22 марта в
эфире радиостанции «Эхо Москвы» с интересной
инициативой выступил председатель Отдела
внешних церковных сношений РПЦ митрополит
Кирилл. Его предложение сводилось к тому, чтобы «из
существующего подоходного налога определенный
процент направлялся на социальные программы
религиозных организаций».
Представитель РПЦ, нарушающий
на голубом глазу принцип финансовой дисциплины
светского государства в наше время не редкость.
Особенно, если это митрополит, сумевший в свое
время выторговать у государства для церкви
беспошлинный ввоз табака и спиртного. Однако, в
данном случае речь идет даже не о его
способностях бизнесмена, проворачивающего свои
или ведомственные дела, а о чуть ли не
официальной претензии Московской Патриархии на
участие в государственной прибыли.
То ли понимая, что он делает, и
придерживаясь принципа «смелость города берет»,
то ли действительно сжившись с уверенность что
церковь не только идеологически, но и
экономически воспринимается властью, как
полноправный партнер, митрополит не только
покусился на не полагающийся РПЦ кусок пирога, но
и виртуозно «подставил» еще раз собственную
организацию, давно ставшую притчей во языцех.
Обосновывая приемлемость
участия церкви в государственных налоговых
сборах, Его Высокопреосвященство сослался на то,
что все это будет «стопроцентно добровольно»
и «каждый налогоплательщик будет делать заявку
в налоговый орган, в адрес какой религиозной
организации он бы хотел, чтобы отчислялась часть
налога». О том, чего будет стоить государству
организация специального регулирования
переадресации денежных средств, владыка, правда,
умалчивает. Зато выражает убежденность, что
«распределять эти средства будет государство,
так как оно будет владеть всей информацией, а
налогоплательщик сможет все проверить». «Если
же кто-то не хочет, чтобы его деньги шли
религиозным организациям (и, разумеется,
специально об этом заявляет — авт.), считает
митрополит, то налог отойдет государству
полностью».
Кроме уже отмеченных, иерарх
обнаружил и иные странности церковной
инициативы. В том числе, «согласие», которого,
якобы, ждет от общества РПЦ, чтобы решать «проблему
финансирования религиозных организаций» и
некие «задачи», что ставит это общество перед
церковью, а та не может выполнить таковые, потому
что не имеет доли с госналога.
В связи с этим имеет смысл
привести небольшую историческую справку.
Как следует из Устава РПЦ,
принятого 16 августа 2000 года, «Средства Русской
Православной Церкви и ее канонических
подразделений образуются из:
а) пожертвований при совершении
богослужений, Таинств, треб и обрядов;
б) добровольных пожертвований
физических и юридических лиц, государственных,
общественных и иных предприятий, учреждений,
организаций и фондов;
в) пожертвований при
распространении предметов православного
религиозного назначения и православной
религиозной литературы (книг, журналов, газет,
аудиовидеозаписей и т.п.), а также от реализации
таковых предметов;
в) доходов, получаемых от
деятельности учреждений и предприятий Русской
Православной Церкви, направляемых на уставные
цели Русской Православной Церкви;
г) отчислений Синодальных
учреждений, епархий, епархиальных учреждений,
миссий, подворий, представительств, а также
приходов, монастырей, братств, сестричеств, их
учреждений, организаций и др.;
е) отчислений от прибыли
предприятий, учрежденных каноническими
подразделениями Русской Православной Церкви
самостоятельно или совместно с иными
юридическими или физическими лицами;
ж) иных не запрещенных
законодательством поступлений, в том числе
доходов от ценных бумаг и вкладов, размещенных на
депозитных счетах» (р. XV, ст.1)
Но, даже иcходя из этих средств,
делами милосердия церковь, строго говоря, и не
обязана заниматься: слово «благотворительность»
упоминается в тексте Устава РПЦ — внутреннего
церковного уложения — лишь один раз. И то, в виде
предписания приходам «принятия планов
расходов, включая размеры отчислений на
благотворительность и
религиозно-просветительные цели» только по «представлении
их на утверждение епархиального архиерея»
(р.XI,ст.43 — «з»)
Правильно говорят в народе, что
«нет худа без добра». Потому что, не выступи
митрополит Кирилл по радио с преподачей урока
налоговому ведомству, как «богоугоднее»
распорядиться собранными с населения деньгами,
может так и не возникло бы у граждан вопроса о
формальных источниках доходов РПЦ. Кроме них,
кстати, есть и еще один: известно, что на
Московскую Патриархию работают все без
исключения приходы РПЦ в мире, платя своим
епархиальному начальству регулярную дань
«черным налом». Поэтому, представить порядок
«чистой прибыли» крупнейшего олигарха России не
трудно.
Надо отметить, что реакция на
наглость инициативы «самой традиционной
религиозной организации» со стороны
правительства Российской Федерации была на
удивление адекватной. Министр по налогам и
сборам Букаев в своем выступлении заявил, что
церковь в России от государства все же отделена;
что налоги взымаются с граждан для того, чтобы
распоряжалось ими государство. А у церкви, буде
она совершенно независима, есть верующие,
которые ее и содержат.
Нет сомнений, что выступление
митрополита Кирилла будет иметь серьезный
резонанс в самых разных кругах. Прежде всего, в
самой РПЦ, вероятно, найдутся люди, способные
оценить моральный ущерб, нанесенный ей одним из
высших иерархов. С другой стороны, совершенно
невозможно предположить, насколько адекватно
законодательству поведет себя в этой ситуации
высшее руководство страны. Учитывая последние
заигрывания Кремля с потенциальным
«идеологическим консультантом», нельзя
исключить возможность того, что церковный налог
в светской стране все-таки введут.
В конце концов, стоит же перед
каждым силовым министерством по часовне. Да и
святым, с легкой руки РПЦ теперь прибавилось
работы — опекать ядерные ракеты, МВД, налоговые
органы и прочих.
