Вязкое месиво гуманизма

Это тягостное чувство раздвоенности русскоязычным из жидов и студентов известно давно. Как минимум с осени 93-го, когда Борис Ельцин издал свой знаменитый указ # 1400, а чуть позже, засомневавшись в его действенности, подвел танки. Смущенная наша русскоязычная душа металась в те дни между демократией и законностью. Между страхом и стыдом. Чувство стойкого отвращения к народным избранникам, грозившим ввергнуть страну в хаос, перемешивалось с неприязнью к всенародно, понимаешь, избранному, грубо поправшему Основной Закон.

Нынче то же самое. Простоватый американский президент, вольно толкуя резолюцию Совета Безопасности ООН # 1441, ведет вполне беззаконную войну с Ираком. При этом суверенное государство в Заливе, изо всех сил сопротивляющееся агрессору, ни малейшего сочувствия не вызывает. Ибо во главе его стоит диктатор фашистского типа, развязавший уже пару кровопролитнейших войн с соседями, не считая войны с собственным народом. Избавить мир от Саддама Хусейна – цель благая. Уничтожить при этом сотни или тысячи мирных граждан, включая детей – средство из рук вон скверное. Добро с пудовыми кулаками еженощно, плохо целясь, бомбардирует Зло: картина эта настолько тягостная, что способна вогнать в тоску самых несгибаемых противников диктатуры.

статья

Как водится, наиболее проникновенные речи о ценности человеческой жизни произносят самые прожженные палачи – Саддам, его генералы и спецпропагандисты. Как заведено на всякой войне, контртеррористическая артиллерия бьет по своим или, целясь в Саддама, попадает в самое месиво людское – городской рынок. Как принято в подобных случаях, пиарщики из демократической коалиции нескладно лгут, заявляя, что это иракцы сами себя разбомбили и высекли. Как обычно бывает, бойня раскручивается по своим неведомым законам, о которых всегда забывают в штабах, ликуя над картами за час до приказа.

Война вечно перемешивает все карты, и эта, к сожалению, не явилась исключением. Она сбоит, шатается, падает на ровном месте и закидывает гранатами палатку, где спят свои. Она движется по наихудшему сценарию: обрастая окопами и зарываясь в землю, война становится позиционной. То есть стремится в бесконечность, питаясь твердой валютой и живыми людьми.

За кого воевать, товарищ, сидя у телевизора? Немедленное прекращение агрессии, к чему призывают арабские толпы и европейские пацифисты, спасет многие жизни, но явится столь тяжелым ударом по цивилизации и принесет столько очков Саддаму, что от этой его победы мир не отмоется еще много лет. Зная к тому же настрой американцев, сей вариант следует признать самым фантастическим – сегодня, по крайней мере. Продолжение войны до полного разоружения Багдада, что является самым вероятным сценарием, – это, по-видимому, месяцы бомбардировок, танковых боев и уличных рукопашных схваток. Это горы трупов, теракты и моральное поражение коалиции. Самый приемлемый вариант – скорое, в течение недель, победоносное окончание похода с дальнейшей долгой зачисткой побежденной местности. Сюжет маловероятный.

Размышляя над новейшей историей, следует признать очевидное: таких войн Америка еще не вела. Первая схватка с Саддамом предусматривала его разгром с воздуха и изгнание из Кувейта: как теперь выясняется, Бушу-старшему достало ума не рваться к Багдаду, увязая в наземной бойне. В войне с Милошевичем Западу помогли усилия дипломатов, да и сам сербский народ не так уж тесно сплотился вокруг своего фюрера, как многие предрекали. Победоносный поход на Кабул подогревался свежей памятью об 11 сентября и тем важным политическим обстоятельством, что союзникам было с кем сотрудничать внутри Афганистана. Наземная операция в чужой, неплохо вооруженной, абсолютно враждебной, замороченной и запуганной режимом стране, где некого ставить взамен Саддама, кроме своих генералов, была почти обречена на долгие сроки и реки крови. Об этом следовало думать, начиная войну. Об этом Буш-младший задумался лишь теперь, когда уже все поздно: и уходить, и воевать. Работа мысли заметно отражается на лице американского президента. С непривычки он выглядит изнуренным.

Не легче и нам, выбирающим в эти дни между плохой войной и позорным миром. Между смертью Саддама и победой Саддама. Между "мировым жандармом", не умеющим просчитать на ход вперед, и фашистским режимом, который сегодня успешно играет краплеными картами гуманизма. Значит, снова эти осточертевшие танки подъезжают к Белому дому и мы, ночевавшие у Моссовета, торопим нашего гаранта: подвел – стреляй! Только поскорей, чтобы мы не успели устыдиться.

Илья Мильштейн

31.03.2003

http://grani.ru/Politics/World/Iraq/m.27670.html

ЗАЯВЛЕНИЕ общественного совета по свободе прессы

21 марта Россия сделала серьезный шаг на пути превращения свободы прессы из конституционного института в пустую декларацию - президент предложил, а пропрезидентское большинство в Государственной думе обеспечило принятие в первом чтении крайне опасных поправок в закон о СМИ и другие законы...

Хотя в законопроекте говорится лишь о приостановлении деятельности СМИ за повторное нарушение избирательного законодательства, однако всякому ясно, что это будет означать на практике. Во-первых, скорую ликвидацию неподконтрольных властям изданий, теле- и радиостанций. Во-вторых, лишение граждан возможности получать объективную информацию о кандидатах и избирательных объединениях, а также о злоупотреблениях, творимых чиновниками разного уровня в ходе подготовки и проведения выборов. В-третьих, превращение избирательных кампаний в закулисный ритуал с заранее известным результатом.

Опасность, которую несет этот проект, удесятеряется тем, что избирательное законодательство крайне широко и расплывчато определяет понятие предвыборной агитации. Фактически любая информация о кандидате, даже достоверная, может быть истолкована как противозаконная предвыборная агитация со всеми вытекающими последствиями. В такой ситуации печатной и электронной прессе останется выбор между превращением в рупор официальной пропаганды и информационным бойкотом избирательной кампании...

...Мы призываем президента и депутатов Государственной думы исправить законопроект во втором чтении, обеспечив разумный баланс между потребностью общества в свободе массовой информации, гарантированной Конституцией России, и необходимостью борьбы с грязными избирательными технологиями.

Михаил ФЕДОТОВ, председатель комиссии, Виктор ЛОШАК, Анатолий ЛЫСЕНКО, зам. председателя комиссии.

Члены комиссии: Ясен ЗАСУРСКИЙ, Михаил КРАСНОВ, Андраник МИГРАНЯН, Сергей ПАРХОМЕНКО, Ирина ПЕТРОВСКАЯ, Юрий РЫЖОВ, Ирина ХАКАМАДА, Александр ЯКОВЛЕВ

http://www.mn.ru/issue.php?2003-12-44

Международного трибунала по Чечне не будет

Текст: Светлана Сухова, «Итоги» специально для «Газеты.Ru»

Несмотря на поддержку промасхадовских чеченцев и французов в папахах, инициатор создания международного трибунала по Чечне немец Рудольф Биндиг не решился вынести свою идею на обсуждение коллег по ПАСЕ.

Сегодняшнего заседание Парламентской ассамблеи Совета Европы посвящено Чечне. Вечером будет принята итоговая резолюция после чего тема Чечни будет передана на регулярный мониторинг в комиссии, а наказанием виновных в нарушениях прав человека в Чечне займется Европейский суд по правам человека. А пока с докладом выступил один из членов комитета по юридическим вопросам Рудольф Биндиг. Его доклада ждали с нетерпением. Именно немец Биндиг месяц назад предложил для расследования военных преступлений в Чечне создать что-то вроде Гаагского трибунала по бывшей Югославии. Эта идея вызвала чрезвычайно болезненную реакцию в Москве. В частности, сопредседатель комиссии Госдума–ПАСЕ Дмитрий Рогозин выругался следующим образом: «Бумага, подготовленная Биндигом, – это оголтелый труд оголтелого недруга России. Его проект даже нельзя комментировать, его надо с ходу отвергать».

С первых же слов евродепутат начал оправдывать опасения российских коллег. «В Чечне по-прежнему нарушаются права человека. Эти нарушения носят серьезный характер. Имеют место грабежи, и обнаруживаются массовые захоронения людей», – заявил он. По словам Биндига, правоохранительные органы принимают меры, «но в большинстве случаев окончательные приговоры не выносятся, и виновные не находятся». «Отсутствие наказания ведет к дальнейшему нарушению прав человека, – предупредил немецкий политик. – Совет Европы должен четко заявить, что необходимо прекратить нарушение прав человека в Чечне».

Лишь в одном Биндиг приятно удивил российских коллег, обвинявших его в симпатиях к боевикам. Докладчик заявил, что права человека нарушаются не только военными, но и боевиками.

Как и ожидалось, Биндиг скептически отозвался об итогах референдума по чеченской конституции, но главное не это, а то, что в своем докладе он так и не вспомнил о трибунале по Чечне. Впрочем, это не означает, что тема закрыта. Упоминание о трибунале сохранилось в резолюции, которую подготовил юридический комитет Биндига и которая будет поставлена на голосование вечером. Российская делегация надеется, что к тому времени упоминания трибунала в проекте резолюции не останется. «Если ПАСЕ решит проявить конструктивность и снимет наиболее одиозные куски из доклада господина Биндига, то мы будем продолжать сотрудничество, – предупредил Рогозин. – Трибунала по Чечне все равно не будет, но и не будет ПАСЕ в Чечне, никакие докладчики в республику ездить не будут».

Как известно, именно благодаря жесткой позиции Рогозина ушел в отставку предыдущий докладчик ПАСЕ по Чечне лорд Фрэнк Джадд. Сегодня стало известно, кто станет его преемником. Как сообщил «Газете.Ru» вице-спикер ПАСЕ Михаил Маргелов, в четверг комиссия Госдума–ПАСЕ будет переименована в комиссию Федеральное собрание–ПАСЕ (в ее состав вошли члены Совета федерации). На ее заседании в новом составе, которое состоится 28 апреля в Берлине, будет избран и новый руководитель комиссии.

Скорее всего, им станет парламентарий из Польши Тадеуш Ивинский, руководивший до последнего времени комиссией ПАСЕ по миграции, беженцам и демографии.

Кстати, политкомиссия ПАСЕ тоже подготовила доклад о Чечне. Причем она решила дать оценку резолюции юркомиссии. По словам Маргелова, «политкомиссия выразила сожаление, что бюро ПАСЕ не назначило докладчика, который мог бы вынести оценку работе юридической комиссии, и прежде всего господина Биндига».

С другой стороны, поддержать жесткую линию Рудольфа Биндига вчера пытались представители таких неправительственных организаций, как «Международная амнистия», «Защитники прав человека», а также представители Аслана Масхадова, проживающие в Париже. Для журналистов была даже организована пресс-конференция, кстати, вызвавшая у западных СМИ колоссальный интерес: журналистов в зале оказалось больше, чем на состоявшемся за пару часов до того завтраке-встрече с генсеком Совета Европы Вальтером Швиммером. Представитель французской делегации в ПАСЕ Арман Юнг надел на голову чеченскую папаху и назвал действия Биндинга «смелым отчетом», обращая внимание на то, что «Биндиг хорошо знает ситуацию, видел все эти преступления своими глазами».

Однако несмотря на жуткий интерес к выступлениям немца Биндига и француза Юнга, накануне голосования в Страсбурге оказалось гораздо меньше сторонников жесткого варианта чеченской резолюции, чем раньше.

Например, представители Франции в ПАСЕ в отличие от своего коллеги Армана Юнга собираются голосовать против резолюции, предлагающей создать трибунал по Чечне. Так что исход голосования можно предугадать с большой долей вероятности, хотя непосредственно перед началом дебатов ряд депутатов пригрозили Рогозину, что Россия не получит поддержки при голосовании против создания трибунала. Но российская делегация этим угрозам особого значения не придала.

02 АПРЕЛЯ 2003

http://www.gazeta.ru/2003/04/02/mezdunarodno.shtml

Народные трибуны доигрались до трибунала

Еще совсем недавно российский политический бомонд одобрительно наблюдал за искрометным перформансом наших представителей в ПАСЕ. Господа Рогозин и Маргелов, мешая антитеррористический пафос с жульническими приемами, сумели "развести" скучного лорда Джадда и добиться от европейских парламентариев чего-то вроде одобрения конституционного референдума в Чечне. Однако успех обернулся поражением: вернувшись к чеченскому вопросу, ПАСЕ рекомендовала учредить международный трибунал для расследования совершенных в Чечне преступлений.

Когда после прошлого обсуждения чеченского вопроса в ПАСЕ ушлым ребятам из российского парламента, объегорившим лорда Джадда, говорили, что их тактика еще аукнется во время следующей дискуссии и что европарламентарии вряд ли забудут и простят унижение коллеги, страсбургские победители только отмахивались. Главным для них было обеспечить согласие ПАСЕ с легитимностью запланированного в Чечне референдума – очевидно, именно такое задание было поставлено перед российской делегацией в Кремле и депутатами выполнено. Но и в Кремле, и в Государственной думе работают плохие стратеги. Можно было предположить, что уже следующее обсуждение чеченской проблемы, невзирая на итоги референдума, пройдет по совершенно иному сценарию. Но не предположили. А зря.

Рудольф Биндиг, новый докладчик ПАСЕ по чеченской проблеме, изначально был склонен к куда более жесткому подходу, чем лорд Джадд. Но российская депутация привычно надеялась на кулуарные интриги, на то, что удастся передать рассмотрение проблемы от Биндига в комиссию Тадеуша Ивиньского, польского парламентария и советника премьер-министра Польши Лешека Миллера – в Москве почему-то считают, что с Ивиньским, находящимся под прессом польского общественного мнения по отношению к Чечне, будет проще договориться. Короче говоря, российская делегация решила, что в Страсбурге ей тоже Дума. И действовала привычными методами. А напрасно.

Потому что сама рекомендация об учреждении международного трибунала по Чечне перечеркивает любые усилия по признанию легитимности референдума, будущих выборов в органы власти и самих органов власти. ПАСЕ может даже согласиться с идеей постепенной нормализации ситуации в Чечне, хотя доклад Биндига и не выглядит таким признанием. Но в конце концов в Косово ситуация тоже относительно нормализована, что не мешает судить Слободана Милошевича. Рекомендация по созданию трибунала требует разобраться не только с настоящим, но и с прошлым. И судя по реакции российских представителей в ПАСЕ, они это поняли. И перепугались не на шутку. Потому что первоначальная реакция на итоги заседания была абсолютно советской – злой, нервной и неконструктивной. Можно, конечно, запретить представителям ПАСЕ посещать Чечню, но вряд ли этим укрепишь доверие мирового сообщества к российским усилиям. Можно вообще покинуть ПАСЕ – но вряд ли этим упрочишь российский авторитет на международной арене. Можно, конечно, считать, что Россия теперь имеет все возможности действовать как Соединенные Штаты и невзирая на мнение мирового сообщества разобраться в Чечне по собственному усмотрению. Но, во-первых, Россия не Соединенные Штаты, а во-вторых, Соединенные Штаты, если мне не изменяют географичемкие познания, бомбят не у себя дома.

Даже если никто сегодня не прислушается к предложениям ПАСЕ насчет трибунала, слово уже прозвучало – и российскому руководству придется о нем помнить. Рано или поздно станет ясно, что трибунал по Чечне в нашем циничном мире – это и отражение новой расстановки сил в мире, и инструмент воздействия. Конечно, российской делегации в ПАСЕ еще и не повезло с этой самой расстановкой. Ведь чеченская проблема объединяет расколотых из-за Ирака европейцев. Сторонники акции США и их союзников предпочитают осуждать жесткие действия Москвы, стараясь продемонстрировать, что они не ястребы "вообще", а просто иракский вопрос не имел другого решения, что не исключает возможность мирного разрешения иных проблем, например, чеченской. Ну а противники войны в Ираке – против любой войны вообще. Это понятно. Но во время предыдущей сессии ПАСЕ уже было ясно, что война не за горами. И нужно было Дмитрию Рогозину с Михаилом Маргеловым пылинки сдувать с пиджака одного знакомого лорда, а не играть в наперсток в духе лучших традиций Казанского вокзала.

Короче говоря, если отвлечься от обобщений, высоких слов о неотвратимости и непреодолимости и прочих украшений российской публицистики, можно просто написать в администрацию сами знаете кого: там, где Рогозин и Маргелов, – там успех, там победа. Прямой эфир! Фанфары! Суд идет...

Виталий Портников

03.04.2003

http://grani.ru/War/Chechnya/m.28056.html

ЛАБОРАТОРИЯ СЛУХА

На прошедшей неделе депутаты Парламентской ассамблеи Совета Европы 97 голосами из 134 высказались за необходимость создания международного трибунала по Чечне. Это решение сразу же вызвало гневные отповеди и отдельных наших политиков, и российских государственных институтов. Председатель Комитета Думы по международным делам Рогозин предложил даже за такое коварство уменьшить сумму наших выплат в Совет Европы. Все протесты в основном сводились к тому, что создание трибунала незаконно. Некоторые же наблюдатели сразу стали говорить: в этой истории ощущается “рука” Америки, недовольной нашей позицией по Ираку.

В общем, оптимисты надеются, что нас всего лишь хотят “ущипнуть” без далеко идущих последствий, а пессимисты распускают слухи: трибунал действительно будет создан.

Ситуацию анализируют наши эксперты...

Михаил ФЕДОТОВ, заслуженный юрист России:

— На мой взгляд, резолюция ПАСЕ противоречит принципам международного права.

Военный трибунал по бывшей Югославии — это трибунал не по Сербии или Черногории, а по военным действиям, охватившим территорию нескольких суверенных государств, то есть это был конфликт международного характера. А чеченский конфликт международного характера не носит. Никто же не предлагает создать международный трибунал по Северной Ирландии! У многих стран Европы есть своя “Чечня”: у Франции — Корсика, у Испании — баски… Просто если французы, испанцы, англичане умеют справляться с этим цивилизованно и эффективно, то мы, к сожалению, этого делать пока не научились. Но это не повод создавать международный трибунал, касающийся России.

У меня нет ни малейших сомнений в том, что Совет Европы не пойдет на создание этого трибунала. Или тогда нужно принимать решение об исключении России из Совета Европы, поскольку ее судебная система не отвечает принятым в Европе стандартам. Заявление ПАСЕ я расцениваю либо как пропагандистскую акцию, либо эмоциональный всплеск, не более того.

Юлий РЫБАКОВ, правозащитник, депутат Госдумы:

— Я считаю, давно пора было такой трибунал создать, и мне жаль, что у ПАСЕ не хватило решимости сделать это раньше. Чем раньше такое решение было бы принято, тем меньше ни в чем не повинных людей погибло бы: как жителей Чечни, так и наших солдат.

По международным документам, которые подписывала в том числе и Россия, такие суды могут быть образованы в случаях, когда речь идет о вероятности геноцида и других международных преступлений, — тогда они не имеют границ. Кроме того, действия такого трибунала носят скорее общественный, чем юридический характер.

Будет или нет в итоге создан такой трибунал, я, честно говоря, особой разницы не вижу. Потому что, к сожалению, российские “ястребы”, так же, как и американские, плевать хотели на все общественные и гуманистические традиции.

Андрей ЦУНСКИЙ, политолог:

— Скорее всего идея создания такого трибунала была “заказана” американцами и проведена теми кругами немецкого политического истеблишмента, которые обеспокоены отдалением Германии от США, затем — поддержана традиционными американскими союзниками в Европе. Инициатива эта осложняет отношения Германии, Франции и России, которые показались Вашингтону уж слишком тесными, осложняет наше положение в различных европейских институтах.

Сам же трибунал вряд ли будет когда-то созван, такие суды возможны в побежденных в результате войны странах, как в Югославии, например. В нашем же случае это будет вмешательством во внутренние дела России, которая никакой войны не проиграла и допускать такого вмешательства уж очевидно не станет. Да и если бы трибунал открылся, то в первый же день приема исков от потерпевших начался бы “восточный базар”: судьи получили бы тонны исков от одних чеченцев против других чеченцев, от русских против чеченцев, от армии против бандитов, от бандитов против армии — словом, суд всех против всех...

Московский Комсомолец

от 07.04.2003

Наталья ГАЛИМОВА, Виктория БОГОМОЛОВА, Алексей ЛЕБЕДЕВ, Люба ШАРИЙ