Первоначальное сообщение
| Smeshoutine
Вдохновитель
  |  "Россия: свободные люди в несвободной стране"
, Wed 7 Nov 10:40 
Свободные люди в несвободной стране
Мало того, что моей маме и мне надо получать визу, чтобы съездить на ее родину – в Грузию. Теперь мне надо брать визу, чтобы съездить в страну, где родился мой сын – в Чехию. И мне надо получать визу, чтобы съездить в страну, гражданином которой является мой сын – в Болгарию. А моему сыну, постоянно проживающему в России, тем не менее, нужно получать въездную визу в Россию каждый раз, как только он решает съездить за границу. Кстати, для того чтобы поехать в любую страну Шенгенского соглашения, ему виза не нужна, а для возвращения «домой», так он называет Россию, – нужна. Скажите, так можно жить?
Европа, плавно вползающая в единую, в итоге окажется закрытой для двух европейских стран – России и Белоруссии. Все страны, куда мы в «режимные» времена ездили вроде как и не за границу, одна за другой перекрывают нам свободный въезд. Чехия, Венгрия, Болгария и вот теперь Польша.
Случилось страшное. О чем так долго предупреждали советские коммунисты, и для предотвращения чего они вводили в свое время танки в Прагу. Эти страны открыли западные границы, а Запад, в свою очередь, открыл границы для них. Все изменилось с точностью до наоборот – теперь наглухо закрыты прозрачные в прошлом восточные границы наших бывших солагерников.
Вы осознаете, что происходит? Прошу прощение за несколько истеричный вопрос. Конечно, можно вспомнить худшие времена, когда после каждого отъезда за кордон и возвращения в страну у вас попросту отнимали иностранный паспорт. То есть в отличие от нынешних времен, вы не могли уехать из страны, когда хотели. Теперь можете, поскольку паспорт – ваш и хранится у вас дома. Выехать-то вы можете, а вот въехать без визы не можете никуда. Раньше мы были закрытым пространством, охраняемой зоной, куда старались никого без особой нужды не впускать и никого по возможности не выпускать. Теперь, получается, мы снова обитатели некой особой зоны, из которой без специального разрешения в свободное пространство не пускают.
Допускаю, что большинство моих соотечественников не видят в этом никакой проблемы. Ну, взяли визу и поехали. Но прожив в Европе хотя бы год, ты незаметно привыкаешь к тому, что границ не существует. Ты начинаешь забывать, как выглядят пограничники. Если тебе надо из Рима улететь в Брюссель, то ты просто садишься в самолет и летишь, не вспоминая слова «консульский отдел» или «виза». Ты летишь из одной столицы мира в другую там так, как мы летаем из Москвы в Петербург.
Мы вроде бы декларируем сближение с Европой. Особенно после 11 сентября. Не верю. До тех пор, пока мы остаемся гражданами страны, к которым или к которой в свободном пространстве относятся с подозрением, ни о каком сближении не может быть и речи. Сближение начинается именно так, как это происходит с Чехией и остальными вышеназванными странами. То есть сближение на высшем политическом уровне, может, и происходит, но это не отражается на удобствах передвижения по миру обычных наших граждан.
Почему мы остаемся изгоями? Потому что заслужили дурную репутацию за границей? Потому что есть стойкое понятие «русская мафия»? Потому что у нас плохие дипломаты или политики? Потому что мы сами все еще не можем четко обозначить, какими мы хотим быть и какой образ жизни нам близок?
А может быть, еще и потому, что наши «органы» и сами с каким-то диким подозрением относятся к собственным гражданам, иначе чем объяснить, что нам мотают душу по два-три месяца прежде, чем выдать загранпаспорт? А почему, объясните мне, иностранные корреспонденты, приезжающие работать в Россию, получают многократную годовую визу, и могут когда хотят уехать и приезжать сюда, а наши дети от иностранных мужей, а также иностранные мужья и жены, прописанные в Москве и живущие здесь постоянно по тем же вроде бы законам, что и любой другой российский гражданин, не имеют права когда хотят уехать и приехать в Россию?
Мы никогда не жили в свободном пространстве. Ни-ког-да! У меня такое чувство, что кто-то или что-то все время мешает нам всем попробовать, что же это такое – жить без границ, пропусков, паспортов и виз. Потому что из этого свободного пространства обратной дороги в зону нет. Обратно можно въехать только на танках, как мы это сделали с Чехословакией 30 лет назад. Но это, хочу верить, более никогда не будет рассматриваться как вариант.
Я всегда с недоверием относилась к идее об избранности России и ее особом пути. Но мы с достойным лучшего применения упорством продолжаем идти каким-то своим особым путем в отдельности от остального развитого мира. Я не хочу остаться на этой дороге вдвоем с Лукашенко. Кстати, мне по крайней мере понятно, почему в изоляции оказывается Белоруссия. Именно потому, что там правит «последний диктатор Европы». Но мы-то почему? Конечно, Европе тоже должно захотеться нас принять как своих, и для этого есть четко сформулированные условия. Им должно захотеться, но и мы должны решить, чего хотим. Могу сказать, чего хочу я. Я хочу, чтобы наши дети не чувствовали себя людьми второго сорта. Я хочу, чтобы известная фраза «я свободный человек в свободной стране» наполнилась для них конкретным содержанием как внутри страны, так и за ее пределами. Я хочу, чтобы они шагали по миру так же свободно и непринужденно, как и их сверстники из Англии или Испании. Тем более, что дети наши, попадая в парижскую или римскую толпу, совершенно никак в ней не различимы. Они уже неформально стали частью этого свободного пространства. Но чтобы им войти в это пространство формально, их родители и дедушки, которые все еще управляют страной, должны как-то повернуть свои мозги в нужном направлении и попрощаться с прошлым. Той страны уже нет. Тех границ уже нет. Да даже того мира, который, казалось бы, был еще вчера, уже тоже нет.
Наталия Геворкян
http://www.gazeta.ru/2001/10/03/svobodnyelud.shtml
03 ОКТЯБРЯ
|
|
Ответы:
|
| Smeshoutine
Вдохновитель
|  "Если ваш ребёнок иностранец..."
, Thu 15 Nov 04:34:
Когда сын – иностранец
(Интересную тему продолжает описывать на своём опыте известная журналистка Наталья Геворкян. Ей и её сыну можно только посочувствовать. Но, думается, в существующих рамках проблем с гражданством во всём мире эта проблема останется такой же... животрепещущей. Но, насколько я знаю, во многих "развитых" странах мира к родственникам относятся лучше, чем в России. - В.С.)
Я хотела иметь прямые волосы, двенадцать детей и писать про любовь. Но у меня вьющиеся волосы, о двенадцати детях не может быть и речи, а пишу я о политике. С первым – борюсь, о последнем – продолжаю сожалеть. Зато количество трудностей, сопряженных с наличием даже одного ребенка, вполне примирило меня с отсутствием остальных одиннадцати. Все дело в том, что мой единственный ребенок, как я уже сообщала вам, уважаемые читатели, – иностранец.
В ближайшее время Госдума будет рассматривать во втором чтении законопроект о правовом положении иностранцев в России. Таковых, кстати, по официальным данным, миллионов семь. А реально, полагаю, куда больше. И к одному из них я имею непосредственное отношение, а посему результаты думских дебатов по этому законопроекту напрямую затрагивают интересы моей семьи.
Семейка, конечно, не задалась – с точки зрения реалий нашей сегодняшней российской жизни. Иностранец в ней формально только один – мой сын. Как это ни смешно, но он же единственный из нас, за чью судьбу в городе, где регулярно скинхеды и прочие фашисты бьют «черных», я наиболее спокойна – внешне молодой человек похож на своего болгарского папу, а не на «черную» мамашу кавказских кровей. Все остальные члены семьи – российские граждане не менее 40 лет, зато с раздражающей внешностью. По такой внешности можно схлопотать сразу за всех – за евреев, армян, грузин, чеченцев, азербайджанцев, цыган, афганцев, курдов и далее см. весь список национальностей, которым «не симпатизируют» русские истинные арийцы. Но это наши проблемы – ни родню, ни родину, как известно, не выбирают. Но мальчику-то эту вторую родину выбрала я. Я привезла его сюда в возрасте семи лет. И на свою голову воспитала так, что, когда он говорит «у нас», имеет в виду Россию, а не Чехию, где родился, и не Болгарию, к которой имеет прямое корневое отношение.
Надо честно признаться, что если бы не русский консул в Праге, то Филип, возможно, стал бы российским гражданином. Но этот самый консул в Праге в далеком 1981 году, когда я на девятом месяце беременности пришла узнать, как же оформляется российское гражданство при смешанных браках, ухитрился не предложить мне присесть. И разговаривал со мной так, как будто я и мой еще не рожденный ребенок уже нанесли непоправимый вред Советскому Союзу, партии, правительству, а также лично незабвенному Леониду Ильичу Брежневу. Я засмеялась и, не дослушав, пошла к двери. Он удивленно меня окликнул, потому что ведь я же еще не объяснил вам, гражданочка, какие документы и как надо оформлять. В дверях я повернулась со всей возможной грацией безнадежно беременной гражданочки и спокойна сказала: «Спасибо, не надо. Мой ребенок не будет гражданином СССР». Спасибо консулу.
Будь он вежлив, я бы решала сегодня не проблему прав моего иностранного ребенка в России, в том числе на выезд и въезд, а всеми доступными мне способами спасала бы единственного сына от службы в армии, седьмой год отсылающей цинковые гробы с нашими сыновьями из Чечни.
Я привезла его в СССР в перестройку. Это был 1988 год, и это был еще СССР. Сейчас 2001 год, об СССР он вообще не помнит, как и многие нынешние 20-летние. Но в отличие от своих 20-летних российских друзей мой сын не может за два дня собраться и уехать ладно бы купаться в море на Кипре. Он не может даже попросту, когда захочет, уехать к своему живущему за границей папе или дедушке и к работающей сейчас за границей маме. То есть уехать попросту он может, а вот въехать обратно в страну, где он прописан, учится, любит, дружит, живет, наконец, он может только по визе. Потому что все постоянно проживающие в России иностранцы, в том числе и члены семей, обязаны каждый раз, покидая Россию, запрашивать в ОВИРе въездную визу в Россию. И ОВИР имеет право два месяца думать, дать им эту визу или нет. То есть думать ОВИР может, например, все студенческие каникулы. И так при каждом отъезде! Многократные российские въездные визы для таких, как мой сын, не предусмотрены. Спрашивается, где логика? Почему, кто бы мне объяснил, американский журналист, приезжающий, например, работать корреспондентом в Москву, имеет многократную русскую въездную визу, а болгарский гражданин, прописанный у собственной матери в России, не имеет на нее права?
Я не понимаю, мы что, пускаем иностранцев к себе жить, чтобы потом бесконечно их унижать? Очень советую зайти в ОВИР для иностранных граждан в двух шагах от Покровских ворот. Особенно советую это сделать тем, кто еще помнит, что такое очереди в ОВИР для советских граждан в Колпачном переулке в коммунистические времена. Вы увидите то же самое. Особенно приятно туда заходить в период каникул и перед крупными праздниками вроде Рождества. Сотни толпящихся у дверей иностранцев разного цвета и с разными акцентами говорящих по-русски, с одинаково безнадежным выражением лица записывают номер очереди, прибегают отмечаться, заполняют бесконечные анкеты и ждут-ждут-ждут, чтобы страна, куда большинство из них добровольно приехали, где они уже живут, где у них мужья, жены, родители или дети, а также работа и налоги, разрешила им после Рождества вернуться к мужьям, женам, родителям или детям, работе и налогам.
Кстати, о работе. Рассказываю, чем наши законодатели намерены запретить заниматься иностранным гражданам. Работой в госучреждении, например. То есть мой сын, который учится на факультете тележурналистики, не сможет, насколько я понимаю, работать на втором канале российского телевидения, поскольку это госканал. То есть не примут его туда не по принципу профнепригодности, а по принципу национальной принадлежности. Не вышел паспортом. Класс. А также он не может быть публичным политиком (слава Богу), летчиком и капитаном (и гражданским? почему?!), адвокатом и нотариусом (полный маразм!). Вы скажете: а что же вы, мамаша, не возмущаетесь, что ребенок ваш не пойдет служить в российской армии – это-то вас радует! Конечно, но ведь я и не настаиваю, чтобы иностранцев брали в КГБ, МВД, ГРУ, ФАПСИ и прочие госучреждения, сопряженные с сохранением гостайны. Но почему мой сын при желании не может стать нотариусом, адвокатом или гражданским летчиком, я не понимаю. А если он талантливый молодой ученый и, скажем, придумает средство борьбы со СПИДом? И что – Академия наук предложит ему поменять для начала паспорт вместе с гражданством, а потом уже посмотрит на его изобретения? Чушь какая-то. Хотя именно так, боюсь, и было бы. И взывать к здравому смыслу, как всегда у нас, бессмысленно. Я взываю к нему уже 13 лет, что мой ребенок живет в России – сделайте многократную въездную визу, чтобы он хоть с отцом мог видеться, когда ему захочется, а не тогда, когда это разрешит ему ОВИР. Смешно, право. Вот ко мне во Францию он может приехать теперь без визы, как и в остальные страны Шенгенского соглашения. Потому что Европа открыта для болгар. А вернуться домой к бабушке в Москву он без визы не может. Я стараюсь об этом не думать, потому что у меня начинает от всех этих нелепостей ехать крыша.
Я думаю, что Филипу непросто жить в России. Он никогда не жаловался. Более того, он не собирается отсюда уезжать, хотя может это сделать в любой момент. И он ни разу в жизни не упрекнул меня в том, что я привезла его в Россию. Но он никогда и не поднимал вопрос о смене гражданства, хотя реально считает родиной Россию. Я знаю почему. Я это вижу.
Лишь один раз один человек в лоб сказал мне при Филипе: «А вот не надо было делать ребенка иностранцем, забот бы было меньше». Это произошло много лет назад в кабинете шефа нынешней компании «Аэрофлот». Ребенку было лет 10–11, и я покупала ему билет к дедушке в Софию, куда он летал на лето. Неожиданно выяснилось, что за свой билет я должна была заплатить практически в два раза меньше, чем за детский для Филипа. Я не понимала, в чем дело, и добилась встречи с начальником. Мы вошли с Филькой в его огромный кабинет. Ребенок стал с интересом рассматривать огромную карту мира, висящую на стене, а мы с начальником углубились в спор. Он доказывал, что все дело в том, что ребенок – иностранец, но не смог предъявить ни одного законодательного или ведомственного акта, где было бы черным по белому написано, что за это маленькому ребенку, постоянно проживающему с мамой буквально за углом этого самого «Аэрофлота», полагается платить больше. В результате у начальника остался единственный аргумент: «А не фига было рожать иностранца». И тут мой тишайший Филип, с интересом изучавший в этот момент извилины Амазонки, оторвался от карты, повернулся к дядечке-начальнику и ровным, спокойным и каким-то взрослым голосом на чисто русском языке произнес: «А вот это не ваше дело». Начальник отступил – в буквальном и в переносном смысле слова: уступил в цене.
Я уважаю позицию сыну. Он уважает принятое мной много лет назад решение привезти его в дом моих родителей в Москву. Я не хочу, чтобы моя страна неумными законами выжила отсюда моего ребенка. Таких судеб, как наша с Филом, миллионы. Именно поэтому я прошу законодателей думать. Судьба каждого из иностранцев, которую парламентарии регламентируют новым законам, неразрывно связана с судьбой хотя бы одного российского гражданина. Как минимум.
Наталья Геворкян
14 НОЯБРЯ 2001
http://www.gazeta.ru/kolonka.shtml
[this message was edited by Smeshoutine on Thu 15 Nov 04:35] |
| | victoria
|  "А стоит?"
, Mon 17 Dec 16:59
Вообше-то довольно странно - я знаю многих женщин, кот. специально ездят рожать в Штаты только для того, чтоб у их ребёнка было американское гражданство. Моя близкая подруга лет 7 назад родила в США ребёнка и я не помню, чтобы у неё были какие-либо проблемы с "ввозом". Да и сейчас, несмотря на то, что они живут в основном в Москве и ребёнок учится в русской школе - этот вопрос как-то не встаёт. Насколько я знаю, то до совершеннолетия никто, и даже наше славное государство, не может запретить ребёнку жить вместе с родителями, невзирая на его гражданство. Зато вы при ребёнке-гражданине США сможете без проблем получать визы и даже green card, если захотите там пожить. А в последствии и самим получить гражданство, если понадобится. Мне кажется, что это наиболее простой вариант.
Виктория
|
|
|
"Re(1):Если ваш ребёнок иностранец..." 
"Если ваш ребёнок иностранец... Сочувствую"