя исполнительной власти Николаевского района Ульяновской области. На чем основана такая позиция администратора я пытался выяснить у прокурора Александра Комольцева, но он от беседы под диктофонную запись отказался, ограничившись общими фразами о социальных корнях преступности в районе, области и стране. Александр Иванович лишь поинтересовался, где конкретно в Николаевке и кого я остановился, и куда я после беседы с ним пойду. Я ответил, и направился в РОВД, руководитель которого спешно ретировался по неотложным делам, а замначальника милиции В.Яшкин так и не смог представить даже открытые показатели по борьбе с преступностью, мотивируя тем, что «штабистов нет сейчас на месте».
Воздержусь от выводов об эффективности работы правоохранителей в Николаевке, но на некоторых «методах» их деятельности, думаю, стоит заострить внимание. Из письма Генеральному прокурору РФ, подписанного 17-ю работниками РАЙПО Николаевского района:
«…С 2000 года следователь Новоспасской прокуратуры Н. Глазунова и прокурор Николаевского района А. Комольцев…грубо нарушают наши права, путем угроз и запугивания добиваются компромата на директора РАЙПО Р. Яльмееву, но мы ее знаем исключительно с положительной стороны…Не имеем права оговаривать ни в чем не виновного человека. ..Это правовой беспредел…делается тогда, когда в районе совершаются групповые убийства, а убийцы не найдены…Нам известно, что между Яльмеевой и прокурором имеются личные неприязненные отношения – сын Яльмеевой был женат на дочери Комольцева, но разошлись».
При личной встрече женщины-пекари, расписавшиеся под письмом, рассказали мне намного больше, поэтому не буду отнимать хлеб у Генпрокуратуры, куда они отправили свою жалобу…
Хочу заверить читателей, - чтобы у них не сложилось предвзятое мнение, - что господин Комольцев самый законопослушный гражданин, и это пока никто не оспаривает, тем более – наша газета. Упаси Бог! Но можно ли уважать прокурора того района, на территории которого необоснованно привлекли к уголовной ответственности хотя бы одного человека? Думаю, что нельзя, сейчас не 37-й год, и права человека – не пустой звук. Но на территории Комольцева привлекли: 70-летний старик из Николаевского района, житель села Большой Чирклей Р. Юсупов стал жертвой правового беспредела. Не буду описывать даже фабулу незаслуженно инкриминируемого ему преступления. Просто процитирую несколько слов из служебного документа, подписанного указанным мною выше заместителем прокурора Ульяновской области Михаилом Щербаковым:
«…За безответственное отношение к расследованию данного дела, грубейшие нарушения уголовно-процессуального закона, НЕОБОСНОВАННОЕ ПРИВЛЕЧЕНИЕ К УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЮСУПОВА Р.С, а также ведомственного контроля за ходом следствия…требую незамедлительного принятия к виновным самых строгих мер ответственности».
Когда, будучи у районного прокурора, я только заикнулся о деле Юсупова, Александр Иванович встал и попрощался со мной, указав, что дальнейшего разговора не будет. Жаль, а я то хотел обсудить со старшим советником юстиции Комольцовым его же очень правильные, в духе времени слова, которые районная газета разместила на своей полосе: «…Находясь на службе, ответственные перед государством и народом, мы представляем частицу государственной власти, действуем от имени государства».
Александр Иванович, неужто Вас наше государство нацелило на дискредитацию правоохранительной системы в Николаевском районе Ульяновской области? Или Вы считаете, что необоснованное привлечение к уголовной ответственности не является дискредитацией?
…В день моего возвращения в Москву мне позвонили из Николаевки, сказали, «что лучше бы вы не приезжали. Через час после вашего отъезда прокуратурой было санкционировано задержание майора милиции Зягитуллы Яльмеева, - мужа руководителя РАЙПО. Майор – бывший сват прокурора, который после развода дочери стал по- своему мстить Яльмееву».
Ох, уж эти злые языки! Нечего, ребята, вешать всех собак на прокурора, лучше почаще обращайтесь к районной газете «Наш край», в которой Александр Иванович очень доходчиво объясняет, как подчиненное ему ведомство умело решает государственные задачи…
ОЛЕГ ЗУЕВ*
Опубликовано в газете «Щит и меч» в феврале 2002 года.