|
|
  |
 |
 |
| БИБЛИОТЕКА |
| ЖИЗНЬ ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫХ ЛЮДЕЙ |
| РЕКОМЕНДУЕМЫЕ
ССЫЛКИ |
| ЛИЧНЫЙ
ОПЫТ |
| ПРАКТИЧЕСКИЕ
МАТЕРИАЛЫ |
| ЭМИГРАЦИЯ |
главная страница
http://mn.ru/issue.php?2002-38-66
В Эльсиноре пили пиво
Остров Зеландия, на котором расположена столица Дании Копенгаген, довольно маленький: самое большое расстояние по удаленности от столицы - 79 км. Первый визит в порт. Здесь - море, паромы, парусники, старинные склады с блоками на глухих стенах, ветер, рвущий одежду, как на гуляющем на картине Бенуа Петре.
Идем дальше, мимо бюстов королей и королев, славных военачальников со шпагами и в жабо, и выходим, наконец, к Русалочке. Она совсем маленькая. Ее не мыслили как символ города - им она стала вопреки размеру. Русалочка страдала в сказке, страдает и в жизни - перечень увечий, нанесенных скульптуре, ужасен.
По очень длинной улице Вольдгаде можно дойти до Ратуши. Ходим вокруг нее, всматриваясь в старинный красный кирпич огромной стены, украшенной кое-где золотом. Вспоминается мрачное датское Средневековье с его казнями и пытками. Но здесь же, у Ратуши, сидит добрейший сказочник Г.Х. Андерсен и подставляет свои колени всем желающим сфотографироваться.
Мы торопимся попасть в Амалиенборг до 12 часов, потому что королева сейчас живет в Копенгагене, а это очень важно для каждого туриста. Когда она здесь, ровно в 12 часов происходит смена караула. Восемь гвардейцев в огромных меховых шапках отмеряют шаг, скрестив на груди руки, удерживая под локтем ружье со штыком. Без 5 минут 12 они замирают, раздается музыка, и на площадь вступает оркестр со шталмейстером во главе и сменой гвардейцев в конце. Ритуал смены караула растягивается с бесконечными перемещениями по площади не менее чем на 45 минут.
Из-за непрекращающегося ветра оказалось невозможным залезть на колокольню церкви Христа Спасителя, с 86-метровой высоты которой можно было бы посмотреть на Копенгаген - лестница идет спиралью по внешней стороне шпиля. Зашли внутрь церкви. И там не без причуд XVII века: прекрасное резное дерево органа опирается на двух ярмарочных слонов.
Нюхавн - портовая набережная. Владельцы кафе в это холодное время года готовы согреть редкого посетителя не только горячими и горячительными напитками, но и пледами, висящими на спинке каждого стула. Ветер датчан не берет. Они шапок не носят и гоняют нараспашку на своих велосипедах, напоминая ветряные мельницы разметавшимися волосами и подолами.
Музеи, особенно осенью, работают здесь не более двух часов, да и то посредине дня. Маленький музей расположился в бывшем особняке некоего Хансена, жившего в начале века и возглавлявшего страховую компанию. Этот человек собрал большую библиотеку и коллекцию картин, в основном импрессионистов, с которой, может быть, к счастью человечества, вынужден был расстаться, когда обанкротился. Картины попали в 20 музеев мира. Впоследствии Хансен вернулся к своему увлечению и украсил особняк Гогеном, Дега, Сислеем, Писарро, Ренуаром, Коро и другими.
Два часа спустя мы оказались в совершенно ином музее. Он называется "Believe it, or not" - "Хотите верьте, хотите нет". Его собрал удивительный коллекционер Риплеи. Он объездил более 200 стран в поисках необычных вещей, людей и событий. Его музей полон скальпов, звериных шкур, маленьких штучек, которые можно рассмотреть только в микроскоп, изображений бородатых женщин, орудий пыток, всевозможных уродцев и тому подобного, от чего волосы становятся дыбом.
Едем в Нюторв на метро. Большое озеро, посредине которого огромный средневековый розово-красный замок с защитным рвом и подъемным мостом, ноздреватыми от времени скульптурами и горельефами, с мрачными залами, трофейными оленьими головами и восстановленными фресками. Такое впечатление, что датчане не склонны воссоздавать интерьеры своих замков после многочисленных пожаров и предоставляют времени говорить самому за себя. Мешанина наслоений вызывает скорее раздражение, чем радость открытий. Например, безвкусный ярко-синий портрет, висящий на гобелене с вытканными на стародатском словами, вовсе не относящимися к данному адмиралу. Обязательной деталью тронных залов являются серебряные львы у каминов. Огромные, цельнолитые, в несколько тонн львы - воплощение национального богатства. Львы сидят не в сторожевых позах, а, скорее, как охранники на отдыхе или на пенсии, развалив все свое национальное достоинство по полу.
Мы в замке Эльсинор. Стены средневековых залов дышат плесенью, темно и бесконечно пусто. Никаких балов - только войны и охота. Спускаемся в "казематы" - глубокие и мрачные подвалы. Здесь могло уместиться все население и войско крепости, проводя во мраке по несколько месяцев. Подземный город включал в себя склады продуктов, конюшни и залы для турниров и боевых тренировок. Когда кончалась вода, пили пиво при норме 8 литров на человека.
Евгения БЕЛОВА, 51 год, пенсинонерка