Не трудно
заметить, как сорвалось и покатилось все, начиная
с осени 1999-го. До середины лета последнего года
тысячелетия ситуация вокруг и внутри России
зрела и набухала во всех направлениях. Политика,
экономика, этнические отношения, религия,
экология. Взять любой аспект в любой позиции —
везде сегодня происходит нечто, похожее на то,
как бы сорвался с кручи едва сдерживаемый хилыми
корешками громадный кусок скалы и, сначала
медленно, потом все быстрее и неотвратимее
покатился бы к краю пропасти, чтобы ухнуть,
наконец, отвесно вниз и обрушиться на чьи-то
незащищенные головы.
Почти ежедневные катастрофы
вовсе не эффект совершенствования коммуникаций:
они, как свидетельствует статистика,
действительно становятся все страшнее и
случаются чаще. Возросшая жестокость
организаторов и участников локальных военных
столкновений, которые вспыхивают тут и там — не
результат нашей обострившейся
впечатлительности. Да, и о какой
впечатлительности можно говорить вообще, когда
если и образовалась в обществе какая-то новая
обобщающая тенденция, то это скорее цинизм. Но
особенно дико выглядит для России начала
третьего тысячелетия цинизм власти,
содействующей всем разрушительным процессам.
Наивные надежды косного
большинства россиян на «наследного» президента
начинают медленно рассыпаться в прах.
Политические скандалы, замаскированные властью
под борьбу с олигархами; откровенное наступление
на свободу слова, объясняемое борьбой за
финансовую чистоплотность СМИ; продолжение
сокрытия очагов экологической опасности; новые
немыслимые отчисления народных денег на
вооружение и т.д. и т.п. Все это на фоне демагогии
об укреплении некоей «государственности»,
которую население страны испытало на своей шкуре
в период большевистской власти.
Среди журналистов не в почете
эмоции. Однако, время возведенной в ранг апофемы
бесстрастности, похоже давно подошло к концу. И
исключительно репортажность не имеет права
распространяться на области, которые касаются
сегодня уже каждого живого человека в России.
Журналистика, занимающаяся
проблемами детей или социальной справедливости
всегда стояла как бы особняком. Но ныне аспект
человеческий стал актуальным везде — в
перспективах наук и искусств, общественных
процессов, политики, экономики, частной жизни.
При давно существующем высоком уровне
пресловутой репортажности средства массовой
информации, обладая уникальными возможностями
коммуникации, обязаны ныне вводить в свой
арсенал такую неизбежную, естественную и
оправданную для человека категорию, как отношение.
Потому что, согласно известной русской поговорке
«гром не грянет – мужик не перекрестится», гром
уже грянул. И не сегодня, а вчера.
То есть стало поздно.
Посему пора понять, что надо
думать о завтрашнем дне. СМИ, политикам, всем
нормальным людям, сумевшим осознать, что страна
не тихо подползает, а уже уперлась в то состояние
государственных «гарантий», после которых она
снова станет «нерушимым союзом» исключительно
голодных и рабов, требуется применить все
конституционные, волевые, нравственные усилия,
чтобы призвать на наши головы чудо. Иного выхода,
похоже, нет. Разве что — дружно и добровольно
назад в большевистскую яму, как бы она по-новому
не называлась.
Если смотреть на мир не камерой,
а все-таки живым через нее глазом, то
обнаруживается множество вещей, лежащих на
поверхности, которые, в силу многих
обстоятельств, большинство людей просто отвыкло
замечать.
Развязанная российскими
политбонзами чеченская кампания обернулась
свинцовыми гробами не в адрес Кремля, а в
российскую глубинку. В дома полунищих граждан
«великой державы».
Завершившаяся захватническая
война России в Афганистане, принесла неизмеримые
бедствия как Афганистану, так и самой России.
Однако, в любой момент она может вспыхнуть вновь
— под иным предлогом, под другими лозунгами. Риск
этого расположен в традиционной области
произвола: если вдруг кому-то вверху для
укрепления своей власти понадобится очередное
жертвоприношение, война будет развязана снова.
Тем более, ощущение, что о новой «помощи»
Афганистану уже думают, весьма отчетливо.
Таджикский президент отчаянно
кричит по радио, что с помощью российских
пограничников на его территорию просачиваются
террористы, которые затем расползаются по всей
Средней Азии. Власти РФ молчат. Остальных это
отчего-то никак не волнует. И это — не смотря на
то, что все знают, как чеченские партизаны воюют
против федералов приобретенным у них же оружием:
большинство населения России до сих пор
подчиняется неписаному совковому принципу —
все, что покупают надо продать. Пока покупают.
В несколько видоизмененной
форме повторяется история с Грузией, откровенно
просившей несколько лет назад о порядочности со
стороны России в вопросе с Абхазией. Однако,
тогда федеральной власти было гораздо важнее,
невзирая на кровь, отстоять свои «приоритеты» в
абхазском конфликте. Теперь приходит пора
расплачиваться. И винить в этом можно только
себя. Но стремление выискивать виновных в
собственных бедах где-то на стороне так и
остается нашей общенациональной чертой: то ли
наследие многовекового тоталитаризма, то ли
просто инфантильность развращенного мифологией
общества — но тенденция эта удивительно живуча
до настоящего времени.
Малохольный и явно психически
неадекватный человек в рясе вещает с экрана
телевизора, что на Россию с Запада идет
невиданное наступление наркомании и
порнографии. Месяцем позже его слова повторяет
предстоятель Российского Православия. Затем ту
же идею подхватывают законодательные органы
власти... Но неужели никто не видит, что по части
порнографических извращений, наркомании и
наркоторговли, в плане чисто человеческого
цинизма — мы давно уже со своей отечественной
смекалкой и продукцией «впереди планеты всей»?
Неужели никто не замечает, что уже несколько лет
не колумбийцы и прочие латиноамериканцы, а
русские верховодят этим преступным бизнесом на
половине планеты?
Высшие государственные
чиновники и министры синхронно выступают за
реформы в хозяйстве Министерства образования. С
серьезным видом заявляют, что с 1 сентября 2001 года
«начинается эксперимент, в котором будет учтено
все лучшее — опыт всех последних наработок
российской педагогики». Какой педагогики? Той,
которую уже полтора года громят силами Госдумы и
Минобразования? Или той, которая развалилась
десять лет назад? Все негосударственные
программы, кроме идеологически направленных на
воспитание «державного сознания»
Минобразования, которое не способно предложить
даже хозяйственных проектов, душит давно. Из
государственных учебных учреждений остались
качественными на всю страну дюжина специальных,
да не поступающихся своей честью знаменитых
российских военных училищ. Никаких
принципиальных изменений в подходе к архаичному
как минимум пять последних десятилетий
образованию нет. Что же касается множества
частных школ, разработавших уникальные методики,
то, боюсь, при словах «государственная
программа» они разбегутся сами: им известно, что
пахнет это в лучшем случае косностью. Но, скажите,
кого в широких слоях общества беспокоит сегодня,
как и чему будут обучать наших детей?
Судебные процессы в отношении
СМИ, существующих в России, в основном, на честном
слове, никого не поражают своим изначальным
цинизмом. Иски к НТВ или ТНТ, например, основаны
на том, что эти телекомпании не способны к
немедленным выплатам по накопившимся долгам.
Однако, никто не вспоминает при этом, что к таким
же выплатам по отношению к иностранным партнерам
и собственным гражданам не способно само
государство. Большинству обывателей невдомек,
что тряся «олигархов» оно фактически крадет
чужую собственность, чтобы залатать дыры на
своей мантии за чужой счет.
Мало кто отдает себе отчет в
чудовищности скандала, связанного с отказом
России от выплат Парижскому клубу кредиторов.
Объяснение, что подобные расходы не заложены в
бюджет и категорический отказ отдавать долги
покрыли позором всех нас. А последующие
заявления правительства, что долги эти, само
собой, мы отдадим обязательно, но получим при
этом дефицит бюджета, свидетельствуют о том, что
кухарки должны все же мыть посуду, а не управлять
государством.
Но само дурное в этой ситуации
не то, что мы имеем некомпетентное правительство
- об этом знает весь мир. Страшно то, что лживость
безграмотной, а поэтому агрессивной
политической системы вообще перестала кого-либо
смущать. Она воспринимаются нами, как некое
неизбежное зло, нечто должное, имеющее полное
право на существование. И, коль говорить о вине,
то вина в этом не правительства, состоящего
сплошь из психологического типа «из грязи — в
князи», а всего общества. Всех и каждого из нас.
В связи с этим я вспоминаю ввод
советских танков в Чехословакию, ввод советских
войск в Афганистан, антигрузинскую войну в
Абхазии, многолетнюю карательную операцию в
Чечне, удовлетворение амбиций по восстановлению
военного влияния на Балканах. Во всех подобных
случаях, когда от имени россиян государство
бросалось в позорные и безграмотные авантюры,
протестовали из нас лишь единицы. Единицы
вставали на защиту чести и достоинства своей
Родины и своего народа. Молчали же и кричали
«ура!» — миллионы. Это ли не показатель степени
здравости и исторической адекватности общества,
называющего себя цивилизованным, миролюбивым и
созидательным?
Последние десять лет Россия
потратила бездарно, так и не добившись хоть
какого-то благополучия. За чертой бедности живет
треть населения страны. Псевдо-интеллигенция»,
представленная в основном средним звеном
работников ИТР, все эти годы потратила на то,
чтобы создать для себя камуфляж красивой жизни,
приспособиться, урвать то, что возможно и
ненавидела «торгашей». Наиболее
квалифицированная ее часть уехала в эмиграцию.
Так называемая творческая
интеллигенция, за редкими исключениями,
ударилась в коммерцию, представляющую собой
позорное зрелище работы на потребу «массам».
Именно ей мы обязаны засильем низкопробной
порнографии, пропагандой наркотиков и
патологическим мистицизмом.
Власть все это время являла
собой образец работы на «востребованность»:
хотите демократию — объявим указом, хотите
очередную свободу — нате, хотите назад, в светлое
вчера — да, запросто.
В результате мы имеем сегодня
то, что имеем — воплощение мечты охлоса о новом
пути к молочным рекам в кисельных берегах.
Правда, все остальное — совесть,
здравомыслие и перспективы нормальной жизни мы в
очередной раз потеряли.
Но, что это по сравнению с
многомилионным ором «Мы — великая держава! Слава
нам! Мы всем еще покажем!»?
По нашим меркам — чепуха.
МИХАИЛ СИТНИКОВ
