Благословенный конфискат
Рыбинспекторов назначают попы и пограничники

Совесть дальневосточных рыбных воротил может быть спокойна: оказывается, продажей конфискованных у браконьеров морепродуктов и пароходов занимается во славу Божию и в связи с 2000-летием Рождества Христова... Русская православная церковь (РПЦ). Ее дочерняя фирма - Закрытое акционерное общество «Церковная финансово-промышленная компания "Александрия"» пользуется на Дальнем Востоке таким влиянием, что способна воздействовать на назначение руководителей Государственных морских инспекций Федеральной погранслужбы (ГМИ ФПС) - органов, снабжающих церковников вожделенным конфискантом.

Не конфискуешь - не помолишься
Когда доверчивые российские телезрители смотрят очередной репортаж о доблестных действиях пограничников, изъявших у браконьеров несколько десятков тонн лососёвых рыб или камчатского краба, то многие думают: вот он, happy-end: зло наказано, а справедливость восторжествовала.
Но на самом деле все только начинается. Кто-то и кому-то будет продавать конфискованное добро - как правило, по выгодной, низкой цене и за неплохие комиссионные, которые и не снятся обычному торговцу. Добиться права торговать конфискатом рядовой бизнесмен не может: нужно получить аккредитацию в Федеральном долговом центре (ФДЦ) и его отделениях на местах, а это под силу только структурам, имеющим «большую лапу».
«Александрия» этому критерию удовлетворяла. Несколько лет назад Патриарх Московский и всея Руси Алексий II подписал с директором ФПС Андреем Николаевым договор о сотрудничестве. Подобные рамочные соглашения были заключены Московской патриархией и с МВД, и с МО, и даже с МинЧС. Они щедро рекламировались как пастырская забота церкви о силовиках. Но реальное их наполнение получилось более зловещим. В случае с ФПС - связанная с иерархами олигархическая группировка получила свою долю в сверхприбыли теневых рыбных королей, а сами пограничники и рыбники - идеальное идеологическое прикрытие для коммерческой деятельности.
Непосредственно «Александрию» придумали председатель совета директоров Николай Зубарев и генеральный директор Валентин Берсенев. В уставе оказались записаны только очень богоугодные виды деятельности: «Добыча, обработка и переработка рыбы и морепродуктов; аренда, лизинг, эксплуатация иностранных и российских морских и речных судов, осуществление оптовой, мелкооптовой и розничной торговли продовольственными и непродовольственными товарами..., акцизными товарами, алкогольными напитками, пивом, табачными изделиями, научно-технической и наукоемкой продукцией, лесом»...
Сначала «Александрия» имела отношение к беспошлинному импорту сигарет и алкогольных напитков, которые осуществлял Отдел внешних церковных сношений (ОВЦС) Московского патриархата и ряд связанных с ним торговых структур. В рыбе Зубарев и Берсенев тогда мало что понимали и постоянно бегали консультироваться то к одному, то к другому чиновнику Госкомитета по рыболовству. Но общее направление развития коммерции они уловили верно: если не квоты на беспошлинный импорт, то бесплатные квоты на крабов, если не квоты - значит конфискант: на общих основаниях опытные россияне бизнес не делают.
Первоначально генеральный директор Берсенев имел кабинет в самом здании ОВЦС в Даниловом монастыре. Вот как описывают в газете «Рыбак Камчатки» свой приезд в «церковный МИД» профсоюзные работники из Петропавловска: «Долго, очень долго нас продержали у лестницы, никуда не пускали... Сверху спускается священник: «Вы с Камчатки? Пойдёмте». Вдруг в коридор выбегает какой-то человек в цивильном костюме, прикладывается к ручке и бежит дальше. «Кто это?» «- Это сам Климент» (архиепископ Калужский, зампред ОВЦС - авт.). Ладно, идём дальше. Наконец, священник привёл нас к человеку, который должен с нами разговаривать - Валентину Берсеневу. Он оказался не только в курсе событий, но и сам, оказывается, директор фирмы».
В ОВЦС «Александрию» курировали священники Владимир Верига и Леонид Кузьминов. Последний - настоятель храма на Преображенке - того самого, в котором находится... юридический адрес «Александрии». Вряд ли прихожане кладбищенской церкви догадывались об истинных размерах денежного потока, протекающего по Преображенскому валу, д. 25 кор. 1: большинству из них не по карману, ни крабы, ни креветки, ни часто даже минтай. Впоследствии оба священника и, следовательно, «Александрия», отошли от покровительства ОВЦС и стали работать непосредственно с Чистым переулком - резиденцией Патриарха Алексия. Он же стал подписывать наиболее важные письма.
Параллельно с «Александрией» действовала и еще одна церковная рыболовная фирма - ЗАО «Регион» (гендиректор Александр Козлов). О том, как Патриарх Алексий просил правительство выделить для «Региона» гигантские квоты на вылов крабов, креветок и лососёвых рыб «Новые Известия» писали 14 и 29 февраля прошлого года. Однако специализация была разной: «Регион» взял в аренду в США краболовное судно и пытался стать промысловой компанией, «Александрия» же решила поступить проще: продавать уже выловленное другими. Именно в связи с невыплатой «Регионом» зарплаты морякам за несколько месяцев приезжали в логово РПЦ камчатские профсоюзные деятели - да только не ожидали столь глубоко эшелонированной обороны.
Ещё одна анекдотическая афёра церковных рыбаков на Камчатке - попытка получить региональную квоту на вылов 166 тонн крабов (на сумму US$ 333 тыс.) для «беспосадочного авиаперелёта Петропавловск-Камчатский - Москва, посвященного встрече 2000-летия Рождества Христова». Заметим в скобках, что беспосадочные полёты по этому маршруту совершаются дважды в день - правда, это обычные регулярные рейсы «Домодедовских авиалиний» и «Аэрофлота», без всякой клерикальной подоплёки. Оргкомитет «Русская Америка» в своём письме в обладминистрацию от 11 октября 2000 года так аргументировал просьбу дать крабовые квоты: мол, «реализация проекта поможет продвижению истинного, а не искажённого образа нашей страны в мировом сообществе, а также развитию дружбы между православными христианами». Самое интересное, что письмо руководителя оргкомитета Дмитрия Городецкого было подкреплено письмом председателя ОВЦС митрополита Смоленского и Калининградского Кирилла, который уверял камчатского епископа Игнатия в патриаршем благословении этому светлому начинанию. Как нам рассказали в редакции газеты «Рыбак Камчатки», церковный краболов Городецкий очень убедительно объяснял важность рождественского перелёта через девять часовых поясов с прямой телетрансляцией постоянных богослужений на борту Ил-62, но ему не ясно, почему никто так и не дал на это денег. Ясно другое: квоты на валютоёмкие морские биоресурсы РПЦ действительно хочет получить любым путём.

В боях за Камчатку
23 июля 1999 года церковная компания «Александрия» учредила свой Камчатский филиал. Он «создан в целях извлечения прибыли, используемой в интересах финансового и материального обеспечения уставной деятельности РПЦ», - цинично говорилось в положении.
Начальник департамента по рыболовству администрации Камчатской области Евгений Кабанов вспоминает: «Не успели мы отказать в рыбных квотах другой компании Московской патриархии - ЗАО "Регион", как их "единоверцы" уже подают заявку на распродажу конфисканта. При чем здесь религия?» В Петропавловске-Камчатском "Александрия" быстро стала притчей во языцех. Чиновники говорят о ней не иначе, как с бессильной злобой: "Пролезли все-таки!" На папке с документами «Александрии» - чья-то записка карандашом: "Может быть, будет случай спросить с "высоких визитеров", каким образом церковные структуры проникают в рыболовство". Наивный вопрос! Лоббировать «Александрию» в Петропавловск прилетали вовсе не священники, а сотрудники ФПС и ФСБ. Инспектора Камчатской Государственной морской инспекции ФПС вспоминают, что с Берсеневым сразу прилетел некий генерал Кузнецов. Но главным теневым «толкачом» судя по всему выступал контр-адмирал Валерий Логвиненко - замдиректора ФПС по морской охране. Очевидцы вспоминают, как в конце декабря 1999 года после заседания коллегии адмирал отрыто говорил у себя в московском кабинете: «Работайте с «Александрией»! Это же не просто коммерсанты, это святое дело»...
Несмотря на жёсткую вертикаль подчинённости военной структуры ФПС, камчатская Государственная морская инспекция попыталась сопротивляться московскому давлению - благо люди там работали гражданские: рыбники, а не «сапоги». Визировать кабальный договор с сомнительными коммерсантами не хотелось, и Берсеневу предложили стандартный текст договора комиссии. 18 августа согласованный с ГМИ текст подписал начальник Северо-Восточного регионального управления (СВРУ) ФПС генерал Вячеслав Прохода. Но директор «Александрии» Берсенев рассчитывал на совсем другие - эксклюзивные условия и сразу предупредил: "Зайдем сверху".
В отличие от руководства Камчатской ГМИ, генерал Прохода - человек в погонах. Он обязан подчиняться приказам, а не обсуждать их справедливость. И, видимо, такой приказ в той или иной форме к нему поступил. Потому что уже 10 сентября он, не говоря ни слова ГМИ, подписал с Берсеневым новый договор: если в первом, стандартном, говорилось, что «комиссионное вознаграждение, в которое включено дополнительное вознаграждение..., не должно превышать 5% от суммы каждой сделки» (п. 3.1.), то теперь к этим процентам добавлялись «расходы» «Александрии» в восемь раз большем объёме: «Сумма расходов комиссионера, включаемых в себестоимость..., не может превышать 40% от суммы каждой сделки» (п. 3.3.)! Таким образом, те суммы, которые бюджет должен был бы получить от реализации конфисканта, уменьшались практически наполовину. Именно на государственный бюджет возложила «Александрия» «материальные затраты на оплату труда работников, занятых в реализации морепродуктов», «отчисления в государственные внебюджетные фонды», «плату за аренду отдельных объектов основных фондов» и даже «налоги, сборы, платежи и другие обязательные отчисления, производимые в соответствии с установленным законодательством». Такие условия, надо думать, не снились ни одному российскому торгашу.
«Александрия» начала бурно продавать не только конфискованную рыбу, но и корабли. Так, за 12 млн. 958 тыс. 150 рублей был продан «Камчаттралфлоту» средний траулер (СТР) «Беневская». Судно же «Арка-31», первоначально оценённое в 15 млн. рублей ушло почему-то всего за 3,5 млн.: «так получилось».
Тем не менее, генерал Прохода, видимо, оказался недостаточно подходящей для нового бизнеса фигурой. Летом его сменили на генерал-лейтенанта Н.Лисинского. Последний, скорее всего, устраивал тем, что был сугубо сухопутным человеком и не мог глубоко «влезть» в рыбно-морские делишки москвичей. В интервью он рассказал о себе: «Я родом из Нижегородской губернии, от лейтенанта до генерал-лейтенанта прослужил в Закавказском округе»... Начальник департамента по рыболовству Камчатской администрации Кабанов, видимо, осведомлён больше, потому что так и сказал: «Смена командующего СВРУ - дело рук «хозяев» «Александрии».

Сократить и обезвредить
Однако больше всего насолил церковно-чекистским торгашам начальник Камчатской ГМИ Александр Кужим. Именно он отказывался согласовывать с «Александрией» грабительский договор, подписанный затем за его спиной в СВРУ ФПС.
Здесь надо объяснить, почему именно Камчатская ГМИ так интересовала торгашей из «Александрии» - ведь встретив сопротивление в Петропавловске, они, казалось бы, могли попробовать свои силы, например, в Приморье или на Сахалине, где морские инспекции возглавляют сухопутные люди в погонах и соответственно меньше угроза аргументированного сопротивления «приказам-намёкам» сверху. Оказывается, Камчатская ГМИ - лучшая в ФПС. Дело не в том, что там сохранился наиболее профессиональный коллектив (большинство инспекторов с «рыбным» образованием), и даже не в том, что Камчатская ГМИ первой начала применять авиацию для преследования быстроходных браконьерских судов (их теперь обстреливают реактивными снарядами с Ан-72) - результатом всего этого стали наибольшие суммы штрафов и конфискаций, наложенных камчадалами. Если все ГМИ России вместе взятые заработали в 1999 году 140 млн. руб. (не считая взысканного в госбюджет), то половину этих денег (69 млн. 206 тыс.) принесла Федеральной погранслужбе одна Камчатская ГМИ. Вот этот-то денежный поток и интересовал хозяев «Александрии».
Когда начальник ГМИ проявил признаки несогласия с «церковниками», его просто решили убрать. Сделать это оказалось не совсем просто: только что пограничники провели реорганизацию Региональных инспекций охраны морских биоресурсов (РИОМБР) в Госморинспекции (ГМИ) и аттестовали сотрудников - в частности назначили 8 июня 2000 года Александра Кужима на должность начальника Камчатской ГМИ. И вот тогда родился секретный приказ (как говорят, «с нулями») директора ФПС Константина Тоцкого. Им предписывалось сократить должности начальников ГМИ. Только сокращение - лукавое: убиралась должность гражданского руководителя, зато вводились сразу две военных: начальника (капитан I ранга) и его первого зама.
Казалось бы шило на мыло? На самом деле руководство решило одним махом убить двух зайцев: назначить на рыбоохрану послушных начальству офицеров, связанных воинской присягой и при этом не имеющих «излишних» познаний в области рыбного хозяйств, экологии и т.п. (таковые дисциплины в военных училищах не преподают), а заодно найти «хлебные» места для своих коренных служак и отставников. С таким же успехом Тоцкий мог бы издать приказ о назначении рыбинспекторами только лиц в священном сане: семинаристы отличат кильку от кальмара не лучше курсанта-пограничника. Впрочем, параллель просматривается: как в РПЦ на руководящие должности ставят исключительно монахов, так и погранцы стремятся отсечь беспогонников от реальной власти. Вот только спросите на улице прохожего: добавляет ли фуражка ума и профессионального опыта? То-то и оно.
Доводить приказ о «сокращении» на Камчатку прилетел лично контр-адмирал Логвиненко. 25 октября он провёл в Камчатской ГМИ общее собрание коллектива, а Александру Кужиму вручили уведомление о сокращении. По КЗоТу ему должны были предоставить равноценную должность. На самом деле предложили потрудиться ст. инспектором - на пять категорий ниже - чтобы скорее отказался, а затем и вообще водителем в хозчасти. Встретиться с увольняемым автору этих строк не удалось - как обычно бывает с сокращаемыми чиновниками, Кужим срочно заболел и слег в госпиталь. Зато инспектора ГМИ с удовольствием познакомили нас с протоколом того самого собрания.
По поводу причин замены гражданских лиц на военных (рыбников на начальников застав) Логвиненко дословно сказал: «Никакой цели и умысла здесь нет. Единственный вопрос связан с вертикалью подчинённости». Инспектора Никитин, Масякин и другие возражали: «Военный руководитель будет лишен возможности самостоятельно оперативно принимать решения», «офицер готовится с училища к выполнению совершенно иных задач, к должности капитана I ранга уже достигнуты навыки, которые не переучить», «найдётся ли среди военных человек, обладающий опытом в рыбной сфере?» и так далее. Ответ адмирала был лаконичен: «Не отделяйте вы свое подразделение от интересов ФПС».
Под конец рыбинспекторы совсем заклевали вопросами адмирала. Стенограмма фиксирует его растерянность: «Но будет дальше ваш начальник трудится, не появится каких-то других вопросов, объяснений, связанных с..., как же вам правильно сказать, связанных с тем, что я вам не могу сказать... (смех в зале) ...будет нормально».
На самом деле люди прекрасно поняли, откуда ветер дует:
«Инспектор В.Сабиров:
- В течение двух лет нас заставляют заключать договоры с ЗАО «Александрия», нас заставляют заключать договора аренды судов с компаниями, которые, по нашим данным, осуществляют незаконный промысел рыбных ресурсов... Из непосредственного общения с ЗАО «Александрия» я вынес... они нам сказали: «Если вы не будете с нами работать, то мы вас заставим, а если не заставим, то мы вас снимем, снимем всех». И вот я думаю: не от туда ли ноги растут?...
Адмирал Логвиненко:
- Заставить вас не имеют права. Вам могут порекомендовать...
Инспектор В.Сабиров:
- Существует мнение, что с Кужимом через ФПС сводят счёты мафиозные структуры..., потому что мы перекрываем очень мощные финансовые потоки... Я хотел бы, чтобы вы развеяли это мнение.
Адмирал Логвиненко:
- Я не могу этого развеять, потому что мафии у нас в стране нет... Давайте протокольную часть закончим, и я могу поделиться своим мнением... А этот товарищ Зубарев... - он говорил: «Я и Проходу сниму, да я и Логвиненко сниму, если он не поймёт, что такое «Александрия»... С «Александрией» мы несколько неправильно поступили. Сейчас я директора убеждаю: не надо никаких давать указаний. И мы старались не давать никаких указаний, хотя распоряжения давали такие: вроде как, давайте с ними работайте.»
Признание сделано. Можно только догадываться, какие структуры способны были заставить руководство ФПС давать «распоряжения», когда те стремились «не давать указаний»...

Когда верстался номер, стало известно, что ФПС всё же пошла на незаконную смену руководства в Камчатской, а также Магаданской ГМИ. Эти приказы (№433-лс и 18-лс) были опротестованы в городском суде Петропавловска-Камчатского, который 1 февраля восстановил на работе прежнего начальника Камчатской ГМИ А.Кужима. Тем не менее руководство ФПС через четыре дня повторило свой приказ об увольнении, продолжая нарушать КЗоТ в угоду ведомственным интересам. Повторный приказ также обжалован в суд, таким образом камчатских браконьеров надолго ждёт увлекательное зрелище кадровых разборок «силовиков» и «церковников».

  
«Новые Известия»
10.02.2001.