Чёрный передел
Сенаторы ищут способ погреть руки на государственной земле

Вчера стала, наконец, понятна цель сенсационного информационного вброса, сделанного 24 июля председателем аграрного комитета Совета Федерации Иваном Стариковым. В своём интервью он рассказал о планах верхней палаты парламента выступить с законодательной инициативой о возврате Русской православной церкви (РПЦ) земель сельхозназначения, национализированных после революции. Вчера на эту тему состоялась встреча сенатора с патриархом Московским и всея Руси Алексием II. Таким образом, можно констатировать начало очередного законодательного блиц-крига, направленного на этот раз на масштабнейший передел собственности по всей стране.
Что же предлагал Стариков? Под предлогом «восстановления исторической справедливости» он предложил провести частичную реституцию: вернуть РПЦ (а также другим традиционным конфессиям) национализированную большевиками землю: по оценкам сенатора - около 3 млн. га. И даже более того: «А сколько вернуть? Сколько Церковь пожелает», - формулировал щедрый Стариков.
Здесь надо заметить, что ст. 25 Земельного кодекса в п. 3 прямо запрещает возврат земельных участков (а также их стоимости), национализированных до 1 января 1991 года. Поэтому Стариков, оставляя смысл, меняет слова: «Это не возврат, а восстановление прав церкви на земли. Провести реституцию невозможно по ряду чисто технических причин. Но у нас есть фонд перераспределения, то есть «ничья земля» - государственная». Возвращаясь, таким образом, к классическому «совковому» пониманию государственной собственности, Стариков призывает к приватизации и перераспределению почти 10% государственного земельного фонда, который составляет около 40 млн. га.
Надо сказать, что сама РПЦ ни разу не обращалась и не обращается сейчас к государству с просьбой о возврате сельскохозяйственных угодий: её гораздо больше интересует судьба землеотводов, на которых стоят храмы и монастыри, ведь она в большинстве своём передана не в собственность, а в пользование. И если этот порядок не исправить, то с 2003 года придется платить аренду или выкупать эту землю за деньги. (Кстати, именно на это и перевел вчерашний разговор со Стариковым патриарх Алексий). С другой стороны монастыри и некоторые наиболее активные приходы РПЦ и сейчас замечательно пользуются переданными им в пользование сельхозугодьями. В полном соответствии со ст. 3 закона «О введении в действие Земельного кодекса», вопрос о наделении этой землёй оставлен за органами местного самоуправления, а те, как показывает опыт, монахам обычно не отказывают. Так, Дивеевский монастырь имеет аж 500 га, развитому подсобному хозяйству Троице-Сергиевой лавры уже 15 лет и т.д.
Зачем же Стариков предлагает вручить РПЦ то, о чём она не просит? Его аргументы вполне маниловские: «Церковь будет осуществлять ряд важнейших функций, в том числе чисто экономических... Можно говорить о снижении очагов социальной напряженности, создании «домов призрения». Может быть, там будут перевоспитываться наркоманы, алкоголики». Кроме того, Стариков приравнивает экологически чистые продукты к «благодатным» (православный аналог кошерных) и предлагает передать РПЦ право сертифицировать продукцию на соответствие требованиям этой «кошерности»: «Там можно сертифицировать предприятия по производству экологически чистых продуктов - благодатных продуктов». Далее Остапа несёт ещё дальше, за границу: «Мы можем выйти на мировые рынки только с таким продуктом. У нас есть зарубежные епархии, через которые можно продвигать продукты на западные рынки».
Люди, знающие Старикова по Совету Федерации, в один голос говорят: это не тот человек, чтобы что-то говорить просто так. Кто-то его попросил озвучить эти идеи. Может, он наслушался рассуждений о реституции в Новосибирске, где безуспешно пытался поучаствовать в губернаторских выборах: в Новосибирске как раз служит один из самых одиозных епископов РПЦ Тихон Емельянов, сосланый в Сибирь из Москвы после финансовой ревизии в его храме Всех Святых на Соколе. Тихон известен в церковных кругах как «стяжатель»: сторонник сильной, богатой и опирающейся на государство церкви.
Расследование на тему, чьи именно финансовые интересы лоббирует Стариков, - ещё ждет своего часа, но по аналогии с другими коммерческими проектами РПЦ можно предположить основные механизмы. Предыдущие крупные коммерческие подарки, сделанные РПЦ государством, делятся на три основных группы. Это, во-первых, льготы по таможенным пошлинам и НДС при таможенном оформлении, которые были использованы для масштабного ввоза алкогольных напитков и сигарет (доход, по оценкам, экспертов, мог достигать US$ 1 млрд.); во-вторых, экспортные квоты на нефть для подконтрольного РАО «МЭС»; и в третьих, бесплатные квоты на вылов лососёвых рыб и морепродуктов на Дальнем Востоке. Официальным прикрытием этого разбазаривания бюджета была благотворительность: мол, РПЦ надо помочь восстановить порушенные храмы и наладить социальные программы. На самом деле квоты на табак и выпивку были, словно квоты НФС, перепроданы коммерческим фирмам («Эвихон», «Жасмина» и многие другие), квоты на крабов и рыбу били освоены неким ЗАО «Регион». То есть по обычной коррупционной модели, скорее всего - за откат живыми деньгами, люди в чёрных халатах отдали свои феодальные преимущества в руки профессиональных исполнителей - ведь ни торговле сигаретами, ни рыболовству в семинарии не учат, и специалистов по этим делам в РПЦ нет. С другой стороны, церковная крыша коммерсантам выгодна: РПЦ освобождена от налога на прибыль в части производства товаров для своей уставной деятельности (под это можно при желании подвести любую продукцию), да и более мелких льгот полно: например, можно вести розничную торговлю без кассовых аппаратов.
Нет у РПЦ специалистов и в области агротехники - даже самой техники (далеко не бедная Троице-Сергиева лавра побирается на эту тему у «Вим-биль-дана»). Поэтому судьба сельхозугодий, которые передадут РПЦ, наверняка повторит судьбу сигаретно-алкогольных квот: они тихо попадут в руки тех, кого широкая публика не знает и никогда не узнает. Напрямую выделить этим теневикам что-либо из бюджета - вроде как прямая уголовщина, а через РПЦ - уже святое дело. Кто-то из таких людей наверняка и стоит за Стариковым, научив его озвучить милый сердцу план приватизации. Не даром в том же интервью сенатор проговорился: «Кушать хочется всегда. Наконец, это просто благородный бизнес». И дальше уже серьёзно про церковную землю: предполагается её «участие в рыночном обороте через механизм аренды на рыночных условиях, в том числе их аренда под производство»...
Инициатива Старикова вызвала неоднозначную реакцию. Так, глава комитета Совета Федерации по законодательству Юрий Шарандин отметил, что если речь пойдет о реституции, то «будет создан прецедент, и можно будет ожидать претензий и от других собственников на земли и иные объекты, которые принадлежали им до революции... Поэтому я не стал бы так категорично настаивать на законодательном оформлении передачи земель православной церкви». Ю.Шарандин не уверен, что РПЦ готова взять на себя все риски, связанные с содержанием земельных угодий: «Эти угодья требуют ответственного подхода. Земли сельхозназначения должны обрабатываться, а не зарастать чертополохом, сдавать их в аренду или закладывать в банк под кредит тоже дело весьма рискованное».
Зато некоторые губернаторы уже готовы бежать впереди паровоза. Не исключено, что именно связанные с ними финансовые группировки стоят за словами Старикова. Губернатор Саратовской области Дмитрий Аяцков сказал вчера, что «земли должны быть переданы в долгосрочное пользование на безвозмездной основе с вручением монастырям и церквям государственного акта землепользования». Аяцков похвастался «Интерфаксу», что уже дал поручение областному министерству по земельной политике поднять все архивные документы с тем, чтобы определить сколько земель было до революции в церковном владении на территории области. Идею поддержал и губернатор Самарской области Константин Титов.
Зато в федеральных ведомствах царили другие настроения. В департаменте земельной политики Минимущества отказались комментировать ситуацию: «Мы работаем с документами, а не с газетными интервью». В частной же беседе один из сотрудников аппарата не стеснялся в эмоциях: «Это политическая реклама Старикова, мы его знаем... Это вброс с целью проверить общественное мнение. К нам никто даже с запросом не обращался. Вопрос о передаче церкви сельхозугодий у нас не прорабатывался, задания такого не давалось. Да и сам вопрос - взрывоопасен... А купить себе землю и возделывать её - и так сможет каждое юридическое лицо, в том числе и церковь. Но Стариков ведь ведёт речь о бесплатности. А где «халява» - там злоупотребления и коррупция».
Видимо, обвинений в этом и побоялся патриарх Алексий, который вчера счёл за благо остудить пыл Старикова. Последний после встречи признался: «Патриарх... попенял нам по поводу того, что вокруг этого вопроса была поднята чрезмерная шумиха». После чего Патриарх попросил Старикова о более реальном и близком: до конца текущего года принять закон, определяющий статус земель, на которых стоят культовые постройки. «Принятие такой закон необходимо до того момента как в действие вступит закон об обороте сельхозугодий». Здесь речь идёт о синице в руке, но не такой уж маленькой: это не поросшие бурьяном поля где-то за Нижними Буграми, а на порядок более дорогие земли в городах, которые можно будет сдавать в аренду по собственному благословению.

  
«Новые Известия»
31.07.02.