Тема: Культура, искусство
Модератор: Гладков
Автор темы: Зорин
Ссылка на страницу: http://www.rusglobus.net/forum/index.php/,2093,,,,0,0,0.html Дата создания: 26/04/2003 Просмотрен 3 раз(а) (сегодня 1)
РЕГИОНЫ» Европа» Западная Европа» Франция
обновить содержание
 |
Смешутин [ *****]зарегистрирован: 29/03/03 |
 дата добавления: 22:02 19/05/03 сообщение #2463 |
Павел Лунгин: "Березовский – не бандит"
, 19 мая 2003
С Павлом Лунгиным мы встретились в его московском доме, в центре столицы. В старомодной, не слишком аккуратно прибранной, но симпатичной несовременным творческим беспорядком квартире, Лунгин бывает не так часто, поскольку большую часть времени проводит в Париже.
Наша справка:
Лунгин Павел Семенович родился 12 июля 1949 г. в Москве, в семье сценариста Семена Лунгина. В 1971 г. окончил отделение математической и прикладной лингвистики Московского государственного университета, а в 1980 г. - Высшие сценарные курсы. В кино дебютировал как сценарист в 1976 г. (фильм "Все дело в брате").
Режиссерские работы:
1. "Такси-блюз" - 1990 (драма)
2. "Луна-парк" - 1992 (драматическая история)
3. "Линия жизни" - 1996 (трагикомедия)
4. "Свадьба" - 1999 (трагикомедия)
5. "Олигарх" - 2002 (социальная драма)
Написал сценарии:
1. "Все дело в брате" - 1975 (драма)
2. "Конец императора тайги" - 1978 (приключения)
3. "Все наоборот" - 1981 (мелодрама)
4. "Непобедимый" - 1983 (приключения)
5. "Попутчик" - 1986 (социальная драма)
6. "Христиане" - 1987 (киноповесть)
7. "Такси-блюз" - 1990 (драма)
8. "Восточный роман" - 1992 (социальная драма)
9. "Луна-парк" - 1992 (драматическая история)
10. "Линия жизни" - 1996 (трагикомедия)
11. "Лиса Алиса" - 2002 (приключения)
12. "Олигарх" - 2002 (социальная драма)
"Yтро": Вы довольно продолжительное время живете в Париже. А как Вы вообще оказались на берегах Сены? Это было стремление попасть в город, который так любила Ваша бабушка?
Павел Лунгин: Все было не так романтично. Просто в СССР меня не замечали, а французы стали продюсировать мой фильм "Такси-блюз", потом он получил премию в Каннах, была настоящая французская слава. Вот такая история…
"Y": И вот уже 12 лет Вы живете в Париже. Все еще ощущаете себя русским или уже чувствуете себя немного французом? Остались ли те французы, которые так тепло приняли наших эмигрантов почти 90 лет назад?
П.Л.: Я люблю Париж. Это необыкновенный город. Город не только удивительной красоты, которую каждый день открываешь заново, но и удивительной свободы. В то же время все эти роллердромы, все это техно… Конечно, это давно уже не город Эдит Пиаф. Более того, иные и не знают, что за особа это была. Париж – спектакль, а ты – зритель. У меня всегда такое ощущение. Возможно, оттого и постоянное ощущение одиночества. Люди в Париже одиноки. И это не в каком-то духовном смысле, а в буквальном. Я вижу их и на лавочках в парках, и скверах, и в тех же кафе.
Что касается французов, то не думаю, что они тепло приняли русских после Октябрьского переворота, скорее так принимали славянские страны – Сербия, Болгария; в Париже я убедился, что мы и они все время смотрим друг на друга словно сквозь какое-то стекло. Это вовсе не означает, что французы неприятные, несимпатичные люди; люди, как говорится, везде есть всякие, просто мы какие-то разные. Живем по-разному. Вот у нас, например, с женой и сыном в Париже по тамошним меркам большая квартира – 130 кв. м, потому что для русского человека квартира – это важно, это защита, убежище, в то время как французы лишь ночуют дома, а все остальное время, начиная с самого Yтра, проводят вне его: в кафе с кофе, круассаном и газетой в руках, и так далее – везде, но не дома. Вечером, конечно, в ресторане. В Париже вообще все вертится вокруг жратвы.
"Y": Большая жратва…
П.Л.: Вот-вот - все эти рестораны, кафе - культ еды. Это уже очень старые традиции…
"Y": И Вы им тоже платите дань?
П.Л.: В какой-то степени, конечно. А потом все встречи проходят в ресторанах – я предпочитаю тайские и итальянские, хотя, разумеется, бывал и в роскошной "Серебряной башне", и в "Максиме"...
"Y": Так что "дело вкуса" – это для Парижа воистину серьезно...
П.Л.: Конечно.
"Y": Я думаю, Вы помните фильм с одноименным названием… Как он Вам?
П.Л.: Над ним, кстати, работала и мой продюсер. Фильм очень хороший. И дело там как раз не в скрытых гомосексуальных отношениях между двумя героями, а, действительно, в еде.
"Y": "Дело вкуса" - пример так называемого интеллектуального кино, которое родилось во Франции. Сегодня оно популярно у себя на родине?
П.Л.: Как раз нет. Сколько можно говорить о проблемах какого-то отдельного, никому не известного человека? Тем более, что французы - рационалисты. Мне кажется, что сегодня во Франции есть интерес к зрелищному, яркому кинематографу. Я бы сказал, что складывается неонеореализм.
"Y": Ваше кино именно такое - зрелищное и яркое, а герои - и персонаж Мамонова в "Такси-блюзе", и музыкант Борисова, и, наконец, Платон Маковский в "Олигархе" - всегда противостоят их социуму. Это и Ваша позиция, то есть Ваши герои - часть Вас?
П.Л.: Во-первых, хотя они и противостоят социуму, но одновременно являются его частью. Как и я, также им отторгаемый – и раньше, и теперь. И не по причине еврейства - это лишь одна составляющая, просто мы не подходим друг другу. Как говорил Андрей Синявский, "у меня эстетические расхождения с советской властью". Это мне понятно. Герои моих фильмов – люди, которые внутренне свободны и полны жизни, а потому они влияют на тех, кто оказывается рядом. Борисов - на героя Гутина, Мамонов - на таксиста, а герой Машкова - вообще на огромный круг лиц.
"Y": Но истинно свободный человек – всегда изгой…
П.Л.: Вероятно… И не обязательно только здесь, в России...
"Y": И на Западе тоже?
П.Л.: Конечно. Сегодня все везде почти одинаково. Конечно, по дороге из квартиры в булочную вы попадете в КПЗ по причине отсутствия у Вас в кармане паспорта только здесь, в России, но в остальном...
"Y": Платон Маковский - герой "Олигарха" - это все же Березовский?
П.Л.: И да, и нет. Это собирательный персонаж. В нем есть что-то и от Гусинского. Сам Борис Абрамович сказал мне, что Маковский – это не он, что герой не похож на него.
"Y": А каким Вам показался Березовский?
П.Л.: Он, вне всякого сомнения, обаятельный и интересный человек с живой мыслью, человек, которому нравится покорять тех, кого он раньше ненавидел. Сейчас такая ситуация с компартией. Прежде была с Невзоровым, недавно с Прохановым.
"Y": Но он же собирается дать деньги коммунистам…
П.Л.: Ничего он им не даст - увидите.
"Y": Где Вы встречались с ним?
П.Л.: В Лондоне, в ресторане "Нобу", страшно дорогом и страшно модном в стиле фьюжн заведении. Березовский живет на брегах Альбиона - ему там скучно, так как он привык к постоянной деятельности, к тому, что все время надо что-то делать, куда-то лететь и ехать; он спит по три-четыре часа в сутки и говорит, что ему достаточно. А сегодня он заперт в Лондоне и никуда не выезжает.
"Y": А если выедет, то будет арестован?
П.Л.: Безусловно.
"Y": Он был вежлив с Вами?
П.Л.: Абсолютно. Он вообще не тот человек, каким его зачастую хотят представить. И он не действует методами бандитов, он дипломат, и у него совсем другие приемы и способы. Для Березовского важна постоянная борьба. Но не кровавая борьба.
"Y": А Юлий Дубов, автор "Большой пайки", по которой снят фильм?
П.Л.: Он тоже сейчас в Лондоне. Он другой - такой, знаете ли, шестидесятник.
"Y": Несмотря на оппозиционность Ваших героев, они все же вызывают симпатию…
П.Л.: А почему нет?.. Ведь мы как-то привыкли слышать о том, что виноваты во всем одни только олигархи, и забываем, что есть еще и власть, Кремль. По сути дела, происходит борьба вокруг идеи о России. Свобода, либерализм – это путь олигархов, а реализация имперских амбиций - путь власти. Что первостепенно – свобода или империя, хорошая жизнь или ракеты?
И мы куда меньше знаем о том, какие материальные блага приобретала власть, чем о том, что в то же время приобретали олигархи. У меня в фильме такой представитель власти - герой Александра Балуева - полковник ФСБ. Он, конечно, вызывает лишь отвращение. Но он потомок русских дворян, которые всегда служили власти - неважно какой.
"Y": Не все дворяне были такими…
П.Л.: Бесспорно, но и такие были.
"Y": Кстати, а кем Вы ощущаете себя в среде русской эмиграции в Париже?
П.Л.: Об эмиграции говорить сегодня сложно. Время той эмиграции уходит, почти ушло. Конечно, представители первого поколения, а также их потомки стараются сохранять культуру, некоторые говорят по-русски, считают себя русскими. Кое с кем я знаком, например с Оболенскими. Я дружил с Синявским – удивительным человеком, абсолютно самостоятельным, не принадлежавшим никаким партиям и течениям. Но он умер... Конечно, я дружу с Марией Васильевной Розановой - его вдовой...
"Y": Вы считаете, что покойный Синявский не был зависим от своей жены, имеющей репутацию "железной леди"?
П.Л.: Конечно, нет. У них был настоящий брак - во всем.
"Y": Русская эмиграция сегодня – это и композитор Александр Зацепин, и Наталья Захарова...
П.Л.: Я их не знаю, просто не знаю.
"Y": Мне кажется, что сегодня весьма интересна судьба современного русского человека на Западе. Каково его место в обществе? Примерно на эти темы пишет в Париже Андрей Макин...
П.Л.: Я не знаком с ним, хотя знаю, что книги его весьма популярны, он получил Гонкуровскую премию. Но мне история современного русского на Западе неинтересна. По-моему, сказать тут нечего.
"Y": А как же Отар Иоселиани?
П.Л.: Так он нерусский, и русские в его фильмах – иностранцы. В какой-то степени, во всяком случае.
"Y": А Вам нравятся его последние фильмы?
П.Л.: Самый последний – про Венецию – я не видел, но слышал, что очень неплохо. Но, по-моему, его период на родине был более интересным.
"Y": Что же теперь снимете Вы?
П.Л.: Я снял бы фильм о Хаджи-Мурате или, наконец, что-то о Франции - пора уже. Я живу здесь 12 лет. Конечно, меня волнуют проблемы России, и я снимаю про Россию. Но и про нее-то не так много снял - четыре картины за 12 лет. С удовольствием снимал бы больше...
http://www.utro.ru/articles/20030519130013148423.shtml
|
Смешутин [ *****] зарегистрирован: 29/03/03 |
дата добавления: 14:46 16/05/03 сообщение #2346 |
| "КРИК В ТИШИНЕ" НА ВСЮ ФРАНЦИЮ | |||||
| Новая книга Брижит Бардо обещает стать сенсацией | |||||
| • Эльмар ГУСЕЙНОВ, Париж | |||||
|
| |||||
Эта женщина не стесняется писать о том, что "ненавидит род человеческий". Она также презирает "мусульманских захватчиков", молодежь, "которой на все наплевать", безработных и левых. Зато она уважает лидера французских ультраправых Жана-Мари ле Пена. Обо всем этом знаменитая актриса Брижит Бардо написала в своей новой книге, которая появилась на прилавках магазинов.
Легенде мирового кино сегодня 68 лет. О ее экстравагантном образе существования и не менее экстравагантных взглядах известно давно. Бардо живет очень уединенно в своем поместье, окруженная животными, которых она обожает. Все ее имущество передано в фонд помощи "братьям меньшим". Бардо даже не имеет карточки социального страхования, полагая, что другие нуждаются в этом больше, чем она.
Казалось, четыре года назад, выпустив второй том своих мемуаров, Бардо поставила точку, откровенно рассказав о своей жизни и о своих принципах. Но нет, Бардо решила не оставлять без хлеба насущного журналистов и критиков. Ее очередной опус под названием "Крик в тишине", выпущенный издательством Роше, вызвал блеск в глазах у всех любителей скандалов. "Надеюсь, что осчастливила всех тех, кто ненавидит меня", - так прокомментировала сама актриса выход новой книги.
Трудно представить себе, что очаровательная Брижит Бардо, которая в течение нескольких десятилетий была олицетворением богемной Франции, на склоне лет превратится в настоящего буржуазного консерватора. В современной Франции, если верить страницам ее новой книги, ей не нравится всё. Про человеческий род в целом, мусульман, безработных и левых я уже упоминал. Именно социалистов, коммунистов и зеленых она считает "виновными в разрушении, которому подвергается Франция в последние 20 лет".
К этому "черному списку" Бардо следует добавить также гомосексуалистов и незаконных эмигрантов. Последние вызвали гнев актрисы за то, что имеют привычку в знак протеста захватывать церкви различных конфессий. Бардо считает их "прощелыгами, которые оскверняют и берут штурмом наши церкви, чтобы превратить их в человеческие свинарники".
Раздражают Бардо и французские педагоги, за то что "являются в школы небритыми, с жирными волосами и в грязных рубахах, вытертых джинсах и стоптанных кроссовках". Саму современную французскую школу Бардо презирает за то, что она стала "центром беззакония, набитым наркоторговцами всех мастей, кланами террористов, потребителями презервативов".
Особую критику Бардо вызывает современное французское искусство. По ее мнению, "оно превратилось в дерьмо, как в прямом, так и в переносном смысле этого слова". Правда, есть представители этого искусства, которые вызывают восхищение у Бардо. Например, очаровательная Софи Марсо.
Среди политиков у актрисы вызывает уважение только один человек - Жан-Мари ле Пен. Глава Национального фронта нравится Бардо за то, что "остается верен своим взглядам, несмотря ни на что".
Современная Франция и вообще современный мир раздражают Бардо своей безнравственностью. Она обличает упадок нравов, который приводит к тому, что "превозносятся самые большие гнусности века", что "педофилы становятся героями" и что "все, что осталось от мужского пола, предпочитает профессии топ-моделей и проводит жизнь в непрерывных пластических операциях".
А вот что Бардо любит на нашей земле, так это животных. Она намерена начать новую кампанию в их защиту. На этот раз актриса будет защищать права несчастных омаров, которых держат в ресторанных аквариумах, а также лягушек, которые в тех же аквариумах "умирают от жажды любви и свежей воды".
Рассуждения Бардо могли бы показаться очередной фантастической выходкой прославленной актрисы, если бы не были близки взглядам миллионов простых французов. Правда, они не выражают свои мысли так откровенно и резко, только знаменитости имеют на это право. Но, как и актриса, миллионы французов не понимают, что происходит с их школами, куда становится страшно отпускать детей. Не понимают, почему нелегальные эмигранты захватывают церкви, требуя, чтобы им выдали французские документы и социальные пособия. Если об этом заикнуться публично, то вас немедленно обвинят в расизме и даже в фашизме. А вот в устах Бардо эти мысли вызовут только иронию критиков и репортеров. В этом и заключается великая сила всемирной славы.
http://www.izvestia.ru/culture/article33757
|
Смешутин [ *****] зарегистрирован: 29/03/03 |
дата добавления: 14:33 16/05/03 сообщение #2345 |
ЖЕРАР ДЕПАРДЬЕ: "ТОЛЬКО СИЛЬНЫЙ МУЖЧИНА МОЖЕТ БЫТЬ ПО-НАСТОЯЩЕМУ НЕЖНЫМ"
• Юлия КАНТОР, Санкт-Петербург
— Вы читали в Петербургском университете Достоевского, Блока, Дюма и Пушкина. Сами выбирали писателей и произведения?
- Единственный, кого я выбрал сам, - Достоевский. Для меня это было непреложно. Остальных мне предложили организаторы встречи. Разве я не прав? Разве можно представить Петербург без Пушкина, а потом другую эпоху этого города - без Блока? По-моему, получилось неплохо. А вот Дюма, его текст о посещении Петербурга, я не знал. Представляете?! Чудесно, что мне его нашли.
- Вы в первый раз приехали в Петербург. Каковы впечатления?
- Пока отрывочные и в основном сугубо эмоциональные. Я видел грацию линий и какую-то всеобщую стройность пейзажа, интересную гамму цвета. И людей, которые совсем не похожи на тех, кто живет в Москве. Я понял, почему это так: здесь, в Петербурге, другая культура, а значит, и образ мышления другой. Здесь был Достоевский, здесь рядом его квартира и рядом же его герои. Я думаю, что ваш город более, чем Москва, связан с энергетикой исторического пространства.
- Кого из персонажей русской классики вы хотели бы сыграть?
- О, я думал об этом. Наверное, многих героев Достоевского - Карамазовых, например, Дмитрия или Ивана. А может быть, Раскольникова. Я обожаю Достоевского. Я не думаю, что его герои ушли в прошлое, ведь великие писатели создают портреты архетипов. Мы все повторяем исторические сюжеты в меру собственных возможностей и по воле случая. Разве что любовь и умение смеяться у каждого из нас свои. Вот потому я так люблю комедию.
- А почему вы так увлечены Достоевским?
- Это только ощущения, которые трудно передать. Мне кажется, он писал о русских так, как Бальзак о французах. Это правда с погружением в психологические ямы, с анализом странных и страшных пластов. У Толстого, скажем, совсем по-другому: его герои более честолюбивы что ли. Я не ощущаю у Толстого подобного погружения. Хотя, конечно, это все очень субъективно.
- К вопросу о погружении. Достоевский исследовал запредельность и зло, порожденное ею. Тем же, если говорить о французской литературе, помимо Бальзака занимались Стендаль и позже Бодлер и Камю. Вас привлекает искусство, занимающееся препарированием психики?
- Любое искусство - препарирование психики. Мы в большинстве своем живем ниже уровня реальности - в том смысле, что не можем ее оценить, рассмотреть всю. Это дано лишь великим художникам, только они могут "прорисовать" эту реальность для большинства, зафиксировать пульсации времени. Опять же о Достоевском - из "Идиота" и "Карамазовых" я очень много вынес. Я понял, что такое безумие убеждений.
- Нашим странам пришлось пожинать плоды безумия убеждений - революций. Каковы их уроки?
- Главный урок - терпимость. Общество не может идти вперед, если оно нетолерантно. Мне горько, что у нас во Франции довольно много людей разделяют позиции Ле Пена. Надеюсь, эта аномалия пройдет. Мне неприятен любой экстремизм. Я наблюдаю, как Россия выходит из прошлого, время, когда вас принижала коммунистическая власть, уходит. Это очевидно. Россия возвращается к самой себе... А последние коммунисты - американцы. (Улыбается .)
- Вы имеете в виду недавние события в Ираке?
- А как вы думаете? Мне импонирует то сопротивление, которое мы демонстрируем, не принимаю эту ужасную войну.
- Принято считать, что русские и французы похожи друг на друга. Вы согласны?
- Да. Я уверен, что провинциальная Франция похожа на российскую глубинку. Что вы улыбаетесь? Я родом из настоящей провинции, и я знаю тамошних людей. Думаю, что у них те же помыслы и те же занятия, что у россиян. Ну, разве что к женщине у нас относятся с большим уважением, нежели в России.
- Что важнее в мужчине - сила или нежность?
- Я думаю - сила, потому что она порождает нежность. Только сильный мужчина может быть по-настоящему нежным.
http://www.izvestia.ru/culture/article33760
| ЖЕРАР ДЕПАРДЬЕ: ПО ПАСПОРТУ Я ВИНОДЕЛ |
|
На этой неделе Москву посетил Жерар ДЕПАРДЬЕ. В пятницу корреспонденту "Известий" Елене КОРОП удалось пообщаться с французским актером, известным своей нелюбовью к журналистам. Но о кино г-н Депардье говорить наотрез отказался. В Россию он приехал в несколько непривычном для публики качестве бизнесмена - представлять в московских ресторанах и супермаркетах собственную марку вина Chateau de Tigne. |
http://main.izvestia.ru/culture/article11060
| СЧАСТЬЕ БЕЛЬМОНДО, ТРАГЕДИЯ ДЕПАРДЬЕ |
| Сын Депардье станет инвалидом |
|
• Эльмар ГУСЕЙНОВ, Париж
|
Жан-Поль Бельмондо в 70 лет готовится вновь стать отцом. А вот родне Жерара Депардье, другого великого французского актера, радоваться нечему: его сын Гийом через месяц лишится правой ноги. Для талантливого человека, которому всего 32 года и который недавно начал восхождение на подмостках артистической карьеры, это огромная драма.
"Мы очень счастливы. Жизнь преподнесла нам потрясающий подарок". Натти, жена Жан-Поля Бельмондо, не скрывает радости. Радостное событие должно произойти в августе. Это будет четвертый ребенок Бельмондо. От предыдущих браков у него уже есть дочери Флоранс и Патриция и сын Поль. Ни возраст, ни перенесенный в августе 2001 года инсульт не помешали Бельмондо жениться в декабре прошлого года и обзавестись еще одним отпрыском.
А вот Гийом Депардье, подающий надежды актер, красавец и спортсмен, через месяц станет инвалидом. В 1995 году Гийом попал в аварию в туннеле Сен-Клу на выезде из Парижа. На своем мотоцикле он на огромной скорости налетел на чемодан, слетевший с крыши легковой машины. 17 операций не привели ни к чему. К тому же в госпитале Гийома дважды заражали золотистым стафилококком. В итоге больная нога и несрастающиеся кости превратились в источник нескончаемых мучений. Не помогают даже ежедневные уколы морфия. И совершенно отчаявшийся парень решился на ампутацию ноги. Чтобы положить конец страданиям.
"Если бы я знал все, что мне предстоит, я бы остановился на первой операции, - признается Гийом. - Сегодня я живу в непрестанных мучениях. Я жду ампутации, чтобы перейти в атаку на государство и госпиталь. Сначала буду судиться во Франции, затем, если не выйдет, в Европейском суде по правам человека".
Депардье-младший - далеко не единственный пациент, пострадавший от ошибок французских врачей. Ежегодно в местных больницах заражаются различными инфекциями 80 тысяч человек. И 20 тысяч умирают из-за этого. Это столько же, сколько гибнет ежегодно на французских дорогах.
Гийом относительно недавно начал артистическую карьеру. Известность принес ему фильм "Граф Монте-Кристо", где он снимался вместе с отцом. Однако кроме этого Гийом известен своим непокорным нравом и сложным характером. Он любит эпатировать публику. На вопрос, верит ли он в Бога, молодой Депардье отвечает: "Сейчас это для меня непросто. Надо научиться любить Бога. Уже это очень сложно. Ну а верить в него - это уже чересчур".
В возрасте 20 лет он был осужден за ввоз в страну наркотиков и провел 13 месяцев в тюрьме. Свою маленькую дочь Луизу он назвал в честь известной французской анархистки XIX века Луизы Мишель. Он любит выпивку, крепкие сигареты, бильярд и скоростные мотоциклы. "Я конструирую специальный мотоцикл, приспособленный к моему увечью, - уверяет он. - Буду участвовать в соревнованиях инвалидов и сумею победить. Я хотел бы стать гонщиком".
http://www.izvestia.ru/world/article32816
 |
Зорин [ *] зарегистрирован: 13/04/03 |
дата добавления: 23:26 14/05/03 сообщение #2314 |
Жан-Поль Бельмондо: «Я считал себя бессмертным»
ЖАН-ПОЛЬ БЕЛЬМОНДО, который только что отметил свое 70-летие, снова готовится стать отцом. Его новая жена Натти Тардивель должна родить в августе. Это второй брак знаменитого актера. Почти полвека назад он женился на танцовщице Элоди Константен, родившей ему сына Поля, ставшего гонщиком «Формулы-1», и дочерей Флоранс и Патрисию.
Дама с собачкой
ЖАН-ПОЛЬ познакомился с Натти на теннисном турнире «Ролан Гаррос» в 1989 году. В ту пору Натти Тардивель была танцовщицей. По одним данным, ей 37 лет, а по другим — 41 год. Их сблизила страсть к миниатюрным йоркширским собачкам. Натти проявила себя преданной подругой, когда у актера начались проблемы с сердцем, а потом в августе 2001 г. во время отдыха на Корсике случился инсульт. В последние месяцы Бельмондо снова стал появляться на публике, но пока еще полностью не восстановился.
До инсульта он не боялся ни старости, ни смерти. «На моем лице морщины появились еще в юношеском возрасте, — говорит он, — тем не менее до 45 лет я считал себя бессмертным».
Первую актерскую пробу он не прошел. Тем не менее Жан-Поль поступил в парижскую театральную школу. «Когда я дебютировал на сцене, — рассказывал мне Бельмондо, — самым популярным актером был Жерар Филип. Я же не подходил для ролей принцев или любовников. Профессора говорили мне: «Если с вашей внешностью вы обнимете на сцене женщину, зал будет смеяться». Мне, правда, предлагали роль Фигаро, но я отказался».
Брассер брал с собой юного Бельмондо, который был неплохим боксером, в качестве телохранителя в своих странствиях по злачным местам Парижа. В полуосвещенных барах, где проститутки ловили посетителей, Брассер, напившись, начинал оскорблять клиентов, а потом приказывал Жан-Полю: «Дай по морде этому кретину!» Бельмондо тут же исполнял просьбу мэтра.
Немного клоун
БЕЛЬМОНДО снялся более чем в 100 лентах, а последней его работой была роль в картине Филиппа де Брока «Амазонка», вышедшей на экраны в 2000 г. На вопрос о том, что он предпочитает — кино или театр, Жан-Поль отвечает: «Это все равно, если бы меня спросили, кого я люблю больше — отца или мать…»
Вчерашние соперники Бельмондо и Ален Делон в последнее время публично афишируют нерушимую дружбу, обмениваются подарками, ходят друг к другу на театральные премьеры, поздравляют и порой мило подшучивают друг над другом. «Играть с Делоном — одно удовольствие, — утверждал Жан-Поль. — Это все равно что мчаться на «Феррари».
В кинематографе Бельмондо сам себя считал немного клоуном, но критики упрекали его в том, что он растратил по пустякам свой талант. «Да, порой меня упрекают в том, что я избрал легкий путь. Но это не так! — говорит Бельмондо. — Мне приходилось играть и в «интеллектуальных» фильмах — того же Годара, и в сугубо коммерческих. Иногда я был каскадером, но зато летал, уцепившись рукой за лестницу вертолета, над Парижем, Венецией и Катманду… Жизнь артиста была бы скучна, если бы каждая роль гарантировала успех».
Лет 15 назад он купил «Театр Варьете», который постоянно испытывал материальные трудности. «Если бы я хотел заработать, — говорил он, — то мне следовало бы купить бензоколонку». Частный же театр во Франции, в отличие от государственного, не получает никаких субсидий. Чтобы не оказаться в убытке, спектакль должен идти с аншлагом, по крайней мере, месяцев семь при высокой стоимости билетов.
Азартный болельщик, которого с маленькой собачкой Майей на руках можно увидеть на футболе, регби, теннисе или боксе, Бельмондо нарочито держится в стороне от политических схваток. Трудно вообразить, чтобы он принялся помогать какому-нибудь деятелю победить в предвыборной борьбе, как это делал его друг-соперник Делон, прилетавший в Красноярск на подмогу генералу Лебедю. «Я не представляю, чтобы, к примеру, Жан Габен призывал французов голосовать за генерала де Голля. Не хотел бы я, чтобы Жак Ширак пришел ко мне на спектакль, чтобы поддержать меня…» — говорит актер.
Анекдот
— Вы знаете — жаль, просто по-человечески жаль Памелу Андерсон, которая никогда не сможет сыграть на баяне.
http://www.aif.ru/aif/1177/12_01.php
|
Зорин [ *] зарегистрирован: 13/04/03 |
дата добавления: 22:03 28/04/03 сообщение #2132 |
Живая легенда ресторанного Парижа
, 28 апреля 2003
В Москву из Канн едет Людмила Лопато. Старейшая представительница русской эмиграции, которой принадлежал самый популярный русский ресторан Парижа "Павильон рюсс", будет исполнять песни и романсы под рояль и гитару, представит свой новый диск и встретится с соотечественниками.
Наша справка:
Людмила Ильинична Лопато родилась и провела свое детство в Харбине – одном из центров русской эмиграции. Здесь она закончила гимназию. В тридцатые годы семья Лопато переехала в Париж, где Людмила обучалась вокалу. Одна из первых русских красавиц, в жилах которой текла русская и древняя караимская кровь, г-жа Лопато после войны создала самый популярный русский ресторан "Павильон рюсс", ставший не просто рестораном, но и музыкальным салоном и центром притяжения соотечественников. Сама г-жа Лопато не только приглашала к себе лучших певцов, но и пела сама. Она записала несколько дисков, которые в СССР были на вес золота.
Сегодня ресторан – легенда в воспоминаниях завсегдатаев, а сама г-жа Лопато – "живая легенда" с Лазурного Берега, где она живет на своей каннской вилле.
"Yтро": Людмила Ильинична, а какой самый лучший ресторан в Париже?
Людмила Лопато: Это нельзя сказать - кому что нравится. Принято считать, что "Максим" - совершенно особенный. Но и "Серебряная башня" - прекрасный ресторан, особенно утка, которую там подают. А какой подвал вин!..
"Y": Жизнь русского ресторанного Парижа известна Вам, как никому другому…
Л.Л.: Соглашусь с Вами. Из русских совершенно чудным был ресторан "Доминик" - замечательное бистро. Там не было большого меню, но зато как они готовили котлеты по-киевски и осетрину – так могли только они.
"Y": Но не менее знаменит был и "Распутин"...
Л.Л.: Ну это было, во-первых, кабаре, а потом, знаете ли, заведение весьма свободных нравов. Его хозяйке Елена Мартини принадлежит и сейчас целая сеть увеселительных заведений на Монмартре. Там было очень дорого, просто безумно дорого, но все хотели побывать - и русские туристы в том числе. Хотя более всего "Распутин" любила восточная публика. Я однажды отвела туда друзей. Пыталась их отговорить, но они настаивали. Мы пришли, и нам на аперитив подали "Дом Периньон" - представляете, сколько он стоит… И сколько же денег оставили там мои друзья!..
"Y": А чем ваш ресторан отличался от других?
Л.Л.: К нам часто приходили артисты, музыканты, певцы. Наш ресторан был своеобразным центром русской музыки.
"Y": А кто из клиентов вспоминается особенно?
Л.Л.: Прежде всего, Николай Гедда – блистательный шведский тенор с исключительным голосом и очень добрым сердцем. Когда бы я ни попросила его спеть - он никогда не отказывал. "Для вас, Людмила, всегда…". Он пел "Вечерний звон", "Колокольчик". Пели, конечно, и цыганские звезды - братья Дмитриевичи. Да и я пела любимые "Василечки".
"Y": А Иван Ребров, Алла Баянова, кто-то из СССР?
Л.Л.: Ребров пел. Очень большой оригинал! Выступал в боярской шапке и шубе. Недавно он был здесь - в Каннах – увы, совсем не тот. Баянова приезжала несколько раз в 60-е годы, а вот из Советского Союза никто не выступал - это было просто опасно. Но вот поужинать заходили. Особенно балетные. Однажды они увидели за соседним столиком князя Юсупова и попросили меня взять у него автограф. Он с радостью согласился. Феликс Юсупов был самым элегантным мужчиной, какого я встречала за всю жизнь.
"Y": А какие песни были особенно популярны?
Л.Л.: Можно сказать, что гимном русской эмиграции до Второй мировой войны была песня "Замело тебя снегом, Россия". Ее пели и Надежда Плевицкая, и Гедда. Всегда пели и поют русско-кавказскую песню "Молись, кунак". Ну и, конечно, "Две гитары", "Очи черные"…
"Y": Как вы познакомились с Плевицкой?
Л.Л.: У Альмы Эдуардовны Поляковой, муж которой был крупным фигурой на КВЖД в царское время. Пела она изумительно и вовсе не была похожа на простую женщину, хотя родилась в деревне. Как она исполняла "Помню, я еще молодушкой была"! Слезы из глаз текли ручьем. Понимаете, тогда как-то особенно чувствовали русскую песню и знали, что это такое. У Поляковой я познакомилась и с Матильдой Кшесинской - подругой Николая Второго. Многие думают, что она была аристократкой. Вовсе нет. Она была такой подтянутой и живой, давала уроки почти до последнего дня, а прожила 99 лет. Ее сын был влюблен в мою подругу, графиню Лиллиан д'Алльфельд, но та предпочла Сержа Лифаря – премьера русского балета. И сегодня все время о нем вспоминает.
"Y": Я знаю, что вы встречались и с Владимиром Горовицем – великим русским пианистом.
Л.Л.: Я не была с ним знакома, но часто бывала на его концертах. А во время моего свадебного путешествия в Италию все время слышала его игру с соседней виллы, на которой Горовиц жил со своей женой - дочерью Артуро Тосканини. Вы знаете, я очень любила шумные компании, вечеринки, а Горовиц не бывал на них. Вернее, бывал, но раньше, когда только приехал в Париж из России. Но я знала Григория Пятигорского – блистательного виолончелиста, который преподавал в Русской консерватории им. Рахманинова, в которой я училась. Кстати, частные уроки пения мне давала сама Медея Фигнер – легендарная сопрано Мариинского театра. Я всегда вспоминаю годы моего студенчества. К сожалению, сегодня Русская консерватория как-то изменилась, былой дух ушел. Как он покинул и вообще эмиграцию. Да и эмигранты-то уходят. Однако не будем грустить…
http://www.utro.ru/articles/20030428113026144556.shtml
|
Зорин [ *] зарегистрирован: 13/04/03 |
дата добавления: 11:44 26/04/03 сообщение #2094 |
| Уроки русского: Матисс и Лидия |
|
В этот вечер мы уезжали из Парижа. Один из нас вскользь сказал, что мы многое видели во Франции, но так и не успели посмотреть, как живет обыкновенный француз
Эти три абзаца - из очерка Константина Паустовского "Мимолетный Париж". А Лидия Николаевна - соседка моей мамы по парте в реальном училище города Харбина. Нам с вами предстоит познакомиться с этой великой женщиной, поэтому продолжим рассказ Паустовского. "В маленькой квартирке все окна, когда мы вошли, оказались распахнутыми настежь, хотя в квартире никого не было, кроме черного кота. Оказывается, окна не закрывались все лето. По комнатам бродил теплый ветер. Лидия Николаевна щелкнула выключателем. Вспыхнула люстра, и я невольно вскрикнул - комнаты были увешаны великолепными холстами, написанными смело, ярко, как то и подобает большому, хотя и неизвестному мне мастеру. Среди холстов было несколько портретов Лидии Николаевны с надписью по-французски: "Lidia". - Что это? - спросил один из нас. - Что это такое? Лидия Николаевна молча расставляла на столе бокалы вокруг бутылки темного вина. По легкому звону задетых невзначай бокалов можно было догадаться, что она взволнована и не отвечает, чтобы не выдать своего волнения. Я подошел к картинам и на каждой в правом углу увидел небрежную подпись черной краской: "Матисс". - Дело в том, - сказала наконец с усилием Лидия Николаевна, - что я была в течение более чем двадцати лет очень близким Матиссу человеком. Эти картины он подарил мне. Часть из них я отослала в дар Эрмитажу, остальные после моей смерти будут национальной собственностью. Какой человек был Матисс, я рассказать не могу, нечего даже и пытаться. Лучше выпьем на прощание вина". Лидия Николаевна Делекторская родилась в 1910 году в Томске в семье врача, но в 13 лет осталась круглой сиротой - во время Гражданской войны эпидемия забрала ее родителей и родственница увезла ее к себе в Харбин. А потом она попала во Францию. В поисках работы в Ницце Лидия на автобусной остановке прочитала объявление - какой-то художник искал себе помощника. Так она оказалась у великого Матисса. - До этого я над живописью вообще мало задумывалась, - говорила она впоследствии. - И даже тот факт, что Анри Матисс был художником с мировой известностью, долгие годы оставался для меня абстракцией: понаслышке я это знала, но я этим не прониклась, до меня это "не доходило". Матисс это видел, но в вину мне этого не ставил и не старался меня поучать. Он лишь поддерживал мой интерес к его работе. Тогда Матисс писал громадное полотно, широко известное сейчас - "Танец", и, когда оно было завершено, Лидия оказалась опять на улице. Но тут в ее жизнь вмешалась судьба: заболела жена Матисса, потребовалась сиделка, и Лидию с большим трудом, но все же отыскали. С тех пор и до конца жизни художника она была рядом с ним - целых 22 года. Интересно, как за это время изменялись отношения между ними. Поначалу Матисс ее почти не замечал - она была просто полезным в доме человеком, а он целыми днями напролет был поглощен своей работой и выходил из мастерской лишь иногда, и то на 10 - 15 минут, чтобы выпить чашечку кофе и перекинуться несколькими словами с лежащей на кровати женой. Но... "Но когда через какое-то время, - говорит Делекторская, - суровый и проницательный взгляд Матисса стал задерживаться на мне, я не придала этому никакого значения. Хотя в начале нашего знакомства, когда я работала его помощницей, он и сделал с меня 3 - 4 рисунка, мне и в голову не приходило, что я когда-то снова буду позировать для него". Тут надо пояснить читателям некоторые особенности французской действительности начала 30-х годов. Дело в том, что, согласно законодательству, эмигранты тогда не имели права здесь на оплачиваемый труд, за исключением считанных профессий - манекена, статиста на киносъемке, временной няни или натурщицы. К тому же французский язык Делекторская тогда еще почти не знала. Именно поэтому ей и пришлось несколько раз позировать разным художникам - "с голодухи", как она сама говорит, но занятие это было ей в тягость, ибо требовало от женщины определенной самоуверенности. Поэтому, когда у нее появилась уже постоянная работа сиделки, она вздохнула с облегчением. Но оказалось, что ненадолго. "Однажды Матисс пришел в перерыв на отдых с альбомом для набросков под мышкой, и, пока я рассеянно слушала их разговор с женой, он вдруг скомандовал мне вполголоса: "Не шевелитесь!". И, раскрыв альбом, сделал с меня зарисовку в очень привычной для меня позе: голова, опущенная на скрещенные на спинке стула руки. Такие импровизации стали повторяться все чаще и чаще. И вскоре Матисс попросил меня позировать ему". Время шло, Матисс старел, начал болеть, потом вообще слег, но тем не менее работы не бросал, и Делекторская здесь становится его правой рукой - и секретарем, ведущим его дела, и помощницей, умеющей и замесить клей для аппликаций, и развести краски для холста, и просто незаменимым другом, который всегда рядом. И вот наступил важный в нашей истории момент. О нем Лидия Николаевна рассказывает так: - Это было в 1945 году. Только что кончилась война. Россия праздновала победу, но ценой скольких страданий! Что же до меня, то я пережила войну довольно пассивно, под теплым крылышком Матисса. Конечно, меня тоже не миновали какие-то трудности, но все же куда меньшие. Я была апатридом, не имеющим французских корней и потерявшим их на родине, которую я по-прежнему очень люблю. Тогда меня обуял порыв братских чувств по отношению к России. К примеру, мне очень хотелось послать туда огромный букет цветов. Это, увы, невозможно, а жаль. И мне неожиданно пришла в голову мысль: купить у Матисса несколько лучших рисунков, пусть даже ценой самых неразумных долгов, и отослать этот драгоценный и, если так можно выразиться, неувядаемый (по сравнению с цветами) подарок московскому музею, где, без сомнения, знают Матисса. Я тайком порылась в его картонных коробках с рисунками в поисках чего-нибудь достойного музея и к тому же пришедшегося мне по вкусу и отобрала семь работ обычного для Матисса формата, которые могли бы достойно украсить стены музея. Затем я нацарапала Матиссу короткое письмо, в котором приблизительно обрисовала приглянувшиеся рисунки и попросила мне их продать, но при одном условии: он возьмет за них не "дружескую цену", так как я не хочу его обременять, а цену, которую он запросил бы с торговца картинами. Прочитав мое робкое послание, Матисс не выказал никакого удивления, выразил свое согласие с самим принципом и попросил показать ему отобранные мною рисунки. Он одобрил мой выбор, но за ту же цену семи работ отдал мне еще один рисунок в качестве "подарка". Таким образом, в завуалированном виде он понизал ту цену, на что я, учитывая категорический тон моего письма, ни под каким видом бы не согласилась. Я очень обрадовалась и немедленно отправила в Москву письмо с вопросом, согласятся ли они принять мой дар. Кто знает... ведь дар был от "грязной" эмигрантки... Я получила благосклонный ответ... Таким было начало. А сейчас... Сейчас в Москве и Санкт-Петербурге - в Эрмитаже и в Музее изобразительных искусств имени Пушкина - находится богатейшая коллекция работ великого художника XX века Анри Матисса - картины, гравюры, аппликации, рисунки, архивные материалы, скульптуры... И все это - дар Лидии Николаевны Делекторской. "Конечно, собрание Делекторской - это был огромный капитал, - пишет племянница Лидии Николаевны. - Мы были как-то с ней в поездке по Анже, и, указывая на известную во Франции старинную крепость, она сказала смеясь: "Я была так богата, что могла бы купить ее". Примерно такую же фразу слышал от Лидии Николаевны и я. Я уже говорил, что в детстве и юности Лидия Николаевна с моей мамой дружили. Двадцатый век развел их по разным уголкам Земли нашей, и только через 50 с лишним лет они снова нашли друг друга - в каком-то случайном разговоре Делекторская услышала имя моей матери, схватилась за него и в конце концов вышла все-таки на свою давнюю подругу. Они списались, а потом и встретились в Москве - уже две старушки. Тогда-то Лидия Николаевна и пригласила моих родителей в Париж, но по нездоровью они не рискнули туда ехать, и этот подарок достался нам с женой. Мы больше месяца провели тогда с Лидией Николаевной, и мало того что это был Париж, это была еще и особая атмосфера - над нами витал дух Матисса, Пикассо, Ренуара, Арагона, Рихтера, Паустовского и других великих, которые когда-то были рядом с Делекторской. Эти имена названы здесь далеко не случайно. С Пикассо она дружила - кстати сказать, именно она подарила ему голубя, с которого и пошел гулять по Земле этот символ мира. Рихтер ее просто обожал и всегда навещал в Париже во время своих зарубежных гастролей. А однажды она узнала о приезде во Францию делегации советских писателей и специально разыскала их в гостинице, чтобы познакомиться с Паустовским, произведения которого очень любила - повествование мое и началось с первой их встречи. Лидия Николаевна рассказывала мне, что тогда Паустовский уронил как бы мимоходом такую фразу: "А вы бы попробовали перевести меня на французский...". Сейчас этот замечательный наш писатель полностью опубликован во Франции, и все это в переводах Делекторской. - Я подарила Франции Паустовского, а России Матисса! - с гордостью говорила она. Вы помните, когда она начала преподносить российским музеям Матисса? Да, это было сразу после окончания войны - в 1945-м. А через три года Сталин подписал постановление Совета министров СССР о ликвидации Государственного музея нового западного искусства, ядро которого составляли коллекции работ художников конца XIX - начала XX века, собранные еще русскими меценатами Щукиным и Морозовым. Причина - борьба с космополитизмом. В те годы даже великие импрессионисты были заточены в запасники. Такая же участь ждала и работы Матисса. И Лидия Николаевна знала об этом. Слава Богу, что хоть сам Матисс об этом не подозревал. Он жил еще старыми воспоминаниями, ведь именно на первый русский гонорар когда-то на окраине Парижа он построил свой первый дом. "История Лидии, - писал по этому поводу Даниил Гранин, тоже прекрасно знавший Делекторскую, - это история любви к Матиссу и история любви к России. Изгнанная из нее, отверженная, она тем не менее отдает ей то, что могло бы обеспечить ей безбедную жизнь, более того - со всеми радостями комфорта. Не говоря уже о памяти - она же расстается с дорогими ей творениями, теми, что создавались у нее на глазах, - тем не менее они будут спрятаны..." Ну хорошо, Колчак - это враг советской власти, Ежов якобы враг народа, а французский-то художник здесь при чем? Что такое космополитизм и как он выражается в живописи?! Между прочим, даже "Большая Советская Энциклопедия" характеризует Матисса как "видного французского живописца и прогрессивного общественного деятеля". И все равно - получите на память от нас клеймо! "Мы хотели избавить ее от неблагодарности, оскорбительного пренебрежения наших партийных чинуш, для которых Матисс был чем-то враждебным, - пишет далее Гранин. - Мы были правы - ей пришлось с этим столкнуться. Никто в те годы не рассыпался перед ней в благодарностях, начальников не трогал ее бескорыстный драгоценный дар, он доставлял только лишние хлопоты: не принять - нельзя, а принять и не выставить - вызвать разговоры. Мы были правы, мы лучше нее знали нашу советскую действительность. Но она была права иной, высшей правотой, она верила в непобедимую силу гения, она знала про временность советского бескультурья, советской дикости, а может, и про временность советского режима". И дарила, дарила, дарила... Даже дарственных документов подчас не составляя... "И однажды я поняла, что, какой бы ни был в России политический режим, кто бы ни стоял у руля государства, многие люди там по-настоящему любят Матисса. И я испытала глубокую потребность поделиться с ними сокровищами, принадлежащими мне одной, и безотлагательно, не дожидаясь, пока уйдет одно или несколько поколений, познакомить их с одной из важных сторон творчества художника. Тогда постепенно, стараясь сделать это максимально для себя безболезненно, я принялась отбирать своих "любимчиков" и передавать их Пушкинскому музею, Эрмитажу... По одному, по два, по три рисунка... Это принесло мне двойное удовлетворение: во-первых, музеи и их посетители чрезвычайно признательны, а во-вторых, сам Матисс, если он все "оттуда" видит, мною, безусловно, доволен. И к тому же я теперь не должна бояться ни воров, ни пожаров". Это была удивительно цельная натура. Человек делал свое дело - несмотря ни на что! Посмотрите, как это было. - Учитывая то, что почти все время я посвящала Матиссу, у меня даже не было возможности тратить свое вполне достаточное, но и не очень высокое жалованье, - рассказывает Лидия Николаевна. - Я не кокетка. Большую часть жизни я проводила в рабочем костюме, не сходила с ума от золота и драгоценностей, и мне не нужно было содержать престарелых родственников, которые взяли меня к себе, когда я осталась сиротой, и дали мне образование. Благодаря этой невольной экономии мне удалось приобрести произведение, о котором я ужасно мечтала - догадайтесь, почему? Порой, выпрашивая зарплату вперед, я залезала в долги на целые месяцы, но с первого же года нашего знакомства Матисс знал, что, даже в самых неблагополучных обстоятельствах, я всегда возвращаю долги, что долги и просьбы о выплате жалованья вперед с моей стороны не жульнический трюк, на который я иду в надежде, что это забудется и простится. Он понимал, что необходимо иметь что-нибудь "для себя", и если произведение будет подарено, то оно утратит часть своего очарования, ведь это уменьшит мою горделивую радость от обладания им. И когда я оказывалась в тяжелом положении, то продавала не эти работы. Они были самые дорогие и любимые. И, полагаю, музеи ничего не теряли от этого разделения и обмена. Все мои "любимчики" находятся сейчас в их распоряжении. Я оставляла себе лишь "водицы, чтобы напиться". Но признаюсь: когда я отдавала последнюю маленькую работу, я плакала. Но именно потому, что я ею столь дорожила, я пожелала уберечь ее от любой опасной случайности. Сейчас я уже это "переварила", но, когда увидела ее в музее, я пришла в настоящее волнение... Разумеется, в судьбе Делекторской сыграла роль и личность самого Матисса. Это был очень светлый человек. "Матисс потому и Матисс, - говорил Пикассо, - что у него внутри есть Солнце!". Делекторская рассказывала, что он всегда с жаром работал над чем-нибудь бесплатным, говоря: "Как радостно трудиться не за деньги!". И вообще, очень любил помогать. Он знал цену деньгам по личному опыту с молодости и старался сохранить и в других уважение к ним, но он не "одарял" деньгами, а находил способ помочь, не унижая человека подачкой. И когда две эти великие натуры - Матисс и Лидия - сошлись, они не могли не повлиять друг на друга. - Около него, - говорила Лидия Николаевна, - из "девочки" я выросла в "человека". В последние свои годы она опубликовала две книги, посвященные творчеству Матисса, свидетелем которого она была, и в мировой истории нет другого подобного рассказа об особенностях творческого метода мастера живописи. Этот пример - единственный. Матисс скончался на руках у Делекторской в 1954 году. Когда они встретились, ей было 22, ему 63. Когда он умер, ей было 44, а ему - 85. Когда умерла моя мама, я послал печальное сообщение об этом в Париж. И получил ответ: "Что сказать? Горько мне! Это ведь моя настоящая подружка. У нас так много было сходства даже в юности, когда мы два года сидели за одной партой и учителя автоматически ругали нас вместе: "Машарова и Делекторская, помолчите!". Но я должна признаться, что после ее инфаркта я все ваши письма вскрывала с замиранием сердца и быстро читала первую строчку... Именно ее вернувшееся относительное здоровье грозило ей опасностью. Но за собой я старалась следить, чтобы "не зарываться". А Нинку я все еще намеревалась посетить. Думала заехать к ней из Москвы сейчас, но все равно уже опоздала бы. Может быть, мы с ней где-то безмятежно встретимся? Мне нравится одна теория, что тех, кого любил, обязательно там увидишь. Но только тех, с кем был в душевном родстве..." И снова я возвращаюсь к Паустовскому - к их первой встрече. "Мы вышли из дома. Надо было торопиться на вокзал. На бульваре Порт Рояль было темновато от вечера и листвы платанов. - Приезжайте в Россию, - сказал я Лидии Николаевне. - Хоть услышите, как шумят сосновые леса. Во Франции таких нет. - Не знаю, - ответила она и болезненно улыбнулась. - Прошло уже сорок лет, а я Россию помню только потому, что очень часто вижу ее во сне. Но эти сны все какие-то расплывчатые..." Потом она несколько раз все же приезжала в Советский Союз - привозила очередную партию работ Матисса, разбирала его архив. А после кончины Матисса обратилась к нашим властям за разрешением вернуться на родину. В этой просьбе ей было отказано. А ведь в то время в наших лучших музеях уже лежало подаренное ею целое состояние! Что говорить - в Пушкинском музее, например, стоит скульптура, выполненная Матиссом еще в молодости, так, чтобы купить ее, Делекторская за полцены продала свою квартиру, с условием, правда, что достанется она покупателям после ее смерти. И все равно - родину ей не подарили. Хотя и Сталина уже не было. И космополитическая глупость была уже давно забыта. "Это факт, что ни родственников, ни друзей у меня здесь нет, - говорила она мне в одном из последних своих писем, - есть лишь дружеские отношения, которые мне не хотелось бы когда-то обременять". Об этом прекрасно знал тот чиновник, который закрыл для нее Россию. А ведь времени, казалось бы, было достаточно: с того дня, когда страна ее отвергла в первый раз, прошли десятки лет. Тем не менее, по большому счету, в России с тех пор ничто не изменилось. Сколько все-таки жестоких людей взрастили мы за тот жестокий век!
Сейчас Лидия Николаевна уже дома. Ее прах был привезен из Франции и погребен под Санкт-Петербургом - таким было ее последнее желание. Ни Эрмитаж, ни Московский музей в этой акции не участвовали. Это было пять лет назад. Сейчас же место ее захоронения уже потеряно. Не найти его во всей России. А на русском кладбище Сен-Женевьев де Буа под Парижем над пустой могилой стоит памятник с надписью: Лидия Делекторская 1910 - ... Значит, недаром научили мы ее на Родину не надеяться...
Михаил Ильвес, "Магаданская Правда" |
http://culture.pravda.ru/culture/2003/4/67/189/10057_Matiss.html
