ПО ГЛОБУСУ ПО-РУССКИ

БИБЛИОТЕКА

ЖИЗНЬ ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫХ ЛЮДЕЙ

РЕКОМЕНДУЕМЫЕ ССЫЛКИ

ЛИЧНЫЙ ОПЫТ

ПРАКТИЧЕСКИЕ МАТЕРИАЛЫ

ЭМИГРАЦИЯ

главная страница

Kомсомольская Правда

Небритая Британия

Серия первая:
как наш корреспондент перехитрил английское консульство

Уехать за границу на заработки сегодня мечтают многие. Хоть чучелом, хоть тушкой, хоть нелегалом... Но что реально ждет россиян на чужбине?
Чтобы выяснить это, спецкор «КП» Александр МЕШКОВ отправился на месяц в Великобританию. По туристической визе, практически без денег - заработать на жизнь он должен был сам. Ручаемся: такой Британии, которая открылась перед ним, вы до сих пор не знали. О том, какие невероятные приключения и мытарства выпали на долю нашего корреспондента, читайте в его записках, публикацию которых мы начинаем сегодня. Получился целый сериал...

«Неквалифицированная работа за рубежом: Англия, Португалия, США, Греция, Испания, Италия!» Газеты и журналы пестрят подобными объявлениями. А где-то в провинциальном городишке лежит на диване мечтательный российский паренек и, читая эти объявления, рисует в воображении живописные картинки безоблачного заокеанского существования. Велик соблазн для простого рабочего паренька - посмотреть мир, усовершенствовать свой иностранный язык да еще и денег заработать. Выбирай страну на вкус и цвет и поезжай, работай себе, куй свое счастье да рябчиков жуй.
Много ходит противоречивых слухов вокруг закордонной жизни российских трудящихся. Одни говорят, что обман все это и мистификация, другие... Других я не встречал. Как-то чаще попадаются преуспевающие программисты, бизнесмены, переводчики. Дипломаты неплохо живут за границей. Они-то не жалуются, а вот как рабочие?
Страсть как хотелось поговорить с каким-нибудь вернувшимся оттуда рабочим, но они как сквозь землю провалились. Поэтому решил ехать сам. Без ансамбля. Я решил побывать в шкуре того паренька, который, бросив семью, друзей, отчий дом, пустился во все тяжкие на чужбине, где миром правит чистоган.

Как раздобыть нужные справки

Из всех чужбин предпочел я старую добрую Англию. Язык мне ихний по нраву. Ну а если все это обман - хоть музыку послушаю, посмотрю на собор Святого Павла, поброжу по Трафальгарской площади да посижу где-нибудь на лавочке в Гайд-парке.
Сказано - сделано. Взял на работе отпуск и отправился в агентства по трудоустройству меня за рубежом. Я их обошел с десяток.
Условия у всех почти одинаковые. Необходимо собрать один и тот же пакет документов: гражданский и загранпаспорта, свидетельство о браке, о рождении детей. К тому же, если вы твердо решили-таки ехать - будьте готовы к тому, что вам придется нарушить Уголовный кодекс по статье 327 УК РФ (арест от 4 до 6 месяцев, лишение свободы до 2 лет) - подделка документов. А еще, кроме фальшивых документов, от вас на отправку потребуется самое главное - около 2000 долларов.
Если вы думаете, что нелегальным трудоустройством занимаются какие-то подпольные организации, то вы жестоко ошибаетесь. Все многочисленные фирмы и туристические агентства, которые я обошел, имеют государственный сертификат на осуществление своей деятельности. Так что все законно. Или почти все!
Фишка в том, что изначально мы будем стараться обмануть англичан, а англичане будут пытаться помешать нам в этом. Я еду в Англию как простой российский турист и, соответственно, оплачиваю билет туда и обратно, чтобы они ничего не заподозрили. Туристы - народ богатый, и я должен соответствовать этому имиджу! Необходима справка с места работы, в которой должен быть указан оклад не менее 500 долларов США. Такая справка обойдется в провинции от 300 до 500 рублей, а в Москве - от 100 долларов.
Почему так дорого? За конспирацию! Потому что именно в эту организацию будут звонить из посольства для подтверждения правдивости сведений, указанных в справке. Вы должны сразу оговорить с руководителем этот немаловажный вопрос. В трудовой книжке должна стоять запись с этого места работы. Кроме этого, вам придется потратиться на сотворение нескольких справок о том, что вы являетесь владельцем целого ряда недвижимости: дома, машины, квартиры. Не помешает и сберегательная книжка, на которой должно что-то лежать, и еще должна быть при себе справка из обменного пункта о покупке не менее 1000 долларов. В посольстве Великобритании с почтением относятся к людям, имеющим счет в банке. Вот с таким нехитрым пакетом документов вы и должны явиться в агентство по трудоустройству. Там вы платите первоначальный взнос 50 долларов, подписываете договор об оформлении выездных документов и потом, лежа на диване с сигарой в зубах и бокалом шампанского в объятиях какой-нибудь крошки, пару недель ожидаете вызова в посольство Великобритании.

Главное для визы - имидж!

В посольство, ребята, надо одеваться презентабельно. Если у вас есть немятый, не сильно залитый соусом фрак и чистые носки - это та самая одежда, которая подходит для встречи с сотрудниками английских спецслужб, которые будут вас тестировать на предмет благонадежности. Я взял у приятеля галстук, свежую рубашку, пиджак с искрой, помылся, побрился и вскоре, отсидев каких-то пару часов в зале ожидания, был вызван к окошку. Там сидели такая проницательная английская старушенция в очках и молодчик-переводчик. Старушенция сразу заподозрила во мне засланного казачка и засыпала каверзными вопросами, способными загнать в угол кадрового разведчика. Почему я еду именно в Англию, а не в Габон или Месопотамию? Почему без жены и без детей? Где они? Что с ними? А мама? Где она? Кто такой Шекспир, Бенджамин Бриттен, Тони Блэр? Что я хочу увидеть в Лондоне? Каких я знаю английских художников и писателей? А что такое Ковент-гарден? Кто будет вас водить по Лондону? Кто главный в Англии? Где вы остановитесь? (На этот случай агентство предоставило мне фальшивый документ о том, что место в гостинице для меня забронировано!)
Под градом старушкиных вопросов я стушевался, растерялся, как школьник, побледнел, стал отвечать невпопад, не в дугу, зачастую путая русские, французские и английские слова. Старушка все мои ответы заносила в компьютер и в конце концов, тихо торжествуя, на чем-то меня поймала и, извинившись, с улыбкой сообщила мне, что я должен буду прийти на повторное собеседование. Как я понял, такие пройдохи, как я, Англии не нужны.
Однако у меня был еще один шанс. Я срочно проштудировал справочник-путеводитель по Великобритании. На повторном собеседовании со мной уже беседовал мужчина лет пятидесяти. Он тоже гонял меня по вопросам британской истории и культуры, по вопросам моей семьи и брака, чередуя свои собственные вопросы с вопросами прошлого допроса. Но я на этот раз был очень внимателен и сосредоточен, как Рихард Зорге. И когда английский мужчина сказал: «Все в порядке! Идите получайте вашу визу!» - я не мог сдержать торжествующей ухмылки.
После этого я вернулся в агентство, заплатил $1000 за авиабилеты туда и обратно и заполнил еще один договор об устройстве меня на работу в Англии, на сельскохозяйственной ферме. Там в договоре был один пункт, который мне с самого начала не понравился. Он выглядел так: «Агентство оставляет за собой право вносить изменения в порядок трудоустройства и оплаты услуг по объективным причинам, исходящим от работодателя». Этому пункту еще предстоит сыграть свою зловещую роль в моей рабочей английской судьбе.
Чтобы быть честным до конца по отношению к тому гипотетичному парню, который уезжает на чужбину в поисках счастья, я решил избавиться от всех преимуществ, которыми я обладал на этот момент, и уже перед отлетом в аэропорту утопил в сортире все телефонные номера моих лондонских друзей и знакомых, которые я тщательно переписал перед отправлением. Тогда я еще не знал, что делаю непростительную глупость.

ЛИЧНОЕ ДЕЛО

Александр МЕШКОВ. Родился суровой осенью 1954 года в Таллине.
Окончил Одесское мореходное училище по специальности «гидротехник» и Воронежский государственный университет по специальности «журналистика».
Работал матросом, дворником, сторожем, воспитателем, бетонщиком, сварщиком, арматурщиком, музыкантом в ресторанах, директором рекламного агентства, редактором юмористического журнала, ведущим телевизионных программ и даже - не к ночи будет сказано - журналистом. С 2000 года - работает корреспондентом московского выпуска «КП».
15 мая 2001 г.

Серия вторая.
Наш отважный корреспондент Саша Мешков, пробравшись в Англию на заработки, оказался в цыганском таборе

Юзек - Алексу: девочек по 25 фунтов нет

Первым ударом пыльным мешком из-за угла, который нанес мне туманный Альбион, было то, что телефон человека по имени Юрис, который должен был меня встречать в Лондоне, не отвечал. Казалось бы, мелочь, но представьте мое состояние: приехал я тайно поднимать сельское хозяйство Англии, пострадавшее от ящура, и стою, как тополь на Плющихе, в терминале аэропорта Хитроу без адресов, без явок. Что делать? Куда идти? К кому обратиться?
Я вышел на Пиккадилли. В Лондоне уже вовсю буйствовала зелень. Аккуратные кустарники и лужайки радовали мой отвыкший от зелени глаз. Обменивая деньги в банке, познакомился с русским парнем Володей. Он жил в Лондоне уже два года. У него бизнес, какой, он почему-то не сказал. Однако оставил мне свой телефон. Прогулялся я немного по Green park, поглазел на англичан (давно не видел), потом сел в кафе под названием «El Parata», время от времени названивая Юрису по телефону-автомату, стоящему на стойке. Через часок-другой Юрис наконец-то ответил. Извинился и пообещал через десять минут быть в кафе. Проходит десять, двадцать, тридцать минут. Час прошел. Нету Юриса. Встал я в сердцах и пошел восвояси. Только прошел метров двадцать, как вдруг кто-то отчетливо меня назвал по имени. Оглянулся - мужик стоит, в белой курточке. Выражение лица - русское. Наблюдал он, видимо, за мной, проверял, один ли я, не стукачок ли. Он был очень деликатен и предусмотрителен.
Мы проехали на метро пару остановок, потом он подвел меня к джипу, в котором сидел кряжистый, стриженый паренек.
- Брат мой, - представил Юрис его, хотя степень их родства меня интересовала менее всего.
- С тебя 600 долларов, - по-деловому сказал брат.
- Договаривались вроде на 400! - возразил я.
- Все подорожало! Все! - в каком-то отчаянии воскликнул брат.
- Безобразие какое! - растерянно бормотал я, как Киса Воробьянинов, шаря в своих карманах в поисках денег. - Огурцы - пять копеек штука!
Я так старательно играл лоха, что Сара Бернар, увидав мою игру, наверняка подалась бы в сферу интимных услуг сменщицей белья. Мы проехали на джипе миль эдак десять, потом меня пересадили в сиреневый «Бьюик».
- Так, это... Когда на работу выходить-то? - с детской непосредственностью спросил я на прощание Юриса.
- В понедельник будет все ясно, - ответил он несколько расплывчато и добавил после паузы: - Может быть...
На прощание, для ускорения моего трудоустройства, я великодушно презентовал Юрису бутылку водки, предусмотрительно прихваченную с собой из России. На «Бьюике» я ехал молча полчаса, после чего был пересажен в видавший виды «Кадиллак». Водителя звали Юзек. Он был словоохотливый поляк.
- Давай пятьдесят фунтов за квартиру, - весело сказал он.
- А разве за квартиру не оплачено? - тревожно спросил я.
- И еще двадцать фунтов за бензин. Девочка, кстати, нужна? - без всякой связи спросил он.
- Сколько? - с напускной деловитостью полюбопытствовал я.
- 100 фунтов.
- А красивая?
- О! - Юзека от нахлынувших воспоминаний стало колбасить так, что он чуть было не протаранил ехавшую впереди «Хонду».
- Нет. 100 - это дорого, - с сожалением сказал я. - А за 50 есть?
- Есть!
- А эта красивая? - Лучше бы я не спрашивал, ибо Юзека от восторга нахлынувших воспоминаний скрючило еще сильнее, чем от тех, что по 100. Он тут же стал торопливо набирать номер по мобильному.
- Погоди-кося! - осадил я его. - А по 25 есть?
- Нет. По 25 нет.
- Жаль, - сказал я с горечью в голосе. - Я люблю по 25.

Цыгане шумною толпою по старой Англии бродили

Юзек привез меня на окраину Лондона в Бакинг, на квартиру к венгерским цыганам. У хозяина квартиры, цыганского барона, было такое длинное, труднопроизносимое и странное имя, что я его решил называть про себя просто - Малькиадос. Малькиадос не говорил ни по-русски, ни по-английски. Он говорил на каком-то тарабарском наречии - смеси венгерского, румынского, английского и цыганского.
- Будешь каждую неделю платить ему 35 фунтов, - сказал на прощание Юзек.
Малькиадосу было лет пятьдесят. Это был кряжистый и прочный цыганский барон. Ходил он всегда исключительно в белоснежной рубашке, как и подобает главе многочисленного цыганского рода. Род Малькиадоса жил на последнем этаже 11-этажной черной коробки. В квартире было пять маленьких комнатушек и одна большая. Сколько было всего членов в этой семье, я так и не смог сосчитать, потому что время от времени приходили все новые и новые, а старые куда-то вдруг исчезали, чтобы потом появиться вновь и вновь. Спали цыгане по старинной традиции на полу. Моя комнатка, два на два метра, скудностью своей обстановки напоминала палату для буйно помешанных. Кровать и тумбочка. Судя по некоторым неуловимым признакам, страсти в этой семье царили нешуточные. Двери моей комнатушки были тонкие и простреленные в нескольких местах. Из стены кокетливо торчала пуля калибра 9 мм.
Среди ночи приходили полные жизненного оптимизма молодые цыгане с девчатами и устраивали дискотеку. Задушевная венгерско-румынская музыка грохотала на полную мощность. До утра плясали, громко смеялись, а ближе к утру начинали шумно размножаться, делать новых цыганят, со стонами и присущим этому процессу кряхтеньем. Честно скажу, спал я плохо под этот чардаш любви.
По утрам Малькиадос страшно блевал. Птицы по утрам поют, лошади ржут, а Малькиадос блевал, издавая при этом страшные звуки, напоминающие крики, завершающие спаривание динозавров в фильмах Спилберга. В туалет стояла длинная очередь, и я, как всегда, был последним. Справить нужду в Англии стало для меня первоочередной проблемой. Ни о каких постирушках вообще не могло быть и речи. Едва я только заходил в ванную, раздавался предупреждающий стук, означающий, что мне пора и честь знать.
16 мая 2001 г.

Серия третья:
Наш безрассудный корреспондент Александр Мешков попадает в английский притон

«Бешеная лошадь» Джойса не читала

Как и положено рабочему пареньку, впервые попавшему в Лондон, едва только Аврора позолотила своими лучами верхушки деревьев, я, прихватив с собой одну пачку презервативов (наивно полагая, что на первый раз хватит), отправился на осмотр достопримечательностей столицы Англии. Смотреть в Лондоне есть на что. Но не буду на этом останавливаться, поскольку о достопримечательностях вы можете подробно узнать из справочников и каталогов. Скажу только, что один лишь речной круиз на экзотическом пароходе по речке Темзе обошелся простому российскому пареньку в 30,5 фунта стерлингов (это немаловажный факт для понимания дальнейшей истории российского паренька). Целый час простоял я у дворца на Cleveland Row, зачарованный замысловатым танцем часового гвардейца. Гвардейцы там не просто стоят, они танцуют. Этот паренек настолько увлекся своим танцем, что, похоже, отошел от древней английской хореографической традиции и добавил в ритуал свои элементы, способные потрясти даже искушенного Гедиминаса Таранду.
Потом я бродил по собору Святого Павла, слушал пение знаменитого тамошнего хора, справил малую нужду в подземном туалете этого памятника культуры конца XVII века, посидел в кафе. Народы всех стран лежали на ступеньках собора, вкушали крекеры, чипсы, попкорн, курили, пили пиво и наслаждались божественным ощущением старины.
Под вечер я, проголодавшись, забрел в небольшой ресторанчик «Бешеная лошадь» близ Лондон-стрит. Заказал себе скромный английский ужин: филе вяленой трясогузки с мелко рубленными стручками маринованного дрока, горячие чипсы под соусом с фасолью, почки жирафа и бокал вина. Проницательная тетушка Сьюзи, подавая мне вино, спросила:
- Откуда ты, приятель?
- Из Москвы, - ответил я гордо. Вскоре все посетители «Бешеной лошади» знали, что я из Москвы. Через десять минут ко мне подсел рыжий мужик лет пятидесяти.
- Я - Джерри! - представился он. - Из Ирландии. Ты был когда-нибудь в Ирландии?
- Нет, но зато я читал Джойса.
- Не слыхал о таком! - признался Джерри. Пришлось мне в двух словах пересказать ему «Улисса». Джерри этот роман очень развеселил. Он поклялся, что обязательно прочитает его. Сам он жил в Англии лет двадцать пять. Работал газонщиком. Два года назад похоронил жену.
Я рассказал ему, что ищу работу музыканта-гитариста, и через полчаса весь ресторан знал, что я ищу работу музыканта. Ко мне подсаживались разные люди, чтобы поболтать о музыке, а один парень написал адрес театра на Бродвее, в который мне следует обратиться (Лондонский театр на Бродвее, оказывается, находится в районе Barking, North Circular Road). Там, говорят, всегда требуются гитаристы.
Потом подходили другие парни, спрашивали, почему такая большая гордая Россия не может победить маленькую Чечню. Следят, стало быть, за политикой. Я, в свою очередь, живо интересовался, как же они теперь будут жить без говядины. Вскоре снова подошел Джерри, но уже в качестве свата.
- Саша! Тебе нужна подружка. Ты не можешь быть один.
- У меня не так много денег, - слабо возразил я.
- Это не имеет значения, - сказал он и через минуту привел за мой столик худенькую коротко остриженную женщину лет сорока. Одета она была в черный брючный костюм.
- Это Джули! - сказал он. - Поговори с ней.
- Привет, Джули, - сказал я и сразу зачем-то соврал. - Мне сегодня негде ночевать.
- Можешь ночевать у меня, - просто сказала она. Джули жила одна уже пять лет. Привыкла, стало быть. Она была разведена. Двое ее детей, мальчик и девочка, жили с бывшим мужем. У Джули были плохие зубы, да к тому же - не все. Но дареной лошади, как говорится в Англии, в зубы не смотрят. После второго бокала она сняла пиджак и осталась в одной майке-безрукавке. На запястье у нее была красивая цветная наколка: хризантема в бокале. Говорила она быстро и несвязно.
- У тебя грустные глаза! Смотри, какая у меня грудь! - хвасталась она. - У меня все тело очень красивое. Ты будешь доволен. Ты веришь в Бога? А чем ты занимаешься в Москве? А у тебя есть семья? А я почти два года училась танцам.
«В любом случае она лучше цыгана, - подумал я. - Хоть помоюсь у нее по-человечески». Я с не свойственным мне практицизмом подумал, что это совсем неплохо - первое время пожить у этой нескладной девчонки: пудинг с горячим кофе по утрам, «Монинг стар», телевизор, домашние тапочки.
- Только ты возьми вина и что-нибудь поесть, - попросила она, когда мы наконец-то покинули бар. - А то у меня совсем пусто.

Чем пахнет английская женщина

Я купил в индийском ресторанчике кебаб, плов с овощами в контейнере, цыпленка жареного, две бутылки вина, и мы пошли к Джули домой.
Дом находился недалеко от железнодорожного терминала в Бакинге. Это было такое двухэтажное строение типа барака, с внешней стороны которого по второму этажу крепился сплошной металлический балкон, на который выходили двери квартир. Во дворе висело белье на веревках. Мы поднялись на второй этаж. Сказав, что живет одна, Джули была не вполне искренна. В квартире прямо на полу сидели человек шесть парней да девчат. Мое появление поначалу было воспринято равнодушно, но, когда я достал вино, все меня сразу полюбили.
- Они скоро уйдут, - пообещала мне тихонько Джули. Некоторые люди и вправду уходили, но зато приходили другие. Огромный бородатый малый по имени Хью только успевал забивать косяки с марихуаной. Меня эти ребята как почетного гостя ни разу не обошли, всегда пятачок оставляли. По-английски марихуана называется Joint. Меня с него сразу пробило на сон, поскольку у цыгана я совсем не спал. А этих людей пробило на мою жратву. Они чавкали и веселились, как дети. И знаете, что их так веселило? Они с шумом выпускали ветры. («Fart» называется.) Такая вот забава у английской молодежи. Каждый выхлоп они сопровождали комментариями. Один, например, объявлял, как провинциальный конферансье: «Иоганн Себастьян Бах! Бранденбургский концерт!» И шарахал вакуумным обертоном во всю свою английскую мощь. И тогда от подобной ректальной медитации вся компания ухохатывалась, схватившись за животики. Они постоянно ожидали прихода какого-то неведомого Баркли. «Вот придет Баркли, ты тогда умрешь от смеха!» - предупреждали они меня. Но Баркли так и не пришел, и я, как видите, остался жив.
Джули вскоре заснула, утомленная вином, сгруппировавшись в жалкий комок плоти на краешке диванчика. А я сидел в углу, борясь со сном. Всю ночь мы просекались в зелень. Похоже, тут было шоу похлеще, чем у цыгана. Кому-то в голову пришла мудрая мысль - проветривать помещение. Из растворенного окна хлестал ветер, развевая мои волосы. Гости разошлись только под утро. И тогда я, не снимая одежд своих, пристроился к Джули на диван, без злого умысла, а только лишь ради чувственного удовольствия своей чакры, пытаясь укрыться частью ее спального мешка. Страшный треск, раздавшийся откуда-то из поднебесья, заставил меня содрогнуться. В воздухе заклубились в броуновском вихре букеты ароматов пудинга, бекона, гусиного паштета, гамбургера, чизбургера, стейка, тунца, эля, виски, вина, жвачки, чипсов. Спустя мгновение, осознав первозданную, бесстыдную природу этого звука, я напрочь отказался от еще недавно занимавшей меня блудливой затеи и заснул глубоким, безмятежным сном изможденного путника. Как ни странно, сквозь сон я чувствовал ее жадные, ласковые прикосновения, но вырваться из рук Морфея, мое Инь было не в силах. Меня разбудил вызывающий, дерзкий, богатырский храп. Он принадлежал Джули. Голова моя гудела, как надтреснутый колокол. И главное - во рту было сухо. Я попытался растолкать Джули, чтобы узнать, в котором часу в этом доме подают кофе, но, увы, бесполезно. Тогда я встал, справил утреннюю нужду и покинул мою платоническую любовь по-английски, не прощаясь.


КСТАТИ
В тюрьму гастарбайтеров англичане не сажают
Британское законодательство в отношении нелегальных эмигрантов часто меняется. Вот самая свежая информация, которую нам дали в здешнем МВД. Во-первых, число непрошеных гостей в прошлом году возросло. Точной цифры нет, но полицейские считают: примерно на 5 - 7 процентов по сравнению с 1999 годом.
Пойманного нарушителя депортируют за пределы Соединенного Королевства, чаще всего в его родные пенаты. Штраф и тюрьма ему, как правило, не грозят, и это одна из причин наплыва нелегальных эмигрантов. Больше половины из них бесследно растворяются в британских просторах.
С середины мая к поиску беглецов дополнительно подключилось около 5 тысяч полицейских. Наших соотечественников в этом потоке немного. В минувшем году «до дома, до хаты» были отправлены 14 россиян. Никто из них не обращался за помощью в российское посольство в Лондоне.

Михаил ОЗЕРОВ. Лондон.
17 мая 2001 г.

Серия четвертая.
В которой тяжелая хворь и жестокий обман подкосили нашего наивного корреспондента Александра Мешкова

The end подкрался незаметно

Отсутствие денег я обнаружил, когда пришел час расплаты за утренний кофе в маленьком пабе. Я выскреб все до последнего пенса из своих карманов. Я точно помнил, что у меня оставалось еще пятьдесят фунтов, и тогда постыдный библейский смысл нежданных ночных ласок Джули заставил меня покраснеть. О! Наивный российский паренек! Ты так верил в бескорыстную, чистую любовь! Но самое страшное открытие меня ожидало, когда я вернулся к цыгану и захотел почистить зубы. Она похитила мою зубную щетку! Этого я не мог простить.
Не знаю, то ли от ночного сквозняка, то ли от пропажи зубной щетки, то ли от коварства английских женщин, у меня вдруг поднялась температура, и я почувствовал, что в горле моем горит огонь, словно в домне череповецкого металлургического комбината.
Не думайте, что я полный непредусмотрительный лох: я прихватил из России лекарства: от головы, от поноса и золотухи. Но я никак не мог предположить, что судьба подарит мне именно ангину. Теперь представьте себе положение простого российского паренька, заболевшего ангиной в далекой Англии. Куда ему идти? К какому врачу обратиться? Я пролежал в своей камере целый день, обливаясь потом. К вечеру, собравшись с силами, я, шатаясь от слабости, побрел в «Бешеную лошадь», чтобы вернуть себе хотя бы часть похищенных денег. Джули была уже навеселе.
- Привет, Джули, - смущенно сказал я. - Ты извини, я ушел не попрощавшись.
- Это ничего! - легкомысленно простила меня она.
- Ты не могла бы вернуть мне хотя бы часть моих денег. Я бы купил себе что-нибудь от ангины.
- А пошел ты... - просто сказала Джули. Подошел Джерри. Он понимающе улыбался.
- Какие проблемы, Саша?
- А проблема в том, Джерри, что эта прекрасная девушка забрала у меня самое дорогое в этой жизни - зубную щетку!
Джерри весело рассмеялся, обнажив наполовину пустой рот.
Да! Англичанин англичанину глаз не выклюет, а вот русскому - запросто!

...И дрались из-за меня цыгане

Весь следующий день я метался в жару. Я перешел в состояние анаэробного метаболизма и питался только кипяченой водой, правда, в больших количествах. Другой еды у меня не было. Из цыганской кухни доносились дерзкие запахи жареного мяса и лука. Мне казалось, что я отчетливо слышу чавканье и журчание слюны. В какой-то миг я пожалел, что выкинул все лондонские номера телефонов. К вечеру я понял: надо что-то предпринимать. Стало страшно. Меня стала преследовать навязчивая мысль, что ангина может дать осложнение на сердце. Я где-то об этом читал. Стучу в комнату к Малькиадосу.
- Слушай, - сказал я дипломатично, тщательно подбирая слова. - Дай мне взаймы двадцать фунтов. Я на следующей неделе работать начну и сразу отдам...
Малькиадос позвал своего пятнадцатилетнего сынишку Роману, чтобы тот перевел. Мальчик немного говорил по-английски, хотя никогда нигде не учился. Мы с ним на кухне иногда болтали, когда я ждал, пока вскипит чайник. Роману перевел ему мою просьбу. Малькиадос некоторое время тупо смотрел на меня, выпучив глаза.
- Хорошо! - сказал я примиряюще. - Тогда купи у меня вот эти замечательные часы!
Старик-цыган только укоризненно покачал головой и молча закрыл передо мною дверь. Дела мои были неважные: у меня даже не было двадцати пенсов, чтобы позвонить Юрису. Через час я снова постучался к Малькиадосу. Он открыл двери и сразу обрушил на меня целую тираду чисто цыганских укоров. Мимикой и жестами я показал ему, что мне нужен его мобильный (телефона в квартире не было). Малькиадос тяжело вздохнул, но мобильный достал. Правда, номер набирал сам. «Оне минитс!» - предупредил он.
- Юрис! - сказал я, когда на другом конце подняли трубку. - Надо срочно встретиться. Мне нужно немного денег взаймы. Я отдам, когда заработаю.
- Это исключено! - отрезал Юрис. - У тебя должны быть свои деньги.
- Мои деньги украли! У меня мало времени!
- Запомни, - сказал строго Юрис. - В этой стране тебе никто денег взаймы не даст! Никто! Слышишь! Это тебе не Россия! Так что крутись сам. Доставай, где хочешь.
- Хорошо. Ну а когда мне на работу выходить?
- На работу? - Юрис тяжело вздохнул. - Насчет работы придется немного подождать.
- Сколько немного?
- В связи с Пасхой недели две! А может, больше.
- Как это две? А что же мне делать? У меня нет ни копейки!
- Ищи деньги! Ты должен еще сорок фунтов на проездной! Пока не найдешь сорок фунтов - не звони мне! Нам не о чем говорить!
Юрис бросил трубку, как оскорбленная и униженная курсистка, чем крайне огорчил меня. Еще один день я пролежал в жару. Горло болело все сильнее и сильнее. Мне стало жалко себя. Такой парень пропадет ни за что в чужой стране, и никто не узнает о его последних мыслях, и никто не прочитает его трогательных воспоминаний. В панике я стал просматривать свою записную книжку: может быть, не все номера я вырвал. На свою беду я нашел телефон того лондонского бизнесмена, с которым я познакомился в первый день. Я снова обратился к Малькиадосу за мобильником. От такой наглости у него дыханье сперло.
«Я за твои разговоры 10 фунтов заплатил!» - знаками пояснил он мне. «В последний раз!» - пообещал я тоже знаками и звуками. Сначала я позвонил Юрису.
- Юрис, - сказал я, - пожалуйста, отдай мне мою рабочую визу, за которую я тебе заплатил, и я сам устроюсь на работу.
- Ты будешь работать только там, где я тебе скажу! - отрезал Юрис. Смысл этой фразы становился предельно ясен: нелегально прибывший в Лондон паренек после утомительного, скучного, голодного ожидания в чужом городе будет согласен на любую работу и за любые деньги. И еще будет благодарен судьбе за удачу.
«Вот уж дудки!» - подумал я. Малькиадос набрал номер моего нового лондонского приятеля, но предупредил, постучав по своим часам, чтобы я говорил очень кратко, ибо я и так много наговорил.
- Володя! - сказал я в трубку. - Это Саша из «Комсомолки». У меня очень мало времени. Мне очень нужна твоя помощь!..
- Саша! - раздался в трубке раздраженный голос Юриса (!!!). - Я тебе еще раз повторяю! Зря звонишь! Здесь тебе никто не поможет!
Я был в шоке! Похоже, Малькиадос случайно или специально не сбросил прежний набор, и он повторился, и я снова попал на Юриса. Это был сюрприз! Обратил ли он внимание на слово «Комсомолка»?!!
Ошеломленный этим мистическим недоразумением, я заперся в своей комнате и попытался заснуть. Однако среди ночи меня разбудили громкие голоса. Пришли какие-то горячие цыганские парни. Поднялась какая-то суматоха. Сначала минут двадцать цыгане кричали друг на друга, потом в коридоре началась возня. Закричали женщины, что-то упало. Я слышал, как за моей дверью раздавались удары и хрипы. Моя тонкая дверь ходила ходуном: кого-то били об нее головой. Драка продолжалась минут десять. Потом все стихло.
Заснуть я в эту ночь так и не смог и рано утром, перешагнув через лужу крови, растекшуюся черным пятном возле моей двери, я покинул этот гостеприимный дом. Несмотря на слабость, я не мог больше лежать. Я не ел уже два дня, и меня донимала прогрессирующая ангина. Неожиданная решимость овладела мною: мне необходимо было действовать. Я знал, что удача ждет меня.

Александр МЕШКОВ
19 мая 2001 г.

Продолжение