Первоначальное сообщение
| Ozerov
  |  "Палестина: из автономии - в военный лагерь"
, Sat 24 Mar 06:29 
ПАЛЕСТИНА. ГОД НУЛЕВОЙ
Пять месяцев интифады превратили Палестинскую автономию в военный лагерь. О создании государства пока можно забыть
"Пушечное мясо" интифады - подросток, ведущий священную войну с Израилем в пригородах Рамаллы. В его руках праща - главное оружие интифады. (Фото: Олег Храбрый)
На Святой Земле больше не ждут мессии. Поэтому, когда к израильскому патрулю у подножия Храмовой горы в Иерусалиме подъехал странный человек - в белом одеянии, на белой ослице, с бубном в руках - и смиренно представился "машиахом" (мессией), солдаты первым делом прощупали его металлоискателем. Новоявленный "спаситель" скорее всего был просто сумасшедшим, но без тщательного обыска солдаты даже не решились передать его полиции. Понять их можно: во время интифады белые ослы, навьюченные взрывчаткой, не раз набредали на израильские блокпосты - как правило, их просто обстреливали, и ослов-"камикадзе" разносило на куски...
После того как прошел пик интифады (в декабре число жертв исчислялось десятками), на оккупированных Израилем с 1967-го территориях в Газе и на Западном берегу - относительное затишье. Теракты продолжаются, но уличных боев стало меньше: видимо, палестинские власти время от времени дают приказ "замолчать". Как правило, это совпадает с оживлением палестино-израильских переговоров.
Зимняя погода внесла в интифаду свои коррективы. Например, на Западном берегу столкновения часто происходят в густом тумане. Когда юнцы от 12 до 17 лет по призыву "Танзима" (милиция правящей партии Арафата "Фатх") с камнями и рогатками собираются на границе Рамаллы с еврейским поселением Бейт-Эль, израильские патрульные машины практически не видны. Израильтяне стреляют наугад - эти шальные пули самые страшные. "Убили! Убили!" - раздаются то ли восторженные, то ли испуганные крики. Ватаги мальчишек - "кандидатов" в мученики снуют перед патрульными машинами. Они хмелеют от постоянной опасности и, кажется, пуль боятся даже меньше, чем объективов. Этому есть свое объяснение: они опасаются, что израильтяне могут вычислить особо активных по фотографиям и устроить на них персональную охоту.
Будни интифады
Палестинцы называют еврейские поселения на Западном берегу "раковыми опухолями". В самом деле, большинство поселений - не что иное, как военные базы. Они расположены на возвышенностях и контролируют все водные источники и подачу электричества в палестинские города. Дороги, связывающие поселения с Израилем, построены так, что в считанные часы весь Западный берег может быть рассечен на множество секторов, из которых палестинцы просто не смогут выбраться (один Хеврон, например, делится на 16 "островов").
Добавьте к этому, что рядовой палестинец не может свободно перемещаться между Газой и Западным берегом. Исключение - номенклатура (как правило, крупные бизнесмены и члены администрации Арафата), обладающая VIP-паспортами.
В результате Палестинская автономия (ПА), которая согласно соглашениям в Осло от 1993 года еще два года назад должна была стать государством, остается скопищем разрозненных муниципалитетов. В каждом не только свой политический расклад, но зачастую и своя юридическая система. В Газе, например, до сих пор суды руководствуются нормами египетского судопроизводства, на Западном берегу - иорданского, а кое-где все громче заявляют о себе сторонники шариата.
Палестинский город Рафах в секторе газа на границе с Египтом. Пограничники-палестинцы сидят без дела. Нейтральная полоса (за бетонной оградой) патрулируется израильскими танками. (Фото: Олег Храбрый)
Пока на оккупированных территориях существуют еврейские поселения (вопрос об их эвакуации так и не был решен на переговорах в Кэмп-Дэвиде летом 2000-го) и не создано палестинское государство, мира не будет. Это главная идея нынешней "интифады", объединившая фатховцев и палестинскую шпану с рогатками. Постоянные обстрелы еврейского поселения Гило, что на границе с пригородом Вифлеема - деревней Бейт-Джалла, - типичный пример тактики провокаций. Забираясь ночью на крыши жилых домов Бейт-Джаллы, люди "Танзима" обстреливают поселение из автоматов и минометов. Их цель - вызвать ответные удары (израильские укрепления для них неуязвимы). Как правило, ждать приходится недолго: израильтяне открывают плотный огонь из пушек и крупнокалиберных пулеметов по домам палестинцев.
Иногда происходят просто невероятные вещи. Во время очередного обстрела одна семья уцелела чудом - снаряд пробил три стены и застрял в стиральной машине, не долетев до четвертой, за которой прятались семь человек. А вот работавшему у палестинцев немецкому доктору Гарри Фишеру в ту ночь не повезло: он выбежал из своего дома в Бейт-Джалле, услышав крики о помощи. Его размазанное по деревьям тело нашли только ранним утром и долго отгоняли от него полчища кошек.
Нас приносят в жертву, перешептываются жители Бейт-Джаллы после бомбежек. Они понимают, что пришедшего на смену Эхуду Бараку нового израильского премьера Ариэля Шарона не остановит гибель мирных жителей. А значит, провоцируя столкновения, "Танзим", эта вооруженная рука Палестинской автономии, сознательно отправляет на заклание своих сограждан. Такова извращенная логика нынешней "правительственной интифады": больше жертв, больше возмущения в мире, а значит - больше шансов добиться уступок (по проблеме поселений и выводу войск) на переговорах с Израилем. Нынешняя зима - звездный час "Танзима".
Пятничные молитвы в мечети Аль-Акса в Иерусалиме - для израильских солдат самое горячее время. Палестинцы, которых не пропустили в мечеть, демонстративно молятся прямо на тротуарах. По субботам неподалеку от мечети у Стены Плача молятся правоверные иудеи. (Фото: АР)
Мусорщики и миллиардеры
Особенно сильна власть "Танзима" в столице Западного берега - Рамалле. Здесь даже таксисты по совместительству работают на полицию Марвана Баргути (лидер "Фатха" на Западном берегу). В Рамалле фамилию Баргути носит целый семейный клан. Многие его члены автоматически становятся фатховцами. На такие лояльные семьи и опирается Арафат, предоставивший им карт-бланш на Западном берегу.
Почувствовав себя хозяевами, привилегированные кланы бросились отстраиваться. И Рамалла стала хорошеть на глазах. До прихода палестинских властей в 1994 году здесь было три отеля, сейчас уже 16. На окраинах появились дома-дворцы неописуемой роскоши. Место, правда, выбрано неудачно - слишком близко к границе с поселением, так что иной раз сюда долетают пули.
"Это из Америки палестинцы приезжают и строят. Капиталисты", - поясняют мне палестинские солдаты. Сами они получают 200 - 300 долларов в месяц. Не ахти какие деньги, если жить по соседству с Израилем, где прожиточный минимум около 1000 долларов, однако по меркам автономии, живущей на дотации мирового сообщества, сумма приличная. Чтобы понять масштабы безработицы, достаточно сказать, что на восемь вакансий мусорщиков в ПА было подано... 11 655 заявлений.
Казалось бы, палестинская диаспора могла спасти местную экономику. Многие из тех, кто бежал в Европу и США от войн с Израилем, разбогатели: говорят, среди них больше ста миллиардеров. Однако преуспевшая на Западе молодежь приезжает в Рамаллу разве что навестить родных. Вот если наступит стабильность, тогда, может быть, начнут вкладывать деньги.
Пока же им здесь многое не нравится. Например, путешествие по дорогам автономии - удовольствие ниже среднего. Чтобы попасть из Рамаллы в Вифлеем (по прямой меньше часа), таксисты вынуждены тратить два с половиной часа, объезжая блокпосты и еврейские поселения. А 15-минутный маршрут из Назарета (израильский город с большим арабским населением) в соседний Дженин (на севере автономии) после каждого обострения обстановки перекрывается израильским блокпостом. Впрочем, машины арабов-израильтян (только им разрешено свободно курсировать из Израиля в ПА) объезжают этот пост в ста метрах, на глазах у израильских солдат пробираясь между деревьями и плантациями помидоров.
Хевронская Голгофа
Если стартовать из Рамаллы на юг, то, отстояв в множестве пробок на объездных путях и пройдя через бесконечные проверки документов, можно за полдня добраться до Хеврона - старейшего города на земле, в котором находятся могилы праотцев - Авраама, Исаака, Иакова и их жен. Раньше, до интифады, можно было добраться за час.
В Хевроне градус противостояния евреев и арабов еще выше. Пятьсот иудеев-ортодоксов из нью-йоркского Бруклина, живущих в еврейском поселении Дебора в центре города, охраняет целый батальон израильских солдат. Стычки с палестинцами здесь обычное дело. В мой приезд здесь был убит 23-летний палестинец Шакер Хасуна. Его тут же записали в мученики - это значит, что на стенах местной мэрии и в отделениях "Фатха" и ХАМАС появились календари с его портретом. А вскоре по Хеврону поползли слухи, что когда брат Шакера, Аяд, пришел в поселение забирать тело, то его якобы привязали к стулу и заставили смотреть на то, как израильтяне расстреливают бездыханное тело.
Мне удалось разыскать Аяда. Рассказ об экзекуции изумил его: он принялся выпытывать, кто мне это сказал. А потом признался: "Я каждый день узнаю что-то новое о своем брате, люди просто сошли с ума". Сумасшествие охватило обе стороны - по соседству в еврейском поселении Кирьят-Арба стоит памятник еврейскому поселенцу Баруху Гольдштейну, который шесть лет назад расстрелял 29 палестинцев в мечети Хеврона. Сегодня его могила - место паломничества евреев-ортодоксов со всего мира.
Эти дети из Газы родились в эпоху палестинского беби-бума. (Фото: Олег Храбрый)
Вотчина Абу Аммара
Оккупировав сектор Газа после войны 1967 года, Израиль оставил его отрезанным от Западного берега, который до этого принадлежал Иордании. "Западники" после оккупации сохранили иорданские паспорта, что позволяло им свободно передвигаться и получать образование за границей. Газовцы же были и остались "невыездными": после войны 1948 года они попали под египтян, которые не дали им гражданство. Даже соотечественники с Западного берега относятся к ним пренебрежительно: для них жители Газы, среди которых беженцы составляют 70 процентов, - сплошь воры и плебс.
Каждый палестинский город оброс "городами-спутниками" - лагерями беженцев. Сорванные с насиженных мест войной 1948 года, их обитатели и по сей день живут во времянках, в полной нищете. Безработица достигает 90 процентов.
С середины 90-х палестинские лагеря переживают демографический взрыв. В Газе есть районы, где на 1 кв. км живут 100 тысяч человек. Здесь рожают больше, чем в Африке (годовой прирост составляет 3,5 - 4,5 процента, в то время как на Черном континенте - 3). Палестинцы одержимы идеей сравняться по численности с Израилем. Рожая ребенка, женщина думает о том, что вырастит еще одного бойца.
По большей части в таких местах Арафата не жалуют. Зато здесь легко вербует своих волонтеров ХАМАС - исламская экстремистская организация, которую поддерживают Сирия и Ливан. Понять, кто владеет умами в том или ином квартале, несложно - достаточно посмотреть на граффити. Если на стенах изображены красные звезды и автоматы Калашникова - территорию "держит" Демократический фронт (коммунисты). Если нарисованы клетчатые куфийи, как у Арафата, - это "Фатх". Если написано "Движение исламского сопротивления" - ХАМАС.
В Газе никогда нет недостатка в недовольных. Особенно в дни нынешней интифады, когда Израиль отказался от услуг 30 тысяч человек, ежедневно ездивших в Израиль на заработки. Рыбный промысел в Средиземном море, который мог бы стать источником дохода, тоже затухает. Морскую границу Газы патрулируют израильские корабли, рыбакам разрешено заплывать не более чем на 6 миль - а вся рыба дальше. Рыбаки рассказали, как недавно две лодки рискнули рвануть из шестимильной зоны - и были потоплены ракетами с израильских кораблей. Поэтому газовцы, издавна кормившиеся морем, сегодня довольствуются жалким уловом всякой мелочи.
Вопрос о том, как управлять этой нищей и озлобленной массой людей - вечная головная боль Арафата, семья которого, кстати, из немногочисленной местной элиты. Его отец, крупный землевладелец, покинул Газу еще в середине 20-х годов, а вернуться на историческую родину Ясир Арафат смог только семь лет назад, после того как мирные соглашения в Осло превратили его из международного террориста в политического деятеля. Из изгнания (штаб-квартира ООП больше 10 лет находилась в Тунисе) будущий глава Палестинской автономии привез с собой боевых соратников, так называемую тунисскую диаспору, и тут же стал расставлять их на ключевые посты в муниципалитетах и спецслужбах. Поначалу отношения с местной элитой не заладились, однако Арафат нашел выход, пригрев местную знать в своей партии "Фатх".
Фатховцы из Газы и с Западного берега играют в партии роль мягкой оппозиции "тунисцам", ведущим территориальный торг с Израилем. Такая политическая конструкция позволила Арафату продолжать переговоры с Бараком даже в разгар интифады, которую возглавили местные фатховцы. В глазах израильских переговорщиков "тунисцы" были единственной альтернативой экстремистам - с ними можно было договариваться, тем более что и регулярная армия ПА (солдаты Национальной безопасности, Гражданской полиции, Общей и военной разведки) не участвовала в интифаде. Вмешайся она в конфликт - он бы перерос в настоящую войну. А этого в Палестине никто не хочет.
Конечно, у Арафата есть и настоящая оппозиция (коммунисты и исламисты), для которой любая смута - шанс покончить с соглашениями Осло и самим лидером автономии. И хотя в каждом палестинском городе свой расклад: в Дженине, например, сильны баасисты (многие из палестинцев учились или воевали в Ираке, где и вступили в БААС - партию арабского социалистического возрождения), а в Хевроне и Газе - исламисты из ХАМАС и "Братьев-мусульман" - Арафат, лавируя между этими радикалами, отбиваясь от обвинений в коррупции и диктатуре, успешно ведет борьбу с политическими конкурентами за палестинскую "улицу".
Это раньше, пока шли мирные переговоры, палестинцы думали, что председатель "запродался" израильтянам, но в дни интифады рейтинг Арафата рванул вверх. Он теперь снова - свой. При свете софитов палестинский лидер целует в больницах искалеченные ноги и руки своих собратьев, и сентиментальные арабы готовы снова бороться за дело Абу Аммара. Этим партизанским псевдонимом палестинская улица по-прежнему называет своего вождя: Арафат - это для остального мира.
Олег Храбрый
Назарет - Дженин - Рамалла - Иерусалим - Вифлеем - Хеврон - Газа
Рыбаки в Газе сидят без работы, и от рыбацких лодок мулы везут пустые повозки. Улов невелик: морская граница Газы патрулируется израильскими кораблями. (Фото: Олег Храбрый)
http://www.itogi.ru/paper2001.nsf/Article/Itogi_2001_03_09_144608.html
Андрей Озеров
|
|
Ответы:
|
| Gladkov
руслянин
|  "Эдуард КузнецовЖ арабо-израильский конфликт"
, Wed 27 Jun 09:08
ТРЕТЬЯ МИРОВАЯ ВОЙНА
Эдуард КУЗНЕЦОВ: “Проблема не в арабах, а в нас самих...”
Этот человек не раз привлекал к себе внимание всего мира. Дважды судим за “подрывную антисоветскую деятельность” и “измену социалистической родине”. Приговаривался к смертной казни по “ленинградскому самолетному делу”. В заключении тайком написал две книги: “Дневник” и “Мордовский марафон”. Обменян на двух наших разведчиков. Родился в Москве в 1939 году. Мать русская, отец еврей, умер в 1941-м. Служил в армии. Учился до ареста на философском факультете Московского университета.
Этот человек — Эдуард Кузнецов, выдающийся журналист и писатель, живущий ныне в Израиле. Он руководил службой новостей радиостанции “Свобода”. Основал и до недавнего времени редактировал крупнейшую русскоязычную газету “Вести”. Создал интернетовское агентство “Мигньюс” на русском. Беседа с ним состоялась в его доме на окраине Иерусалима.
— Эдуард Самойлович, палестино-израильское противостояние мне кажется актом новой глобальной войны не только между Израилем и Палестинской автономией, но и между исламским фанатизмом и мировым сообществом. Исламские фанатики воюют и с иудеями, и с христианами, и с буддистами... Фактически происходит вялотекущая третья мировая война на всех континентах, и в нашей стране, на Кавказе, в Чечне.
— Да, мусульманский фанатизм, как некогда коммунизм и фашизм, на подъеме, утверждается, крепнет на глазах либеральных стран Запада.
— Во Франции, центре католицизма, — сегодня живет шесть миллионов мусульман! В Англии осевшие там мусульмане три дня громили магазины и жгли машины вблизи Манчестера, и это только цветочки...
— Это угроза, которую Запад не хочет признавать по понятным причинам. Признать — значит втянуться в борьбу, поэтому прячут головы в перья, как страусы.
— И Москва мусульманизируется. Исламские фанатики и до нас добирались не раз: взрывали троллейбусы, дома со спящими людьми. Стоило Лужкову ввести режим регистрации, как тут же на него набросились прозападные либеральные газеты, обвинив его чуть ли не в расизме...
— Ваша реальность требует проверять паспорта у лиц подозрительных. К сожалению, сплошь и рядом преступность совпадает с этническим происхождением. Хоть ты лопни. Всякая преступность имеет национальность. Я вам скажу так. Естественно, есть понятие национальной души. Это значит, что определенный тип поведения чаще встречается среди этой национальности, чем среди другой. Да, русские больше пьют. Евреи — выходцы из России больше пьют, чем местные евреи. Зато подавляющая часть заключенных у нас уголовников — выходцы из арабских стран. Ничего с этим не поделаешь. Есть хороший анекдот на эту тему. Еврейка вышла за араба. У них родился сын. Пятилетний малыш пришел к матери: “Я еврей или араб?” — “Конечно, еврей”. Мальчик приходит к отцу: “Папа, я кто?” — “Разумеется, араб. А почему ты спрашиваешь?” — “Да там вот мороженое принесли, я думаю — поторговаться или украсть”. Преступность или другой вид поведения не приписан к целому народу, несмотря на то, что среди него встречается большая склонность к тому или иному типу поведения. Констатация этого факта — не расизм. Расизм — это когда говорят: “Всех их надо порешить”. Нельзя же обвинять в расизме тренеров, которые не берут пигмеев в баскетбольную команду. Извини, в такую команду принимают тех, у кого рост не меньше 1 метра 90 сантиметров.
Нет, решения разумного я не вижу. Заключить мир с арабами невозможно в принципе. Они не приемлют нас, они хотят нас уничтожить, внушают эту мысль детям на уроках. Остается одно решение. Мой лозунг звучит так: “Ради мира надо быть готовым на все, включая военное решение”.
— Мне кажется, Европа, где погибло во время Второй мировой войны 6 миллионов евреев, не понимает той угрозы, которая нависла над 5 миллионами евреев в Израиле. Европейцы живут в радужном мире, где можно марихуану легализовать, проституцию узаконить, однополые браки заключать...
— Европа приняла миллионы эмигрантов чуждой культуры и образа жизни, которые в сущности ей не были нужны. Теперь они, как видим, устраивают кровавые погромы. И все это — ради либеральной идеи, все люди братья... Но нельзя же эти прекраснодушные принципы переносить на истекающую кровью страну.
— В Израиле живет миллион арабов, в них не стреляют и не кидают камни. В автономии — всего 200 тысяч израильских поселенцев, подвергающихся террору. Их выживают, не дают им строиться, хотя кругом пустыня. Почему об этом не сказать миру?
— Посмотрите, какие там виллы, огромные дома! Сравните их с израильскими, вы что! Это еще один аргумент идиотов-либералов, которые считают, что если арабам дать экономическое процветание, то они замирятся. Увы...
Кадры террористов поставляют состоятельные классы. Так и в России было, в Александра II стрелял сын помещика. У нас особая ситуация во всем, в том числе в проблеме поселений. Мы живем в окружении стран, только часть из которых в формальном мире с нами, как Иордания и Египет. Остальные до сих пор — в состоянии войны. Там все время говорят об уничтожении Израиля.
— Я прочел, арабские студенты Иерусалимского университета, когда еврейские студенты праздновали победу сборной по баскетболу, всячески их оскорбляли. Как можно с ними вместе учиться, выплачивать им стипендии, давать высшее образование? Что от них ждать в будущем?
— Это, как всегда, проблема не в арабах, а в нас самих. Как я уже сказал — заметна эрозия политической воли, очень ослаблен инстинкт выживания, возобладали настроения эскапизма — бегства от реальности, мечты всякие о грядущем мире. Нам доказывают, что возможен “Новый Ближний Восток”, наш министр иностранных дел книжку на эту тему сочинил, бредятина чистая. Возникла проблема утраты народом Израиля воли к выживанию, к борьбе и сопротивлению. Тому есть причины. Израиль пребывает постоянно в состоянии войны, поэтому накопилась психологическая усталость. Увядает идеология пионеров, создавших государство, исчезает мотивация у молодого поколения: ради чего? Если мы стремились здесь построить всего лишь демократическое процветающее общество, то оно уже есть на Западе, можно туда поехать и там жить. Зачем пребывать постоянно в состоянии риска? И уезжают.
— В соседнем Египте нет египетского языка, иероглифической письменности, религии фараонов, нет ничего общего с той культурой, что восхищает при мысли об исчезнувшей цивилизации.
— Вообще, что такое палестинцы на большей части Ближнего Востока? Это экстремистский элемент в арабских странах, который будоражит все время толпу, создает угрозу для правящих режимов. Его используют как карты в политической игре. Но в карты можно и выиграть, и проиграть. Поэтому, знаете, декларация декларацией, а реальность несколько иная. Завтра, представьте, умрет Арафат, и там тотчас такая начнется грызня, война за власть. В автономии собственно произошло скопление вооруженных банд, которые сводят счеты друг с другом, прикрываясь Израилем. Это у Арафата — большая проблема.
Есть еще одна: около 50 процентов населения — молодежь от 15 до 25 лет. Без работы, без надежды на будущее, наркоманы, как правило. Сейчас все трудности можно списать на нас. Представьте, завтра Арафат добьется возникновения государства. Все недовольные ничего не получат и поднимутся против него. Ему важно быть постоянно в пути, постоянно в войне. Если государство палестинское возникнет, оно будет экономически несамостоятельно, зависеть от дотаций извне. А дотации даются, только когда происходят вооруженные конфликты с нами. Так что приходится Израилю ждать, быть может, что-нибудь случится...
— А электричество идет в автономию из Израиля?
— Да.
— Там оплачивают энергию?
— Нет. Не оплачивают и телефонные счета... Даже израильские арабы сплошь и рядом не платят налогов, не служат в армии, строят незаконно дома. И когда их сносят, поднимается шум на весь мир, хотя ни в одной стране нельзя строить незаконно. Вот сейчас надо прокладывать большую дорогу — не могут, потому что требуется сломать 14 нелегально появившихся арабских домов. Такая ситуация.
— На Шарона есть надежда?
— Нет. Мы с ним давно знакомы, он толковый мужик и все остальное. У него нет опоры настоящей в правительстве, его коалиция очень искусственная, она скоро начнет распадаться. Был у нас дома бывший премьер Натанияху. Я ему говорил, почему тебе не принять закон, если ты идешь к власти, что как только вы попытаетесь толкнуть нас в пропасть, уничтожить, прижать к стенке, так тотчас мы взрываем весь свой ядерный запас. То есть мы делаем себя заложниками вашего давления. Не давите на нас чересчур! Он так испугался: “Меня убьют!”. Так что мы столкнулись с одной из тех проблем, у которой нет решения. Ошибка думать, что у всех проблем есть решение. Как нет проблемы решения смерти, так нет решения проблемы Израиля.
— Поясните. Вот конкретная ситуация — в Иерусалиме из арабского квартала Бейт-Джала, когда хотят, стреляют по соседнему еврейскому кварталу Гило. Что, нельзя с этим покончить?
— Чтобы с этим покончить, нужна политическая воля, каковая, к сожалению, в значительной мере подверглась эрозии во властных структурах Израиля. Есть еще одна причина. Разгромить этот арабский пригород, значит, сделать отчасти то, чего хочет Арафат. Бейт-Джалла преимущественно заселен арабами-христианами. Арафат мечтает, чтобы мы ударили по ним со всей мощью, чтобы таким способом привлечь христианский мир на свою сторону, интернационализировать конфликт, представив себя в качестве жертвы.
— Израиль всегда выигрывал в войнах, которые ему навязывали соседи... Можно ли, не уничтожив подстрекателей, толкающих народ к кровопролитию, достичь мира и безопасности?
— К сожалению, Европа и США связывают нам руки, они играют двусмысленную роль, особенно Америка, как ей это свойственно, пытаясь представить себя честными посредниками. Они не на нашей стороне. Когда была война с нацистской Германией, тогда практически весь мир поддерживал союзников, и это позволило окончательно победить, разгромить врага. Только в этом единственное решение. После поражения в Первой мировой войне Германия была разгромлена недостаточно. И это дало возможность возникнуть фашизму. Лишь после полной капитуляции Германии и Японии произошло их возрождение, движение к демократии. Мы себе, к сожалению, не можем позволить разгромить наших неприятелей. Потому что Запад играет в псевдолиберальные игры.
— Ваш ближайший прогноз? Так и будут арабы каждый день обстреливать, подрывать, закидывать камнями?
— Знаете, происходит довольно страшная вещь — банализация убийств. Люди привыкают к ним, живут своей жизнью и даже удивляются, если что-то не произошло.
— Вчера, по-моему, никто не убит?
— Нет, почему, и вчера убили...
— Что же дальше?
— Думаю, кишка у евреев покрепче, чем у арабов, они более истероидные, скорее устанут, если увидят, что их террор не приносит реального успеха. Сколько можно подогревать истерию, она требует отдачи. Если ее нет, истерика начинает затухать.
Я лично на все печально довольно смотрю. Но еще раз говорю: многое может случиться за пределами нормативной логики. Хочу видеть, чем кончится вся эта трагедия. Мне любопытно. Я давно мог бы уехать из Израиля, денег у меня достаточно. Но мне интересно здесь, потому что в нашей жизни есть место чуду.
Лев Колодный
"Московский Комсомолец"
№ 22730 от 27.06.01
|
|
|
