Рисунок Алексея Меринова

     Тюрьма — подходящее место для размышлений. Как и больница греческой тюрьмы “Коридаллос”, где подлечивает сейчас свое внезапно пошатнувшееся здоровье арестованный в Афинах Владимир Гусинский. Ворочаясь на жесткой больничной койке, олигарх, наверное, в тысячный раз задает себе вопрос: зачем его потянуло в эти Афины?! В самом деле — зачем?     
     Свет на загадку отчасти проливает афинская газета “Эспрессо”, ссылающаяся на информированные источники в Греции. По ее сведениям, Гусинский совершил опасный для него вояж для конфиденциальной встречи с одним из местных магнатов и “заключения одной из самых громадных сделок”. После чего собирался слегка расслабиться на его яхте и отдохнуть где-то в живописном районе Халкидики. Об этой встрече, продолжает “Эспрессо”, договорились люди из окружения двух магнатов около месяца назад. Они же обсудили и все детали визита Гусинского в Афины. Российский олигарх, пишет газета далее, отправился в путь один, имея при себе много поддельных паспортов и закодированный список имен и телефонов людей греческого партнера. Встреча с ним должна была состояться в одной из центральных гостиниц Афин. Однако вмешательство полиции разрушило этот план. Другой вопрос: действовала полиция по собственному почину — или по плану, составленному в совсем других силовых структурах, и не в Греции, а в России?.. Плану настолько секретному, что из-за опасения утечки не была даже предупреждена Генпрокуратура, а тем более — местные дипломатические структуры. Иначе чем объяснить загадочное трехдневное отсутствие реакции на арест со стороны российской Фемиды?

     В любом случае мы с вами об этом, наверное, так никогда и не узнаем. Между тем арест Гусинского в Греции оборачивается крупным международным скандалом. Как пишут греческие газеты, на Элладу оказывается сейчас беспрецедентное давление со стороны Израиля и определенных кругов США. Сразу после ареста олигарха в афинском аэропорту, пишет крупнейшая греческая газета “Вима”, телефон в дипломатическом офисе Георгоса Папандреу (министр иностранных дел Греции. — Авт.) раскалился. С одной стороны, отмечает газета, немедленной выдачи Гусинского требует Москва, и показательно, что желание связаться по телефону с греческим министром иностранных дел выразил сам министр иностранных дел России Игорь Иванов. Совершенно другого желает Вашингтон, который ясно выразил свои возражения путем телефонного звонка американского посла в Афинах Томаса Миллера начальнику дипломатического офиса Папандреу г-ну Зеппосу. Другой телефонный звонок Зеппосу последовал от израильского посла Рама Авирама — что закономерно, если учесть, что у Гусинского есть и израильский паспорт и он является активным членом могущественного Американо-Еврейского совета.
     Словом, на Грецию давят сейчас со всех сторон. Поможет ли это Гусинскому? Скорее наоборот. Греция, судя хотя бы по тому, что пишут газеты, внезапно обнаружила “датский синдром”. Помнится, когда Россия требовала выдачи задержанного в Дании Ахмеда Закаева, тамошнее общественное мнение и юстиция встали на дыбы. Осознав себя центром притяжения большой политики, маленькая страна продемонстрировала большие амбиции и подчеркнутую независимость в принятии решения о судьбе чеченского эмиссара. Сходная реакция сейчас и в Греции. В ответ на заявления сторонников плененного олигарха, что его арест — “дело политическое”, здесь задают встречный вопрос: разве нынешний дипнакат на Грецию не есть грубое политическое вмешательство иностранцев в дела суверенного государства и его правосудия?..
     Как уже заявил официальный представитель греческого правительства Христос Протопаппас, вопрос выдачи Гусинского решает не правительство, а греческая юстиция, которая по конституции является независимой. Греческое посольство в Москве, в свою очередь, сделало заявление, в котором, в частности, говорится: “Хотелось бы напомнить, что в Греции, являющейся страной Европейского Союза, правосудие независимо, никто не вмешивается в его деятельность и личные и гражданские права граждан полностью гарантированы. Греческое правосудие будет беспристрастно выносить решение по делу г-на Гусинского”.
     Такой накал страстей вокруг фигуры медиамагната говорит по меньшей мере об одном: “битва за Гусинского” будет для обеих сторон долгой и упорной. Греция же, невольно оказавшись меж двух огней, поневоле вынуждена будет соблюдать “юридический нейтралитет”.