ПРЕДИСЛОВИЕ К
ПОВЕСТИ СУЛТАНОВА «В ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ МАМЫ»
И НЕОПУБЛИКОВАННОЕ
Ниже приводится обращение О. Султанова к члену
Администрации РГ-МР Анатолию Гладышеву (который почему-то не упомянут в «разоблачительных
опусах» Султанова и поэтому избежал утверждений, что на самом деле он не
существует в природе ? ) с просьбой опубликовать анонс своей повести, а
также неопубликованные по просьбе Султанова отрывки и незаретушированные
веб-мастером РГ фото, присланные Султановым. На фото, по утверждению
Султанова, он изображён со своими двумя жёнами – прежней и до сих пор
втайне любимой (с которой его разлучили «проклятые органы») и нынешней…
Я попросил нескольких людей (в том числе Рамина Нагиева) просмотреть эти
наброски повести. Всеобщее мнение – всё вполне правдоподобно,
действительно был такой генерал МВД – бывший разведчик, действительно
погиб при «не до конца выясненных обстоятельствах», и впрямь при нём
служил некий Олег Султанов… И причины его увольнения были странными,
правда, бытует версия, что он был пойман на взятках и его спасло только
вмешательство его кураторов из КГБ, но вынужден был срочно уехать «на
поселение в Сибирь» на первую подвернувшуюся в КГБ вакансию…
Обращаю внимание читателя и на ремарку в конце текста повести: «(Написано
в 1989 году), автор Олег Азизович Султанов, заместитель
редактора городской газеты «Усинская новь», г. Усинск, Коми АССР». Это,
как и многие другие соображения и факты, заставляют меня и сейчас верить в
то, что у Султанова всё-таки было некое неизвестное многим прошлое,
связанное с «П»ГБ, что его давно мучали угрызения совести, которые он так
же давно начал излагать на бумаге и мечтать когда-то опубликовать и
покаяться… Только прошлое это – не героя-разведчика, а подневольного
стукача, который всю жизнь мечтает стать героем и вырваться из лап «кураторов»,
но… что-то ему всё время мешает…
Анатолий, приветствую вас! ( это уже точно.
– не для печати)
То, что я вас прошу прочитать ниже, - схема, «болванка» повести, которую я
хотел написать в конце 80-х годов, после событий в Сумгаите. 50%
изложенного – авторский вымысел, другая половина – правда. До сих пор живы
многие участники описываемых событий, в том числе и «Даша Тропинина», и
сотрудники ПГУ, которые 33 года назад привели «Александра» в «фирму».
Как видите, повесть прерывается, а продолжение писать страшновато, А может
и зря, - нет ныне ни СССР, ни ПГУ, ни КГБ. С другой стороны, есть «патриоты»
ГБ, деятельность которых воплотила в себе отнюдь не лучшие традиции
Лубянки… Вообще то, фабула повести отлично укладывается в рамки
киносценария, но у меня нет выходов на киношное ведомство.
В чем суть? Ниже размещенный текст приземлен, четко показывает не высокие
материи гэбистской романтики, а линию жизни конкретного человека, через
призму судьбы которого преломлялись многие явления, скрытые от
общественности СССР, а далее и России.
В продолжении мною было задумано показать ( уже без всякого авторского
вымысла ) дальнейшую судьбу «Александра», которого старые «друзья»
незадолго до кончины СССР и КПСС пытались использовать в качестве одного
из многочисленных хранителей денег и золота партии, и чем эта попытка
закончилась(поэтому, наверное, я с легкой иронией пробегаю взглядом по
увлеченным повествованиям журналистов, стремящихся объективно отобразить
эту тему…).
Далее в уста «Александра» я хотел бы вложить фактуру о том, как его,
журналиста, проживающего на Крайнем севере, отлично знающего нефтяную
тематику и «специфику» деятельности оперслужб России, прежние «друзья»
попросили разработать схему оперативного проникновения «органов» в
создаваемые в то время нефтедобывающие СП. Он это сделал (по этой схеме,
кстати, наши доблестные рыцари плаща и кинжала работают до сих пор…). Но
чуть позже «Александр» убедился в том, что его схема приносит пользу не
стране, а в основном материальную выгоду руководителям тогдашнего ФСК,
других оперативных служб России. Показательно, что схема в то время начала
реализовываться через некоего сотрудника госбезопасности Сергея Коткина,
который через 8 лет, уже в чине полковника и в статусе выпускника
адьюнктуры ФСБ России пытался завербовать «Александра» в пользу крупнейшей
нефтяной компании России. «Саша» устроил скандал и вывел полковничка на
чистую воду…
Словом, когда в середине 90-х «Александр» понял, что его разработки лишь
обогащают чинов из срецслужб, он стал публично критиковать в прессе «органы».
Тогда «П» ГБ стали действовать более аккуратно, привлекли для
нейтрализации «Александра» губернатора одного из северных регионов. Тот в
то время баллотировался на второй срок, и пригласив «Александра» в свою
теневую команду, доверил ему проводить за рубежами России самостоятельную
оперативную работу, направленную на нейтрализацию основных конкурентов в
предвыборной борьбе(откуда этот губернатор узнал о прошлом «Александра» -
для последнего до сих пор не ясно). В распоряжение «Александра» были
предоставлены огромные финансовые средства, которые он в тамошнем бедламе
мог просто прикарманить, тем самым обеспечив всей своей семье безбедную
жизнь за рубежом. Но этот придурок на самом деле использовал эти средства
для выполнения поставленных ему задач, и, исколесив много стран, вернулся
в Россию с конкретными результатами (погасил скандал по люксембургской
компании «Комилюкс», нейтрализовал усилия некоторых бизнесменов Запада «вложить»
губернатора, на которого работал «Александр», и пр.).
После победы губернатора на выборах «Александр» вновь стал нежелательным
свидетелем, и его пытались физически ликвидировать. Он уехал в столицу,
где его знания-познания пыталась использовать нефтяная компания,
работающая против ЛУКОЙЛа. И здесь «Александр» вновь занялся «оперативно-журналистской»
работой, проворачивая для «Северной нефти» не только газетные дела, но и
работу по «старой» линии, - благо в «Северной нефти» исправно трудятся
некоторые бывшие сотрудники СВР. Когда ЛУКОЙЛ окончательно озверел от
выходок «Александра», с ним встретились действующие сотрудники СВР, и
назвав его оперативный псевдоним, посоветовали оставить ЛУКОЙЛ в покое, «а
то…». «Александр» понял, что взят в клещи тесной смычкой государства с
ЛУКОЙЛом, и через день улетел в Женеву, где встретился с Туровером,
намереваясь больше в Россию не возвращаться. Филипп познакомил «Александра»
с Амброзом Си Альмом, и тот стал уговаривать россиянина не трогать ЛУКОЙЛ.
Туровер же намекал на то, что сам является выходцем из «леса». «Александр»
при всей своей выдержанности ошалел от такого расклада, и тут еще ему из
Москвы позвонил на мобильник человек из «Северной нефти» и «посоветовал»
подумать о детях, оставшихся в России. Наш «саша» вернулся в Москву, и
чуть не запил горькую. Но чуть не считается…
В продолжении повести найдут отражение и контакты «Александра» в середине
90-х годов с Джо Олбрайтом, американским журналистом, бывшим мужем
тогдашнего госсекретаря США Мадлен Олбрайт. «Саша» стал почти приятелем
Джозефа, и опять-таки на почве нефти. Можно, наверное, рассказать и о его
давних контактах с суровым господином по имени Али Ята (был когда-то в
Марокко такой генеральный секретарь компартии этой страны), показать две
встречи с «дорогим Леонидом Ильичем», и т.д.
А до совсем недавнего времени «Александр» работал аналитиком в одной из
структур, которых вы, дорогой Анатолий, называете «структурами «П» ГБ.
Впрочем, об этом «александр» узнал только после того, как ознакомился в
материалами «П» ГБ в Глобусе… Оно и неудивительно, что нашего «Сашу»
фактически использовали в темную, если учитывать профессионализм его
коллег по работе в аналитической структуре( в платежках, где расписывался
«Саша», было много фамилий, в том числе и «какого-то» Крючкова…).
Анатолий, если вам сюжет будущей повести по душе, то сообщите, и я
продолжу работу по ней. Правда, как и где потом ее опубликовать, - не знаю.
Лучше бы, конечно, киношку снять, - был бы захватывающий политический
боевик.
Возможен вариант, что после этого моего послания к вам меня грохнут
(если компьютер на контроле…). В этом случае предупрежденный мною
МОЙ человек передаст вам дискету, аудио и видеоматериалы..
Но я все-таки говорю вам
До свидания!
Искренне,
Олег
Неопубликованное из
повести "В день рождения
мамы":
…..
Проезжая по этому маршруту лет десять назад- Александр находился в отпуске
– он с удивлением вгляделся тогда в торец одного из домов: на всю высоту
многоэтажки алел на кумаче портрет Брежнева. Запомнились слова,
начертанные огромными буквами: «Спасибо дорогому Леониду Ильичу за
отеческую заботу об Азербайджане!» Грудь «отца» украшали награды, обилию
которых мог позавидовать любой участник Октябрьской революции, гражданской
войны, советского строительства и Великой Отечественной войны. Александру
стало обидно: его кумир легендарный Р.И.Абель «не заработал» и тридцатой
доли таких наград Родины. А здесь – вешать уж некуда. За что?!
Позже, вернувшись к Марку, спросил о Брежневе: - Это же культ личности!
Причем весьма недалекой, если она допускает вокруг себя столько лести и
пустозвонства. Разве не так?
Марк задумался, потом тихо произнес: - у тебя через час встреча, не
опоздаешь?…
*****
… Аллея почетного захоронения уменьшалась в заднем окне автомашины.
Вздохнув, Азимов вновь уставился в ветровое стекло, молчал все 15 минут от
кладбища, вспоминал мать , лежащую там под крутым косогором. Если встать
за крестом у изголовья могилы, взгляду открывается широкая степь,
обдуваемая почти всегда южным теплым ветром с моря - «моряной». Любила
мать этот ветер, подставляла ему лицо, улыбалась от его ласкового
прикосновения. Хорошая , открытая улыбка была у матери. Александр почти и
не помнил ее старой – когда он уехал из дома, ей было 50 лет. Но Татьяна
Михайловна выглядела намного моложе, словно и не пережила свою первую дочь,
умершую в 1942 году от туберкулеза, словно и не прошла через ад
ленинградской блокады, словно и не ждала до 1947 года мужа с войны. Она
любила жизнь, верила, что радости ее где-то рядом, за поворотом, надо
только смелее идти вперед, подталкивая порой мужа, таща за собой детей.
Старшему сыну Александру она передала безупречное знание немецкого языка,
заставила еще в школе овладеть французским. Младшего сына
- Игоря – сама толкнула в спорт, видя, что
парень стал потихоньку бегать с уроков музыки на баскетбольную площадку. В
доме Азимовых нередко собирались веселые застолья, приходили братья отца с
семьями, соседи. Мать садилась за старый «Беккер» и пела старинные романсы.
Отец ей иногда подыгрывал на привезенном им с войны немецком аккордеоне.
Азим Азимов любил этот трофей, берег его. Видно что-то было связано с этим
инструментом у отца, а что – он никогда не говорил, отшучивался на вопросы
старшего сына. Каждый свой приезд домой – отец работал в морском бурении –
начинал с бог его знает каких пор заведенного ритуала: доставал из футляра
аккордеон, протирал его мягкой бархоткой, ласково пробегал пальцами по
клавишам, и укладывал обратно в футляр. Мать при этом ревниво косилась на
мужа, но ничего не спрашивала, знала – бесполезно. Кремень мужик. Соседи
рассказывали Александру, что впервые увидели слезы Азима на похоронах жены.
(Написано в 1989 году), автор Олег Азизович Султанов, заместитель
редактора городской газеты «Усинская новь», г. Усинск, Коми АССР
