ХОДКА ВО ВЛАСТЬ
Прощенные грехи — как предвыборный ресурс
       
       Прощеное воскресенье — это не праздник, а типично российское политическое явление. Наблюдать его можно накануне выборов или других значительных событий. И заключается оно в том, что прошлые грехи самым неожиданным образом открывают дорогу в будущий рай.
       Чиновники, которые в свое время вляпались в УК, власти становятся особенно дороги. Понятно почему: чем больше у госслужащего прегрешений (желательно уголовных), тем он удобнее в управлении и эксплуатации. Он предсказуем, чутко реагирует на повороты руля и на барометр намерения. И значит, высоко взлетит, получит перспективное направление, денежный поток, станет фигурой, контролирующей важную политическую область, или даже частью силового блока…
       
       Не зная подоплеки, можно подумать, что у государства ближе к осени разыгралась легкая шизофрения. Одних карают так, чтобы это видели и слышали все (благо повод есть). Других не трогают, хотя они заслуживают точно такого же пристального внимания и прославились не меньше. Вот лишь несколько красочных иллюстраций из жизни разных министерств и ведомств.
       В МВД РФ чистят ряды. Недавно задержали еще одну группу бывших и нынешних сотрудников. Хорошая работа ГУСБ МВД, прокуратуры, службы криминальной милиции…
       Но есть в МВД инспекция, которая проверяет, как служат в УВД по всей России, как выполняют инструкции и прочие указания. Руководит этой инспекцией замначальника Главного оргинспекторского управления МВД генерал-майор Николай Мамонтов. Амнистированный генерал.
       Когда он возглавлял ГУВД Ставропольского края (с июня 1999-го по февраль 2000-го), то не потрудился создать комиссию по уничтожению изъятого у преступников оружия, хотя просто обязан был это сделать. Ревизии и инвентаризации бандитских стволов не было. В результате их уцелело 384 штуки. А в подсобных помещениях следственного управления ГУВД обнаружили 25 автоматов, 93 пистолета, револьверы, винтовки, карабины, 154 гранаты, мины, запалы и 87 тыс. патронов. Тайник (!) в ГУВД. Все числилось уничтоженным.
       Поначалу возбудили дело (№ 56 448). Затем Мамонтова обвинили в халатности, повлекшей тяжкие последствия. Он все признал, попал под амнистию в связи с 55-летием Победы… А вскоре ушел на повышение — в центральный аппарат МВД РФ.
       В декабре прошлого года президентская администрация послала в МВД письмо с большим вопросом насчет генерала. Из Генпрокуратуры РФ приходили целых два недоумевающих послания по тому же поводу. Но генерал-майор все еще на месте. Учитывая чистку милицейских рядов, в этом не было и нет никакой логики… Если бы не феномен прощеного воскресенья.
       Странно в этой связи, что повышенный за грехи генерал так удивил, например, Генпрокуратуру РФ. Откуда такая зоркость? Если недавно исполнять обязанности московского прокурора назначили Анатолия Зуева. В прошлом — прокурор Камчатки (на профессиональном сленге — «рыбный прокурор»), затем брянский областной прокурор, Зуев работал в Москве с осени 1997 года. Недолго — в Хорошевской прокуратуре, а затем — в Пресненской, которая всегда считалась очень престижной.
       Еще в то далекое время, при прокуроре Москвы Герасимове и кадровике Елене Коноваловой, ставили вопрос об увольнении Анатолия Зуева. Пытались взять с него объяснения за прегрешения, но он долго был на больничном. В общем, увольнение не состоялось, Зуев пошел на повышение и оказался в Московской прокуратуре. А привел его туда не кто иной, как нынешний генпрокурор Владимир Устинов.
       Казалось бы, где тут последовательность действий? Чистка прокуратуры Москвы. Собственноручное объяснение бывшего московского прокурора Авдюкова, который черным по белому написал, что в выявленных недостатках виноваты его первые замы Синельщиков и Зуев. И вот Анатолий Зуев уже руководит…
       Теперь администрация президента РФ. Она, напомним, тоже возмущалась, откуда амнистированный генерал в центральном аппарате МВД. Но ведь и у нее есть свои любимые амнистированные персонажи. Правда, на политическом уровне.
       Вот Альфред Кох, о котором, казалось бы, известно все, но каждый раз узнаешь нечто новое.
       Вспомним историю с НТВ. Коха тогда пытались представить спасителем телекомпании. Летом 2000-го его, уже однажды амнистированного, назначили гендиректором «Газпром-Медиа», чтобы договаривался о долге «Медиа-Моста» перед «Газпромом». Кох тогда говорил о спасении уникального коллектива, о том, что финансы существуют отдельно от творчества и никак его не затронут. Писал вдохновенные (и нужно отметить, талантливые) письма, объясняя свою позицию.
       Но когда Кох был гендиректором «Газпром-Медиа», московское Управление федеральной службы налоговой полиции на всякий случай возбудило дело № 107 235 по факту уклонения от уплаты налогов. Касалось оно отношений между не чуждой Коху кипрской офшоркой «Лидвилл Инвестментс», «Газпромом», который вложил в нее 773 млн долларов, и все той же фирмой «Газпром-Медиа». Речь шла о сотнях миллионов долларов, из которых, к слову, была «урегулирована» и задолженность «Медиа-Моста».
       Были у Альфреда Коха планы стать справедливым, на его взгляд, руководителем НТВ. Но его вызвали в администрацию президента и напомнили о том, что прощеное воскресенье в его жизни уже случалось. В частности, намекнули, что могут отменить амнистию 1999 года и вспомнить о его участии в продаже пакета акций «Норникеля» потанинскому Онэксимбанку.
       Возможно, показали и внутреннее банковское письмо: «…1 сентября 1997 г. для финансирования расходов г-на Коха А. Р. мною было открыто разрешение на расходы на сумму $ 6 550 000. В 1997 году было израсходовано $ 176 714. Таким образом, переходящая сумма на 1998 год составила $ 6 373 286. В 1998 году было израсходовано $ 155 360 Считаю, что все вопросы по получению материальных благ от системы г-н Кох А. Р. должен решать исключительно с Вами…». Это конфиденциальное послание третье лицо в Онэксиме Дмитрий Ушаков адресовал управделами Онэксимбанка Дмитрию Журу. Альфред Кох до 13 августа 1997 года был вице-премьером российского правительства…
       Хозяин Онэксима Потанин участвует в финансовой судьбе «Единой России». Несложно представить, о чем бы ему напомнили, если бы тот вздумал уклониться, в свою очередь, и какое уголовное дело внезапно всплыло бы со дна морского.
       Альфред Кох теперь занимается проектом Союза правых сил. Это серьезный политический участок. Остается только удивляться, на что рассчитывают в оппозиционном СПС и как оценивают свои перспективы. Ведь Кох, что называется, давно под колпаком у силовиков. Задумай он свою игру, его моментально вызовут на допрос или в администрацию президента.
       Список прощенных можно продолжать до бесконечности. И. о. президента Чечни Кадыров, недавно уволенный министр печати все той же Чечни Гантамиров, недавний чеченский премьер Бабич — это лишь те, чьи уголовные дела дошли до какой-то внятной, завершающей стадии (судя по всему, из-за специфики региона). Плакали уголовные дела по министру транспорта Франку, недавнему главе Министерства путей сообщения Аксененко, недавнему губернатору Санкт-Петербурга, а ныне вице-премьеру по жилищно-коммунальной политике Яковлеву, по рыбному главе Наздратенко (ныне в администрации) и по многим другим. Сложно даже предположить, о скольких вялотекущих или приостановленных делах знают только силовики и президентская администрация.
       Прощенные грехи — уникальный ресурс, предвыборный или административный. В российских условиях он хорош еще и тем, что абсолютно неисчерпаем. Кроме того, согласитесь, что прощенный генерал, прокурор или мелкая политическая фигура служат уже не закону. А тому, кто простил.
       
       Роман ШЛЕЙНОВ
       25.08.2003