Последний звонок Патриарха
Уголовное дело по контрабанде на Гулю Сотникову тормозил Ридигер Алексей Михайлович

Январь 1999 года. Рождественский бал, устроенный Благотворительным фондом примирения и согласия в концертном зале «Россия». Ковровая дорожка - та самая по которой ходят кинозвёзды - поднимается почти что к небу. На вершине - встречает гостей Патриарх Московский и всея Руси Алексий II (Алексей Михайлович Ридигер). Рядом с ним, на том месте, которое светский этикет резервирует исключительно за супругой, - президент вышеназванного фонда и фирмы «Вертэкс» Гульназ Ивановна Сотникова (Гуля).
Этикет церковный и светский вступает в конфликт. По первому - надо целовать руку Патриарху, по второму - даме. В очереди на Олимп - цвет российского истеблишмента. Слышно, как один министр спрашивает у жены: «Как ты думаешь, руку Патриарху целовать?» – «Ты бы лучше подумал о том, целовать ли руку Гуле». Очередь стремительно сокращается, а трудное решение всё ещё не принято. Что делать? Это не праздный вопрос для российского чиновника, зависящего от дворцовых интриг. Месяца через три федеральный министр, задававший своей супруге недоумённый вопрос, был снят со своего поста.

Из «лужи» в князи
Имя Гули Сотниковой уже лет десять на слуху высших чиновников России, столичной Транспортной прокуратуры и аппаратчиков Московской Патриархии. Гуля родилась лет примерно сорок пять назад в Уфе, в семье военного писателя Ивана Владимировича Сотникова и башкирки Алины Кашфиевны Аралбаевой. Перестройка сделала из комсомольской активистки специалиста по поставкам китайского ширпотреба на московские оптовки - начинала Гуля чуть ли не со знаменитой московской "лужи" (рынка в Лужниках), где стояли со шмотками в руках многие преуспевающие ныне торгаши.
Затем челночный бизнес Сотниковой развился до государственных масштабов. Осведомлённые источники связывают это с покровительством руководства российского посольства в Пекине, ФСБ, а так же с многочисленными заступниками в Государственном таможенном комитете, правоохранительных и иных государственных органах. Всё это позволило Гуле и её фирмам (наиболее известны "Вертэкс", "Вертэкс-авиа", Российский фонд примирения и согласия) эффективно отжать с китайского рынка конкурентов – «Русское золото» Таранцева и «Ист-лайн». Одна из ее идей - создание так называемого Единого Агента, которому было бы предоставлено исключительное право на организацию и продажу всех международных грузовых авиаперевозок. Попытка столь грубой монополизации вызвала резкий отпор со стороны различных авиаперевозчиков и импортёров. Однако Гуля знала, что делает. За её спиной стояла мощная фигура Патриарха Московского и всея Руси Алексия II.

Благочестие и трусость номенклатуры
13 июля 1999 года газета «Новые Известия» опубликовала статью «Фаворитка из Чистого переулка» (см. на этом сайте) о том, как Гуля Сотникова – особа, приближённая к Патриарху, специалист по поставкам китайского ширпотреба на московские оптовки – неоднократно нарушала таможенные правила. Из множества уголовных дел по контрабанде различных товаров, где фигурирует патриаршая фаворитка, лишь два сегодня закрыты. Одно - по истечении срока давности, другое - по амнистии. Другие дела сейчас тщательно расследуются: на днях по ним продлены сроки следствия. Не исключено, что по некоторым из них свидетелем может пройти Патриарх, который сразу после нашей публикации обзвонил ряд высокопоставленных и влиятельных людей с просьбой оказать давление на авторов материала.
В своё время патриаршая «крыша» потребовалась Сотниковой для оптимизации таможенных платежей и решения проблем с конкурентами. Алексий II учредил фонд, председателем попечительского совета которого стал сам. Никакого решения Священного Синода или церковного Собора по случаю создания фонда не принималось: Патриарх взял ответственность на себя. И быть может - не только ответственность.
В газете, оказывающей Сотниковой информационную поддержку, высказывалась версия, что мотивом создания фонда было желание Патриарха иметь собственную структуру для компенсации «вредных» коммерческих начинаний других высших иерархов РПЦ. По наблюдению его соратников, так он обычно и поступал: создавал своим указом невходящие в строгую систему РПЦ структуры (какие-нибудь АОЗТ, ООО), которые непременно возглавлялись лично преданными Патриарху людьми. Благодаря такому подходу становился невозможным их контроль со стороны коллегиальных органов церковного управления - таких, как Синод.
Человеку, не вхожему в высшие эшелоны власти, трудно понять, в чём состоит влияние Патриарха на государственную жизнь. Сегодня Патриарх не только входит в госноменклатуру (в частности, в список лиц, принимаемых при их поездках за счёт бюджета), но и может серьёзно воздействовать на формирование кабинета министров. Уж не говорим о такой мелочи, как спецсвязь, машина с российским флажком вместо номера региона, государственная охрана и т.п. Даже президент приезжает поздравлять Патриарха к нему на рабочее место. Министры приравнивают звонок Патриарха по «вертушке» к звонку премьера. Между тем, заметная часть этих звонков в последняя время была посвящена просьбам то к одному, то к другому высшему чиновнику принять и выслушать... челночного импортёра Гулю Сотникову.
В начале этого года Патриарх попытался созвать у себя в кабинете совещание "силовиков". Он звонил тогдашним главе президентской администрации Николаю Бордюже и министру внутренних дел Сергею Степашину, генпрокурору Юрию Скуратову, Валерию Драганову (в то время председателю Государственного таможенного комитета – ГТК), директору ФСБ Владимиру Путину. Для чего же хотел их видеть предстоятель Церкви? Темой встречи должны были стать не заложники в Чечне, не бедственное положение в разворовываемых детских домах и не разгул преступности на российских просторах, а трудности с оформлением очередной партии гулиных тюков из Китая, которые прибыли 1 декабря 1998 года в 14:20 на аэродром «Чкаловский». По этим тюкам таможней было возбуждено уголовное дело: под видом рыболовных снастей там находилось китайское шмотьё, контрафактные компактдиски, немного наркотиков, порнухи и низкокачественных детских игрушек – для придания благообразности сомнительному мероприятию.

Патриарх принимает меры
Валерий Драганов (ныне депутат Госдумы, председатель Комитета по экономической политике, предпринимательству и туризму), возглавлявший ГТК в течение примерно года, вспоминает, что был вынужден принять Гулю Сотникову дважды - и оба раза после настойчивых звонков Патриарха Алексия по спецсвязи. «За всю мою долгую работу в ГТК сначала зампредом, а потом и председателем Патриарх звонил мне всего-то раз шесть или восемь». Не только председатель ГТК, но и другие ведущие министры всегда старались уважительно относиться к просьбам Патриарха и идти ему навстречу. Один из федеральных министров рассказывает, как лет десять назад впервые побывал на обеде у Патриарха. Это представлялось ему, человеку верующему, очень важным событием в силу высокого духовного авторитета Святейшего. Он говорил, что после этого дня три не спал. И тут представьте себе Патриарх ему позвонил... Сложности возникали только тогда, когда «ради возрождения веры, духовности и милосердия» требовалось пойти на должностное преступление.
В том самом случае, когда Гулю Сотникову поймали на Шереметьевской таможне при попытке вывезти 11020 незадекламированных франков, тот же Драганов постарался отнестись к ней с пониманием. Гуля жаловалась, что таможенники в аэропорту были грубы и не стеснялись даже стоявшего рядом малолетнего сына. Дело в том, что в Шереметьево её хорошо знали и вполне возможно, что ушлые таможенники не преминули сделать ей при случае «что-нибудь приятное» - например, досмотреть по полной программе. Именно поэтому председатель ГТК потребовал от Шереметьевской таможни принести Гульназ Ивановне свои извинения, которые вовсе не означали закрытия дела.
Однажды Патриарх попросил председателя ГТК «прояснить» ситуацию с известным чкаловским эпизодом. Защищать «духовные» интересы явился адвокат Анатолий Кучерена. В коридоре таможни он столкнулся с замначальника управления таможенной службы по борьбе с контрабандой Маратом Файзулиным, перед которым начал немедленно «качать права». Мол, вы что?! Вы знаете, чей это груз?... Файзулин сухо ответил: «Алексий II здесь не при чём». Буквально с криками: «Как же так?» Кучерена вошёл в кабинет председателя ГТК. Драганов был вынужден ответить: «Пишите аргументированную претензию и не надо тут нас агитировать «за советскую власть». Дело закрыть не могу, но если в претензии вы выдвинете серьёзные доводы, может быть прокуратура решит вопрос с учётом ваших требований».
Прошёл день. Другой. Претензия в ГТК всё не поступала. На том самом Рождественском балу, с которого мы начали рассказ, к председателю ГТК подошла Гуля. Поговорила о его детях и внуках, выказав поразительную осведомлённость. Поздоровалась с супругой: «У Вас замечательный муж! - сказала Сотникова покровительственно. - Но если он будет плохо себя вести, мы его накажем», - заключила она, назидательно покачав пальцем. Стоявший рядом Рустам Ибрагимбеков, потрясённый услышанным, не удержался от вопроса: «Кто это такая?..» Рядом стояли Игорь Сергеев и Михаил Задорнов с супругами, делавшие вид, что ничего не слышали. Через несколько минут к Драганову подошли и намекнули: «Вам следовало бы подойти к Патриарху». - «Я попытался сказать Святейшему, - оправдывается теперь уже бывший глава таможни, - Вас, Ваше Святейшество, вовлекли в историю с самолётом, я крайне огорчён, ведь это может бросить тень на Ваш авторитет. А вот этого нельзя допустить...» Патриарх поставил точку: «Мы законов не нарушаем!» Драганов понял, что Рождественский бал для него окончен.
Вскоре сотрудники одной из спецслужб, занимающихся расследованием контрабанды, перехватили телефонный разговор Гули. Она звонила Патриарху и жаловалась на Драганова. Смысл был такой:
– Что он мне говорит и ничего не делает...
Патриарх:
– Что говорит?
Гуля:
– Ссылается на законы. Надо что-то делать. Менять надо.
Патриарх:
– Не будем торопиться. Впереди праздники... После праздников будем смотреть...

Совет церковной безопасности
...Претензия от адвоката Кучерены в ГТК так и не появилась. Зато однажды, как нам рассказал дежурный офицер приёмной председателя ГТК, в приёмную позвонил какой-то послушник, в приказном порядке сообщивший: «Святейший ждёт в 17:00». «Я и так с удовольствием приехал бы, если Патриарх просит", - вспоминает Драганов. Но этот приказной тон его насторожил. Из машины он позвонил Скуратову. Выяснилось, что на ковёр в Чистый переулок вызывали не только Драганова, но и других «силовиков». Впрочем, Скуратов предложил альтернативу: собраться у него. Драганов один ехать не хотел, но его убедили: «Поезжай хотя бы ты, а то Святейший обидится».
В итоге встреча «силовиков» состоялась втроём: Патриарх, председатель ГТК и Гуля. Как самый скверный признак отметили очевидцы тот факт, что руки Сотникова ему не подала. Проработка продолжалась почти пять часов. Большую часть времени Гульназ Ивановна под одобрительные взгляды Патриарха объясняла председателю ГТК значение благотворительности на современном этапе и высокую миссию Фонда примирения и согласия. «Вы же обещали помочь Патриарху, - напоминала она. - А дело уже в прокуратуре. Не надо было его возбуждать». Дальше пошли намёки на якобы большую роль Патриарха в назначении Драганова на пост главы ГТК... «Гульназ Ивановна! - ответил Драганов, - Патриарха надо беречь, а Вы втягиваете его в некрасивую историю»... Патриарх сказал что-то в том духе, что он в ответе за всех тех, кому предназначена «эта гуманитарная помощь»... Чтобы хоть что-то ответить, Драганову пришлось предложить решить этот вопрос всем вместе: Путин, Степашин, Скуратов: одного ГТК недостаточно.
Многочасовой разговор стал известен не только его участникам. На следующий день в приёмной председателя ГТК раздался ещё один звонок. Звонил сотрудник Московской Патриархии, одна из монахинь. Она очень волновалась и дала понять, что боится прослушки. Драганов успокоил, хотя уже и сам не был уверен. Звонившая скороговоркой сообщил: «Вас обманывают. Она обманывает и Святейшего, это длится несколько лет. Мы все это видим, надо что-то делать... Нынешняя история не первая...» Даже ближайшему окружению Патриарха стала очевидна позорность происходящего. Но встретиться с сотрудником Патриархии Драганов не успел: спустя несколько дней, 13 марта он был снят с должности председателя ГТК с ничего не говорящей формулировкой: «В связи с переходом на другую работу».
Мы рассказали историю одного звонка в одно ведомство. Но Патриарх звонит далеко не только в ГТК. Похожие факты вмешательства отделённой от государства Церкви в государственные вопросы и в ход следствия по уголовным делам - могут рассказать многие бывшие и нынешние министры «первой десятки». Многие из них не смогли отказать коллеге по госноменклатуре, главе самой уважаемой в нашей местности конфессии. Эти истории ждут своей очереди.
Увы: надежд на положительные перемены в церковной сфере, всё более исподволь расползающейся на мир мелкого бизнеса и лизоблюдской политики – все меньше. Патриарх избирается пожизненно. Но даже несмотря на это Алексий II побоялся собрать в юбилейном 2000 году поместный собор РПЦ и ограничился съездом епископата, на котором не будет ни мирян, ни даже священников. В публичных выступлениях он неоднократно заявлял о том, что Церковь не участвует в политических играх. Всё это говорится для отвода глаз. Важную миссию теневого влияния на государственные дела Святейший оставил лично за собой. И цена этому порой - несколько мешков китайских шуб под видом гуманитарной помощи. Всё спуталось: яичница под видом Божиего дара.