Безлимитная рыбалка
Машковцев и Наздратенко делят Камчатку

Рыба нерестится на Камчатке, а гниет с Москвы. По крайней мере, истоки беспрецедентной «рыбалки без правил» - безлимитной лососевой путины, объявленной на свой страх и риск камчатским губернатором Михаилом Машковцевым, надо искать в Москве на Рождественском бульваре, где находится офис председателя Госкомрыболовства Евгения Наздратено.
Денежный нерест
Что такое путина? Так называемые анадромные виды рыб, к которым относятся и лососёвые, большую часть жизни проводят в открытом море. Однако откладывать икру они приходят в реки, по которым пробираются до озер в верховьях. Происходит это в основном на Камчатке, Сахалине и Аляске. Горбуша (наименее ценный вид) идёт на нерест на втором году жизни, кета на 3 - 4-м, нерка, чавыча - на 4 - 5-м. Нерестовый ход того или иного вида лососёвых продолжается много месяцев вплоть до глубокой осени, но пик, когда вся река бурлит от рыбы, приходится на одну - две недели в августе. В этот момент и делаются состояния: рыбу ловят неводами в море у устьев рек или на самой реке. Браконьеры при этом берут только икру (4% от веса рыбы), как наиболее капиталоёмкий продукт, а рыбу со вспоротым брюхом выбрасывают.
Сколько можно выловить рыбы без ущерба для популяции - определяет ОДУ (общий допустимый улов), который имеет статус федерального закона и подписывается премьер-министром. Определяется он исходя из прогнозов местных научно-исследовательских институтов рыбного хозяйства и океанографии (на Камчатке - КамчатНИРО), которые входят в систему Госкомрыболовства, возглавляемого Евгением Наздратенко. Затем прогноз проходит государственную экологическую экспертизу в ведомстве его давнего врага Виталия Артюхова, главы Минприроды (МПР). Без визы последнего утверждение ОДУ невозможно, что и породило новый виток конфликтов ведомств двух строптивых руководителей.
В отличие от океанической рыбы, квоты на которую продаются на аукционах Минэкономразвития Германа Грефа, ОДУ на лососёвых делится между рыбодобывающими предприятиями («пользователями») областными администрациями с последующим утверждением ведомством Наздратенко. В прошлые годы ОДУ в оперативном порядке можно было регулировать на местах: подконтрольные губернатору рыбохозяйственные советы (РХС), исходя из оперативных данных учёных решали, можно ли увеличить ОДУ или следует уменьшить: ведь прогноз по лососёвым допускает погрешность по крайней мере в 25%. На практике РХС каждый год увеличивал ОДУ: надо же подкормить местных рыбаков... Капитаны вспоминают: «Только выловят процентов 60 от ОДУ - каждый раз поднимается крик: переполнение нерестилищ! Добавьте!» Но в 2002 году такой возможности не стало: в соответствии с новым КоАПом и другими законодательными нормами Артюхов не завизировал Наздратенко приказ о путине с формулировкой о возможном увеличении ОДУ на местах, что вызвало недовольство не только у Госкомрыболовства, но и у губернаторов, которых тем самым отодвинули от денежного рычага.
Далее существует несколько версий развития камчатских событий. Губернатор полуострова Михаил Машковцев со своей командой уверял, что в реальности к берегам полуострова подошло в этом году в несколько раз больше рыбы, чем прогнозировали учёные. Это якобы грозило экологической катастрофой (при переполнении нерестилища заиливаются, икра гибнет и происходит резкое сокращение популяции рыбы; подобное, например, случилось в 1983 году, и за 20 лет нечётный год по горбуше не восстановился до сих пор). И тогда губернатор Машковцев, проведя соответствующий пи-ар, «ради спасения рыбы» принял мужественное решение: заявил, что «готов идти под суд», но отдал-таки противоречащее закону единоличное распоряжение о полностью безлимитной рыбалке «по факту» на всей территории области. Поскольку на этом решении очень неплохо заработали рыбаки и браконьеры, популярность Машковцева среди камчадалов, как спасителя не только рыбы, но и карманов, значительно выросла. Единственная на полуострове прогубернаторская газета «Камчатское время» праздновала победу: «Столица сделала всё, чтобы путина не состоялась. МПР, похоже, пыталось сыграть свою игру против председателя Госкомрыболовства Евгения Наздратенко, но плохо просчитав ходы попало в капкан собственных заблуждений... МПР явно переоценило свои силы в этой схватке... Бороться против губернатора Михаила Машковцева в сегодняшних условиях - это всё равно, что вручить ему путёвку на второй срок».
На самом деле за принятым решением скорее всего стояли финансовые интересы компаний, контролируемых Наздратенко и отчасти его камчатским партнёром Машковцевым. Поэтому готовится к путинному скандалу Машковцев начал загодя. Ещё 29.01.02. он написал президенту Путину письмо, в котором жаловался на «сокращение более чем в два раза промышленных квот» на рыбу, которые «являются главным источником дохода бюджета Камчатской области». Машковцев попросил у Путина или живых денег (3,6 млрд. рублей) или квот на биоресурсы в объёме 2000 года (по прогнозам науки ОДУ на 2002 год был одним из самых низких за последние годы - 49 тыс. тонн).
Свои и чужие
Зимой и весной этого года администрация Камчатской области затеяла большой передел рыбной отрасли. От квот были оттёрты старые камчатские фирмы, которые в основном представлялись Машковцеву связанными с его предшественником на губернаторском посту Владимиром Бирюковым. Так как Машковцев выиграл выборы (декабрь 2000 года) случайно и с минимальным перевесом, он не имел своей команды на полуострове. Крупнейшие камчатские рыболовные фирмы (тот же «Акрос») поддерживали его конкурента - Евгения Синченко. И Машковцеву ничего не оставалось, как сориентироваться в первое время на полпреда по ДВФО Константина Пуликовского, а позже он попал в орбиту интересов Евгения Наздратенко.
Поскольку новый губернатор Приморья Сергей Дарькин практически выполнил задание администрации президента по экономическому выдавливанию бывшего губернатора Наздратенко из края (говорят, что Путин во время своего августовского визита в Приморье особенно интересовался тем, не сможет ли Наздратенко в случае своей отставки с поста Госкомрыболовства в той или иной форме вернуться в Приморье), «его» фирмам - «Дальморепродукту», «ТУРНИФу» и ОАО «Преображенской базе тралового флота» (ПБТФ) стало в Приморском крае неуютно и не столь денежно. Тогда эти фирмы, в первую очередь - ПБТФ, двинулись на более богатые рыбные угодья Камчатки - при аппаратной поддержке Госкомрыболовства.
ПБТФ, владелец которой - известный приморский бизнесмен Олег Кожемяка, купила лучшее, что есть на Камчатке: «Озерновский РКЗ-55» - рыбоконсервный завод, расположенный на юге Камчатки, на уникальном Курильском озере. Фактически, это озеро является природным рыборазводным заводом: именно туда приходит на нерест нерка, стоимость которой (US$ 5 за 1 кг) в пять с лишним раз превосходит стоимость горбуши. По неофициальным данным, эта покупка обошлась Кожемяке в US$ 7 млн. Правда, поговаривают, покупке предшествовало несколько чьих-то разбойных нападений на прежнего владельца.
Раньше приморская ПБТФ не имела к Камчатке никакого отношения. Чтобы смягчить этот негативный фактор, Кожемяка составил договора о передаче четырёх своих судов («Маршал Соколовский», «Кабалик», «Советское Приморье» и «Томск») в аренду зарегистрированному на Камчатке РКЗ-55. Это позволило Машковцеву говорить о ПБТФ, как уже о «нашей», камчатской фирме, отвести публичные обвинения в экспансии (что «пришлые богатенькие приморцы объедают несчастных камчадалов») и спокойно дать ей щедрые камчатские квоты. Впрочем, конкурент Кожемяки, гендиректор камчатского «Акроса» Валерий Воробьев считает договора аренды судов фикцией: стоимость этой аренды смехотворная (всего 1,5 млн. рублей, тогда как только суточные эксплуатационные расходы судна такого класса длиной более 150 метров, составляют десятки тысяч долларов), в договоре не сказано, кто (камчатский арендатор или приморский арендодатель) платит команде зарплату, а значит - в бюджет какой области идут соответствующие налоги. На самом деле популярные на Камчатке разговоры о своих и пришлых фирмах - не больше чем социальный миф. Как сказал замначальника УФСБ по Камчатской области Анатолий Романов, за всеми серьёзными компаниями, тем более за «Акросом», стоят в конечном счёте московские деньги. Любимец губернатора Машковцева, вновь созданный «Камчаттралфлот», восходит по оперативным данным к деньгам «Саско-Москва», американской фирмы «Тон-рыба», и бывшим гражданам РФ неким Шиферо и Бернштейну, переехавшим в Австралию. Прослеживается связь с той же ПБТФ Кожемяки, капитал которой, по мнению аналитиков, в значительной мере вырос на алкогольном бизнесе: в Приморье у компании есть завод «Арго-1», выпускающий водку «Никита Кожемяка» (так зовут не только былинного героя, но и сына Олега Кожемяки), кроме того компания производит в Москве и Краснодаре подсолнечное мало и другие товары.
Загримировав наздратенковские фирмы из Приморья под камчатские, Михаил Машковцев фактически стал продавать им концессии. Стали заключатся трёхсторонние договора между фирмой («инвестором»), администрацией области и администрацией района, смысл которых был прост: квоты на лососёвых, участки на реках (которые отбирались у компаний, ставших неугодными) в обмен на ремонт крыш в умирающем посёлке и завоз ширпотреба в местное сельпо. В нескольких случаях это действительно позволило создать образ возрождения удалённых сёл: та же ПБТФ Кожемяки привела в порядок посёлок Озерновский возле РКЗ-55 и посёлок Тымлат в Корякии. ОАО ПБТФ сообщает, что весь холдинг Кожемяки в 2002 году потратил на социалку 18,0197 млн. рублей. Заметим, что вся эта социалка - стоимость всего лишь 116 тонн нерки. В этом году преображенцы лишь в одном Озерновском районе Камчатки взяли её в 155 раз больше. (Кстати, опальный «Акрос» уверяет, что в 1996-2001 годах якобы вложил в Толмачевский каскад ГРЭС и в газопровод US$ 13 млн.) Излишне говорить, что камчатские фирмы считают социальные усилия приморцев дешёвым (в прямом и переносном смысле) рекламным ходом и приводят цифры долгов ОАО ПБТФ перед бюджетом: 60,362165 млн. рублей на 5 августа 2002 года (в 3,34 раза больше «социалки»). («Преображенцы» философски возражают: «Ну и что? Это для нас мелочь. В конце года заплатим».)
Поделить и раздать
Но самый большой скандал разгорается на Камчатке в связи с продажей «концессии» на знаменитые Командорские острова. С глубоких застойных времён там находится заповедник (сейчас относится к МПР Виталия Артюхова); в 30-мильной охранной зоне запрещена всякая хозяйственная деятельность. Эта-то зона с непуганными лососёвыми и другими видами рыб, кальмарами, морским зверем и зарослями морской капусты и является самым лакомым куском. Камчатский областной депутат Анатолий Шашкун, бывший рыбак, рассказывает: «На Командорах Кожемяка строит рыбоконсервный завод: 10% принадлежит администрация района и по 30% РКЗ-55, ПБТФ и Тымлатскому РКЗ - то есть 90% самому Кожемяке. Подо что он строится? Квоты на лососёвых в Алеутском районе - всего 120 - 150 тонн. На самом деле Преображенская база рассчитывает добиться эксклюзивного разрешения на рыбный промысел в заповедной зоне». Сам Олег Кожемяка на эту тему высказывался туманно: мол, планы ещё не определились. Однако его сотрудники были откровенны: «Да, мы будем вести там промысел. Но зато мы же будем финансировать нищий заповедник, у него появятся деньги на реальное изучение тех биоресурсов, на которых они сейчас сидят, словно собака на сене. Мы же будем охранять акваторию от браконьеров, ведь сейчас там запрещён промысел только на бумаге, а на самом деле там браконьерничают, кому не лень...» Так это или нет - но в бескорыстности прихода на Командоры приморской водочно-рыболовной фирмы губернатору Машковцеву не просто будет убедить общественность. Первый шаг он уже сделал: в обмен на снабжение местного магазина продуктами и начавшийся ремонт (на Командорах живёт всего 800 человек) ПБТФ уже получила от губернатора два дополнительных невода на Западе Камчатки.
Страшная месть
Но вот договориться с хозяином заповедника главой МПР Виталием Артюховым Олегу Кожемяке, видимо, обойдётся значительно дороже. В ответ на интриги Наздратенко по продавливанию нужной ему формулировки приказа № 241 от 18.06.02. о путине (с так и не выданным разрешением оперативного увеличения ОДУ) и заодно - на экспансию его фирм на Север, ведомство Артюхова нанесло по финансовым интересам наздратенковского окружения мощный ответный удар. 19 июня патрульную судно Камчатской спецморинспекции МПР «Таис» провело проверку супертраулера «Томск», принадлежащего Кожемяке. «Томск» в течении месяца вёл промысел минтая в Охотском море в то время, когда он вообще был запрещён. Сначала с траулера сняли лишь 300 тонн неучтённой рыбы, но на следующий день МПРовцы вернулись к «Томску» вместе с опергруппой: их насторожило, что «преображенцы» слишком легко расстались со своей добычей. Детальная проверка обнаружила на «Томске» в несколько раз больше рыбы. На плавбазу работали перегрузчик «Поллукс» (275,2 т. минтая без головы, по нормативам - 58% веса целой рыбы) и пять средних траулеров (на одном - 1522 т. неучтённой рыбы, на другом - 83 т. и так далее). При этом капитан Александр Дмитриев настаивал, что вёл промысел камбалы и навага, а гораздо более дорогой минтай попал «случайно», как прилов. Той же точки зрения до сих пор придерживается Кожемяка: «Нарушений вообще не было, адвокаты разберутся». Интересно, что в корейском Пусане тонна минтая стоит US$ 550 (в России намного меньше), а на московском аукционе рыбных квот только на право промысла ПБТФ задрала цену на некоторые лоты до US$ 970 за тонну. По мнению аналитиков, окупить такие затраты можно только браконьерским ловом.
По «Томску» Камчатская природоохранная прокуратура возбудила уголовное дело по ст. 253 УК РФ. Прокурор Александр Тепляков рассказывает, что это второе по сумме ущерба дело, когда либо расследовавшееся его ведомством. Он открыто заявляет, что на прокуратуру оказывалось давление с целью замять дело, однако ущерб был пересчитан, и по новой экспертизе от 03.09.02. составил 7046 т. незаконно добытого минтая на 708567950 р. Эта гигантская сумма (почти US$ 22,5 млн.), если она будет подтверждена судом, способна поставить на колени коммерческую империю не только Кожемяки, но и всего Наздратенко.
Нужны деньги
«Таким образом, - резюмируют наши источники, - Наздратенко срочно потребовались большие деньги. Угроза судебных издержек добавилась к ежегодным платежам кому надо «за должность» - к тому же на посту рыбного министра у него явно заканчивается данный президентом гарантийный срок: пора думать о будущем». Самым реальным способом заработать была лососёвая путина, но на пути этих заработков стояло крайне низкое ОДУ. Вот тут-то и потребовался дальневосточный Жириновский - Машковцев: со своей истерикой о переполнении нерестилищ.
Своё знаменитое распоряжение №637-р, «узаконившее» беспредел в рыбалке, Машковцев подписал 5 августа - накануне того, как по приглашению Наздратенко вылетел в Москву «продавливать» Артюхова. Истерика, подкреплённая пи-аром, удалась: на следующий день правительство согласовало Госкомрыболовству цифры увеличения ОДУ, которые просто узаконивали тот самый вылов «по факту». Противоречащее закону решение губернатора вызвало резкую реакцию всех федеральных ведомств. Прокурор Камчатской области Александр Войтович потребовал отмены распоряжения. Однако закон даёт на это 10 дней. Машковцев их выждал, 19 августа отменил распоряжение, в тот же день издал почти такое же (№ 694-р), которое тоже отменил через 10 дней. Больше трёх недель беспредела ему и не требовалось: пик путины непродолжителен. При этом Машковцев уверял, что в душе прокурор был на его стороне: мол, не давил и не торопил. Войтович отрицает: «Я разве что автоматчиков на реках не выставил».
То, что той же позиции, что и прокуратура, придерживались ФСБ, территориальные органы МПР («артюховцы») с их Спецморинспекцией - это понятно. Но против губернатора пошёл даже Александр Желтышев - начальник Севвострыбвода, входящего в структуру Госкомрыболовства! Более того: на своём ключевом хлебном посту (именно рыбвод контролирует реки: пограничники - только 200-мильную зону в море) он был ставленником как раз губернатора Машковцева и назначенцем Наздратенко. Несмотря на это, он, будучи начальником штаба путины, не только сначала ушёл на её время в отпуск, не только затем выступил против губернатора и своего непосредственного начальника в Москве, но и давал на эту тему разгромные интервью прессе. Аналитики предполагают, что такая позиция стала следствием того, что Наздратенко недавно подставил Желтышева: на него завели уголовное дело из-за невыдачи (вроде бы по указке Евгения Ивановича) рыболовных билетов «голубым» (к сексу скандал отношения не имеет: дело было в печально известных испанских супертраулерах, выкрашенных в голубой цвет).
После этого ситуация окончательно стала складываться не в пользу Машковцева. В прокуратуре стало назревать уголовное дело против ЗАО «Энергия» из Усть-Камчатска: эту компанию, которая активно участвовала в «безлимитной» рыбалке, считают карманной фирмой Александра Чистякова - вице-губернатора по рыбному блоку, правой руки Машковцева. Впрочем, сам Чистяков сказал, что лишь месяц руководил «Энергией», да и то другой - ООО - которая была куплена нынешней фирмой - ЗАО по организационно-правовой форме... В довершение всего Машковцев вместе с Рушайло попал а автокатастрофу, что надолго отодвинуло его руку от пульса путины.
Каковы же итоги рыбной афёры-2002? Вместо 49 тыс. тонн лососевых на Камчатке добыли по официальным подсчётам более 80 тыс. тонн. По некоторым данным, камчатским фирмам досталось лишь 31,8% улова (на 17.08.). Больше всего заработала на безлимитке та самая ПБТФ Олега Кожемяки: на её участки в Озерновском районе по счастливой случайности действительно пришло больше рыбы - вместо 4,5 тыс. тонн дорогостоящей нерки - 18 тыс. т. Разница впечатляет: 18-4,7=13,5хUS$ 5 за 1 кг.=US$ 66,5 млн. На других же участках по данным науки никакой угрозы переполнения нерестилищ... не было. На востоке Камчатки нерки вообще оказалось 58% от прогноза, кеты - 97%. На Западе - горбуши 142% и лишь нерки в Курильском озере - 206% от ожидаемого. КамчатНИРО действительно рекомендовал на разных участках добавить к ОДУ то 1,5 тыс. т., то 1 тыс. т. Но везде указывались конкретные участки и конкретные цифры «с условием, что прибавка к ОДУ будет использована только по рекомендациям НИИ, если уровень заполнения нерестилищ будет действительно свидетельствовать о реальном превышении». Губернатор же говорил об абсолютно повсеместном беспределе. Автор этих строк своими глазами видел с патрульного вертолёта совершенно пустые нерестилища восточной Камчатки: безжизненные реки и озеро Ажабачье с грудами выпотрошенной браконьерами рыбы. А матёрый наблюдатель КамчатНИРО Алексей Маслов только сдержанно бубнил: «Здесь политика...»
Насколько помогут команде Наздратенко полученные на Камчатке сверхприбыли - будет видно. Ясно только, что если будут искать крайнего - им наверняка окажется губернатор Машковцев со своими замами. Теперь на полуострове о нём говорят: «Его можно брать голыми руками, просто команды фас пока не было». И в этом смысле долгосрочный больничный может оказаться ему кстати.
Эпилог
На обратном пути с Камчатки в самолёте соседом автора этих строк был странный молодой человек. Выпив коньяка, он разговорился. Он оказался «чёрным» браконьером, работающим на Камчатке уже который год без всяких лимитов - одним из тех, кто берёт только икру и выбрасывают в речку рыбу со вспоротым брюхом. Он жаловался: самое сложное - сделать в Петропавловске на левую икру «чистые» накладные: ментовская крыша берёт дорого. Да и Ил-62 - маленький самолёт: влезает всего 6 тонн груза. Вот в Ил-96, который ходит через день, помещается 15 тонн... За одну ночь, по его словам, на реке в путину можно напороть до полутонны икры. Вывозят вертолётом Ми-2: собеседник сказал, что в прошлом он военный летчик, Миг-25 водил... Перед путиной по тайге разбрасывают бочки с горючим, чтобы в процессе работы маленький Ми-2 с небольшой дальностью мог без проблем дозаправиться. Всё это можно было бы принять за похвальбу, но в Домодедово парня уже встречал улыбчивый мужичёк с биркой сотрудника аэропорта: началась разгрузка...
По официальным данным в прошлом году с Камчатки только самолётами вывезли 2980 т. лососёвой икры. Такое количество можно было бы взять у 74,5 тыс. тонн рыбы. Это значительно превышает пресловутый ОДУ, над которым колдуют учёные.

* * *
Владелец Преображенской базы тралового флота (ПБТФ) Олег Кожемяко дал свой комментарий:
- Олег Николаевич! Вас называют человеком Евгения Наздратенко, одним из его теневых спонсоров. Это правда?
- Я не знаю, что такое спонсор. Те, кто так говорит, сами, наверное, так работают. Никаких «своих» фирм у Наздратенко на Камчатке нет, он нигде не был учредителем. Ту политику, которую проводит Наздратенко по части развития прибрежных посёлков и закрепления там людей, мы в нашей экономической деятельности поддерживаем. Он её проводит в том числе и через меня, но не только. На Шикотане Белкин, например, есть...
- Почему вы пошли на Камчатку? При губернаторе Сергее Дарькине в Приморье Вам стало менее комфортно работать?
- Я не касаюсь администрации. А не станет она давать квот градообразующему предприятию, начнет перетасовывать компании - я подниму такое...
- Как «Акрос» на Камчатке?
- Конечно. Близости позиций с Дарькиным у нас нет. Я не вижу в его политике того, что реально вытаскивало бы Приморье из кризиса. А губернатор Камчатки Машковцев начал проводить другую политику: вкладываешь ты деньги в социалку - значит будешь находиться на Камчатке, лимиты получать. Вот был бы я конъюнктурщиком - меня бы беспокоил губернатор; я бы к нему прибежал. Но я просто делаю дело, и власть поэтому должна с нами работать.

На несколько вопросов ответил и губернатор Камчатской области Михаил Машковцев.
- Михаил Борисович! Вы ведь не приостановили своего членства в КПРФ после избрания, как сделали некоторые другие губернаторы. Почему?
- Это было бы предательством тех людей, кто обеспечил победу. Я был и остаюсь первым секретарем обкома партии.
- Значит КПРФ у вас на Камчатке - правящая партия?
- Она не может быть правящей в отдельно взятой области: правят федеральные законы: буржуазные. Они расходятся с партийной программой, но мы их исполняем.
- Значит можно сказать, что Вы проводите на лососёвой путине политику компартии?
- Это политика моя, как коммуниста. С партией я эти решения не согласовывал. Обсуждал, советовался, но решения принимал сам.
- Не боялись нарушить закон?
- Губернатор трус - явно не на своём месте. Меня можно только посадить. Снять невозможно. А прокурор области тоже действовал в интересах области; тянул со свои протестом, сколько можно.

  
Октябрь 2002.