ОПК вместо УПК?
Клерикалы пошли в атаку на светскую школу

Вчера ряд скандально известных общественный организаций, таких как НПСР, Народная партия Геннадия Райкова и Союз православных граждан (СПГ) анонсировали массовую акцию, которая пройдет в ближайшее воскресенье. Митинг «в поддержку прав и свобод православного большинства страны» начнётся у здания Министерства образования РФ на Чистопрудном бульваре, а потом клерикалы пройдут по улицам Москвы. Участники хотят потребовать немедленного введения в российских школах нового предмета - «Основы православной культуры» (ОПК) - эта идея за последний месяц вызывала неоднократные протесты: от учителей и политиков до администрации президента.
Как известно, Народная партия всегда выбирала скандальные поводы для своего пи-ара: например, она выступала за возобновление смертной казни и против сексуальных меньшинств. СПГ известен истеричными протестами по поводу фильма Скорсезе «Последнее искушение Христа» и т.п., НПСР же и вовсе не нуждается в представлении. По мнению организаторов клерикальной акции, сейчас «в опасности не только ОПК, но и вся идея духовного и национального возрождения России. Антицерковное лобби и демагоги, выступающие против ОПК, выступают против исторической памяти нашего народа, пытаются лишить молодежь ее прошлого, настоящего и будущего. Те, кто выступает против ОПК, поддерживают разврат, наркоманию и деградацию. Те же, кто поддерживают появление такого предмета, поддерживают саму Россию».
Мотивы, смыкающиеся с пропагандой национальной и религиозной исключительности, ясно просматривающиеся за высказываниями клерикалов, не остались незамеченными. Еще в самом конце ноября госсовет Татарстана принял за основу обращение к руководству России по поводу рекомендации Минобразования о введении в школах ОПК. Госсовет подчеркнул, что «исходя из объема курса ОПК (544 часа!) и сложности предмета, данная программа призвана готовить священнослужителя или выпускника духовного учебного заведения». Для сравнения достаточно сказать, что историю в российской школе изучают в объёме всего 68 часов в год или 476 часов за весь школьный курс. Парламент Татарстана считает, что «преподавание ОПК в качестве одной из основных учебных дисциплин в многоконфессиональном и многонациональном государстве может привести к дестабилизации в нашем обществе, обострению и без того непростой ситуации в межнациональных отношениях... Российская Федерация - светское государство, поэтому ни о каком преподавании религиозных дисциплин, тем более одной православной религиозной дисциплины, в государственных школах не может быть и речи».
Министр образования РФ Владимир Филиппов попытался смягчить ситуацию и заявил в интервью "Интерфаксу", что «на первом этапе ОПК может вводиться только в рамках регионального компонента или в рамках школьного компонента, определяемого самой школой». Убедит ли это мусульман (не официальных ручных лидеров, а всю умму) - судить сложно.

Кто заказчик
Судя по всему, организаторы акции в поддержку ОПК выполняют политический заказ Русской православной церкви (РПЦ). Не смотря на протесты общественности, второй человек в РПЦ, председатель Отдела внешних церковных сношений митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл (известен в первую очередь экономическими афёрами с беспошлинным импортом табачных изделий и алкоголя, получением квот на валютоёмкие морепродукты) заявил, что введение в средних школах ОПК не будет якобы противоречить ни Конституции РФ, ни международным актам. Об этом им было заявлено на пресс-конференции в минувший четверг.
РПЦ предполагает учить школьников отнюдь не религиоведению. Митрополит сказал, что «религиоведение предполагает совсем другой подход, агностическое отношение к феномену религии, то есть то, что у нас преподавалось в советское время и называлось научным атеизмом». Не собирается РПЦ преподавать и христианство вообще: речь идёт сугубо о вероучении РПЦ (не даром слово «христианство» в названии предмета заменено видовым признаком - «православие»). По мнению Кирилла, даже «среди мусульман есть очень большое количество тех, кто приветствует этот предмет: живя в Москве и созерцая Кремль, нормальный человек может захотеть узнать, что такое Успенский собор, что такое Успение Пресвятой Богородицы, в честь которого он назван, и кто такая Богородица. Другое дело, если кто-то не хочет узнавать об этом и об искусстве вообще, тогда школа не должна обязывать школьника изучать такой предмет».
Здесь можно только добавить, что вступление в ВЛКСМ и посещение политинформаций в советской школе тоже было сугубо добровольным. Для тех же, кто не захочет посещать ОПК, в современном обществе есть эффективные общественные инструменты «убеждения»: вплоть до скинхедов, которые легко объяснят иноверцам, где эта самая православная культура зимует.
Такой подход, по мнению аналитиков, имеет свои мировоззренческие корни. Если в большинстве христианских деноминаций (в первую очередь - протестантских) источником вероучения является только Библия (Священное Писание), то православная церковь выдвигает в качестве равноправного с Библией источника также Священное Предание. В него включается весь комплекс исторически сложившихся форм религиозности и церковной жизни. Фигурально выражаясь, для РПЦ равно святы как Евангелие, так и золотые купола, подсвечники у икон и весь тот своеобразный стиль жизни, который de facto сложился в религиозных организациях, и который главным образом характеризуется сегодня бесправием мирян перед духовенством.
Под церковью на практике РПЦ понимает сегодня не «народ Божий», а в первую очередь свой собственный аппарат. В отличие от мусульманской уммы, которая весьма демократична (ислам не имеет духовенства: имам de jure такой же человек, как и его прихожане), православные приходы строятся по теократическому принципу. Всё решает настоятель, слово которого («благословение») - закон. И «послушание» этому слову - «паче поста и молитвы» (одна из любимых поговорок в РПЦ). Эту ситуацию отражают и ведомственные учебные заведения РПЦ: те, кто там учился, знают - обучение проводится на основе «полного пансиона», покидать территорию запрещено, словно в воинской части. На обед и даже на молитву - ходят строем и по расписанию. В таких условиях можно воспитать граждан какого угодно государства, но только не демократического. Впрочем, история российской империи даёт тому красноречивый пример.
Сегодня в РПЦ сложилась развитая знаковая система, которая позволяет отделять «своих» от «чужих». На практике о церковности человека в этих закрытых группах судят не по его душе, а по форме одежды (платочек, борода) и стилю общения (потупленный взгляд, обилие слов вроде «благословите», «простите»). Вот эту-то цель - сделать современную молодёжь носителем ведомственной этики и эстетики (если угодно - «прикида») и ставят перед собой создатели ОПК.

Клерикал Полтавченко
Долгое время митрополит Кирилл пробивал свою идею с ОПК через полпреда президента в Центральном округе Георгия Полтавченко. Последний ещё в прошлом году провёл на Старой площади совещание по вопросам религиозного образования. 10-11 октября 2002 года конференция была повторена в расширенном формате в Сергиевом Посаде и Москве. Полтавченко лично открыл заседание: «Невозможно строить правовое государство, используя только экономические рычаги и структуры власти. Необходимо развивать институты гражданского общества, неотъемлемой частью которого являются религиозные организации». В каких гражданских традициях воспитывают прихожан в РПЦ - мы отметили выше.
От слов Полтавченко перешёл к делу. Ещё 27.04.02. он направил Юрию Лужкову письмо, где предлагал в рамках проекта «Православие и образование» «создать на базе ряда государственных школ с этно-культурным компонентом особый образовательный центр «Православие и образование». Под проект Полтавченко как водится попросил у мэра недвижимости: «Наиболее благоприятные условия для осуществления этой идеи имеются в новостроящемся районе Куркино... В этом месте есть возможности для создания и обустройства храма и школы в рамках единого комплекса, что очень важно для полноценного воплощения проекта в жизнь. Прошу поддержки этого проекта и Вашего участия в его реализации». Эксперты оценивают предложение путинского полпреда, как прямое нарушение Конституции (там, как известно, проводится принцип отделения церкви от государства, а школы от церкви) и закона «Об образовании», где тоже закреплён его светский характер.

Насильно в рай
В советской школе была такая дисциплина: УПК («учебно-производственный комбинат»): государство зачем-то считало нужным тратить деньги на то, чтобы раз в неделю целый день обучать весь класс основам какой-то единой для всех рабочей специальности. (В результате автор этих строк зачем-то заимел диплом токаря аж 2-го разряда.) Но профессия и тем более вера относятся к тем ценностям, которые человек постигает и избирает в результате опыта своего жизненного пути. (Вспомните, например, хрестоматийный выбор веры князем Владимиром Крестителем.) Если человек пришёл к вере сам, или сам выбрал профессию - такое решение имеет нравственную ценность. Если же выбор принудительно навязан бурсой - он во-первых, бессмысленен, а во-вторых, не твёрд. Поэтому развалилась советская система профессинальной ориентации (проституция и фарца apriori были заманчивее профессии ткачихи и доярки), эта же судьба будет ждать и официальное религиозное обучение.
Кто же будет преподавать новый предмет в сотнях тысяч российских школ? Во всей России насчитывается сегодня около 20 тыс. православных священников. Все они и так загружены приходским конвейером, почти никто из них не имеет педагогического образования и навыков. Патриарх Московский и всея Руси Алексий II неоднократно высказывал свою позицию: «Батюшка в лучшем случае проповедник. А преподавать должны педагоги». Автор этих строк обратился в рядовую московскую школу № 360 в районе Измайлово. Из 35 педагогов нашёлся один, кто открыто сказал, что он верующий православный и имеет, по своему мнению, необходимые знания для преподавания ОПК. Им оказался учитель истории Андрей Краевский. Будет ли он вести теперь второй предмет? - Нет. Он и так загружен на две с половиной ставки: «Или только если вместо истории». Кто ещё мог бы вести ОПК? Не известно. Может, в соседней школе лучше? «Там даже историю не преподают: учителя не могут найти».
Косвенно нулевую ситуацию с педагогическими кадрами для нового курса подтверждает и вице-премьер московского правительства Людмила Швецова. 29.11.02. в ответе на депутатский запрос она пишет: «В процессе изучения проблемы была проведена встреча с иереем Максимом Первозванским, клириком храма Сорока мучеников Севастийских с Спасской слободе - руководителем центра «Православие и образование и авторского коллектива одноименного проекта (того самого, что лоббирует Полтавченко - авт.). К сожалению, Первозванский, как инициатор идеи, не смог ни устно, ни документально подтвердить реальное существование проекта и выразить его суть. Представленная в письме полномочного представителя президента Г.Полтавченко идея... не обеспечена конкретными предложениями по способу её реализации». Таким образом, если сторонники дальнейшей клерикализации российской школы всё же добьются своего, скорее всего это приведет к очередному закапыванию бюджетных денег в песок: ведь делать что-либо «на свои» РПЦ не привыкла.

  
«Новые Известия»,
10.12.02. (с сокращениями)