Вчера в здании администрации президента второй человек в Русской православной церкви (РПЦ), глава её Отдела внешних церковных сношений митрополит Кирилл (Гундяев) подверг нападкам, как говорится, «человека, похожего на» Александра Волошина. Произошло это во время научно-практической конференции с мирным названием: «Государство и традиционные религиозные объединения. Концептуальные основы взаимодействия на примере Центрального федерального округа» (ЦФО) в присутствии главного организатора - президентского полпреда в ЦФО Георгия Полтавченко. Правда, фамилию главы президентской администрации митрополит не назвал, но во время его гневного пассажа, вышедшего далеко за рамки делового этикета, зал затаил дыхание, осознав: что-то происходит.
Формально речь шла о подготовке поправок к действующему закону «О свободе совести и религиозных объединениях». Этот закон давно подвергается критике за деление религий, исповедуемых россиянами, на «традиционные» (РПЦ, мусульмане, иудеи и буддисты) - им создаётся режим наибольшего благоприятствования - и на всех остальных, процедура регистрации которых сильно усложнена. Во внесении поправок к этому закону, протащенному через думу в 1997 году, объективно заинтересованы и католики, и лютеране, и баптисты, не говоря уж о более мелких конфессиях: в сущности, полностью удовлетворяет он только РПЦ. Вопрос о подготовке поправок, формировании для этого рабочей группы и т.п. неоднократно вставал на заседаниях Совета по взаимодействию с религиозными объединениями при президенте РФ. Членство в этом органе персональное, создан он в демократические времена и потому довольно свободолюбив. Возглавляет его руководитель администрации президента Александр Волошин.
Однако в поправках к закону заинтересована и РПЦ - только в прямо противоположных. Вчера митрополит Кирилл ещё раз озвучил те позиции, законодательного закрепления которых жаждет его конфессия. Это ещё большие ограничение для «нетрадиционных» конфессий, льготное налогообложение религиозных организаций и их предприятий, передача земли в собственность. Чтобы уравновесить неподконтрольный Совет при президенте... с его инициативами, РПЦ руками Кирилла создала некоторое время назад Межрелигиозный совет России. Туда входят только самые «традиционные» объединения: никаких лютеран да католиков. Вот этот-то орган и обратился с письмом о внесении соответствующих протекционистских поправок в действующий закон. Но, по словам Кирилла, рассматривать его наверху не стали в виду «неконституционности требований». Видимо, эту оценку дал как раз Волошин, потому что Кирилл вчера гневно кричал: «Что же это такое? Один человек берёт на себя смелость утверждать, что конституционно, а что нет! У нас только Конституционный суд имеет право толковать конституцию! А тут пошла мода единолично заявлять! И вот, письмо уважаемого органа уже не рассматривается!»
Зато по поводу либеральных поправок, предлагаемых в Совете при президенте, митрополит высказался наоборот: «Подойдите к людям на улице с микрофоном. Спросите: нужны поправки к закону о совести? Да вас просто не поймут, о чём вы. Народу этого не нужно. Конфессиям тоже это не нужно. Так кто же тогда инициатор? Да это же один человек!» В общем, митрополит Кирилл создал полное впечатление какого-то таинственного заговора.
Кстати, если некие действия Александра Волошина (и вообще администрации президента) поперёк воли иерархов РПЦ действительно имели место быть - то это никого не удивило бы. Во-первых, перед визитом Путина в Польшу круги, приближённые к администрации, допускали постоянные утечки информации, что Путин очень недоволен негибкой позицией РПЦ в отношении визита Папы Римского в Россию. Этот визит был бы весьма не лишним во внешнеполитической мозаике Путина; выгодно оттенил бы (через счастливо разрешённую проблему свободы совести) внутриполитические скандалы со свободой слова. Но... Патриарх Алексий II должной гибкости так и не проявляет. Во-вторых, навязчивые попытки иерархии получить дополнительные финансовые льготы также вызывают настороженное отношение у прагматичной питерской команды. РПЦ особенно боится, как озвучил вчера Кирилл, введения кассовых аппаратов в розничный товарооборот приходов (их экономика сегодня базируется на неучтённом нале), но главное - она претендует на получение в собственность (а не в пользование, как сейчас) значительных земельных угодий. Даже Полтавченко вчера процедил: «Подходить к изменению налогообложения религиозных организаций сто раз подумав». Одним словом, путинская команда делится не жаждет и, по-видимому, полагает счёт, выставленный иерархами РПЦ за идеологические услуги, чрезмерно завышенным.
Но возможна и другая, более простая, версия вчерашних «наездов» людей в чёрных халатах на Волошина. С недавних пор в аппаратных боях в президентской администрации активно участвует православный банкир-патриот Сергей Пугачёв. С его именем аналитики связывали предыдущую волну слухов о скорой отставке Волошина. Правда, Пугачёв дружен не столько с митрополитом Кириллом, сколько с ультрафундаменталистским крылом РПЦ - например, с наместником Сретенского монастыря архимандритом Тихоном Шевкуновым. Однако нельзя исключить, что в очередном раунде кремлёвские группировки взяли в союзники в походе на Волошина Кирилла Гундяева - так, для разнообразия. На роль лающей Моськи он подходит неплохо: с одной стороны достаточно весомо, с другой всегда может выкрутится (ничто не мешает Кириллу в случае чего заявить, что вчера он имел в виду не Волошина, а, к примеру, какого-нибудь Себенцова - зама Матвиенко по ничего не значащей правительственной комиссии по взаимодействию с религиозными объединениями).
Все остальные выступления вчерашнего дня (включая и гладенькую речь самого Полтавченко) носили характер декораций для основного действа. Например, замминистра образования Леонид Гребнев полчаса развивал теорию о чувстве причастности и целеполагании. Правда, давний лоббист интересов РПЦ в Госдуме председатель думского Комитета по делам общественных и религиозных организаций коммунист Виктор Зоркальцев ввёл новое понятие: «Духовная безопасность России» и предложил для её обеспечения наконец-таки создать общественные советы при ведущих телеканалах («цензуру, конечно, вводить не следует, но...»). Эту идею горячо поддержал муфтий Талгат Таджутдин. Бросалось в глаза отсутствие в зале представителей католической и лютеранской церквей России. Про лютеран в перерыве в мужском туалете состоялся интересный обмен мнениями двух чиновников: «Да их не то что приглашать - там оргмеры скоро принимать надо будет...» - «А что?» - «Да единственная конфессия, которая чуть ли не официально берёт курс на ликвидацию российских граждан в своём руководстве...»
Таким образом, не исключено, что всё вчерашнее мероприятие было задумано только для того, чтобы дать РПЦ возможность высказать свою позицию по Александру Волошину. По крайней мере, проект итогового документа носит явные следы концептуальной стыковки с выступлением митрополита Кирилла: навязчивое упоминание слова «конфессии» исключительно в спайке с определением «традиционные», полнейшее неупоминание Совета по взаимодействию с религиозными объединениями при президенте РФ - зато возвеличивание в последнем абзаце кирилловского Межрелигиозного совета России, деятельность которого устами Полтавченко предлагается оценить, как «важную и своевременную».
За кого сыграл в этом раунде кремлёвских разборок митрополит Кирилл - понятно. Интереснее - поддержка Полтавченко.

  
"Новые Известия";
26.01.02.