Война в Ираке существенно снизила доверие к ООН в мусульманских странах и подорвала ее авторитет на международной арене. Об этом свидетельствуют обнародованные во вторник результаты опроса Pew Global Attitude Project.

Кроме того, разногласия по войне в Ираке вызвали у американцев негативное отношение к традиционным союзникам США, которые отказались поддержать возглавляемую США военную кампанию, пишет сегодня The Globe and Mail (перевод на сайте Inopressa.ru).

Канада, к примеру, решила не посылать свои войска в Персидский залив. В результате число американцев, относящихся к Канаде положительно, сократилось с 83% прошлым летом до 65%.

Количество американцев с негативным мнением в отношении Канады резко возросло с 4% прошлым летом до 24%. Остальные отказались отвечать на этот вопрос.

Среди 500 опрошенных канадцев 63% отметили, что настроены в отношении США благожелательно, между тем как прошлым летом такую точку зрения высказывали 72% респондентов. По мнению 60% канадцев, относящихся к США негативно, главная проблема Америки - ее президент Джордж Буш.

В то же время количество канадцев, не изменивших свое отношение к американскому народу в целом, а не к стране, осталось прежним - 77%.

В США драматически изменилось отношение к Франции. Только 29% опрошенных заявили, что относятся к Франции более или менее нормально. Негативное отношение к Франции испытывают в два раза больше американцев. Настроения 58% французов колеблются от очень позитивного до умеренно позитивного, настроения 42% - от отрицательного до крайне отрицательного.

Еще одним важным открытием опроса стал вывод о том, что более всего от войны в Ираке пострадал авторитет ООН.

Мысль о том, что ООН более не играет существенной роли на международной арене, разделяют жители не только США и Великобритании, но и стран, оказавшихся в оппозиции войне, таких как Франция и Германия.

Опрос выявил, что в преимущественно мусульманских странах к Усаме бен Ладену по-прежнему относятся хорошо, а в немусульманских странах британский премьер-министр Тони Блэр и генеральный секретарь ООН Кофи Анна внушают населению больше доверия, чем Буш. Даже в США в этом отношении Тони Блэр более популярен, чем президент.

На вопрос о том, какой мировой лидер совершает правильные поступки, палестинцы первым назвали бен Ладена. Он оказался вторым в Иордании, Марокко и Пакистане.

В поддержку Тони Блэра в США высказались 83%, также он занял первое место в Канаде и Австралии. Интересно, что в Великобритании на первое место по степени доверия вышел Кофи Аннан (72%). Приблизительно такие же результаты дал опрос в Италии и Испании.

Во многих странах, которые традиционно относились к США благожелательно - Бразилии, России, Испании, Франции и Германии - доверие к Бушу испытывает весьма умеренный процент опрошенных. Наиболее популярен по сравнению с другими странами Буш оказался в США, Великобритании, Канаде и Австралии. Он лидировал в Израиле - здесь ему доверяют 83% респондентов.

Опрос проводился с 28 апреля по 15 мая в 20 странах мира и среди палестинцев на Западном берегу и в секторе Газа. Было опрошено около 16 тыс. человек, говорящих на 31 языке мира. Погрешность опроса Pew Global Attitude Project составляет плюс-минус 3-4 %.

http://www.newsru.com/world/04jun2003/poll.html

Когда Россия догонит Португалию?

Означает ли иракский военный триумф Америки ее политическую победу? Или, как предсказывает египетский президент Мубарак, эта “виктория” приведет к появлению сотен новых бен ладенов? Обрушатся ли мировые цены на нефть? И, наконец, сможет ли российская экономика выйти из клинча?

Лорд Роберт Скидельский — один из самых знаменитых ныне живущих британских экономистов. Научные успехи принесли этому потомку эмигрантов из России богатство и огромный авторитет. “МК” удалось побеседовать с лордом во время его недавнего визита в Москву...

-Сможет ли Америка контролировать Ирак? Или ее военная победа окажется пирровой?

— Я по-прежнему убежден, что война в Ираке была ошибкой. Эта война лишь ускорила перемены, которые в ином случае произошли бы естественным путем. Режим Саддама был обречен при любом раскладе — возраст Хусейна приближается к 70, лет через пять режим обязательно трансформировался бы.

Действия Америки вызвали огромное недовольство и раздражение. В результате проблема терроризма не только не будет решена. Новые легионы террористов будут атаковать цели в США, Европе и Британии.

— Большинство россиян убеждены, что главной причиной войны в Ираке была нефть. Вы с этим согласны?

— Главная причина войны — желание США использовать нынешний момент своего могущества для радикального передела всего Ближнего Востока. План сделать это существовал и до 11 сентября. Но теракт дал американцам необходимый предлог.

Хочу сказать также, что США вовсе не хотели уронить мировые цены на нефть. Многим американским нефтяным корпорациям очень выгодны нынешние цены. Они означают для них высокие доходы.

— Американские аналитики клянутся: главная причина исламского терроризма — это многолетний экономический и социальный упадок арабского мира. И, мол, война в Ираке — первый шаг к исправлению этой ситуации...

— Это очень большое упрощение. В Ираке, например, не было никакого терроризма.

Главная причина арабского терроризма — это конфликт в Палестине. Не случайно первые террористы-самоубийцы появились именно здесь. У палестинцев просто нет другого эффективного способа борьбы с Израилем. Если решить палестинский вопрос, то большинство очагов террора в регионе угаснет.

— Но все-таки действительно ли арабский мир находится сейчас в упадке?

— Арабские страны не сумели получить никаких выгод от процессов мировой глобализации. Там не происходит никаких прорывов. А в некоторых отношениях в последние десять-пятнадцать лет процессы развития пошли вспять... Более того, упадок не ограничивается арабским миром. Почти весь огромный африканский континент находится в состоянии глубокого кризиса. Местные правительства не способны справиться с ужасными проблемами своих стран. А Запад почти не помогает. В перспективе эта ситуация чрезвычайно опасна.

— Поможет ли американская победа в Ираке повернуть вспять эти процессы — хотя бы на Ближнем Востоке?

— Теоретически экономическое улучшение возможно. Для этого США должны выдвинуть план масштабного экономического восстановления Ближнего Востока. Что-то типа плана Маршалла для Европы после Второй мировой войны. В рамках этого плана должны потечь огромные денежные реки. Причем использоваться они должны не только для восстановления Ирака, но и для создания общего ближневосточного рынка. А США должны гарантировать, что все это будет сделано на принципах мира и законности. Но я очень сильно сомневаюсь в вероятности чего-то подобного. Очень слабо верится, например, в готовность США вложить в этот проект достаточно средств.

— Насколько вероятны новые военные удары США против других стран?

— Это очень возможно. Идеологическое оправдание новых войн уже существует. Это доктрина упреждающего удара. Кроме того, все империи развиваются по одной и той же логике. Они начинают с какой-то ограниченной операции. Но в ее результате возникают новые опасности. И империя засасывается еще в один конфликт. Допустим, против американских военных и чиновников начнутся теракты. Американцы могут решить, что эти террористические группы базируются за пределами Ирака — например, в Сирии, или Иране, или в любом другом месте. В этом случае у Америки будет предлог для новой войны.

— Как долго, по-вашему, Америка будет играть роль мирового полицейского?

— Пока у Европы и у всех остальных стран есть только один выход. Признать, что в обозримой перспективе в мире имеется лишь один центр силы. И постараться не только приспособиться к этому обстоятельству, но и извлечь из него максимальную пользу.

Но вовсе необязательно, что нынешние тенденции в американской политике будут длиться бесконечно долго. Контроль над внешней политикой Вашингтона сейчас захвачен очень узкой группой людей. Их ориентация на империализм может столкнуться с очень сильной оппозицией внутри страны.

— Закончена ли ссора между Америкой и Францией с Германией? Или сейчас начался процесс постепенного разрушения НАТО?

— В конечном итоге отношения будут “заштопаны”. У Франции, Германии и Евросоюза в целом нет другого выхода. И им просто не к кому больше примкнуть, кроме как к США. Ситуация могла бы измениться, если бы Евросоюз превратился в серьезную независимую военную суперсилу. Но пока этого и близко нет.

Есть, конечно, еще и Россия. Но пока ваши вооруженные силы безнадежны. Их невозможно назвать современными. А деньги на приведение вашей армии в приличный вид появятся только после оздоровления экономики страны.

— Как вы оцениваете российскую политику во время иракского кризиса?

— Она велась очень хорошо и полностью соответствовала вашим национальным интересам. Москва не порвала с США. Путин с радостью дал Франции возглавить антиамериканскую коалицию в Европе. И теперь вся враждебность Вашингтона направлена на Париж, а не на Москву. Впрочем, у вас фактически не было никакой альтернативы. Франция — один из лидеров Евросоюза и может себе позволить строить политику на определенном противостоянии США. А Россия сейчас очень уязвима. У нее нет достаточных ресурсов для радикальных шагов в международных делах.

— А некоторые аналитики утверждают: если бы Россия поддержала войну, наши фирмы не выкинули бы сейчас из иракской нефтепромышленности...

— Однозначно это не так. России в любом случае мало что удалось бы сохранить в иракском нефтяном секторе. И на этом, кстати, список ваших потерь не заканчивается. Вы потеряете также ближневосточный рынок оружия. Теперь все оружие, покупаемое в регионе, будет либо американским, либо британским. Вы сможете продолжать поставки разве что в Иран.

— Удастся ли Москве протолкнуть идею о списании долгов СССР в обмен на прощение иракских?

— Я думаю, это тоже не получится. Более того, я не уверен, что российское правительство будет до конца настаивать на этой своей идее. Ситуации с долгами Москвы и долгами Багдада невозможно сравнивать. Сейчас общепризнанно: обложение Германии после ее поражения в Первой мировой войне непомерными репарациями было страшной ошибкой. Вывод из этого однозначен. Победитель должен заплатить цену за свой триумф: восстановить экономику побежденной им страны. Это означает полное прощение долгов потерпевшего поражение государства. Россия никакой войны не проиграла, и поэтому вопрос о прощении ей долгов на серьезном уровне ставится не будет.

— Но разве это справедливо? Мы ведь с Ираком не воевали!

— Четкость выплаты долгов — вопрос репутации вашей страны. Москва однозначно заявила: она способна аккуратно выплачивать свои долги. Выполнение этого обещания позволяет России брать новые кредиты под новые более скромные проценты.

— Согласно исследованию авторитетной американской аналитической корпорации “Рэнд”, экономика России по-прежнему находится в глубоком упадке. Вы с этим согласны?

— Глубокий упадок — чересчур сильный термин. Российская экономика растет на уровне 3—4% в год. Проблема в том, что ваша экономика растет не настолько быстро, чтобы догнать развитые страны. Путин как-то сравнил Россию с Португалией. Так вот, чтобы догнать Португалию через 15 лет, уровень роста вашей экономики должен быть не менее 8% в год...

— Есть ли у нашей страны реальный шанс перестать быть сырьевым придатком Запада?

— У вас есть один-единственный способ этого добиться. Большая часть научного и технического капитала России уже уплыла за границу, но кое-что пока еще осталось. Вы должны использовать эти остатки для создания высоких технологий, конкурентоспособных на мировом рынке. Как это можно сделать? Я не знаю. Могу лишь указать на типичную ошибку ваших реформаторов прошлого десятилетия.

Ошибка этих людей заключается в уверенности, что на развалинах очень быстро возникает новая жизнь. Если вы что-то уничтожаете, вы оставляете после себя пустыню...

Московский Комсомолец

от 06.05.2003

Беседовал Михаил РОСТОВСКИЙ

http://www.mn.ru/issue.php?2003-16-37

Хорошая подборка статей "в тему" получается. Добавляю в коллекцию ещё одну очень грамотную статью...

-----------------------

Так рассуждает диссидент
(США, Ирак, Россия)
Фото Reuters     Диссидент — от латинского dissidens — несогласный, в переносном смысле: инакомыслящий. Из Большого Энциклопедического словаря            Вначале я считал, что в разного рода пикетах против США участвуют люди, которых я условно называл “болельщиками проигравшей команды”. Как известно из опыта стадионов, эта категория готова на все. Вот и в политике болельщики давнего матча “СССР—США” получили повод хоть как-то компенсировать свои давние переживания. Не очень-то умно, но все же объяснимо. Но когда телевидение, радио и газеты начали безусловно инсценированную кампанию по уходу от анализа событий и навязыванию одной точки зрения — я почувствовал, что действуют и другие кроме “болельщиков” силы. Демонстрация “Единой России” окончательно подтвердила все мои размышления.      Поэтому я, рискуя оказаться диссидентом, инакомыслящим, все же хотел бы предложить свои рассуждения читателям. 1. “Серые волки” поджимают хвосты      Не подлежит сомнению, что России гораздо больше, чем внешние, угрожают проблемы внутренние. И одна из них — мусульманский экстремизм. Вопрос о том, какими идеями будут вдохновляться миллионы российских мусульман, — далеко не праздный. Эксплуатируя ошибки российского руководства и главную из них — несправедливую войну против Чечни, — экстремисты от ислама активно наступают. Я сам читал, что Россия должна остаться чем-то вроде того улуса Золотой Орды, которым она была на ее окраинах несколько веков. Ясно, что наши экстремисты — всего лишь часть гигантского мирового процесса. В мусульманском мире обильно удобряемые нефтедолларами быстро растут мощные силы, мечтающие в XXI веке взять реванш и за века ХХ и XIX, и даже XVII — когда границы ислама пролегали возле Вены.      В мусульманском мире идет и скрытая, и явная борьба прогрессивных сил ислама с агрессивными, реакционными, террористическими течениями, готовыми на все — вплоть до уничтожения зданий в центре Нью-Йорка или жилых домов в России.      А теперь я задаю вопрос: кому в России была бы выгодна победа Ирака? Гадать особо не приходится: даже не победа, а несколько первых недель сопротивления Ирака вызвали подъем и воодушевление наиболее агрессивных мусульманских сил России. Раздался призыв к джихаду. Сначала с США, но список велик, и Россия в нем будет не на последних местах.      Я глубоко уважаю и мусульманский мир, и ислам. Они составляют часть мировой культуры, науки, искусства, поэзии, философии. Я говорю именно об агрессивных силах, которые угрожают и самим исламским народам. Победа Ирака в любой форме воодушевила бы, повела бы в наступление силы агрессии и терроризма. И мы, в России, ощутили бы это в числе первых. И наоборот, разгром диктаторского антинародного режима в Ираке — вклад в успех цивилизаторских сил и в мусульманском мире, и среди мусульман России.      Яркий пример: на другой же день после того, как накинули петлю на шею и свалили статую Саддама (очень знакомая нам картина), в Москву примчался туркменбаши, готовый подписать (и подписавший) все то, о чем он совсем недавно и слушать не хотел, а рассуждал о том, как вести трубы, минуя Россию. Нужно ли еще какое-то доказательство, кому помогает победа США?      Следствия победы США будут огромными. И “серые волки” подожмут хвост. И теоретики “Великого Турана”. И иные лидеры мусульманского духовенства начали уже говорить, что заявление о джихаде “не то имело в виду” или даже чуть ли не о безумии заявлявшего.      Я могу понять тех деятелей нашего ислама и мусульманства, кто уже много лет кормится нефтедолларами. Но я не могу понять тех, кто называет себя “русскими патриотами”. Это они, кричавшие на всех углах о засилье кавказцев на рынках, о полном захвате милиции “черными”, об издевательствах над русскими в ставших независимыми мусульманских государствах бывшего СССР, — теперь бросились в пикеты против США. Каким уровнем мышления надо обладать?      США вместо нас проделали огромную, нужную нам работу. Они помогли укреплению позиций прогрессивных сил в российском мусульманстве и российском исламе и тем самым укрепили перспективы стабильности, единства и целостности России.      Диссидент рассуждает так: надо быть благодарными США за то, что они помогли передовым силам мусульманских народов в их борьбе за лучшее будущее. Надо и нам быть благодарными США за их вклад в дело стабилизации России, которое неотделимо от полного поражения агрессивных сил ислама. 2. Погибнут все бедняжки короли!      Ну, “патриоты” особой логикой никогда не отличались, у них главное — чувства. Но почему так взволновались наши левые? Как поется в песне: “кто их поднял спозаранку?”.      На одном из недавних совещаний ко мне подошел офицер и сказал: неужели вы не понимаете, что следующим объектом агрессии США станет Белоруссия? А через некоторое время я опять услышал эту же мысль: неужели не ясно, что следующим объектом станет Северная Корея? Но когда я услышал: дойдет очередь и до нас — мне все стало ясно.      Не судьба Белоруссии волнует, а судьба Лукашенко. Не судьба Северной Кореи, а судьба Ким Чен Ира. И вообще, не судьба народов, а судьба режимов. Не перспектива России, а перспектива восстановления в ней советского строя.      Война в Ираке является первой, где благодаря современной технике удары наносились не по народу и даже не по экономической мощи (это Саддам хотел взрывать все заводы, месторождения и мосты), а по режиму. Точечные удары — это война именно с режимом.      А среди наших левых еще сильно то крыло, которое борется с антинародным режимом и, очевидно, хочет установить свой режим. И немало тех, кто связывает с приходом этого нового режима мечты о судах, о мести за 1991 год, о расправах с “обидчиками”. Для них российская демократия всего лишь инструмент для захвата власти.      Нетрудно понять, что точечные удары разрушили не только режим Хусейна. Они нанесли сокрушительный удар по планам тех, кто мечтает о новом “народном” режиме для России. Теперь ясно, что даже если они захватят и восстановят советскую власть — это будет сугубо временная акция. А дальше — точечные удары и трибунал. Не такой, как при Ельцине. Неизмеримо более жестокий, чем тот, который судит Милошевича. Для тех, кто шастает в залах демократии с камнем за пазухой и ножом в кармане, победа США в Ираке — желтая карточка. Твердое напоминание, что вариант Гитлера, захватившего власть в демократической республике демократическим путем, уже не повторится.      Потому так сокрушаются многие наши левые. В рядах КПРФ предстоит раскол. Те, кто мечтает о новом режиме, о советской власти, получили последнее разъяснение. Но среди левых есть и реалисты. Они готовы бороться за интересы своих избирателей демократическими методами, соответствующими постиндустриальному обществу. Победа США в Ираке на ключевые позиции выдвигает тех, кто — не изменяя своим убеждениям — хочет и готов действовать только в рамках Конституции и законов — даже если они получат большинство голосов на выборах.      Точечная война с режимом — это, конечно, и предупреждение всем правящим ныне диктаторам. Их судьба — как пелось в песенке о временах Великой французской революции — ясна, “погибнут все бедняжки короли!”      Человечество еще много и не раз будет дискутировать о том, какие нужны критерии, чтобы тот или иной режим объявить диктаторским. Много будет споров, кто будет иметь право это сделать. Или о том, как быть, если благодаря силе оружия или психотехники народные массы данной страны обожают “своего” диктатора.      Но сам принцип права человечества решать судьбу диктатур и диктаторов — неоспорим. Слишком уязвимой стала современная цивилизация в отношении таких факторов, как радиоактивность, генетические манипуляции, отравляющие вещества, новые микробы и вирусы. Не вмешиваться — не просто непозволительная роскошь, но и безответственность перед нынешним и будущим поколениями.      Диссидент рассуждает так: историческое значение имеет тот факт, что США выдали на перспективу всем претендентам на установление новых режимов — и в мире, и в России — “пропуск” в международный трибунал. 3. Что означает низкая цена на нефть?        Роль цены на нефть для Советского Союза еще по достоинству не оценена. Десятки лет мы вывозили невоспроизводимые богатства страны, чтобы за вырученное золото получать у добрых США хлеб и тем самым продолжать победно строить коммунизм.      А когда при Горбачеве цена на нефть упала и к тому же КПСС решила обойтись без “пьяного бюджета” (не учтя уроки 1914 года, когда “пьяный бюджет” в России закрыли и быстро пришли к революции) — казна сразу опустела. Со всеми политическими следствиями.      Ну, это прошлое. Однако и все последние десятилетия уже новая Россия живет рентой от нефти и газа. Наша демократия кормится золотом от их вывоза. Все: от олигархов до милиционеров.      Ведущей силой нашего общества являются нефтегазовые олигархические объединения. Они формируют основную часть представительной и тем более исполнительной власти. Мы живем не ростом производительности, а экспортом сырья и, если уж точно, уровнем цен на него.      Однако многие эксперты считают, что победа США над Ираком резко снизит цены. Оптимисты из правительства России этого не боятся. Я думаю иначе. Не буду рассуждать о мировых процессах. А вот у нас в стране произойдет скорее всего следующее.      Станут более рентабельными многие отрасли, которые используют нефтегазовое сырье: от транспорта до производства электроэнергии. А сырьевые отрасли, снабжающие сегодня капиталами государственную машину, превратятся, не исключено, в попрошаек.      Сырьевые олигархи перестанут быть в стране хозяевами жизни. И вместе с ними уйдут все политические силы, которые деньгами олигархов питаются. И из Думы. И из Кремля. И из губерний. И из телевидения и газет.      Вот почему так взволновалась “Единая Россия”. Чует кошка, чье мясо ест. Поэтому она даже в день очевидного краха иракского диктатора устроила демонстрацию.      А тем, кому дороги подлинные интересы России, уход нефтедолларовой основы российской демократии вселяет надежду.      Диссидент рассуждает так. В экономике тон зададут другие, не нефтегазовые силы. Они приведут к власти и другие политические силы. Главными станут не специалисты по скважинам и трубам, а те, кто владеет вычислительной математикой, компьютерами, генетикой, биотехнологиями — всем тем, без чего не может быть России как великой державы в XXI веке. Ресурсов у нас будет меньше — но зато никаких иных целей, кроме правильных, не будет. Ни во внутренней, ни во внешней политике. 4. Об армейской реформе      Война в Ираке принципиально меняет ситуацию с армейской реформой. Стало ясно, что армии XXI века будут небольшими — не более двух-трех сотен тысяч. Массовые армии из миллионов граждан, появившиеся век назад, снова уйдут в небытие. Вернется время армий XVII—XVIII веков, а то и дружин. Когда несколько сот солдат Суворова, профессионалов чудо-богатырей громили тысячные толпы Пугачева или десятки тысяч “войск” турок-османов. Сегодня новая техника требует небольшого контингента сверхдорогих по оснастке и сверхквалифицированных по знаниям и навыкам военнослужащих.      Диссидент рассуждает так: и тут приходится благодарить США (как Петр I благодарил шведов). Они навязывают нам ускорение военной реформы.      Значит ли это, что надо с флагами и цветами идти приветствовать США? Конечно, нет.      Нельзя принять принцип действий — пусть самых справедливых — без ООН, без Совета Безопасности, исходя только из оценок одной, пусть уважаемой страны и ее союзников.      Нельзя принять принцип войны, пусть даже точечной, пока не исчерпаны — по мнению многих стран — все другие средства.      Нельзя принять идею действий против режима без полной мобилизации внутренней оппозиции ему. В Афганистане сначала создали правительство, а затем атаковали талибов.      Хаос, в который погрузили Ирак, — одно из доказательств того, что методы избраны не лучшие.      И еще во многом я мог бы упрекнуть США. Но мне ли это делать, если я не смог у себя в стране добиться правильного решения проблем Чечни? Если я не остановил обогащения иных участников войны с обеих сторон? Если я не смог спасти от взрывов дома в Москве и в других частях России? И в моем положении — все наши демократические критики США.      Диссидент рассуждает так: если кто-то хочет предложить США более правильные пути — мест для демонстрации преимуществ этих путей внутри нашей страны достаточно.
Московский Комсомолец от 24.04.2003	Гавриил ПОПОВ, Президент Международного университета (в Москве)

США воюют и в наших интересах

Тофик ШАХВЕРДИЕВ

Америка обязана искоренить бен Ладена в образе Саддама или Саддама в образе бен Ладена как вирус, как идею всепобеждающего терроризма, как право бездарного и злобного наносить подлые удары по сильному и цветущему. Иначе вирус зависти и ненависти распространится и угробит весь мир.

То, что было у нас в 17-м году, теперь намечается в масштабах земного шара. Пролетарии снова объединяются. Другое время, другие технические возможности и масштабы, а психология новых революционеров-бомбометателей та же. Роли революционеров взяли на себя страны-изгои. Создана сеть терроризма, охватившая весь мир. Есть деньги, есть техника, есть лагеря для подготовки боевиков. Где рванет завтра - неизвестно.

То, что происходит сегодня, - это не война между исламской и христианской цивилизациями. Это война с цивилизацией, потому что понятие цивилизации исключает проявление дикости и террора.

Бен Ладен или то, что стоит за этим именем, при всей чудовищности преступления, совершенного 11 сентября позапрошлого года, по существу, не гений зла, не дьявол, а мелкий пакостник, завистливое ничтожество на уровне того негодяя из Сочи, который из ревности плеснул кислоту в лицо девушки.

Америка вынуждена вести войну. И в российских интересах тоже. Именно потому, что она самая сильная, потому, что, кроме нее, никому сегодня не остановить массовое движение убийц и самоубийц, задуренных представлениями о том, что после добровольной смерти им на небе будет лучше, чем на земле.

Кстати, нас, советских, воспитывали подобным образом. Нам вбивали в головы, что живем плохо, пока строим коммунизм, зато, когда построим, будет хорошо. Три поколения ждали этого хорошего. Четвертое не выдержало и стало перестраиваться. И вот уже скоро двадцать лет, как мы перестраиваемся и никак не перестроимся, потому что нас уже давно превратили в подобие талибов - в ненавистников всего, что вокруг и что непохоже на нас самих. Как и талибы, мы приучены думать, что мы лучше всех: духовные, соборные, православные. Те гордятся точно так же: своей духовностью, единением, правоверностью. Даже слова для обозначения собственных достоинств из одного ряда: православные, правоверные. Мы и они "право...", а остальные не правы. Уже по определению.

Наше население в большинстве своем, как и талибы, желало победы Ираку. И мало кто задумывался, что случится, если эти пожелания сбудутся? А догадаться можно. Ненавистного Буша не будет, зато повсеместно будет Саддам Хусейн, Туркменбаши, Ким Чен Ир и масса новых любимых руководителей.

Уместно напомнить тем, кто сегодня негодует по поводу Америки, что когда вводили войска в Афганистан мы, то войну не объявляли. Мало того, лгали. Сказали Амину, что мы его друзья и хотим помочь. После этих заверений втихую ввели спецназ, и по приказу из Кремля доблестные бойцы вырезали всех обитателей президентского дворца вместе с президентом. Потом было девять лет войны, сотни тысяч убитых, миллионы беженцев.

Вы понимаете, говорили тогдашние Митрофановы и Рогозины, если не мы, то в Афган проберутся американцы и прямо к "мягкому подбрюшью России". Ну вот через двадцать лет американцы пришли в Афганистан, и что? Не приди они, что бы мы противопоставили наступающим на Таджикистан талибам, если мы вот уже восемь лет своей стотысячной армией на собственной территории с танками, самолетами, вертолетами, ракетами, артиллерией до сих пор не можем справиться с чеченскими боевиками, вооруженными автоматами? А их там, как всегда, две тысячи, не считая двух пар "белых колготок" и двух пар черных арабов.

Наши генералы постоянно оправдываются: там, в Чечне, против них арабские наемники, опытные боевики! А в распоряжении у генералов кто - футбольная команда, что ли?

Представьте, что было бы сегодня с миром, если бы верх взял Советский Союз, а Америка развалилась. Если бы западные страны с нашей "братской помощью" стали бы странами "народной демократии". Тогда бы, к примеру, Финляндия с населением численностью всего лишь в пол-Москвы не заваливала бы всю Россию маслом, сыром, одеждой, мебелью и электроникой, как это делает она сейчас, а стояла бы духовная и соборная с протянутой рукой под номером девяносто в ряду российских регионов. И финны ходили бы на митинги, требуя включить отопление, отдать зарплату, уволить Чубайса и не позволять Америке лезть в Ирак и наводить порядок.

Действительно, Америка влезает туда, куда ее не всегда зовут. Но там, куда она влезает, война гаснет, жизнь со временем налаживается, спокойная и благополучная - Япония, Германия, Южная Корея, Западная Европа... И Югославия с ее помощью наконец-таки сбросила Милошевича, из-за которого все там передрались и десять лет подряд убивали друг друга. И во Вьетнам Америка влезла не поработить народ, а остановить расползание коммунизма. Коммунизм там сейчас даже коммунисты не строят. Впрочем, это дурное строительство уже прекратили повсюду. А попробуйте назвать хоть одну страну, куда пришли мы со своей "братской" помощью и где после этого жизнь стала лучше. Во всех бывших социалистических странах была или разруха, или экономическая отсталость. И все теперь в очередь становятся. И просятся не к нам, а туда, куда все просятся. А мы им вдогонку беспомощное и бессмысленное: "Не сметь!" Да что толку, не слушаются.

Означает ли это, что Америка безукоризненная страна и все в ней прекрасно? Совсем нет.

Сила американского государства в том, что оно подчинило свою политику, экономику и культуру естественным интересам человека, его стремлению к личному счастью. Так записано в их Конституции. Главное там у них - "мое счастье", а не всеобщее: "жила бы страна родная, и нету иных забот". Они не лгут себе.

Там поощряют частную инициативу и не мешают людям зарабатывать и жить так, как им хочется. Нам трудно представить, но у них можно быть честным и богатым одновременно. Вот они и богатеют - кто честно, кто нечестно. Но честно богатеть более надежно и выгодно. И большинство населения предпочитает этот рентабельный вариант.

Стремление каждого отдельного американца к собственному благополучию складывается с таким же стремлением трехсот миллионов сограждан в могучий вектор, и страна идет вперед ко всеобщему благоденствию.

В России нет вектора, нет единой России. Есть противостояние "тех" и "этих". Поэтому стоим на месте. Поэтому сколько американцев за один день погибало во время войны с Ираком, столько граждан погибает у нас каждый день в мирное время.

У нас все подчинено "интересам народа". В этом наша ложь и слабость. "Интересы народа" - это интересы не человека, а государства. Государство - это люди, которые при зарплате пятьсот долларов добывают миллион. "Интересы народа" не совпадают с интересами человека, с желанием честно работать и хорошо зарабатывать. Выбор у нас такой: живи или честно, или богато. Одно начисто исключает другое.

Поэтому и жизнь бедных, и жизнь богатых получается тревожной и малопродуктивной. Из-за этого наша страна всегда будет бедной, какой бы богатой на самом деле она ни была.

От нашего нынешнего понимания, что такое хорошо и что такое плохо, от того, кому мы желаем победы, а кому поражения, во многом зависит, что будет с нами и что будет с нашей страной.

http://www.mn.ru/issue.php?2003-15-34

• Андрей КОЛЕСНИКОВ

http://www.izvestia.ru/comments/article32587

Блестящая статья, совершенно согласен с Радзиховским.

ПОБЕДА АМЕРИКИ

Иракская война для России оказалась очень полезна, поскольку все, что было в подсознании, вылезло наружу

Итак, Америка одержала триумфальную победу.

9 апреля в Багдаде, надеюсь, будут помнить, как 9 мая в Берлине, но воспоминания будут светлее — американцы щадили мирных жителей, Багдад не похож на Берлин или Грозный.

Я считаю, что иракская война для России была очень полезна. Вся дрянь, которая сидит в подсознании российского общества и называется «комплекс антиамериканизма», с шипением вылезла наружу. Сейчас мы эти комплексы благополучно «заглотнем внутрь» до следующего раза. И помогут обществу в этом глотании те же самые ребята, кто чуть раньше провоцировал антиамериканскую «рвоту», — умные политики и политологи, те, кто обещал и Америке «кирдык» — бесконечную войну, экологическую катастрофу, отчаянное сопротивление Ирака, сплоченного вокруг своего лидера.

Сейчас они без всякого стеснения, солидно (как всегда!) объяснят, что в главном мы все равно были правы: никакой победы США нет, была, есть и осталась их, американцев, грубая политическая ошибка. А что они победили в военном отношении, так опять же, не победили (где уж им!), а элементарно подкупили иракских командиров.

Вот об этом и хотелось бы поговорить — по пунктам.

Сначала о простом — о военной победе.

Когда наши гуманисты, друзья несчастного иракского народа, пацифисты и поклонники международного права горько плачут о том, что не было «настоящей войны», это вызывает у меня слезы умиления. Нечасто встретишь такой кристально чистый подростковый инфантилизм. Плохие они, янки, да! Нечестно это, не по-пацански это! Почему не выдали нам танковые сражения в Багдаде? Где обещанные моря крови и горы трупов?! Не победа это, мы так не договаривались, мы им такую победу не зачтем!

При этом мы как-то забыли, что реки крови и горы трупов не они нам, а мы им (точнее, мы сами себе) обещали ...

Я хоть и не генерал, но тоже ни черта в современной войне не смыслю. В отличие от российских генералов я, правда, это признаю. Ясно, что перед нами война, которая так отличается от знакомой нам, как «Бентли» от «Жигулей». Бескровная (насколько это вообще возможно), быстрая, точная… Они показали, что могут бить с левой руки («вбомбим вас в каменный век»), а могут и с правой руки (наземные операции без мощных бомбардировок) — в любом случае победа за ними.

Из этого можно сделать два вывода. Первый — учиться, учиться и учиться, как завещал великий Ленин. Второй — ругаться, ругаться и ругаться… а также выбивать все новые деньги для черной дыры Российской армии, ничего в ней не меняя по существу.

Но это все очевидно.

Менее очевиден другой, политический аспект. Политически была ли это ошибка со стороны США ?

Мой ответ: нет. Это была крупнейшая политическая и морально-психологическая победа США. Это была правильная война — по цели, методу, результату. А грубая ошибка была у нас — ошибка в том, что мы США не поддержали и пытались им мешать.

Вот факты. Ни одна арабская страна не выступила против США. ОПЕК не выступила против США. Европа на улицах громко шумела, но правительства Франции и Германии тихонько отступают со своих позиций, повиливают (не забывая, конечно, о приличиях) перед США. ООН вообще ничего из себя не выдавила. Даже господа террористы на время войны хвосты поджали! Уж о том, как иракцы встречали войска США, нечего и говорить — все видели. Как все это называется? Если это не морально-политическая победа США, то что? Буш — далеко не самый умный, не самый тонкий, даже далеко не самый решительный президент США — все-таки принял решение и довел его до конца. «Не стоит прогибаться под изменчивый мир, пусть лучше он прогнется под нас». Мир прогнулся.

Так обстоит дело с политическими результатами войны.

Да, говорят нам, но ошибочной была сама война, само решение о ее начале. Честно говоря, это не вполне ясно — если результатом является триумф, то как может быть ошибкой решение о начале ?

Скажем честнее. Нас, Россию, российское общественное мнение не устраивало то, из-за чего США, наплевав на ООН, начали войну.

Из-за чего же они ее начали?

Из-за нефти? Из-за демократии для Ирака? Из-за оружия массового поражения? Из-за безопасности Израиля?

Все это — чушь. Это мелкие (относительно) «подповоды». Повод же для войны был один. Это война ради укрепления мировой гегемонии США, мирового жандарма-XXI. Естественно, все перечисленное (и многое другое) в это общее понятие входит.

«Жизнь — это экспансия» (А.Д. Сахаров). Верно. Став абсолютно лидером человечества — научным, технологическим, информационным, финансовым, производственным, политическим, военным, — США обязаны свое лидерство: а) отстаивать; б) закреплять. Что они блестяще проделали.

В отличие от нас они-то вполне серьезно отнеслись к 11 сентября. И сделали вывод: надо не только «ловить бен Ладена», эту черную кошку в темной комнате Ближнего Востока. Надо прорубить в эту комнату окно. Надо ломать всю систему, сложившуюся на Ближнем Востоке. Абсолютно неважно, как бен Ладен связан с Саддамом, есть ли у Саддама боеспособное химоружие и т.д. Важно другое — фашистский режим Саддама был одним из краеугольных камней всей системы мирового терроризма, был одним из центральных ее элементов — политических, военных, геополитических, финансовых, идеологических. Раз так — надо ломать. Сломав один элемент системы, можно начать перелопачивать всю систему, насаждать — штыком и долларом — экспортную демократию на Ближнем Востоке, менять там нравственный климат, чтобы террористы начали задыхаться. К слову, нечто подобное мы пытаемся делать в Чечне. Так вот, для США «Чечней» является весь мир, а методы у них — поумнее наших.

Но кто же дал им такое право? Никто. Сами взяли.

Взяли в своих узкоэгоистических интересах. И в наших — тоже. Как говорится, «за нашу и вашу свободу».

Да, не ООН, а империя США — залог той свободы, какая есть на этой грешной земле. Были мировые империи Гитлера, Наполеона, Сталина. Те империи давили своих вассалов: вишистская Франция лежала, распластанная, под немецким сапогом; германские герцогства были оккупированы армиями Наполеона; СССР рулил «братскими странами», держа их одной рукой за кадык, а другой закрывая им глаза. Эти империи рухнули быстро. Почему? Потому что держали мир «на коротком поводке» и потому, что сами были империями. Тиранические империи недолговечны.

А мировому жандарму — США — суждена, смею предположить, много более долгая жизнь. Почему? Да потому, что они держат мир на «длинном поводке», потому, что не свергают демократические режимы, даже если эти режимы США не нравятся, потому, что спокойно позволяют своим союзникам — Франции, Германии — громко и публично выступать против Америки (кстати, Франция этим занимается добрых 40 лет — с тех самых пор, как с помощью США восстановила свою экономику). Потому что, захватив Багдад, они не разогнали антиамериканский митинг, который шел одновременно с митингом проамериканским.

Дело в том, что США считают себя не просто мировым жандармом, но солдатами свободы. Они генетически запрограммированы как свободная, демократическая, причем еще и революционно-демократическая страна — такова уж их история, исходный импульс, заложенный в Декларации независимости. При всей нормальной непоследовательности, лицемерности, ханжестве и т.д. и т.п. американской политики эта политика генетически опиралась (и опирается!) на идеологию свободы в ее традиционно пуританском, квакерском понимании.

Больше того. Почти все демократии в мире — экспортные. Это не ООН, а США катаньем и мытьем экспортировали демократию в Японию, Германию, Восточную Европу, Латинскую Америку. Без США, конечно, не было бы демократии у нас. А насадив демократии, США потом не подпирают их штыками — в этом тоже их отличие от СССР, Третьего рейха и других мировых империй.

Я — не фанат США. Не считаю все их решения прекрасными и правильными только потому, что они — «святая Америка». Нет в мире святых, в политике тем более. Но старые слова верны: «демократия — самый плохой способ правления. Не считая всех остальных». То же самое относится и к США как хребту демократического Запада.

А общественное мнение России этого признавать не желает.

В нашей холодной, покорной, равнодушной стране общественное мнение тихо, но отчаянно сопротивляется любым робким попыткам президента проводить хотя бы минимально разумную в отношении США политику. Прежде всего этому сопротивляется наша «элита». Эта гэбэшно-мгимошная люмпен-элита, кое-как знающая английский, говорящая по-русски на англизированном сленге, бывающая в Нью-Йорке куда чаще и с куда большим удовольствием, чем «во внутренней России», зараженная самым примитивным бытовым расизмом в отношении «черных» и «желтых» (таким расизмом, который в США невозможен уже лет 20 — 30), элита, недавно поделившая свои праведно нажитые деньги между долларами и евро, свои квартиры — между Парижем и Лондоном, а своих детей — между Гарвардом и Оксфордом, — вот эта «патриотическая элита», сидя в своих «Ягуарах» и «Мерседесах», гневно клеймит американский империализм, бурно сочувствует «угнетенным народам Востока».

Рыба с головы гниет. И гнилые комплексы — зависти, подростковых обид на то, что Большие Господа на Западе тебя, любимого, не считают за своего, не зовут на «party», вот эти мелко-тусовочные комплексы мелких тусовщиков продаются за «патриотизм» и «государственный интерес». И этими комплексами заражается весь организм страны. И на торговле этими комплексами делается большой политический капитал. «А че, пипл хавает!» — как выражается та часть нашей элиты, которая работает в области эстрады неполитической. Да, пипл хавает — еще и добавки просит. Как всегда, «народ и партия едины. Раздельны только магазины». Но когда речь идет о ненависти к Америке, народ готов и про магазины временно забыть.

А ведь ненависть к американской демократии хорошо стыкуется с ненавистью к демократии вообще — это мы отлично знаем, изучили за 70 советских лет.

Америка победила Ирак. А мы в очередной раз легко победили здравый смысл.

Бедная, бедная Россия…

Леонид РАДЗИХОВСКИЙ, специально для «Новой газеты»

Фото Юрия КОЗЫРЕВА (PRESSPHOTOS - «Новая газета»)

17.04.2003

http://2003.novayagazeta.ru/nomer/2003/27n/n27n -s19.shtml

К ТАНКУ ПРИРАВНЯТЬ СЕДЛО

Прогнозируя американское поражение в Ираке, российские военные эксперты выдавали желаемое за действительное      ;  


     &n bsp; Прогнозировать события — неблагодарное занятие. Слишком уж много совершенно непредсказуемых ситуаций и столь же непредсказуемых людей. Но то, что учинили российские военные и околовоенные эксперты, обсуждая войну в Ираке, сложно назвать даже мифотворчеством.
        Беда не в том, что эксперты дезинформировали свое руководство точно так же, как и всю остальную публику. А в том, что эти прогнозы уникальны с точки зрения психиатрии. Рисуя себе и нам картину поражения американской армии, отечественные предсказатели прежде всего утешали себя и нас подспудной мыслью, что в Российской армии все хорошо. Что профессиональная нам не нужна. Что можно обойтись без экипировки и нового оружия. И, наконец, откуда-то из темных углов подсознания всплыла даже идея войны на лошадях против танков, очень популярная в Красной армии перед началом Второй мировой...
        Вот некоторые из прозвучавших прогнозов.
        Александр ВЛАДИМИРОВ, вице-президент Коллегии военных экспертов, генерал-майор:
     &n bsp; «Силы иракских партизан могут пополняться пассионариями со всего арабского мира, воюющими в основном за деньги. Такие небольшие отряды будут уходить в пески на верблюдах и лошадях и оттуда наносить удары». («Время новостей», 2 апреля 2003 г.)
       П авел ЗОЛОТАРЕВ, генерал-майор запаса, профессор Академии военных наук РФ:
       «Партизанская война – это уже может быть на годы и с очень большими потерями. По оценкам специалистов, цифра потерь для американцев может достичь 15 тысяч человек – «Вьетнам в пустыне»... («Комсомольская правда», 8 февраля 2003 г.)
       В алерий МИРОНОВ, бывший замминистра обороны РФ, генерал-полковник:
    &nbs p;  «Это могут быть как организованные партизанские массы, контролируемые из Центра, так и малочисленные группы, которые будут возникать стихийно (...) Партизанские группы будут нападать на мелкие войсковые подразделения, представителей администрации и нефтедобывающие объекты» (РИА «Новости», 28 марта 2003 г.)
       Г еннадий ТРОШЕВ, генерал, бывший командующий Северокавказским военным округом, ныне советник президента РФ по проблемам казачества, считает, что война в Ираке будет «жестокой и затяжной, как в Афганистане». (ИТАР-ТАСС, 21 марта 2003 г.)
       Д митрий ЯЗОВ, маршал СССР:
        ;«Иракцы очень похожи на нас под Сталинградом (...). Морально-психологические, а значит, и боевые качества солдат союзников сомнительны. Слишком уж они нежные (...). А посмотрите, как они обвешаны всяким барахлом! Да, современное снаряжение, электроника, средства защиты – вещи полезные. Но не доводить же дело до абсурда! Ты или воюй, или береги себя. Мы, когда ходили в атаки (...), бросали и мешки, и противогазы – все, кроме оружия. И неплохо получалось. А тут полураздетые иракцы, воюющие налегке, вовсю треплют великолепно экипированных наемников...» («Комсомольская правда», 26 марта 2003 г.)
       М ахмут ГАРЕЕВ, президент Академии военных наук, бывший заместитель начальника Генштаба СССР:
        ;«Символом иракской кампании станет феллах (крестьянин), который из винтовки времен Бурской войны сбил вертолет «Апач» (...). За независимость своей страны можно успешно воевать любым оружием». (Страна.Ру, 28 марта 2003 г.)
       К омитет Госдумы РФ по обороне:
      &n bsp;«Среди депутатов Государственной Думы России, как сообщили (...) в Комитете по обороне, увеличилось число противников перехода Российской армии на контрактный способ комплектования, поскольку «наемники плохо воюют». («Время новостей», 31 марта 2003 г.)
       И горь МОРОЗОВ, военный эксперт, ныне член Совета Федерации:
        «У иракцев очень высокий боевой дух и патриотический потенциал, а главное — они (...) будут воевать не на чужой, а на своей территории, и будут воевать до конца (...). У иракцев достаточно вооружения для отражения как воздушных, так и наземных целей (...). Даже если американцы смогут достаточно быстро продвинуться к Багдаду, они неизбежно увязнут в позиционной войне (...). (Интерфакс- АВН, 20 марта 2003 г.)
       А натолий ЕГОРИН, заместитель директора Института востоковедения РАН:
        «Об успехе военной операции нет и разговора. Американцы не учли ни климатического фактора, ни горящих скважин, ни рвов, наполненных нефтью, вокруг Багдада. Но главное, их ракеты, которые они хотели показать как высокоточные, летят куда попало. Я думаю, что эти вещи говорят о том, что просчет сделан еще до начала операции». (Ирак.Ру)
      & nbsp;Владислав АЧАЛОВ, генерал-полковник в отставке, консультировавший иракских военных, первый и последний главком сил быстрого реагирования СССР:
        ;«Сейчас многие войсковые подразделения иракцев остались в тылу у наступающих. Эти же пошли танковыми колоннами, обходя города, на Багдад. Но у них в тылу остались боевые подразделения, роты, батальоны и даже полки, по всей видимости. Они будут вести тактику партизанской войны. Стрелять в спину. Заходить и наносить удары с тыла. Будут перерезать коммуникации, возникнут вопросы с доставкой продовольствия, боеприпасов (…). Не надо забывать и другой фактор: объявили джихад. Уже был первый случай подрыва смертника. И это ведь только начало (...). Одно могу сказать: американцы вляпались по-черному. И в политическом, и в военном плане». (Газета.ру, 4 апреля 2003 г.)
       
       Позволим себе некоторые выводы. Создается такое ощущение, что наши генералы, советники, руководители военных научных учреждений (их насчитали больше ста), выступая по поводу войны в Ираке, вообще не знали возможностей американской армии. Не могли сравнить вооружение тех, кто нападает и обороняется. А если и могли, то получалось что-то из области метафизического.
        На основании докладов экспертов российские военные и политические руководители строили свои планы. По некоторым сообщениям, в Минобороны всерьез планировали ввести в Ирак российских военных для примирения сторон, когда американцы окончательно выдохнутся и увязнут в борьбе с многочисленными конными партизанами.
     &nbs p; От этих предсказаний и планов веет нездоровой попыткой компенсировать свои собственные провалы. Если болезнь зашла так далеко, что это происходит бессознательно, уже без всякой хитрости и идеологической цели, то, очевидно, отечественная стратегия и военная аналитика доживают последние дни.
       
       P.S. Большинство экспертов — бывшие генералы Советской армии. Если они так плохо знали потенциального противника, страшно подумать, что могло произойти в случае реальной войны.
      &nbs p;
       Ил ья КРИГЕР
      &nbs p;17.04.2003

http://2003.novayagazeta.ru/nomer/2 003/27n/n27n-s02.shtml

Панорама добра

Огромное упущение человечества в том, что оно до сих пор не придумало способа информировать людей обо всех происходящих событиях одновременно.

Когда-нибудь мы наверняка этому научимся, но пока, к сожалению, умеем это делать только в последовательном порядке, выкладывая события друг за другом, как закуски на столе. Типа: вот Багдад, на горизонте что-то дымит. Следующим Хусейн, объявляет джихад. Потом Буш, его устраивает только победа. Дальше Путин, клеймит кулачное право и то, что “сильный всегда прав и может делать что хочет”. Теперь вдребезги разрушенный Грозный, здесь население выражает готовность идти на референдум. За населением — военные, у них пропали в Чечне два вертолета. За военными идет Дума, депутаты бьются в истерике по поводу Ирака, нашей Брестской крепости в мировом масштабе. И так далее, и так далее — одно событие за другим в порядке значимости.

Хотя на самом деле все они происходили не по очереди, а примерно в одно и то же время. Мало того, в это же самое время помимо всего вышеперечисленного случилось еще и множество других событий, и — что характерно — все они имели различное значение для разных людей.

Ну, например, американцы бомбят Ирак, там душный страх и горе, кого-то ранило, и есть убитые. А в Вашингтоне той же ночью идет дождь, утром пахнет мокрой землей и весной и вспоминается что-то детское. И то, и это происходит в единый момент времени: там страх, здесь покой. И как ни стараются люди в спокойном месте понять, что творится в месте страшном, все равно ничего не получается.

* * *

Средства массовой информации не умеют развернуть панораму событий во всей красе и естественности, так как не разработано соответствующих технологий. Панорама получается плоская и одномерная.

В жизни — объемность, глубокие контрасты и сложная взаимосвязанность событий. В пересказе — простая линейная последовательность. Из-за того, что люди не видят в это же время других сторон и других “медалей”, они воспринимают события прямолинейно и однобоко.

Взять войну в Ираке. Почему она будит в россиянах столь сильные чувства протеста и возмущения, если в это же самое время у них идет своя война в своей Чечне, которую раскрутили отнюдь не американцы, а родные власти, руководствовавшиеся теми же принципами “кулачного права” и “сильный всегда прав”, за которые они сейчас обвиняют американское руководство?

У нас своя Чечня, своя чума, с которой неизвестно что делать. Но почему-то она граждан совершенно не беспокоит. Почему-то их гораздо больше занимает Ирак, который за тридевять земель. Загадочная русская душа в действии.

Хотя эту загадку как раз отгадать не трудно. Страсти по Ираку — они не столько “за Ирак”, сколько “против американцев”. Все, что делают Штаты, вызывает в россиянах отторжение просто потому, что мы раньше с американцами были равны, а теперь мы упали, а они, наоборот, поднялись. И мы им этого не можем простить. Обида сильнее здравого смысла. Чечня рядом не стояла с этой нашей ужасной обидой, поэтому чеченская трагедия занимает в умах россиян гораздо менее значительное место, чем Ирак.

Впрочем, обида — не событие, это состояние души. А если говорить о событиях, то вот какое из них следует рассматривать и воспринимать одновременно с войной в Ираке — завтрашний референдум в Чечне и яростную подготовку к нему, на которую были выделены значительные средства, давшие возможность отлично заработать российским пиарщикам и чеченским управленцам.

Эти два события схожи по сути своей. И там, и здесь военным путем “экспортируется добро”: устраняется неправильная власть, избранная местным населением, и устанавливается новый правильный режим, удовлетворяющий требованиям экспортеров. Просто в Ираке этот процесс еще в самом начале, а в Чечне он уже дошел до той стадии, когда его результат необходимо легитимизировать.

* * *

Разумеется, при любом “силовом экспорте добра” главным двигателем всегда являются прагматические соображения, а вовсе не идейные. Причем их прагматизм зачастую обусловлен даже не государственными интересами, а интересами отдельных личностей. Деньги, нефть, бизнес, сферы влияния, рейтинги популярности — и в чеченских войнах они всегда были и остаются главным двигателем, и нынешнюю иракскую кампанию двигает то же самое. Масштабы только разные.

Прагматические соображения полагается прикрывать высокими идейными мотивами — борьбой с международным терроризмом, заботой о безопасности граждан, поисками оружия массового уничтожения, ликвидацией тирании, свободой чеченцам, свободой иракцам и прочая, и прочая.

Так принято. Обязательно должны быть высокие мотивы. Хотя по большому счету это уже пережиток. Пора от них отказываться.

Если бы, скажем, Буш сразу откровенно признал, что США будут свергать Хусейна, потому что с ним каши не сваришь, а Америке нужна иракская нефть, и еще необходимо подобраться к Ирану, чтоб держать под контролем весь Ближний Восток, а вообще Буш-младший хочет “доделать то, что не удалось отцу”, такой у него каприз, — если бы все это сразу было открыто высказано, Европа отнеслась бы к войне гораздо спокойнее. Людей просто очень раздражает, когда их обманывают, держат за дураков...

Тем не менее надо признать: несмотря на то что высокие мотивы вторичны и не являются главными причинами военных вмешательств, они играют очень важную оправдательно-успокоительную роль. Если война заканчивается обещанным “добром” и на завоеванной территории устанавливается очевидное всем счастье и благополучие, завоевателей обычно прощают. Ну да, поубивали кучу народу. Но ведь оставшимся в живых теперь гораздо лучше живется. Вот так-то, победителей не судят.

Здесь главное не просчитаться и добиться заявленной цели. Но для этого необходимо знать, какие все-таки настроения царят на той территории, куда твои бомбардировщики и танки несут добро и счастье.

* * *

Какие настроения у иракцев? Для меня, скажем, это загадка, темный лес. Из репортажей ничего понять нельзя, они очень поверхностные, к тому же ясно, что никто там не скажет правды журналистам и никто не скажет правды российским депутатам, прилетевшим на пару дней в Багдад поддержать нашу Брестскую крепость.

Поэтому неизвестно, чего хотят “простые иракцы”. Может, они как раз хотят, чтоб скорее пришли американцы и интегрировали их в свое мультикультурное общество, и по ночам уже учат английский язык. А может, наоборот, они ненавидят американцев и будут сражаться до последней капли крови последнего иракского младенца. А может, им вообще все до лампочки, они только думают, как бы денег побольше натырить, бакшиш насобирать, а кто там и как ими правит — не имеет значения.

С чеченцами, напротив, все ясно: никто из них не относится хорошо к русским, никто не хочет жить под русскими, и русские сами этого добились своей многолетней варварской войной. Но делать чеченцам нечего, они так измучились за последние годы, что сейчас согласны на все, даже на референдум.

Это напоминает банальную историю женщины, которая пытается уйти от нелюбимого мужа, но он не сдается, приходит и лупит ее смертным боем: “Все равно будешь, сука, со мной жить”, и в конце концов она соглашается, а про себя думает: “Черт с ним, лишь бы не бил, соглашусь сейчас, а там видно будет. Может, какой-нибудь отравы ему подсыплю или сам он себе другую найдет”.

Вот и референдум наш тоже как раз об этом.

* * *

Видите, как плохо бывает, если не просчитать заранее настроения.

Впрочем, до тех пор, пока средства массовой информации не научатся показывать все события одновременно, любой просчет “экспортеров добра” легко исправляется. Изложение происходящего в линейной последовательности позволяет создать у публики то впечатление, какое нужно.

Мы видим избирательный участок и голосующих чеченцев и понимаем, что дела в Чечне идут на лад. И даже если потом нам покажут чеченца, которого в ходе зачистки федералы избили так, что он стал инвалидом, мы все равно будем думать, что это единичный случай, а вообще все налаживается. Но если бы удалось показать одновременно, как его бьют, и тут же рядом глава администрации кладет в карман деньги, выделенные на агитацию, дети рвут на кусочки красивые плакаты, а на блокпосту водители дают омоновцам взятки и проклинают их по-чеченски — впечатление у нас было бы совсем иное, верно?

С войной в Ираке та же история. Ей стараются придать вид компьютерной игры. Неодушевленные обезличенные механизмы сталкиваются, загораются, что-то вспыхивает красиво и мощно. Ничего страшного. В кино мы все это сто раз видели, и нынешние кадры всамделишной войны отличаются от голливудских только низким качеством и невысокой зрелищностью.

А если бы удалось показать одновременно, как торжественно летят в высоком небе бомбардировщики, и капитан с бритыми висками командует “Fire”, и президент Буш в Белом доме расхваливает своих солдат, и здесь же страшный грохот, взрыв, пожилые женщины в черных платках кричат, обнимая себя за животы, и дети прижимаются к стене и плачут, и всем им больше всего на свете хочется сейчас стать маленькими-маленькими, как муравьи? Согласитесь, если бы все это можно было увидеть одновременно, совсем другой эффект был бы.

И можно было бы добавить сюда еще чеченский пейзаж: останки домов, торчащие, как черные обломки зубов во рту бомжа. И деловитое московское утро, и спокойствие людей, у которых есть свет и тепло в домах. И возбужденных депутатов, ищущих для себя мелочной выгоды. И мать, оставшуюся без сына, и сына, оставшегося без ноги, и ногу, оставшуюся без туловища...

Да, если бы все это разнообразие сюжетов можно было увидеть одновременно, мир, наверно, немножко изменился бы. Во всяком случае, в нем стало бы меньше вранья и обманов.

Московский Комсомолец

от 22.03.2003

Юлия КАЛИНИНА