Колонка Юлии КАЛИНИНОЙ

Когда речь заходит о положительных сдвигах, произошедших в стране во время правления президента Путина, первым делом обычно называется стабильность.

Помните, как раньше все было нестабильно и зыбко? Ничего нельзя было предсказать заранее. То ли случится у нас какая-то перемена, то ли нет. То ли жахнет, то ли повременит. Достоверно никто не знал. Все зависело от случая.

Теперь — не так. Теперь стабильность. Все, что положено, непременно исполняется. Можно даже составить специальную таблицу, в левом столбце которой будут перечислены все необходимые признаки стабильности. Правые столбцы пусть обозначают прошедшие недели. Если в клеточках пересечений отмечать крестиком случившийся признак стабильности, мы увидим почти сплошное заполнение таблицы.

Возьмем для примера минувшую неделю.

Первая строка таблицы — “Теракты”. Теракты у нас случаются стабильно. Иногда — с большим числом жертв, иногда — с меньшим, иногда — только в Чечне, иногда — за ее пределами. Бывает по-разному, но факт то, что без теракта не обходится практически ни одна неделя.

Вот и эта неделя не обошлась. Автобус с летчиками подорвала в Моздоке женщина-камикадзе.

Интересно, что правоохранительные органы ждали чего-то такого. Они готовились, в Москве даже был введен режим усиления, у всех важных государственных объектов выставлены дополнительные КПП. Они знали, что так будет. И вот — пожалуйста. Случилось.

Когда стабильность, неожиданностей нет и быть не может.

Теперь посмотрим строку “Громкое заказное убийство”.

Громкие заказные убийства также случаются у нас стабильно. И тоже, как правило, раз в неделю. Прошедшая неделя не стала исключением: руководитель Центра Мейерхольда застрелен возле своего подъезда убийцей, проезжавшим мимо на мопеде. В пятницу сюда же попало убийство руководителя концерна “Алмаз-Антей” (мощнейшего, надо сказать, производителя оборонной продукции) — то есть недельный план оказался даже перевыполнен.

Следующая строка — “Громкое незаказное убийство”.

В громких незаказных убийствах прослеживается еще более надежная стабильность. Вот и на минувшей неделе заслуженный ученый погиб от побоев квартирных грабителей.

Про негромкие убийства и говорить нечего. За неделю норма выполнена с той педантичностью, с какой она выполняется всегда, — о чем красноречиво свидетельствуют сводки МВД и хроника происшествий на последней странице нашей газеты.

Так, теперь проверим стабильность техногенных катастроф. Взрыв газа с катастрофическими последствиями был? Был. Даже два: один в Коломне, когда обрушился кусок нового дома, второй — на заводе в Свердловской области, когда погибло четверо рабочих.

Заражение местности опасными ядами было? Не без этого. В Чулыме из цистерны вылился окислитель ракетного топлива. Дно прохудилось у цистерны — слишком старая была.

Пожар в доме-интернате для детей-инвалидов? А как же, всенепременно. К счастью, дети вовремя заметили дым. Не обошлось, кстати, и без пожара для обычных детей: в Иркутске в четверг выгорело здание школы.

В области судебной практики на минувшей неделе также все шло по раз и навсегда заведенному распорядку: третий год стабильно судили полковника Буданова (для него уже можно заводить отдельную строку в нашей таблице). Теперь пробовали устроить ему пятую судебно-медицинскую экспертизу прямо в зале суда — во имя большей ясности.

В стабильности социальной политики срывов на прошедшей неделе тоже не было, по крайней мере в Москве. На двадцать рублей нам повышена плата за какую-то коммунальную услугу (уже не помню, за какую конкретно, поскольку для поддержания стабильности их без конца повышают). Общий уровень инфляции за полгода также не превысил стабильный показатель — по официальным данным, примерно четыре процента. Цены на продукты, правда, при этом повысились на девять процентов. Вот тоже, кстати, хоть и удивительное, но очень стабильное явление: у нас всегда цены растут в два (если не в три) раза быстрее, чем официальные данные, отражающие их рост.

И, конечно же, замечательная стабильность наблюдалась в отношении телеканала ТВС, вернее, трудившейся там группы журналистов, которую в течение последних трех лет последовательно изгоняли со всех телеканалов, где она пыталась пристроиться. Вот вроде уже пристроится, успокоится, начнет налаживать свое телевещание, но тут обязательно ей приходит какой-нибудь трындец с дубиной.

На минувшей неделе он тоже пришел. Молодец, не подвел, не нарушил нам стабильности.

Чего не было на этой неделе, так это наводнений и авиакатастроф (впрочем, я могла что-то упустить). Но подобного рода редкие исключения лишь подтверждают общую положительную тенденцию: с приходом Путина в стране действительно появилась определенная стабильность.

nnn

В будущем наша жизнь станет еще стабильнее. Даже самый поверхностный анализ сложившейся в стране ситуации позволяет сделать такой оптимистический вывод.

Заказные убийства превратятся, по всей видимости, в рутину, поскольку они есть результат передела собственности — процесса, который еще только начинается (его разгара эксперты ожидают в ходе второго срока путинского правления, а сейчас, говорят, это еще цветочки).

Что касается “незаказной” преступности, то ее обычно связывают с тотальным пьянством и деградацией общества. Здесь тоже никаких прорывов не предвидится. Волшебную прививку от алкоголизма ученые пока не изобрели, а Единый государственный экзамен вряд ли далеко продвинет нацию в плане развития духовности.

Про техногенные катастрофы и говорить нечего. Все они случаются от старости, ветхости, изношенности и общего бардака — другими словами, оттого, что нет денег на ремонт и обновление техники и жилого фонда. А даже когда деньги есть, им все равно всегда удается найти лучшее применение, чем какой-то скучный ремонт, поэтому аварии и техногенные катастрофы будут только учащаться. Это так же неизбежно, как смерть, стоящая в конце каждой жизни.

Пожалуй, самое неприятное в ожидающей нас стабильности — террористы-камикадзе. Сейчас они еще только начинают мостить дорожку в будущее. Пока их мало кто воспринимает как предвестников грядущего кошмара. Бытует мнение, что это просто отдельные психопатические личности мстят таким образом за близких родственников — у них, мол, что-то типа весеннего обострения.

Хотя на самом деле это не обострение и не отдельные личности. Это принципиально новое явление — система “джихада в российских условиях”, которая отстраивается сейчас у нас на глазах. Последние теракты — всего лишь “пробы пера” и “первые блины”.

* * *

Взорвать автобус с летчиками в Моздоке — не так трудно в плане технического осуществления. В Москве взорвать автобус будет труднее. Хотя тоже проблема небольшая. Ведь граждане чеченской национальности могут свободно перемещаться по всей территории России и жить там, где им хочется. То, что они, оказывается, камикадзе, выясняется только в момент совершения теракта. Не раньше. А когда они покупают оружие и взрывчатку у простодушных военных, рабочих и перекупщиков — тогда никто еще не подозревает об их планах. И когда они открывают в Москве огромные рынки, где днем торгует кто угодно, а после закрытия появляется “охрана”, которая выглядит в точности так, будто только что спустилась с гор, вплоть до зеленых беретов с ичкерийскими флагами, — и тогда тоже никто ни о чем не подозревает. А кому подозревать-то? Местные милиционеры куплены, у не местных — свои дела, свои рынки. Да и какой криминал, если люди торгуют, делают бизнес? Разумеется, у них есть помещения, склады. Разумеется, они могут там прятать что угодно и кого угодно.

О том, чтоб спецслужбы сейчас целенаправленно занимались изучением системы “джихада в России”, пресекали ее отстраивание — речи нет. А чего пресекать, если никто даже не понимает, что происходит.

...Откуда берутся чеченские камикадзе, как вербуются, как готовятся, как и кем оплачиваются? Израильские спецслужбы потратили несколько лет на то, чтоб изучить систему подготовки палестинских камикадзе. Они знают очень много, но — даже по официальным данным — им удается предотвратить меньше половины терактов. Реально — треть. И это считается очень хорошо. Потому что камикадзе — это такой вид террористической деятельности, с которым невероятно сложно бороться.

И вот эта жутчайшая штука зарождается, растет и крепнет сейчас у нас на глазах. А мы и в ус не дуем. Рассказываем страшные пионерлагерные байки про какой-то летучий отряд “черных вдов”, во главе которого стоит Басаев без ноги. С алмазными зубами, лазерным лучом в ноздре и железным крюком во лбу...

Живем как обычно — с закрытыми глазами. Загнали боевиков в горы и успокоились. Победили. Теперь давайте объявим амнистию.

К-а-к-у-ю амнистию? Кому?

Да и не пойдет никто сдавать оружие и признаваться, что воевал. Чтобы идти признаваться — надо верить тем, кому ты идешь признаваться. А чеченцы русским не верят. И властям, которые поставлены русскими, тоже не верят. Семь лет войны даже самых твердолобых научили не верить, потому что обманут все равно.

Так что амнистировать будет некого. Разве что Кадыров своих охранников поставит перед телекамерой, чтоб по телевизору “показать амнистию”, и на этом все закончится.

* * *

А впрочем, какая разница — амнистия, не амнистия. Когда в стране наступила стабилизация, подобные мелочи большой роли не играют. Главное, в целом все идет ровно, как ожидалось, и таблица признаков стабильности неуклонно заполняется крестиками.

...Можно даже представить, как в конце недели ее подают высоким начальникам — для ознакомления. Они тогда рассматривают столбцы и строки, удовлетворенно цокают языком и говорят: “Стабильничок!”

И никаких неожиданностей, все по плану. Не то что раньше было: то ли жахнет, то ли — нет.

Московский Комсомолец

от 07.06.2003

Юлия КАЛИНИНА

ОТДАЙТЕ ДЕНЬГИ ДЕТЯМ, ЧТОБЫ ОНИ РОДИЛИСЬ
В России второй срок президентам дают ни за что?
       

 
       Признаться, я в последнее время поймал себя на том, что, едва заслышав речь президента, переключаю программу. Как-то стало неинтересно. Говорит он по-прежнему уверенно, акцентированно, с силой, нажимает на ключевые слова, интонационно подчеркивая их значимость. Только раньше эта уверенность шла от осознанного смысла произносимого, от его собственной веры в то, что как сказал, так оно и будет. Теперь не то: этой веры у него больше нет.
       А как, бывало, говаривал в таких случаях мой дедушка: «Чего за шкурой нет, к шкуре не пришьешь».
       Убедительность стала заученной, а за ней — скука, тоска и пустота души, которые неведомым образом сразу же передаются слушающим, нагоняя на них необоримую дрему, памятную старшему поколению по партсобраниям советских времен.
       И сколько бы ни старались пиарщики, отрабатывая имидж президентских речей, налицо слишком явное желание Путина убедить граждан поверить в то, во что сам он, похоже, давно уже не верит: в возможность перемен к лучшему в жизни страны в целом и каждого из нас, граждан. Которые, поверив лично ему, однажды уже сделали его своим президентом.
       Сегодня, по прошествии в общей сложности пяти лет «пути с Путиным», мы все, «идущие вместе» с ним, готовы уже вопрошать: «Куда ты завел нас, Сусанин-герой? — Не знаю, ребята, я сам здесь впервой». Но мы-то не «впервой», мы здесь уже были и до сих пор все топчемся на том же месте.
       Много лет говорил я окружающим меня людям: оглянитесь кругом, не обольщайтесь: в этой стране ничего не изменилось, кроме цен, повышением которых заканчиваются все здешние великие затеи. То, что мы имеем сегодня, — это и есть коммунизм. Сталин в романе Солженицына «В круге первом» размышляет о том, что «коммунизм в нашей стране, в сущности, уже построен, но сообщать об этом народу было бы методически неверно». Сегодня «лицо» явилось — волк сбросил овечью шкуру заботы о «старых и малых», «больных и немощных», о потребностях каждого...
       Однако смотрю в телевизоре: правители наконец-то озаботились, спохватились семью поддерживать, повышение рождаемости стимулировать. Есть уже госпрограмма, предложения в ней все какие-то, правда, невнятные, но денег под нее опять дали — немерено. Начали на адресную помощь напирать: мол, хватит кому попало на детей деньги кидать, давайте давать только нуждающимся. И так быстро, ловко так получилось устроить новые «адресные» порядки, что диву даешься — ведь могут, когда захотят!
       
       Семья у меня многодетная — шестеро своих да трое приемных. Полагаются нам льготы. Сколько мы за льготы эти еще в советские времена позору приняли — не пересказать. Куда ни придешь, если не в лицо, так за спиной обязательно кто-нибудь прошипит: «У-у настрогал... иждивенцы». Так у нас это называется.
       Собралась у нас тут компания — мужики все уже седые, жизнь прожили, видали виды, и я задал свой коронный вопрос: сколько на третьего ребенка полагалось в советские еще времена ежемесячного пособия? Ответы были самые разные по щедрости: от 10 до 100 рублей советских. Так вот, я вам и скажу: четыре рубля в месяц. Растите и множьтесь, «гуляй, рванина, от рубля — и выше», как писал бард. Для сравнения: в те времена былинные единый проездной билет в Москве на транспорт шесть рублей стоил — это который теперь стоит 500.
       Ельцин и на четыре рэ не расщедрился, при нем на ребенка 50 рублей платили — это примерно рупь советский. Не деньги, конечно, что-то вроде шоколадной медали, ежемесячная открытка, сувенирная благодарность от государства за то, что в тяжкие времена имеем мужество и сознательность наших детей бесплатно растить гражданами своего отечества, воспитываем будущих патриотов своей страны. Кто хотя бы трех детей вырастил, даже если миллионер, все равно герой — кто пробовал, знает...
       Ну а тут нам всей страной счастье привалило. Как Путин по благословению патриарха к власти приступил — день в день — цены на нефть подскочили да так больше и не упали, сколько их правительство ни заклинало. В самом деле конфузно получается: как же теперь на бедность и отсутствие денег ссылаться! Никто больше не верит ни у нас, ни за бугром.
       Появились «лишние» деньги, правда, опять не у всех. Стали эти лишние деньги делить между «своими», предложения разные были. Я тогда написал: «Отдайте деньги детям, чтобы они родились» — это о том, что матери нужно платить зарплату хотя бы самую минимальную, хоть 500 рублей, — и через 10 лет население удвоится без всяких чиновных усилий. Вот и вся программа, очень даже понятная, причем всем, разве что только не чиновнику, потому как его выгоды здесь нигде не видно, нечем руководить и распоряжаться и не прилипнет ничего.
       Итак, писал я, чтобы деньги — детям.
       
       И власть, надо отдать ей должное, прислушалась. Теперь, чтобы 50 рублей этих постыдных «детских» получить, надо каждые три месяца кипу справок собрать да на поклон к городничему нести, шапку за версту ломая...
       Что же до размера «адресной помощи многодетным и нуждающимся семьям», то — вы будете смеяться — помощь-то и вправду увеличилась: на двадцать рублей! Ну не издевкой ли глядятся эти смехотворные семьдесят «детских» рублей «адресной помощи» в нынешнее время при том, что официальный порог нищеты составляет сейчас около трех тысяч.
       
       У меня в храме мужик один пожилой работает. Шестеро детей у него, живут в деревне. Той зимой он в нашу дверь постучался, с картофельным мешком за спиной пришел: положите, говорит, чего-нибудь в мешок — хоть хлеба, хоть сухарей, сидим голодные. Работал, пока работа была, а как, докравши «акционерное общество» и дорезавши последнюю скотину, директор на новое место в соседний район перешел, где не все еще раскрадено, пришлось идти побираться. Дали мы ему денег, сколько в доме было, еды всякой, полушубок овчинный, еще дедовский, давно висел неношеный. Потом я взял его на работу, придумал ненужную должность — «создал рабочее место» — и стал ему платить тысячу.
       Четыре дня он у меня в сторожке при храме вроде как сторожит, а на три дня к семье в деревню ездит. И стыдно мне, что такая сумма маленькая на всю ораву, да больше не могу — у меня их таких человек десять; я и так своих пенсионеров для него потеснил, чтобы ему место дать. Так и живет, хоть как-то перебивается. Для него и эти 70 «детских» лишними не будут, хоть и крохи постыдные.
       А теперь и работать некогда стало, все ходит по кругу справки собирать и городским чинушам кланяться: то часы неприемные, то настроение плохое; поди угоди им, всегда недовольным уже самим фактом существования докучливого просителя, т.е. нас с вами. Тем уже, что мы есть с нашими детьми.
       Я и сам наведался в собес (название-то какое символичное — «со-Бес»). Прихожу и вижу: мамочки родные, две тетки сидели годами одни и те же, а теперь их четыре комнаты сидят — и все адресную помощь оказывают! Создали рабочие места. Вот так и поделили сэкономленные денежки. А вот куда выделенные из бюджета на поддержание материнства и детства «программные» громадные деньги подевались, честно говорю, не знаю. Но знаю точно, что никому из тех многих просто людей, кого я знаю, на детей ни копейки не досталось, что бы там нам ни толковали по телевизору.
       Расскажу еще историю. Цыганка у нас около храма побирается — Лена, тоже шестеро детей. Стоит всю зиму на улице со старшими — 9 и 8 лет. Мы ей подаем как можем. Ездили домой к ним: там ее цыган на кровати лежит, детишки младшие рядом возятся, домик маленький, холодно, грязь. Есть у них добра шесть мешков картошки, что летом с детьми нарыли. Пока она у нас стояла, у нее седьмой народился. Я смотрю — нет ее после службы. Спрашиваю, говорят, в роддом увезли прямо отсюда. Через неделю опять стоит. А куда она денется? Дома цыган с младенцами дожидаются, есть хотят.
       Так вот, у нее «детские» деньги тоже «адресно» отняли, а она-то куда пойдет за справками — ко мне, что ли?
       Гляжу я на этот цирк — и все это мне что-то напоминает из литературы. Поверите, спать перестал, ворочаюсь, думаю: на что все это похоже? И вдруг вспомнил — точно, цирк! Рассказ Чехова, «Каштанка». Там мальчик такой шутник: привяжет кусочек мяса на веревочку — да и скормит глупой доверчивой псине. А когда та проглотит, начинает у нее из желудка тянуть потихоньку веревку да и вытянет мясо назад, и при этом очень весело всем глядеть было, как она, сука то есть, при этом корчится, норовя мясо в себе отстоять. А потом опять скормит ей вытянутое из утробы мясо, и такая вот забава идет, пока не устанут и прогонят суку прочь.
       А сука-то глупая, мало что опять и опять заглатывает мясо без счета — ну не может удержаться, она же скотина, у нее инстинкт. Так она (как мучителя своего увидела в цирке), когда нашлась, сразу своего нового хозяина, который ее кормил, ласкал, по-человечьи с ней разговаривал и всяким штукам научил, артистку из нее сделал, — она его, не колеблясь, бросила и к старому мучителю кинулась лизаться.
       И что бы кто ни говорил, а Христос раньше их всех сказал нам: «По делам их узнаете их». Узнали. Узнаёшь, Каштанка, старого хозяина?
       Нынче всем нам предстоит опять сделать свой выбор: давать или не давать нынешней нашей власти «второй срок». А может, они уже заслужили, чтобы отпустить их всех — «на свободу с чистой совестью»?
       
       Олег ЧЕКРЫГИН, протоиерей, г. Обнинск, Калужская обл.
       2.06.2003

http://2003.novayagazeta.ru/nomer/2003/39n/n39n-s01.shtml

ПОРТВЕШОК — ЭТО ВСЕ, ЧТО НАС СВЯЗЫВАЕТ С ПОРТУГАЛИЕЙ
Чтобы ее догнать, надо избрать того, кто это предложил
       

     
       Не далее как пару недель назад президент огласил свое послание Федеральному собранию. По газетным меркам оно, конечно же, уже не событие. Какой смысл анализировать то, что до тебя давно и многократно проанализировано? Речь сказана, политики посудачили, журналисты со всех сторон осветили, вдохновленная бюрократия оперативно откликнулась. А главное – простой народ уразумел, на что ему теперь можно рассчитывать и во что верить. Наступил закономерный этап угасания общественного интереса. Теперь с каждым днем о том, что было произнесено в Мраморном зале, станут вспоминать все реже и реже. А через месяц – это можно утверждать наверняка – о нем вообще забудут. И забвение продлится до тех пор, пока из Кремля не произойдет санкционированной утечки, которая всегда в таких случаях происходит: «Президент работает над очередным посланием. В нем будет такое!»
       
       Российская политика уже давно напоминает паровоз, у которого весь пар уходит в свисток. После каждого послания в стране, если разобраться, ровным счетом ничего не меняется. Все движется прежним курсом. Зато всякий раз под новый аккомпанемент всеобщего одобрямса. Такой звонкий, что волей-неволей веришь: вот они, долгожданные перемены! Через какое-то время уже не вспомнится суть сказанного — ни цифры, ни сроки. Кто, к примеру, сейчас вспомнит, что именно в 2001 году президент говорил о борьбе с бедностью или про реформу армии? А ведь много и очень хорошо говорил… У подобных посланий всего лишь две цели. Первая – породить в обществе неосознанное ощущение надежды. А вторая — когда надежды не оправдаются, должно появиться столь же неосознанное желание поддержать: «Президент хотел, но ему мешали!». А кто мешал? Знамо дело…
       Прежние вожди тоже слыли великими выдумщиками. Любили нарисовать какую-нибудь картину светлого завтра. Чтобы народ не отвлекался на сиюминутное, вроде хлеба и крова, а больше думал о возвышенном, например о том, как замечательно будут жить будущие поколения. Хрущев, например, пообещал скорый коммунизм. Брежнев замыслил раз и навсегда решить продовольственную проблему. Андропов успел вдохновить высокой целью – всеобщим укреплением трудовой и производственной дисциплины. Ельцин – масштабная все-таки личность! – пошел еще дальше и пообещал всех без исключения граждан страны сделать собственниками. Конечно, не было ни одного случая, чтобы желаемое стало действительным. Как правило, все замирало даже не на пути к финишу, а еще на старте. Но это никого не тревожило и не удивляло. Потому что и «верхи», и «низы» прекрасно понимали, что ожидание светлого завтра — всего лишь ритуал несвободной жизни. Одни вынуждены делать вид, что живут исключительно заботами о благе народа. Другие обязаны изображать глубокую благодарность за эту самоотверженную заботу. Ныне в России такое время, когда в политическую обыденность возвращается многое из прежних традиций. Среди них, похоже, и традиция всеобщего лицемерия.
       Год назад президентом были сказаны очень проникновенные слова: «Сегодня колоссальные возможности страны блокируются громоздким, неповоротливым, неэффективным государственным аппаратом». И что же изменилось? Если не вспоминать кое-какие кадровые рокировки, в которых больше подковерной интриги, нежели аппаратного обновления, то, в общем-то, ничего. Та же неповоротливая и неэффективная громадина. Вице-премьеров в правительстве стало даже больше, министров тоже. Про окружное чиновничество и говорить нечего – растет словно на дрожжах. Да и в самой президентской администрации столоначальников отнюдь не убавилось. В общем, благие речи не нашли воплощения в столь же благих деяниях. А почему? Кремль об этом не говорит, но дает понять: из-за яростного сопротивления бюрократии. Никто не ведает, кто именно и как сопротивляется, но куда проще, не мучая себя размышлениями, уверовать в козни всех тех, кто увешал свои кабинеты портретами с ликом Всенародноизбранного.
       Ну не ерунда ли?! Если разобраться, бюрократия лебезит перед президентом, не потому что отвлекает его внимание от своих недобрых намерений, а потому что он – всемогущ, а она не способна ни на какую самостоятельность. Она способна только прислуживать. С каждым из ее представителей, да и со всеми вместе, президент в любой момент может сделать все, что возжелает. И если до сих пор этого не сделал, то вовсе не оттого, что кого-то страшится. Единственное, что сдерживает, — клановый интерес. Не затронуть бы ненароком кого-нибудь из своих! В итоге происходит известная цепная реакция: один радеет за другого, а тому, в свою очередь, тоже есть за кого порадеть. Это называется самооплодотворением бюрократии. И не в интересах президента что-то менять, потому что он сам – продукт такого самооплодотворения.
       Если бы это было не так, то объявленная еще в 2001 году административная реформа уже давно во что-нибудь да воплотилась. А о ней вспомнили ровно за сутки до оглашения президентского послания. Правительство вдруг принялось обсуждать самый важный вопрос — как упорядочить функции государственного контроля. И сделало это с присущей ему деловитостью: «Из 5000 функций нами признано избыточными 250!». Едва ли кто понял, что из этого следует. Но поскольку заявление прозвучало в преддверии политического события, то понятно, в чем состояла его главная задача: создать видимость какой-то результативности. После этого уже ни правительство, ни тем более президентские службы нельзя будет упрекнуть, что административная реформа не сдвинулась с мертвой точки.
       Пиар окончательно размыл политику. Поэтому сейчас так трудно бывает понять, какие мотивы движут властью. Не так давно главе МЧС (эффективному, кстати) президент присвоил звание генерала армии. Это из-за надвигающихся выборов (главный спасатель, как известно, один из лидеров «Единой России») или оттого, что у нас так много всего горит, рушится, тонет и взрывается? Если последнее, то Шойгу недолго дослужиться и до генералиссимуса.
       А к чему одну даму на посту «социального» вице-премьера поменяли на другую даму? Считается, что в правительстве обязательно должна быть женщина. Но никто не скажет, зачем. Должна быть. Это очень напоминает то, как в 70-е годы прошлого века ЦК КПСС рекомендовал комплектовать на предприятиях и в госучреждениях состав партийных комитетов: «В подтверждение того, что в нашей стране не существует антисемитизма, целесообразно выдвигать в парткомы кадры еврейской национальности». Как бы то ни было, объявленной реформы госаппарата не произошло. Конечно, на руководящих постах появились новые люди, но, по сути, все так и осталось, как было. Да и хотел ли кто что-то менять?
       Вдохновенную идею, под которую можно было бы организовать всеобщее ликование, ныне отыскать не так просто. Народ разуверился. Но нынешняя кремлевская команда в поиске. Это чувствуется. Начинала она с политических абстракций вроде «наведения конституционного порядка в стране», но, поднабравшись опыта, поняла, что этот лозунг – продукт недолгого хранения. Во-первых, законопослушание – отнюдь не национальная черта россиян. А во-вторых, она – и не черта самой российской власти. К тому же народ, даже такой нетребовательный и легковерный, как наш, нельзя как угодно долго дурачить. Рано или поздно он начнет раздражаться из-за того, что президент красиво говорит о порядке, а в реальной жизни его не становится больше. Это тот случай, когда время от времени сказанное все-таки нужно хоть чем-нибудь подтверждать.
       А чем? Борьбой с коррупцией? Не получится, ибо такая борьба должна начинаться с верхних эшелонов власти, а там уже все свои. Подрастрясти олигархов? Значит, пилить сук, на котором сидишь. Остановить безудержное дорожание жизни? Невозможно, не покусившись на олигархово. Может, взять да и восстановить, наконец, законность в Чечне? Если и удастся, то только на небольшой и тщательно охраняемой территории. Так что же пообещать? Решение было найдено, когда президентский срок подошел к своему апогею: «Россияне должны жить достойно!». А чтобы все поняли, о чем идет речь, цель конкретизировали: лет через пятнадцать у нас будет не хуже, чем в Португалии.
       Нельзя сказать, что идея сразу же охватила массы. Но массы с удовлетворением констатировали: президент, как и все мы, недоволен существующим положением в стране и желает, чтобы оно переменилось к лучшему. Опустившийся было рейтинг пополз вверх.
       С тех пор минуло два года. Про погоню за Португалией сегодня уже никто не вспоминает. Забылось. Но на пороге выборы, а это значит, что нужно опять чем-нибудь вдохновить широкие народные массы. Опять вспомнить про Португалию? Но ее мы уже догоняли. Это не произведет должного впечатления. Требуется что-то более амбициозное. И тогда в президентском послании родились строки, под которыми не откажется подписаться ни один здравомыслящий россиянин: все наши решения, все наши действия надо подчинить тому, чтобы уже в обозримом будущем Россия прочно заняла место среди действительно сильных, экономически передовых и влиятельных государств мира. И когда же это чудо свершится?
       Ответ у Кремля есть: «Уже в ближайшее время». А что каждому из нас надлежит сделать, чтобы свершилось? Тоже понятно – безоговорочно довериться своему президенту (сейчас это называется «консолидироваться») и переизбрать его на второй срок. В общем, так и не догнав Португалию, России предложили погнаться за теми, кого та не видит даже на горизонте. И на что идеологи этой гонки рассчитывают? Да ни на что. Когда пиар становится сутью политики, все превращается в сплошную мистификацию. Мистификацию действия. Мистификацию успеха. Мистификацию одобрения. И за всем этим одна цель – сохранить все как есть.
       …Помню, много лет назад меня поставили к станку, на котором значилась марка «ДиП-1». Старшие товарищи объяснили: он выпущен лет 30 назад и называется так потому, что главным лозунгом когда-то было «Догоним и перегоним Америку!». Помню, нас, практикантов, этот факт поразил – мир уже работал на станках с программно-числовым управлением, а наши вожди мечтали кого-то «догнать» и «перегнать» на этом металлоломе. Спустя годы стало понятно, в чем тут секрет: у нас в стране главное — провозгласить лозунг. Воплотится ли он в жизнь – не суть важно. «Мы должны обладать существенным экономическим, интеллектуальным, моральным и военным преимуществом. Только так мы сохраним наши позиции в ряду крупнейших держав планеты». В общем, догоним и перегоним! Похоже, в Кремле, следуя традициям, изобрели новый станок – «ДиП-2».
       
       Павел ВОЩАНОВ, обозреватель «Новой газеты»
       26.05.2003

http://2003.novayagazeta.ru/nomer/2003/37n/n37n-s11.shtml

Люди ждут от суда справедливости. И больше ничего. “Юстиция” с латинского так и переводится — “справедливость”.

На днях был объявлен приговор активисткам Новой революционной альтернативы.

Молодые женщины, в том числе 24-летняя Ольга Невская — мать грудного ребенка, обвинялись во взрывах возле приемной ФСБ. От этих взрывов никто не пострадал (специально ночью взрывали, когда людей нет). Только стекла вылетели. Суд счел вину доказанной. Одна женщина получила девять лет лишения свободы, другая — шесть с половиной, а Невская (которая с грудным) — шесть лет лагерей. Все трое — безусловно.

Один из владельцев Красноярска Быков обвинялся в ужасных преступлениях, в том числе заказных убийствах. Суд счел вину доказанной. Быков получил шесть с половиной лет условно.

Министр юстиции (справедливости) Ковалев обвинялся в хищении средств из общественного фонда и неоднократном получении взяток. Суд счел вину доказанной. Приговор — девять лет условно.

Экзальтированные молодые люди создали организацию ПОРТОС (Поэтизированное объединение разработки теории общенародного счастья). Беспризорники, вступившие в ПОРТОС, должны были работать и сочинять стихи. За некоторые провинности их пороли.

Суд счел вину доказанной. Активистка ПОРТОСа Дергузова получила восемь лет лишения свободы, Ломакина — шесть. Безусловно.

Альфред Кох был обвинен в хищениях и взятках. Суммы далеко зашкалили за сто миллионов долларов. Прокуратура считала вину доказанной. До суда дело не дошло. Амнистировали.

Как же это получается? Гангстерам — условно. Девочкам — зона. Коху — амнистия.

Правосудие приватизировано. То есть стало собственностью немногих.

Нам обещали, что приватизация поднимет производство. А потом вдруг оказалось, что лес, в котором десятилетиями гуляли люди, обнесен четырехметровым забором. И — колючая проволока. Лес был общий, в нем, конечно, валялись окурки, фантики, бутылки... Теперь там, за забором, наверное, чисто. И в этом смысле лучше. Но для нас этот лес — исчез. Условно он в России. Но безусловно не наш.

...А главных убийц даже не судили. Их даже не уволили. Они по-прежнему командуют нашей жизнью, продолжают ее приватизировать. Съедать.

Население сокращается на миллион в год. Нам говорят: это нормальный процесс. Так, мол, во всех развитых странах.

Скажите, мы сейчас более развиты, чем были в СССР? Судя по количеству порножурналов — да. Судя по уровню жизни учителей — нет. Что же определяет уровень цивилизации — учитель или порнография?

И еще скажите: почему в США и в Японии население растет? Они не развитые? Японцев за последние годы стало на восемь миллионов больше. И не за счет иммиграции.

Но лучше считать, что причина в нашей развитости. Иначе придется признать, что вымирание — есть результат политики. Нас кто-то ест. И если это длится десять лет — значит, результат устраивает.

Московский Комсомолец

от 23.05.2003

Александр МИНКИН

Что сделано для облегчения жизни граждан нынешним президентом за трехлетний срок его руководства страной

ПОЗИТИВ:

— медленный, но неуклонный рост средних показателей заработной платы и пенсий, практически полная ликвидация задолженности по их выплате;

— относительно небольшой темп роста потребительских цен;

— очень низкий уровень безработицы;

— отсутствие новых очагов открытых межнациональных (межрегиональных) конфликтов;

— некоторое восстановление роли России как авторитетного государства;

— международная политика, укрепившая авторитет страны.

НЕГАТИВ:

— раздражающий рост тарифов на оплату жилья и коммунальных услуг без всякого улучшения качества этих услуг;

— нищенская зарплата учителей, врачей, других бюджетников;

— дальнейшее укоренение в России двух параллельно существующих социальных миров: с одной стороны, кучка богатых и их обслуга, с другой - большинство, озабоченное ежедневным выживанием;

— продолжающийся криминальный и коррупционный беспредел;

— кровоточащий конфликт в Чечне.

http://www.mn.ru/issue.php?2003-11-28

Путина любят и ткут

Никто бы и не вспомнил о третьей годовщине инаугурации Владимира Путина, если бы «Идущие вместе» не соткали ковер с его изображением. «Он не каратель, хотя многие от него этого ждали», – подвел итог правления Путина Виктор Похмелкин. «Резко возросли холуйские настроения», – сказал Сергей Митрохин. «Лизоблюды», – заявил «Газете.Ru» Борис Немцов. Хотя в целом опрошенные нами политики Путиным довольны.

О существовании «Идущих вместе» все узнали два года назад, когда толпа подростков в майках с Владимиром Путиным собралась на Васильевском спуске. С тех пор они ежегодно отмечают день инаугурации. К путинскому комсомолу уже привыкли и сегодня даже не очень раздражались, когда из-за их проявления любви к президенту пришлось перекрыть полцентра Москвы. Дети привезли своих из Владимира, Тулы, Рязани, Дубны. Как рассказала корреспонденту «Газеты.Ru» одна симпатичная девушка, «в школе к таким акциям относятся очень хорошо и даже поддерживают, а за сегодняшнее мероприятие нам еще и денег дадут; правда, сколько, не знаю». Больше ни с кем поговорить не удалось, так как к корреспонденту «Газеты.Ru» был приставлен сотрудник пресс-службы «Идущих вместе». Он объяснил, что платить будут не за просто так, а за работу в детских домах.

Лидер «Идущих» Василий Якеменко залез на сцену и заявил: «Сегодня замечательная дата, три года наша страна работает под руководством президента России Путина. Сегодня можно услышать много упреков в его адрес, но никто не упрекнет его в том, что он не работает. Он работает много. Мы собрались здесь, чтобы начать работать. Давайте работать, как наш президент».

А в Петербурге «Идущие вместе» решили подарить Путину сотканный своими руками ковер: сделали в восточном стиле с изображениями президента и его деяниями на благо страны.

Замдиректора Центра политических технологий Дмитрий Орлов:

Президенту Путину удалось решить целый ряд актуальных проблем, которые угрожали целостности государства и экономической жизни...

Российские политики оказали не готовы к таким подвигам во имя президента. Хотя три года правления почти все опрошенные нами депутаты и эксперты оценивают удовлетворительно.

– Интересное дело, – заявил «Газете.Ru» лидер СПС Борис Немцов. – «Идущие вместе» финансируется целиком за счет Кремля и за эти же деньги делают Путину подарки. Комментировать нечего: лизоблюды и лицемеры никогда не были у нас в почете. Что же касается третей годовщины, то ранний Путин с 1999 года много сделал для российской государственности: это и изменения налоговой системы, и важные сдвиги в судебной реформе. А сегодня при Путине реформы саботируются. Апофеозом идиотизма стал саботаж военной реформы.

Мы не поддерживаем такой застой и считаем, что президент оказался пленником чекистской и военной бюрократии.

Руководитель Центра политико-географических исследований Николай Петров:

Если говорить о самом Путине, а не о стране под его руководством, то главное его достижение ...

Пока ему так и не удалось опереться на здоровые силы общества. Может, ни духа, ни воли не хватает. А высокий рейтинг населению ничего не несет, пора его конвертировать в конкретные дела. Только горячее дыхание оппозиции может заставить власть работать.

Поддерживающие президента депутаты тоже против того, чтобы дарить Путину ковры.

– Ковры ткутся годами, – сообщил «Газете.Ru» член группы «Народный депутат» Геннадий Гудков. – Если «Идущие вместе» такие опытные ткачи, надо сразу сдать ковер в Третьяковскую галерею, в отдел гобеленов и ковров. А три года правления Путина я считаю успешными. Во-первых, сохранена целостность государства. Во-вторых, идет серьезная реформа законодательства, наблюдается рост на внутреннем рынке и медленный, но рост благосостояния населения. Из минусов – несбалансированная команда президента. Часть его окружения его компрометирует.

– Президент спустя три года после инаугурации продолжает оставаться заложником олигархической системы, – подхватил один из лидеров «Яблока» Сергей Митрохин, который, кажется, один остался недоволен Путиным. – Он ничего не сделал для трансформации и перехода к современному, конкурентоспособному государству в мире. Зато резко возросли холуйские настроения в отношении президента. Я наблюдаю это и в аппарате президента, и в обществе. Не думаю, что трехлетие правления – повод для подарков.

Сразу начинают бегать подхалимы и ткать ковры. Я на месте Путина сделал бы заявление и отказался от подарков. Кстати, такого рода дорогостоящие подарки запрещены по закону «О госслужащих».

В числе успехов Путина – предотвращение развала и распада государства.

– В числе заслуг Путина считаю нежелание повернуть страну вспять, – заступился за президента сопредседатель «Либеральной России» Виктор Похмелкин. – Имея такие соблазны, он отказался от этой идеи. Он не каратель, хотя определенная часть демократически настроенного общества от него этого ждала. В числе промахов – воспроизведение всех худших черт правления предшественника Ельцина и его режима. Это и сохраняющая власть бюрократия, и влияние крупного сырьевого капитала на экономику страны. Впрочем, отношение к президенту у наших граждан сродни отношению к богу. Подарки, ковры разные – это не очень правильно. Президент должен пресечь такие поползновения.

– В отличие от «Идущих вместе», я бы президенту не дарил, – неожиданно заявил «Газете.Ru» член партии «Единая Россия» Константин Косачев. – Оцениваю три года президентства на твердую «пятерку». Реформу партийной системы я бы выделил как самую мощную инициативу президента. Выстраивается многопартийная система, приняты поправки в избирательное законодательство, участвовать в выборах будут только политические партии, а не партии-однодневки. Это побудит людей объединяться вокруг инициатив, а не личностей.

Опрошенные «Газетой.Ru» эксперты отнеслись к вопросу о Путине очень серьезно.

– Путину удалось решить проблему консолидации политической элиты как в центре, так и на местах. Да, сейчас мы наблюдаем значительные разногласия и столкновение элитных групп внутри правительства, но в принципе то, что мы сегодня наблюдаем, несопоставимо с эпохой президента Ельцина, когда олигархи контролировали значительные блоки в правительстве, а региональные элиты были практически автономны, – сказал замдиректора Центра политических технологий Дмитрий Орлов. – Но, к сожалению, элита остается старой, бюрократия имеет колоссальные многовековые традиции.

– То, что мы имеем сейчас, существенно лучше того, чего можно было бы ожидать в момент прихода Путина к власти, – считает глава Центра политико-географических исследований Николай Петров. – Относительно благополучная ситуация сегодня – это не заслуга ни правительства, ни Путина. Она сложилась в результате экономической конъюнктуры.

Текст: Елена Руднева, Борис Сапожников, Виктор Диментман Фото: Exile.ru    07 МАЯ

http://www.gazeta.ru/2003/05/07/putinalubati.shtml