С. Шилов
Член президиума Академии парламентского корпуса
РФ
Федерация – это
Университет.
О «беспартийном законе» развития общества.
Государство,
назвавшееся «Российской Федерацией» и
находящееся в настоящее время в состоянии
реформы «федеративных отношений», все более
являет собой вопрос: «Что есть Федерация?».
Без ответа на этот фундаментальный вопрос не
может состояться Новая Россия. Пока данный ответ
изыскивается в контексте подмены вопроса на иной
- «Федерация - это Кто?» - с неизбежно
утвердительным суждением, что «Федерация есть Путин».
Отсюда и бесконечные эскапады Павловского о
необходимости «партии Путина», о «победе Путина
над прежней медиа-политикой», о «победе Путина
над олигархами и губернаторами». Путин как
социально-вирутальный образ (фрейдистская мечта
любого политтехнолога) есть замещающий знак
социально-массовой рефлексии. Политехнологи как
бы изучили к чему «стремятся от природы»
(аристотелевское выражение) люди этой страны
и дали им это в статичной,
персонифицированной, то есть отвечающей их
пониманию форме. Однако, при этом забывается,
что люди наделены мышлением, прямым выражением
чего является динамизм и разнообразие их
предпочтений, интересов, поведенческих ситуаций,
жизненных стратегий, социально-нравственных и
интеллектуальных потенциалов, одним словом, все
то, что собственно и образует «человеческое
измерение», смысл человеческой повседневности в
ее сращенности с историей. Таким образом,
общество всегда рано или поздно выходит из под
контроля даже самых совершенных
политтехнологов.
Осмысленный Разговор
власти с людьми возможен как открытый диалог о сущности
власти, фундаментально-желаемой людьми.
Необходим переход от разговора о Путине к
Разговору о Федерации. Что же за власть выбрала
большая часть народов бывшего СССР,
согласившаяся жить в «Российской Федерации»?
Новое российское чиновничество и обслуживающее
его экспертное сообщество занято рассуждениями
об отношениях центра и регионов, и истина в этих
спорах все никак не рождается.
Проблема состоит в том,
что в бытующем политическом сознании не
фиксируется объективная реальность третьего и
важнейшего участника и арбитра федеративных
отношений – Федерации «самой по себе», той живой
естественно-исторической целостности общества и
власти, которая и именуется «страной»,
общецивилизационным «человеческим измерением»
конкретного сообщества народов, гражданское
общество которого порождает социальное,
демократическое, правовое «государство для
людей».
Федерация есть принцип
универсализации гуманитарно-политических,
социальных, культурных, информационных,
экономических и технологических качеств
(свойств) народов, сообществ, людей, образующих в
своем многообразии «человеческое измерение».
Универсализация
качеств «человеческого измерения» предполагает
развитие их общечеловеческих составляющих.
Универсализация качества не только не отрицает
«конкретное качество», но развивает его
собственные основания до степеней высшей
качественности.
Продуцирование все
новых и новых «человеческих качеств»
(«человеческая природа») является
смыслообразующим потенциалом федерализма, так
как их развитие (устойчивое, социальное,
гуманитарное) до высших степеней качественности
и есть универсализация мира, совершенствование
общечеловеческого измерения. Такова
фундаментальная стратегия философии
федерализма. Единство человеческой цивилизации
осуществляется через многообразие человеческих
качеств в их собственном развитии к высшим
степеням качественности. Фундаментальным
основанием развития единства человеческой
цивилизации, основанием генезиса и структуры
«человеческого измерения» является
«человеческое знание». «Я вижу то, что я знаю»,-
так выражал Гете априорный характер
«человеческого знания».
История Нового Времени
все чаще осмысливается сегодня как общецивилизационное
преобразование, - переход к новой гуманитарной
цивилизации «человеческого знания», не
исчерпывающийся совокупностью экономических,
политических и технологических составляющих, –
как Развитие. В структуре Нового Времени
можно выделить два периода развития: количественный,
экстенсивный, связанный с умножением, ростом
частных знаний, и современный, формирующийся
сегодня, качественный, интенсивный,
основанный на универсализации знания.
Количественное
развитие цивилизации, выраженное в идее
прогресса, в сфере политики обрело свое
представление в форме политических партий.
Политическая партия образовывалась как
фундаментальная стратегия «количественного
подхода» к человеческому измерению.
Количественные характеристики человеческого
бытия, основы частных знаний
(богатство-собственность, капитал, фабричный и
сельскохозяйственный труд, производство,
техника, социальное распределение, расходы и
доходы государства, военные силы и природные
ресурсы) разламывали и дробили
непрерывность докапиталистического социума,
прочерчивались в виде политических партий и их
программ, утверждавших правоту той или иной
схемы количественного развития государства
и общества, частные, субъективные концепции и
учения. По своей политической онтологии партия
формировалась и развивалась как мера (единица)
«человеческого измерения», институт частного
знания. Партии располагают частным
(политическим) «человеческим знанием»,
абсолютизирующим те или иные стороны развития на
базе количественного подхода к «человеческому
измерению». Количественное развитие есть
схема унитарного государства, построенная на
дискретности «человеческого измерения», его
детализации и дроблении в «единицах»
политических партий, выражающих частное
(гипертрофированное) «человеческое знание». Условие
многопартийности здесь предполагает возможную
всемерную демократизацию унитарного
государства через полемический консенус
различных, наиболее мощных схем
количественного развития, через конкуренцию
«частных» точек зрения в области «человеческого
знания». При этом необходимо помнить, что
политические партии есть лишь замещающие знаки
реального развития, выражающие его
количественную составляющую, да и то, как
правило, в статической форме, далекой от
актуального динамизма процессов, экономических,
политических, социальных, информационных. Партии
– это субъекты количественного развития
цивилизации.
Нынешний переход к
качественному развитию цивилизации, к «обществу
знаний», нередко, пользуясь термином основателей
Римского Клуба, через «революцию человеческих
качеств», существенно видоизменяет и сущность
политических партий. Современные партии
опираются на априорную мощь «человеческого
знания», на непрерывность нового
постиндустриального социума, на «поля
человеческих качеств» как на модельные
реальности социума. Современные партии, по
существу, играют с окостеневшей реальностью
всевозможных политологических номинаций (левые,
правые, социал-демократы, либералы, центристы),
конструируя из ее фрагментов новые политические
языки, в котором прежние политические имена
являются лишь значениями, отсылками,
модельными категориями. Современные партии
находятся в поиске «социальных истин
человеческого знания», синтетических оснований
«человеческого измерения», взыскуют его
непрерывности, работают с его реальными
разломами, складками, с архаической логикой
дискретности, задаваемой традиционными
политическими номинациями-партиями. Политики
сегодня делятся (причем внутри любой
политической номинации) на модернизаторов,
опирающихся на рычаг «человеческого знания» в
преобразовании «человеческого измерения», и
реакционеров, утверждающих парадигму
количественного подхода к «человеческому
измерению. Нередко целые политические
номинации могут быть априорно отнесены к
реакционерам в силу своего отчуждения от
гуманитарно-политических ценностей –
социальные экстремисты, националисты,
коммунисты.
Современным партиям
(Третий путь Т. Блэра, Новый центр Г. Шредера)
недостает лишь осознания конечности своего
политического бытия и предназначения. Это
«тяжелое наследие» архаических политических
номинаций, удерживающих цивилизацию в колее
ценностей количественного развития.
Необходим решающий
переход (усилиями современных партий прежде
всего) к «беспартийному закону» развития
общества, к обществу человеческих качеств, к
непрерывности социума и синтетической мощи
«человеческого измерения» - к универсализму
общества знаний. Качественное развитие
общества предполагает переход от
много-партийности к не-партийности, - от частных
знаний к универсальному знанию. Партийность
общества, его политизированность и политическая
раздробленность должна быть преодолена на пути
осуществлении идеи общества знаний. Это и
есть задача современных партий по формированию
нового качества жизни.
Многопартийность как
«результат» количественного развития
цивилизации и основание дискретности
«человеческого измерения» - мира частных знаний -
может быть преодолена в становлении Федерации
как фундаментальной структуры нового
универсализма. Многопартийность, которая была в
свое время проводником идей федерализма в
условиях прогрессистского индустриального
общества, все больше превращается в тормоз для
развития его современных версий.
Современные партии
выполняют уже не столько традиционные
политические задачи, сколько деконструируют
старый, но все еще такой огромный политический
рынок, ищут «точки соприкосновения» левых и
правых, «третьи пути» и «новые центры», то есть,
по существу, ликвидируют априорную структуру,
делающую возможной организацию политпроцесса
посредством партий, обеспечивают переход от
дискретности человеческого измерения к его
непрерывности, от общества частных точек зрения
к обществу знаний через принцип универсализации,
принцип социального федерализма.
Что же «после партий»? Что
станет действующей структурой Федерации,
предметом осуществления «беспартийного закона»
развития общества?
Европейский
Университет как структура универсализации
частных знаний, поиска общих оснований развития,
как изначальный, смыслопорождающий институт
«общества знаний» является уникальной моделью
новой социальной реальности, способной на
фундаментальном уровне онтологии политики
преодолеть, «снять» институт многопартийности в
его априорном виде – как форму дискретности
«человеческого измерения», мир господства
частной точки зрения (хотя бы то была и
абсолютизируемая частная точка зрения одной
партии власти). Университет как система
«общества знаний» в отличии от
партийности-многопартийности только и может
реально ограничить государство в сфере его
рациональной компетенции.
Институт
многопартийности (партийности и политизации
общества) и институт государства, будучи
взаимоувязаны в стратегии «количественного
развития», стратегии господства «частных
знаний» взаимо-ослабляются, навязывают друг
другу собственную неэффективность в новой
стратегии «качественного развития» в начале 21
века. Институт многопартийности как институт
общецивилизационного перехода не позволяет
современному обществу радикально взять
государство под контроль. Современное общество,
выявляющее в качестве своей оси Университет
как реальную общественно-научную систему и
организацию принципиально нового типа,
обеспечивающую генезис и сетевую структуру всех
программ развития, создает для конкретных нужд
развития «компактное государство»,
развивающееся «под Университетом» в качестве
мощной социально-технологической системы.
Университет как
широкая социально-информационная организация
есть творческая лаборатория Федерации. Именно
Университет фиксирует реальное «поле
человеческих качеств», разрабатывает стратегии
универсализации, вырабатывает подлинное
объективное универсальное знание об обществе (в
отличии от «частных знаний», продуцируемых
институтом многопартийности).
Говоря употребимым
политическим языком, Университет действительно
разрабатывает стратегию реформ и готовит кадры
их реализаторов. Дистанционное обучение,
образовательные, информационные и
консультационные Интернет-технологии уже
сегодня являются реальностью, вовлекающей в свой
круг массы людей. Следующий шаг – образование (с
использованием традиционных университетских
структур научно-исследовательской и
образовательной деятельности) Университета как
новой формы социально-политической и
общественной организации общества 21 века.
Университет Российской
Федерации уже сегодня может формироваться как
мощная общественно-научная экспертная
организация нового «сетевого» типа,
относительно которой власть могла бы
позиционироваться как рациональная и
современная.
Указ Президента «Об
Университете Российской Федерации» мог бы
определить целевое предназначение формируемой
общественно-научной структуры в выработке
многоуровневой и системной программы
реформации, в подготовке массового числа
специалистов, способных к осуществлению
настоящих реформ.
Университет как
институт современного общества управляет
изменениями, создает глобальные общественные и
профессиональные альянсы, является
фундаментальной структурой реформации страны,
осуществляющей подготовку и переподготовку
массового числа специалистов, ведущей
мониторинг и программное обеспечение реформ и
формирующий на этой базе многоуровневую
стратегию развития России.
Последовательно
продуманная идея Федерации и есть Университет.
Слабость и становящийся характер новой
российской государственности, подвластность ее
экспертному сообществу, политтехнологам,
становление новой российской власти в мирных
условиях на пороге 21 века, - все это создает
уникальные шансы для развития Университета
Российской Федерации в качестве принципиально
нового института современного российского
общества, реализующего саму сущность власти как
органической стратегии универсализации социума.
Подобный ход событий вряд ли возможен в
западноевропейской ветви цивилизации, где
вызовы «общества знаний» носят абстрактный
характер, и организационные усилия гасятся
сложившейся структурой институтов гражданского
общества и государства.
Российской власти,
проводящей реформу за реформой, необходимо лишь
осознать, что для эффективного проведения реформ
с экономией затрат на системной основе, в
соответствии с принципами структурной политики,
развитие которой готов кредитовать Запад,
необходима масштабная
общефедерально-мультирегиональная программа
подготовки (и переподготовки) массового числа
профессионалов, осуществляющих эти реформы в
различных сферах – от реформы армии до реформы
жилищно-коммунальной сферы. Затраты на настоящую
программу и могут составить бюджет Университета
Российской Федерации.
Сегодня спор о
федеративной реформе и других «универсалиях
государственности» напоминает средневековый
схоластический университетский спор об
универсалиях «номиналистов» (президентская
администрация», утверждающая формально-правовое
измерение государственности) и «реалистов»
(губернаторы, федералисты, утверждающие реальное
гуманитарно-политическое
социально-экономическое измерение
государственности). Решение этого спора лежит на
путях разработки универсальной идеи Федерации,
как ранее средневековый спор служит прологом к
реформации Европейского университета.
Федеративная реформа, предпринятая Президентом,
должна исходить из модельно-прогностического
осмысления Федерации самой по себе как новой
формы организации цивилизации.
