Первоначальное сообщение
| Limanov
руслянин
  |  "Калининградская обл: Авангард вместо форпоста"
, Sat 24 Mar 04:54 
Авангард вместо форпоста
Галина Ковальская
Калининградская область как нельзя лучше подходит на роль полигона для обкатки российских либеральных реформ
Когда 27 декабря распоряжением Государственного таможенного комитета были отменены все налоговые льготы для Калининграда, некоторые калининградские политики предположили какую-то сложную политическую интригу. То ли против недавно избранного губернатора адмирала Егорова, то ли против его главного оппонента экс-губернатора Горбенко. На самом деле решение, конечно же, было не политическим, а чисто бюрократическим. Таможенный комитет действовал в соответствии с новым Налоговым кодексом, в котором никаких "свободных зон" и никаких особых налоговых режимов не предусматривается. Отдельно о Калининградской области никто не подумал, не до того было. А в самом Калининграде тем временем разворачивалась бурная кампания выборов губернатора - и было не до Налогового кодекса.
Владимир Егоров категорически не был готов к такому повороту событий. Насколько можно судить по его первым, январским откликам, он поначалу просто не мог взять в толк, что происходит: вроде бы Кремль ему мирволит, вроде врагов в Москве не нажил - за что? Впрочем, адмирал быстро сориентировался: в рекордно короткие сроки он сумел добиться приема у Путина и настоять на замораживании решения ГТК. Правда, лишь до июня, но в сложившейся ситуации это региону даже выгодно: новое областное руководство, кажется, сумело убедить и президента, и правительство, что область требует к себе повышенного внимания, так что те или иные "особые условия" будут ей созданы либо отдельным законом, либо правительственным постановлением.
Внутренний областной рынок очень мал: здесь живет меньше миллиона человек. Все местные предприятия строились в расчете на рынок "материковой" России. Но теперь из-за того, что приходится везти ее через границу, калининградская продукция становится неконкурентоспособной. Калининградская "особая зона" в отличие от всевозможных других "свободных", "офшорных" и прочих зон, во множестве расплодившихся в середине 90-х в самых неожиданных местах (в Горном Алтае, Кузбассе и т.п.), должна была решать совершенно конкретную задачу: компенсировать жителям и предприятиям области ее эксклавное положение.
Города Калининградской области - бывшей Восточной Пруссии - это странное смешение старой немецкой и кондово-советской архитектуры. Кафедральный собор в Калининграде, рядом с которым находится могила Канта (Фото: Александр Сорин)
Теперь в переговорах области с центром скорее всего речь пойдет уже о вещах более серьезных, чем те налоговые льготы, что сейчас временно восстановлены. Неожиданно большой интерес к Калининграду проявило руководство Евросоюза. Российские (да, кажется, и областные) власти именно сейчас, с подачи европейцев, задумались над тем, что российская область вскоре станет анклавом внутри единой Европы. Так что Егоров и его коллеги с полным правом ставят перед Москвой вопрос: просто компенсировать области ее удаленность от России, то есть выровнять условия "по России", недостаточно, надо бы "по Европе" равняться.
Пограничное состояние
Режим "особой экономической зоны" восстановлен, но цены на все товары, скакнувшие в январе на 25-30%, и не думают опускаться до прежнего уровня. Жители, естественно, пребывают в крайнем раздражении. Дело не только в том, что в одночасье стало труднее жить, - Москву за "отмену зоны" костерят и те, кто перенес скачок цен сравнительно безболезненно. Просто здесь особенно силен дух местного патриотизма, и людей глубоко задевает, что жизнь и благополучие области зависят от небрежного росчерка пера московского чиновника.
Область по российским меркам не из бедных. Средняя зарплата в Калининграде, где живет больше половины населения, на конец 2000 года составляла 3-3,5 тысячи рублей. Это "белая" зарплата - реальные заработки существенно выше. Местные рестораны и кафе, которых полно в центре города, не знают отбоя от посетителей ни днем, ни вечером. Выпить чашечку кофе или стакан сока за 25-30 рублей, поужинать за 400-500 считается недорого. Один местный телеканал в январе устроил в живом эфире опрос: сказалось ли на семейном бюджете повышение цен? Чуть более трети позвонивших ответили утвердительно, остальным вроде как и все равно. Разумеется, такие опросы нерепрезентативны. Однако и по оценкам немецкой газеты Sudduetsche Zeitung, потребители с "нормальной платежеспособностью" составляют в области 15-17%. А ведь в большинстве российских регионов и 10% не наберется "нормальных", по европейским меркам, потребителей.
Улица в городе Правдинске (Фото: Александр Сорин)
В Калининградской области, как, впрочем, и в других относительно "благополучных" российских регионах, огромная разница в уровне жизни между городом и "бедными" районами, между пенсионерами и работающими и проч. Бабушка, торгующая книжками в калининградском аэропорту ("Очень вам советую, купите Токареву"), зашла раз в аэропортовский буфет и чуть в обморок не упала: "Да там, наверное, только новые русские кушают!" В городе Правдинске, райцентре не самого отсталого сельскохозяйственного района, ни "точки питания", ни парикмахерской, ни прачечной: у людей слишком мало "живых" денег. А в Советске (бывшем Тильзите) концентрация "заведений" почти такая же, как в Калининграде: рядом за прозрачной границей - только Неман по мосту перейти - Литва. И соседи из маленького литовского поселка нередко захаживают в Советск провести время и кое-чего прикупить. ("У нас в поселке нужных лекарств нету: в город ехать далеко, проще сюда через мост сходить".) Да и у местных жителей денег побольше, чем в Правдинске.
В Советске заработал некогда градообразующий целлюлозно-бумажный комбинат, открылась небольшая швейная фабрика. Главный иностранный инвестор в Калининградскую область на сегодняшний день - Литва. Вкладывают по большей части российские резиденты, их друзья и родственники: немало литовцев осело в самом Советске и вообще в Неманском районе. Многие живут на два дома. Идет, например, по пограничному мосту мужик-литовец со своей русской женой, катит сумку-тележку с картошкой: у них там, в Литве, дом с огородом, а здесь - городская квартира. А у их литовского родственника в Литве магазин, а здесь - ларек, но он думает и магазин тут открыть. Русский парнишка битый час торчит у моста, переминается с ноги на ногу, уши трет: "Девушку свою жду. Она там в школе учится, а живет здесь". - "Выучится, туда жить поедет?" - "Ага, наверное". - "А ты с ней?" - Вздыхает: "Если возьмет. Только я их язык не знаю". В школах Советска, как и всюду в школах, учат английский или немецкий.
Мирные контрабандисты
"Никто нас, таких красивых, не берет!" Стоят у багратионовского приграничного пункта две женщины, одна лет сорока, другая сильно за пятьдесят, ежатся, подпрыгивают: мороз не мороз, а ветер будь здоров гуляет. Женщинам надо в Польшу. Женщины - учительницы из поселка Южный, везут, пряча в одежде, по пять бутылок водки и по четыре блока сигарет. Поляки разрешают ввозить две пачки сигарет и две бутылки водки. Остальное - контрабанда. Контрабандой промышляют в приграничных районах очень даже многие. "У меня ставка 549 рублей. Я бы хоть на три ставки работала, но не дают: всем учителям часы нужны. Вот и ездим". Сколько можно так заработать? Если возить под юбкой, больше четырех-пяти долларов за поездку не сделаешь - но на селе и это приварок заметный. Те, кто возит на машинах, зарабатывают иногда раз в десять больше. "А кто понахальнее да знает, кому на лапу дать, без очереди проехать - те по нескольку поездок за день делают - вон, особняки на этом строят". Мои собеседницы стараются "не наглеть": "Пожадничаешь, поймают тебя - штамп в паспорте сделают. Три таких штампа - запретят в Польшу въезжать. Последнего куска лишишься".
Про штамп рассказывают все, но найти человека, которому бы хоть один такой штамп поставили, не удается. Зато сидят и с горя выпивают-закусывают в своей легковушке муж с женой, которые торчат на площадке-ожидалке уже вторые сутки: накануне поляки вздумали их тщательно досматривать, пришлось кой-чего сунуть, чтобы штамп не ставили, и ехать назад. Потом они еще раз пробовали переправиться со своей контрабандой, но издали увидели "черных полицейских" (так местные величают польскую таможенную полицию, которая то ли неподкупна, то ли слишком дорога) и вновь развернулись. Теперь жадно ловят рассказы приехавших с той стороны: "Чего там? Спокойно? Эти, черные, ушли? Ну сейчас еще разок попробуем". На площадке гужуются и поляки, но разговаривать с журналистами не хотят. По слухам, поляки уже обогнали наших контрабандистов по объемам вывоза. Впрочем, официальной статистики на сей счет не существует.
Местные власти, если бы и захотели, не могут своими силами пресечь этот промысел. Единственное радикальное решение - повысить цены до европейского уровня, но этого никто не хочет. Один только мэр Калининграда Юрий Савенко считает, что поднимать цены необходимо: "Мы мечтаем об инвестициях, а упускаем простую вещь: какой бизнесмен согласится проводить по десять-двенадцать часов на границе, если ему надо приехать по делам в Калининградскую область? Пока не наведем порядок на границе, никто к нам не поедет". Савенко уверен: надо просто платить каждому калининградцу компенсацию за разницу в ценах между материковой Россией и Европой, а цены держать европейские. Однако приграничная торговля и без того сойдет на нет, когда Польша, а за ней и Литва введут визовый режим. "Вымрем", - категорически отвечает одна из учительниц на мой вопрос, что они в таком случае станут делать. Ее приятельница - та, что постарше - не теряет надежды: "Наши власти, и российские тоже, не допустят, чтобы нас здесь заперли".
Охотник за янтарем
Еще один нелегальный источник дохода - янтарь. То есть на побережье есть янтарная фабрика, можно при желании купить лицензию и копать янтарь легально. Однако, если верить двадцатидвухлетнему добытчику янтаря Лехе из Светлогорска, по лицензиям никто, почитай, не работает. Янтарь добывают двумя способами: ныряют и отковыривают куски, застрявшие между камнями молов или волнорезов, или на берегу копают шурфы. Те, кто ныряет, называются "ковыряльщики". Леха умеет копать ямы и знает янтарные места, но ему больше нравится нырять-ковырять. Хотя, конечно, зимой очень холодно. Но если тяпнуть водки и развести пивком - ничего, нормально. В удачный день, говорит Леха, можно наковырять килограмм, а то и больше. А в шторм и вообще бывает по три-четыре килограмма.
Дома у него шлифовальный станок - он свой янтарь сам обрабатывает. Если деньги срочно нужны, можно часть добычи в любой момент продать перекупщикам, только это невыгодно: дешево берут. Лучше в курортный сезон самому поставить на побережье столик и торговать. Конечно, заработки нынче не те, что были в середине 90-х. Но и сейчас заработанного за сезон хватает на год жизни. Курортников на балтийском побережье год от года все больше, так что рынок ширится. Ничем, кроме янтаря, парень не занимается. Учился два года в кулинарном техникуме - бросил: скучно. "У нас среди молодежи даже алкоголиков нет - одни наркоманы", - произносит он с некоторой гордостью. На фоне "сторчавшихся" сверстников он выглядит вполне состоявшимся профессионалом, пусть и злоупотребляющим водкой с пивом.
"Бандиты небось наезжают?" - "Были бандиты, - согласно кивает Леха. - Но повывелись. Город маленький, все про всех знают". По словам Лехи, бандитов отловила милиция. Однако раз город маленький и "все про всех", то и к самому Лехе с его станком, да и к другим ныряльщикам милиция наведывается? "Бывает. Тогда платим, они отстают". Невероятно, но факт - с бандитами милиция разобралась, невзирая ни на какие деньги, а Лехин бизнес, как и контрабанду, даже постоянной данью не обложила - так только, иногда трясут-подзарабатывают. Один калининградский бизнесмен объяснял мне, что у них в области "люди знают границу": "У меня есть свой человек в ГИБДД, он меня от всяких дорожных происшествий отмазывает. При этом предупреждает: "Если человека собьешь - не суйся. Будешь отвечать". И так у нас во всем. А из России приезжают - они границы не знают".
Судостроительный завод "Янтарь", в советские времена крупнейшее предприятие области, долгое время "лежал", а сейчас понемногу оживает. Работают пока всего два цеха, а площадь предприятия - около полутораста гектаров. Спущено на воду судно, которое завод достроил по заказу голландской фирмы (Фото: Александр Сорин)
Немецкая угроза
На Москву обижены все - не на Путина, не на правительство, а именно на некую абстрактную федеральную власть, которая пренебрегает интересами калининградцев. Еще в январе 2000 года, по данным Калининградского социологического центра, 36% жителей области считали, что ей необходимо предоставить "особый статус, закрепленный в Конституции", а еще 31% говорили, что можно сохранить политический статус региона, но необходимо предоставить ему больше экономических прав. Свыше половины опрошенных сходились на том, что даже выбирать губернатора в Калининградской области надо не по общероссийскому, а по особому, местному закону.
И все убеждены, что их регион - территория, безусловно, российская, но особая, и что эта особость должна быть законодательно закреплена.
Случайные собеседники в ответ на вопрос, что может произойти после вступления соседних стран в Евросоюз, с ходу начинают говорить об опасности отторжения области от России. "Надо принять специальный закон, чтобы нас не отдали за долги". - "А вы всерьез полагаете, что могут и отдать?" - "Да вообще-то нет..." И обиженно вскидываются, когда говоришь, что вроде никто сейчас на область не претендует: "Да что вы! В немецкой газете писали... Шведы не случайно сюда приезжали..." Люди, хоть чуточку следящие за политикой, не преминут рассказать, что есть у них в области партия, предлагающая области отделиться от России и стать четвертой балтийской республикой. В этой Республиканской партии состоят максимум три человека, но даже серьезный человек Владимир Егоров в публичных выступлениях не упускает случая напомнить о "сепаратистских силах". Калининградский мэр Савенко рассказывал обозревателю "Итогов" про зарплаты в городе и области, о перспективах инвестиций, а завершил разговор словами: "Это - навсегда русская земля. Она обильно полита русской кровью".
Думается, за этим подсознательное желание напомнить Москве, мол, надо дорожить тем, что имеешь, да и себя подбодрить: мы здесь не просто так живем, а охраняем русскую землю. Энергичный фермер из Правдинского района очень озабочен: "Немцы из Германии расселяют здесь, в Калининграде, российских немцев, дают им деньги, чтобы в Германию не ехали. Понимаете, чего хотят? Немцы здесь расселятся, скупят наши предприятия, землю скупят - раз-два, и тут уже Германия!"
Немцы-переселенцы, в основном из Казахстана, действительно, частично оседают здесь. По статистике они составляют менее 1% населения области, но они - наиболее активная и деятельная его часть. В Багратионовском районе мне сразу посоветовали: "Хотите посмотреть хорошее хозяйство, езжайте к Генцелю, а если образцовое - к Вернеру". Александр Вернер получает со своей земли по 80 центнеров с гектара, а в целом по области средняя урожайность - 16. Вернеровское хозяйство с самого начала создавалось при содействии Германии именно как образцовое - с немецкой техникой и по немецким технологиям, чтобы показать местным жителям, что и земля, и климат - не препятствие для ведения рентабельного хозяйства.
У Вальтера Генцеля небольшая ферма: 55 коров, дойного стада всего 26. Два крестьянских хозяйства, генцелевское и еще одной беженки из Казахстана, Татьяны Шпильман, объединились и основали ферму. Татьяна раньше, в Казахстане, была медработником, а теперь и за доярку, и за ветеринара. Круглолицая, улыбчивая, звонкоголосая, ни на что не жалуется, рассказывает, как им здесь повезло: "Власти местные помогают. Они деньгами-то не очень могут, но морально поддерживают. И ветслужба в районе замечательная, и работники у нас просто прекрасные - как к своим к коровкам относятся". Работники тоже недавние казахстанцы, немецкая семья - два брата, жена и двое сыновей старшего брата, Андрея. Бывшие городские жители, они здесь даже и не пытались устроиться в городе. Нанялись сначала к одному фермеру, но тот с ними не расплатился, да у них и договора письменного не было. А теперь их позвал Генцель, и они страшно рады. "Вы хоть с Генцелем-то договор заключили?" - "Нет. Да тут и так видно: не обманет". С нами приехал к Генцелю один из замов местного районного главы. Он не выдерживает: "Прежний-то хозяин, тот, что обманул, небось русский?" Андрей молчит, потом нехотя кивает. Я спрашиваю: "Андрей, а почему вы здесь осели, до Германии не доехали?" Андрей, скупой на слова, цедит: "Я хотел сначала, а жена не хотела. А потом казахи так прижали, что хоть куда уедешь. Но теперь уже я в Германию не хочу". Помолчал - выдохнул: "Мне свобода нужна". Андреев младший брат, двадцати трех лет от роду, холостой, кажется, в самый раз бы в новую жизнь на историческую родину, тоже твердит: "Там как в тюрьме! Тут женюсь, тут буду жить".
Мой спутник из районной администрации весь аж передергивается, когда я спрашиваю братьев насчет Германии. Он мечтает: "Побольше бы в районе таких работников. Вы заметили, у них даже в коровнике чисто и не воняет? А на бутылки водочные там, в коровнике, обратили внимание? Это не водка, это - лекарство для животных. На работе никогда не пьют - немцы!"
Сельское хозяйство в области, как и повсюду в России, - самая отсталая отрасль. На лучших молочных предприятиях гордятся надоями по 3000 литров в год. В Европе по 5000 литров надаивают не в молочных, а в мясных хозяйствах (Фото: Александр Сорин)
Витрина или дыра
Когда область станет российским анклавом внутри единой Европы, она столкнется и с вполне реальными проблемами. Например, перспективы визового режима волнуют всех без исключения: если Литва вступит в Шенгенское соглашение (а это, очевидно, произойдет, хоть и не сразу после ее вступления в Евросоюз), калининградцы должны будут по шенгенским правилам оформлять транзитную визу, чтобы проехать в Россию. Да и само закрытие от них Польши и Литвы больно ударит по жителям области. Могут возникнуть трудности и с передачей энергии из России в Калининград. Но эти, как и другие технологические проблемы, признает руководство Евросоюза, и есть надежда, что так или иначе, путем взаимных уступок и компромиссов, все это будет урегулировано. Однако есть и настоящая опасность. Калининградская область, как и Россия в целом, уже сейчас заметно отстает от своих соседей и по уровню и качеству жизни, и по объемам инвестиций, и по темпам экономического роста. Поскольку "подтягивание" стран-кандидатов до общеевропейского уровня заложено в концепции Евросоюза, в Польшу и Литву будут в ближайшее время вложены солидные средства, а значит, разрыв между Калининградом и окружением станет разительным. Нетрудно предвидеть, чем это обернется: мобильные, деятельные люди, в первую очередь те самые немцы, что пока не готовы расстаться со "свободой", а за ними их местные русские знакомые, всеми правдами-неправдами ринутся в Польшу, Литву, на худой конец, в Москву и Питер. Область превратится в отстойник для маргиналов и стремительно деградирует.
Судя по высказываниям Владимира Егорова, его заместителей, областных депутатов, именно эта опасность и им кажется самой серьезной. Руководители области, похоже, понимают и то, что сильно напугать европейцев "нехорошим анклавом" и под это дело вытянуть из них деньги скорее всего не удастся. Европа готова позаботиться, чтобы из региона не исходили экологические угрозы, немножко помочь технологиями, но в принципе считает, что Калининград - зона российской ответственности. Так оно и есть: задача "догнать" Европу хотя бы в Калининграде стоит не только перед областью, но и перед страной в целом - в конце концов наш самый западный регион неизбежно будет восприниматься Западом как своего рода витрина России. От того, будет она отталкивающей или привлекательной, зависят инвестиции не только в Калининград, но и в российский "материк".
Областные власти даже не рассматривают возможность как-то "закрыть" регион, отгородиться от Европы - все понимают, что это невозможно. Официальная позиция нынешней региональной власти: "Калининградская область должна стать пилотным регионом в становлении отношений России с Евросоюзом". Лозунг "пилотного региона" консолидировал всю областную элиту, но разные политики вкладывают в него разный смысл. Для одних - таких, несомненно, большинство - речь идет прежде всего о всемерном повышении инвестиционной привлекательности: по сути, воссоздании "особой зоны" на новых условиях. Считается, что если Москва гарантирует, что "зону" больше не будут отменять и приостанавливать, да еще и журналисты займутся "формированием положительного имиджа региона" - долгожданные инвестиции наконец придут. К этому обычно добавляют, что теперь-то, когда у руля вместо Горбенко стал "положительный" Егоров, вся область станет "прозрачной", свободной от коррупции. Реальных оснований для такого оптимизма, кажется, немного. До сих пор, невзирая ни на какую "зону", Калининградской области не удавалось попасть даже в число первых по инвестициям российских регионов. А ведь ей предстоит состязаться с "европеизированными" Литвой и Польшей. Да и в достижение сугубой "прозрачности" верится с трудом. При всем уважении к адмиралу Владимиру Егорову, вряд ли ему в нынешних условиях под силу заставить Леху и его коллег покупать лицензии на добычу янтаря, а учительниц из Южного ограничиваться дозволенным количеством водки, да еще платить налоги.
Есть другая, более радикальная позиция: изменить эти самые условия. Местные либералы полагают: Калининградская область должна в перспективе стать первым по-настоящему европейским регионом России. "Пилотный" в таком случае означает, что именно здесь стоит обкатывать основные реформы, принимать европейские законы и правила. К примеру, не просто освободить какие-то виды деятельности от тех или иных налогов, а изменить на западный манер саму налоговую систему. В развитых странах основные бюджетообразующие налоги - налоги на недвижимость. Считается, что российская экономика пока к этому не готова. А если попробовать на Калининграде? Разумеется, такая новация привела бы к крушению подавляющего большинства сельскохозяйственных предприятий - тех, у кого урожайность по 16 центнеров. И знаменитый завод "Янтарь", занимающий полтораста гектаров площади и имеющий на сегодня два работающих цеха, вынужден был бы отказаться от основной своей территории. Но, возможно, именно такие болезненные меры и привели бы к оздоровлению областной экономики.
Сравнительно небольшая, многоукладная Калининградская область как нельзя лучше подходит для "апробации реформ". Здесь можно было бы обкатать и судебно-правовую, и даже военную реформу: в области остается множество отставников - отличный потенциал для формирования профессионального сержантского корпуса. А главное, именно такая политика дала бы Калининграду шанс не превратиться в "черную дыру", а России в целом, наконец, начать давно назревшие реформы.
В небольших областных городках вроде Правдинска основным средством передвижения, как и в Европе, является велосипед. Но в отличие от Европы здесь нет горячей воды, а в большей части города и канализации (Фото: Александр Сорин)
---------------
Леха в Светлогорске - самый молодой ныряльщик за янтарем. В хороший день может добыть три-четыре килограмма янтаря.
Потом этот янтарь он в домашних условиях шлифует и продает курортникам. Многие добытчики предпочитают отдавать янтарь перекупщикам
http://www.itogi.ru/paper2001.nsf/Article/Itogi_2001_03_09_152623.html
Евгений Лиманов
Директор Бизнес-Центра РусГлобуса
Ген. управляющий РГ/МР
|
|
Ответы:
|
| RUSGLOBUS
Идейный портал МР
|  "Оборона Калининграда"
, Thu 28 Jun 03:47
Оборона Калининграда
Олег Одноколенко, Владимир Новиков (фото)
После того как вокруг Калининградской области возведут шенгенские визовые заграждения, российский анклав на Балтике окажется в изоляции
![]()
Так и не восстановленный берлинский мост - иллюстрация нерачительного отношения России к своей самой западной области
С советских времен в Калининграде ходила легенда, будто на вокзале в Западном Берлине весит объявление следующего содержания: "Поезд на Кенигсберг временно отменен". Когда железный занавес пал, энтузиасты изучили все надписи на западноберлинских железнодорожных конструкциях, но ничего похожего не обнаружили. Быть может, скандальную вывеску просто сняли: ведь теперь туристы из Германии могут свободно посещать свою историческую родину - Восточную Пруссию.
В Германии 2001 год объявлен годом Пруссии. Хотя громогласно заявлять о своих далеко идущих планах из этических соображений немцы не спешат. По крайней мере на официальном уровне. А вот бывший министр иностранных дел ФРГ Клаус Кинкель напрямую критикует сдержанную политику правительства Германии в отношении Калининграда: "Кто, если не Германия, вместе с соседями - Литвой, Польшей и Скандинавией, должен участвовать в делах Калининграда? Если мы будем отрицать интерес к развитию региона и закроем глаза перед проблемами прежней Восточной Пруссии, Германии не будут верить ни жители самого региона, ни наши международные партнеры".
Имеют свои исторические интересы в Калининградской области и литовцы, считающие себя прямыми потомками пруссов, живших на этой земле еще до прихода Тевтонского ордена. После того как первое наступление немецкой экономики ослабло, литовцы двинули на область свои капиталы и уже вложили в ее экономику около 100 миллионов рублей. Всего по состоянию на 1 января 2001 года на территории Калининградской области зарегистрировано: 375 предприятий с участием литовского капитала, 19 филиалов литовских предприятий, 7 представительств фирм.
"Разве инвестиции это плохо?" - спросит читатель. Разумеется, неплохо. И Калининградский губернатор Владимир Егоров предпочитает называть свою вотчину "лабораторией для отработки новых форм сотрудничества между Россией и ЕС". Но это лишь одна сторона "калининградской Луны". Ибо все сравнения с "лабораторией" начинают "хромать", как только дело доходит до практических решений Москвы.
Пока Калининград скорее напоминает "бойницу", чем "окно": в самой маленькой российской области накоплены горы оружия. Одних танков 850 единиц - больше, чем в Ленинградском военном округе. При этом Россия до сих пор не определилась, насколько широко она готова открыть область для Европы. Во время встречи с Герхардом Шредером в Санкт-Петербурге Владимир Путин сравнил область с мостом. "Мост", впрочем, получается пока с односторонним движением. Добираться до бывшего Кенигсберга обеспеченным немцам сейчас значительно проще, чем россиянам до Калининграда. У наших сограждан, ставших волею судеб жителями бывшей Восточной Пруссии, также масса проблем с посещением "большой" России, оказавшейся после развала СССР отрезанной тремя госграницами. Преодоление этой геополитической полосы отчуждения оборачивается дополнительными транспортными расходами, которые не по карману подавляющему большинству жителей Калининградской области. По этой причине нынешнее молодое поколение жителей анклава успело надышаться воздухом Европы, никогда не заезжая в родное Отечество. Но и эта вольница вот-вот будет прикрыта. Засобиравшиеся в Евросоюз натовская Польша и Литва заявили, что вводят для калининградцев стандартный визовый режим - такую установку дал соискателям Брюссель. Калининградцы, таким образом, рискуют оказаться в изоляции. И заявление лидеров ЕС на саммите в Москве о том, что вопрос "перемещения товаров и людей" из области и в область будет рассмотрен, большой надежды не вселил.
![]()
В середине 90-х область была объявлена свободной экономической зоной, но "балтийским гонконгом" Калининград так и не стал
Побывавшая в Калининграде госсекретарь по иностранными делам Бельгии госпожа Аннеми Нейтс успокоила жителей анклава: дескать, в рамках Шенгенского соглашения визовые режимы могут быть разными - и пожестче, и помягче. Но транзитная виза любой "мягкости" - это и дополнительные расходы, и консульские хлопоты.
Сегодня уже очевидно, что фокус с превращением Калининградской области в свободную экономическую зону, мягко говоря, не удался. Впрочем, Владимир Егоров утверждает, будто на самом деле никаких особенных привилегий от СЭЗ область не имела - все так называемые льготы поедались транспортными расходами. Перевозка условной единицы груза за четыре тысячи верст от Урала до белорусско-литовской границы равна транзитным расходам на его перевозку через маленькую, но расчетливую прибалтийскую республику. В результате область не только не стала "балтийским Гонконгом", но оказалась по уровню развития на весьма скромном 57-м месте среди прочих субъектов Федерации.
Не утратил позиций, пожалуй, только Балтфлот, который насчитывает сегодня сто вымпелов. Причем корабли прилично выглядят, подавляющее большинство из них находится в первой линии, то есть всегда готовы оторваться от причальных стенок и выйти на защиту рубежей Отечества. Поскольку ни один из российских флотов не обладает таким уровнем боевой готовности, калининградцы и отдали предпочтение на выборах адмиралу Егорову - а вдруг и область выведет!
Полномочный представитель президента в Северо-Западном федеральном округе Виктор Черкесов до последнего момента утверждал, будто наверху "готового рецепта для Калининградской области нет". Пока Москва готова оставить области на развитие порядка 3 млрд. рублей, которые уходили в виде налогов в федеральный бюджет. Не исключено, что Москва готова будет заплатить и больше, поскольку опасается, что фактическая интеграция Калининграда в Евросоюз даже в самой облегченной форме может в перспективе спровоцировать отделение области от страны. Причем опасения федерального Центра регулярно подогреваются. Например, член Совета Федерации Валерий Устюгов предложил закрыть область для остальных россиян (за исключением тех, у кого в области есть собственность) и распахнуться для Евросоюза. Еще дальше пошел депутат Областной думы Валерий Селезнев, являющийся лидером местной организации ЛДПР. По его мнению, ни с экономической, ни с военной точек зрения Калининградская область федеральному центру невыгодна. По существу она - колония, и "как всякую колонию ее рано или поздно придется отдать". Надо полагать, такие проекты на Западе рассматривают не без любопытства.
Как бы там ни было, Москва не собирается "сдавать" Калининградскую область ни при каких условиях и продолжает верить в патриотизм калининградцев. У ветеранов это качество еще присутствует, чего нельзя сказать о молодых. 64 процента студентов Калининградского государственного технического университета будущее региона связывают с дополнительными экономическими свободами. 24 процента видят Калининградскую область независимым государством. И только 10 процентов считают, что область должна остаться "российской провинцией". Как человек военный Владимир Егоров должен понимать, что с таким раскладом сил на эффективную "оборону Калининграда" рассчитывать трудно.
--------------------------------------------------------
ПРЯМАЯ РЕЧЬ
Всегда готовы!
На вопросы обозревателя "Итогов" ОЛЕГА ОДНОКОЛЕНКО отвечает командующий Балтийским флотом вице-адмирал ВЛАДИМИР ВАЛУЕВ.
- Владимир Прокопьевич, рано или поздно Литва тоже вступит в НАТО, и регион окажется в "полном окружении". Как вам такая перспектива?
- Мы готовы. Кстати, события развиваются даже с некоторым опережением. По нашим данным, на литовской территории уже сейчас сооружаются шесть радиолокационных станций, которые будут "пронизывать" все побережье. Понятно, что это делается далеко не в наших интересах. Концентрация сил и средств, нацеленных на Калининградскую область и Белоруссию, не уменьшается. Наоборот, по информации, которой мы располагаем, происходит их наращивание.
- Но ведь противостояния прежнего накала все-таки нет?
- Как сказать... Просто поменялась легенда. Теперь натовцам приходится самые учебно-боевые мероприятия представлять иначе - или спасением утопающих на водах, или доставкой продуктов погорельцам. Ну очень наивно! Мы у себя эти представления называем "НАТО-шоу".
- Значит, возможность конфликта не исключена?
- Мы люди военные, и наша главная задача - не терять бдительность никогда. Но пока у страны есть ядерное оружие, пока мы в состоянии поддерживать боеготовность нашего флота, серьезные конфликты исключены. В этом вопросе точка зрения правительства и военных совпадает. По большому счету, здесь, в регионе Балтийского моря, чтобы кого надо поставить на место, мне и ядерное оружие не потребуется. В регионе расположены 47 атомных электростанций, каждую из которых я могу поразить обычным оружием с точностью до трех метров. Они не сумасшедшие. И все же моральный климат, складывающийся вокруг нас, несколько нервирует.
- Наверное, потому, что и область, и флот оказались отрезанными от России...
- Конечно. И ведь когда происходил раздел, этого можно было не допустить. Но в то время некоторые политические деятели очень спешили и совершенно не подумали о российских интересах. По всем международным законам мы должны были получить воздушный и железнодорожный коридоры через Литву. Теперь приходится договариваться заново. Дело ведь доходит до смешного. Мы начинаем утилизировать боезапас - литовцы с претензией: от ваших взрывов у нас дрожит земля и коровы не доятся. А вывезти боезапас на утилизацию в Россию не дают: боятся, что из проходящего эшелона повыскакивают солдаты и снова их захватят.
- И что же, никаких перспектив?
- Почему же. Недавно к нам приезжал президент Литвы Валдас Адамкус. Диалог состоялся очень хороший, было достигнуто взаимопонимание. Полагаю, мы сумеем договориться.
http://www.itogi.ru/paper2001.nsf/Article/Itogi_2001_05_21_16_4239.html
РусГлобус
|
| Limanov
руслянин
|  "Со всех сторон омываемый Евросоюзом"
, Sat 24 Mar 04:58
23 марта Владимир Путин впервые примет участие в неформальной встрече лидеров стран Евросоюза в Стокгольме. Помимо общих проблем вроде ситуации на Балканах и европейской ПРО российский президент обсудит с европейскими коллегами одну совершенно конкретную. Это судьба Калининградской области, которая в скором будущем со всех сторон будет окружена территорией ЕС. В 2003 году в Евросоюз войдет Польша, в 2005-м - Литва, и Калининград окажется этаким островком российской самобытности в "море" экономически и политически единой Европы.
Евросоюз в целом и отдельные, прежде всего северные, европейские страны проблемой Калининграда занимаются давно. За десятилетие 90-х одна только Дания осуществила в регионе около 50 проектов, вложив в них более 10 млн. долларов. Общий объем шведской помощи Калининграду составил около 4 млн. долларов. Куда более скупы, как ни парадоксально, исторические хозяева этой земли, немцы - чуть больше 1 млн.
В начале этого года, когда председательское место в ЕС заняли шведы, Европейская комиссия сформулировала "калининградскую стратегию" в документах "Евросоюз и Калининградская область" и "О влиянии расширения ЕС на Калининград". Главное в них - перечень инвестиций и программ помощи. Самая масштабная - реконструкция находящейся в чудовищном состоянии местной системы водоснабжения. На нее Европейский банк реконструкции и развития, Швеция и Дания выделили 57 млн. долларов. Не менее сложная проблема, которую взялся решать ЕС, - энергоснабжение Калининграда. Скоро Литва откажется от прямого импорта электроэнергии из России и подключится к энергосистеме Центральной Европы через Польшу. Это отрежет Калининград от прямых поставок российской электроэнергии. ЕС, однако, готов подключить регион к своей центрально-европейской сети. ЕС предлагает ряд новых программ помощи местному здравоохранению, в частности, помощь в борьбе с одной из главных здешних бед - туберкулезом.
Особая проблема - свобода передвижения местного населения в условиях расширения ЕС. Пока что жители области могут без визы ездить в Польшу и Литву (а через Литву - сообщаться с остальной Россией). Однако уже в октябре 2001 года визовый режим с Россией вводят поляки и несколько позже - литовцы. Наиболее горячие головы из числа калининградского начальства, вроде вице-губернатора Владимира Пирогова, требуют от ЕС "предоставления жителям области шенгенских виз". Побывавший в феврале в Калининграде комиссар ЕС по зарубежным связям Крис Паттен заявил, что скорое решение проблемы виз не гарантирует. Однако к подготовке специальных трансграничных проездных документов для калининградцев ЕС уже приступил.
Отечественные политики порой весьма болезненно реагируют на "калининградскую стратегию" ЕС, обнаруживая в ней поползновения ограничить российскую власть над Калининградом. Одновременно - непостижимая логика - те же политики подозревают Запад в том, что он хочет, "чтобы Калининградская область оставалась на задворках России, на задворках ЕС". Это цитата из недавнего выступления калининградского губернатора Владимира Егорова.
Вопрос о том, хочет ли Запад ограничить российскую власть над калининградским анклавом, возможно, спорный. Но то, что он не хочет оставлять Калининград "на задворках", это точно. Калининград ведь и беспокоит Запад своей бедностью, плохим состоянием окружающей среды, преступностью - в общем, целым набором криминальных, миграционных, экологических проблем, которые российский анклав ставит перед объединяющейся благополучной Европой.
Леонид Велехов
http://www.itogi.ru/paper2001.nsf/Article/Itogi_2001_03_09_152656.html
Евгений Лиманов
Директор Бизнес-Центра РусГлобуса
Ген. управляющий РГ/МР
|
|
|
