Первоначальное сообщение
| Prorokov
Руслянин
  |  "Стратегия прорыва"
, Tue 19 Jun 23:10 
Стратегия прорыва
(Ксенофонт Христофорович Ипполитов родился в 1935 году в городе Сухуми в Абхазии. С 1941 года живет в Москве. Член Союза писателей России, член-корреспондент Российской академии естественных наук, генерал-майор в отставке. Автор трех монографий и четырех учебных пособий по специальной тематике, многочисленных статей. С декабря 1995 года вице-президент Российского союза негосударственных предприятий безопасности (РСПБ). В журнале "Москва" опубликована статья "Собственность как зеркало социальной политики (2000, номер 4) - (см. на форуме НАБАТ - post.1046)
Обстановка в России характеризуется системным кризисом, в котором определяющим моментом, несомненно, является критическая ситуация в экономике. Несмотря на вроде бы обнадеживающие результаты 2000 года по сравнению с 1999-м, тем не менее оптимизма они не вселяют. Сравнивают-то с предшествующими несколькими годами.
А если анализировать официальные данные Госкомстата РФ и сравнивать их с 1991 годом, то получается, что экономика России лежит на дне: за десять последних лет -- эпоху "великих либеральных экономических реформ" -- объем инвестиций в основной капитал сократился более чем на две трети и составляет 20% от уровня 1991 года. Износ основных фондов топливно-энергетического комплекса уже достиг 80%. Объем промышленного производства составляет 50% от объема 1991 года. Почти такое же положение и в сельском хозяйстве. При этом весьма тревожная ситуация сложилась в животноводстве. Поголовье скота на исходе 2000 года составило одну треть от уровня 1991 года и быстро приближается к уровню первых послевоенных лет. Особенно тревожное положение сложилось в высокотехнологичных отраслях (производство станков, кузнечно-прессовых машин, радиоэлектронной аппаратуры, бытовой электроники, компьютеров, современных средств связи и др.). Общий объем их продукции составляет немногим более 5% от уровня 1991 года, и это при том, что данный сектор является сегодня самым динамичным в мире. И не сложился он именно за последние десять лет -- в эпоху великих реформ и столь же великих авантюр. Конечно, в этом секторе давление Запада было и остается наиболее ощутимым: конкурентов уничтожают. Но винить здесь только Запад -- значит уйти от ответа на главный вопрос: кто спровоцировал столь катастрофическое разрушение?
Близка к этому положению и так называемая структурная перестройка экономики страны, которая, по существу, идет не в сторону увеличения объема высокотехнологичных отраслей, а совершенно в другую сторону.
К тому же Россия очень слабо и односторонне включена в систему международной торговли и специализации. Удельный вес России в мировом экспорте в 2000 году составил 1,7%, а в мировом импорте -- 1,3%. До 1991 года торговый оборот СССР составлял 220 млрд долларов, по объему импорта страна занимала седьмое место, а по экспорту -- десятое.
Сегодня экспорт России носит ярко выраженный сырьевой характер. Доля машин и оборудования в экспорте, по данным за 2000 год, занимала всего 9%.
И наконец, если сравнивать Россию с другими странами по такому качественному показателю, как производство валового внутреннего продукта на душу населения, то на конец 2000 года Россия заняла семидесятое место, переместившись туда из первой тридцатки в 1991 году. При этом нелишне вспомнить, что по производству многих видов продукции -- в основном сырьевой и продукции первого передела -- СССР занимал одно из лидирующих мест. СССР был крупнейшим производителем электроэнергии, газа, угля, чугуна, стали, цемента.
Таков результат либеральных экономических реформ, уложенных в макроэкономическую программу. И призыв сегодня к продолжению, углублению и расширению либеральных реформ -- это, по сути, призыв к замораживанию, а возможно, и ухудшению сложившегося положения.
На этом фоне становится очевидным, что в данной конкретной обстановке положение в экономике является решающим фактором выхода из кризиса. Хотим мы того или не хотим, согласен ли кто-либо с нами или не согласен, но, видимо, если страна не решит экономические проблемы, то мы не в состоянии будем изменить радикальным образом ситуацию в социальном положении абсолютного большинства населения страны; мы не сможем обеспечить проведение каких-либо реформ, и в конечном итоге политическая судьба России будет зависеть прежде всего от решения этого основополагающего вопроса.
В то же время истекшее десятилетие доказало, что реформы ради реформ ровным счетом ничего не меняют в положении населения, а обеспечивают лишь интересы узкой социальной группы. Реформы, лишенные общественной цели и общественного идеала, не затрагивают интересов народа и, по существу, направлены против народа. Они не предусматривают участия населения страны в их реализации, не учитывают и не задействуют людской потенциал. А без участия населения, причем непосредственного участия как наиболее заинтересованного субъекта, реформы останутся тем, что они есть: средством и способом формирования крупного собственника как гаранта необратимости процесса капитализации страны. Опасная игра! И самое главное -- бесперспективная.
Программа Г. Грефа, по сути, повторяет основные положения программы Е. Гайдара. Она не обеспечивает и -- самое главное -- не может обеспечить экономический прорыв России и обрекает ее на бесконечно долгое и совсем не обязательное достижение уровня развитых стран. А они в свою очередь весьма заинтересованы в консервации России как сырьевого донора Запада, как рынка дешевой рабочей силы, сбыта своих товаров и места захоронения ядерных и токсичных отходов. "Лучшие" представители Запада этой цели не скрывали и не скрывают. Значит, и та цель, о которой с таким упорством повторяют "лучшие" демократические и реформаторские умы: благополучие населения и социальная справедливость -- в очередной раз оказывается блефом, за которым кроется обычный корыстный интерес.
И все это происходит при том, что Россия, несмотря на все невзгоды и разрушения последних десяти лет, сохраняет пока условия для экономического прорыва. В чем же заключаются эти условия и каков механизм их превращения в реальность?
Прежде всего, будем исходить из Конституции РФ и конституционного положения, устанавливающего многообразие форм собственности -- государственной, коллективной, общественной, частной, их равенство перед законом и равную защищенность законом. А это значит, что проведением ваучеризации и приватизации подменили разгосударствление собственности, захватив попутно и то, что не могло быть приватизировано. А произошло это потому, что власть, подменив социальную цель (благополучие граждан) политической целью (формирование частного собственника, в том числе и криминальным путем), проигнорировала Конституцию, приостановила в 1992 году действие закона о собственности 1989 года, ничего не дав в законодательной базе взамен, не определив законом ни путей, ни механизмов, ни критериев формирования разных форм собственности, открыла дорогу к прямому и неприкрытому грабежу. А когда на этом пути возникло в 1993 году препятствие в лице парламента, снесла это препятствие танками и пушками.
Пересмотр итогов приватизации должен быть. Если, конечно, мы хотим следовать закону, а не логике бандитизма: что взял, то мое, и мое то, что я еще возьму. И не поддаются никакому вразумительному объяснению бесконечные "всхлипы" и негодующие восклицания телеобозревателей, особенно на НТВ, как только речь заходит о национализации. Да, национализация, как это происходит во всем мире, в том числе и в странах западной цивилизации. После второй мировой войны, когда судьба политических режимов в Европе оказалась под угрозой, Запад без каких-либо серьезных колебаний пошел на создание государственного сектора собственности, на национализацию собственности. Запад исходил из простой истины: национализированная собственность превращает государство из "ночного сторожа" в ведущего собственника и на этой основе позволяет ему осуществлять экономическую, социальную и иную политику в интересах общества, не допуская тем самым формирования условий для социального конфликта.
И серьезный политический обозреватель обязан это знать. Иначе -- ложь или дилетантизм. Со всеми вытекающими отсюда последствиями.
Таким образом, первым непременным условием выхода из кризиса является требование перейти к нормальной политике разгосударствления собственности, ни в коем случае не подменяя ее приватизацией. То есть при выходе из кризиса цель должна быть не политическая, а социальная: благополучие народа. Тогда декларации совпадут с реальностью. А это первый шаг на пути получения поддержки в обществе в целом и первый шаг на пути вовлечения широких масс в реализацию экономической реформы на основе их прямого, непосредственного экономического интереса.
Второе условие -- это проблема ренты, то есть ресурсов. Формирование доходов на основе первичных факторов производства выглядит следующим образом:
-- 75% дает рента, или естественные ресурсы;
-- 20% -- капитал;
-- 5% -- труд.
То есть человеческая, предпринимательская деятельность дает нам всего 25% доходов. 75% мы получаем от того, что дано нам от Бога, дано всему обществу и должно принадлежать обществу, то есть обеспечивать интересы и потребности всего населения.
О том, как обстоит дело, свидетельствуют данные о формировании доходов в рамках действующей налоговой системы:
-- рента (то есть ресурсы) дает 13% дохода;
-- капитал -- 17%;
-- труд -- 70%.
То есть происходит двойное ограбление: во-первых, основную долю доходов дают именно те, кто в реальности является наименее обеспеченным, -- представители труда; и во-вторых, присваивается то, что принадлежит всем, -- ресурсы. И возникает вопрос: куда делись 62% доходов от ренты? Ответ простой: украли, присвоили, вывезли. А это именно те средства, которые должны обеспечивать реализацию экономических, социальных, гуманитарных программ, военных и научных программ, обеспечивать выплату внешнего долга.
А так как речь идет о естественных монополиях, то должно восторжествовать Божественное право, и естественные монополии должны быть национализированы и работать на все общество, а не на избранных.
Здесь же надо учитывать, что естественные монополии -- это еще и экономический каркас общества, обеспечивающий экономическое единство территории и неизменность тарифов, то есть обеспеченность населения теплом, светом, транспортом, а самой экономики -- стабильной основой развития.
И когда сегодня усиленно проталкивают идею превращения еще одного ресурсного потенциала -- земли -- в товар через свободную куплю-продажу, то, по существу, проталкивают тот же, уже испытанный, апробированный механизм: через приватизацию земли -- к очередному ограблению естественной ренты. То есть речь идет о превращении Божественного права в право произвола и грабежа. Кто даст гарантию, что при приватизации земли механизм ее осуществления будет чем-то отличаться от механизма приватизации в промышленности? Никто. И скорее всего, если судить по инициаторам и их позициям, будет точно такое же протекание процесса. А ведь, по сути, речь вновь идет о разгосударствлении собственности. И чтобы соблюсти корректность этого процесса до принятия закона о разгосударствлении земли (но не приватизации), необходимо, как представляется, провести инвентаризацию этого ресурса, то есть нужен Земельный кадастр.
Затем необходимо выделить критерии разгосударствления, введя такие требования, как:
-- обеспечение экологической безопасности;
-- обеспечение продовольственной безопасности.
Тогда станет очевидным, что значительные площади могут оставаться только у государства, в частности:
1. Таежные пространства, обеспечивающие экологию.
2. Водообразующие бассейны. Например, в лесах и болотах Тверской области берут начало многие реки, в том числе и Волга. Отдав территории в частные руки, завтра мы лишимся в этой области лесов и болот, послезавтра -- рек, и Волги в частности. Всякие разговоры и обещания о том, что новый собственник будет руководствоваться общественными интересами, ничего не стоят, так как частный собственник руководствуется прибылью и только прибылью. Общественные интересы, интересы государства играют для него какую-либо роль лишь в том случае, если они совпадают с его личными интересами.
3. Черноземы, составляющие в условиях России основу продовольственной безопасности. Какую форму землепользования выберет государство (создание госхозов, сдача в аренду, в том числе долговременную) -- это дело самого государства. В любом случае оно должно руководствоваться лишь одним: эти земли не могут выпасть из сельскохозяйственного производства и должны обеспечивать страну сельскохозяйственной продукцией.
В любом случае государство обязано руководствоваться требованием действовать в интересах всего общества, не допуская ограбления большей части населения в интересах отдельных групп. Если, конечно, оно руководствуется основной социальной задачей -- благополучие населения и ответственность за социальное состояние общества.
Еще одна проблема: использование простаивающих промышленных мощностей в качестве механизма перевода экономики в режим роста. Власть проигнорировала рекомендации, предложенные учеными отделения экономики РАН, сделанные по этому вопросу еще в 1995 году. Не был использован в полной мере этот механизм в обстановке, сложившейся в результате дефолта 1998 года. Весь парадокс макроэкономической теории состоит прежде всего в том, что при наличии свободных мощностей необходимо стимулировать не сбережения и инвестиции, а текущие потребительские расходы, в первую очередь на отечественную продукцию. И хотя на первый взгляд уровень сбережений падает, общий же объем сбережений и инвестиций не уменьшается. В этом-то и заключается парадокс, так как в этом случае возрастает за счет загрузки неиспользованных мощностей общий объем выпуска продукции. В этом парадоксе нет ничего необычного. Подобный шаг уже привел к успеху ряд постсоциалистических стран, где экономический рост произошел раньше роста капитальных вложений.
Непонимание или нежелание понять эту очевидную истину стало причиной того, что правительством России эффект девальвации был использован минимально, да и к тому же эффект был незначительный и довольно быстро испарился. Нужен был банковский кредит под быстрый оборот прироста продукции. Но именно этого-то и не оказалось.
Таким образом, имеющийся резерв не использовался и, к сожалению, не используется и сегодня. При том что данный резерв имеет ограниченные возможности во времени. Причина узких временных рамок определяется тем, что простаивающие мощности -- это натуральный капитал, воплотивший в себе старую воспроизводственную базу отечественных предприятий. Использование этой базы позволяет наращивать выпуск необходимой, но все же недостаточно конкурентоспособной продукции. То есть такой шаг может замещать, но не вытеснять импорт. Вот почему в условиях девальвации он может стать эффективным средством, позволяющим создавать сбережения и повышать норму инвестиций и тем самым осуществлять модернизацию производства, то есть создавать новую технологическую основу.
Если оценивать ситуацию сегодня, то можно констатировать: многое из того, чем реально располагали отечественные предприятия в области новых технологий и оборудования, за годы реформ было утрачено, и утрачено навсегда. Что-то из наиболее ценного было продано за бесценок за рубеж, что-то физически и морально устарело, ну и что-то было просто растащено. Но тем не менее осталась определенная часть производственных мощностей, осталась еще квалифицированная рабочая сила. По данным академика С. Д. Львова, она составляет около одной трети того, чем Россия располагала в обрабатывающей промышленности в начале 90-х годов. А это, надо признать, немалый резерв для увеличения продукции, если им, конечно, по-хозяйски распорядиться, а не отдавать на заклание ворам, расхитителям и авантюристам.
В обстановке экономического кризиса необходимо найти решающее звено, позволяющее насыщать внутренний рынок продукцией широкого народного спроса, и одновременно найти необходимые средства для реализации социальных, экономических, гуманитарных и иных программ развития.
Как свидетельствует мировой и отечественный опыт, таким звеном является малое предпринимательство. Это доказано новой экономической политикой в Советской России; это доказал Т. Рузвельт во времена Великой депрессии 30-х годов; это доказал Эрхард в послевоенной Германии, поднимая страну из руин; это доказали японцы, начав на базе малого предпринимательства в 50-е годы прорыв в научно-технической сфере.
Почему малое предпринимательство привлекает наше внимание?
Малое предпринимательство в России представлено различными формами собственности: частной, коллективной и общественной (муниципальной). По своей сущности малое предпринимательство является социальной экономикой, так как
-- решает в значительной мере проблему занятости населения (создает рабочие места, задействует в экономике огромный людской потенциал);
-- удовлетворяет спрос населения на предметы первой необходимости и массового потребления;
-- гибко и своевременно реагирует на все изменения спроса основной массы потребителей;
-- работает повсеместно: в городах, поселках, деревнях, то есть способно удовлетворить спрос населения в любом месте и в любое время;
-- способно освоить инновации в самых передовых технологиях.
При этом малое предпринимательство требует весьма ограниченного внешнего финансирования, так как строится в основном на самодеятельности и инициативе населения за счет собственных средств и незначительного по сравнению с крупными предприятиями привлечения внешних финансов (инвестиций).
Предназначение малого предпринимательства состоит во внедрении и закреплении на внутреннем рынке как основного производителя конкурентоспособной массовой продукции. А также в том, чтобы аккумулировать "живые" деньги (основная масса обращения денег происходит в этом секторе экономики: торговля, обслуживание, производство массовой продукции) и "перекачивать" через налоговую систему часть из них на социальные, культурные, экономические, научные и иные программы развития страны.
Чем шире круг участников малого предпринимательства, тем больше финансовых средств, получаемых в бюджеты как местных, так и федеральных властей.
Государству выгодно развивать малое предпринимательство и тем самым расширять источники пополнения бюджета, находя внутренние источники для долгосрочной инвестиционной политики, не прибегая к кабальным иностранным займам, а рассматривая последние как дополнительный, но не основной источник инвестиций при решении макроэкономических проблем.
Таким образом, малое предпринимательство по своим потенциальным возможностям способно накормить и одеть население страны, обслужить его и дать государству необходимые финансовые средства на различные программы развития. Как показывает мировой и отечественный опыт, малое предпринимательство способно взять на себя такие обязательства и выполнить их.
Но и государство берет на себя соответствующие обязательства и создает соответствующие механизмы, способные реализовать предназначение малого предпринимательства и раскрыть его социальную сущность.
Иначе говоря, формируется своеобразный общественный договор, в котором четко фиксируются на уровне закона взаимные обязательства сторон.
Государство обязано в данном случае:
1. Защитить малое предпринимательство от уголовного и государственного рэкета (коррупции).
2. Пересмотреть налоговую систему, которая предусматривала бы совокупный налог на малое предпринимательство не более 10--12% от прибыли, исключая любые иные виды и формы налогообложения. То есть сделать налоговую систему не фискальной, а главным образом стимулирующей.
3. Пересмотреть таможенную политику, которая должна обеспечивать возможность формирования конкурентоспособных производителей товаров и услуг на внутреннем рынке, особенно в производстве товаров первой необходимости и массового спроса: хлеба и хлебопродуктов, мяса и мясопродуктов, молока и молочных продуктов, детской одежды и обуви, одежды и обуви для лиц преклонного возраста.
Несомненно, эта мера вызовет бесконечные обвинения в нерыночном поведении со ссылками на западный опыт, исключающий такие меры. Но это будет самый беззастенчивый блеф и прямая ложь. Ведущиеся уже полвека на Западе винные и виноградные, молочные и мясные, текстильные и металлургические "войны" свидетельствуют об обратном: о защите отечественных производителей и создании условий для сохранения за ними ведущего места на внутренних рынках.
4. Внести серьезные изменения в кредитно-финансовую систему, предусматривающие выдачу кредитов для потребностей малого предпринимательства на уровне 15--17% годовых и на срок, необходимый для создания конкретного предприятия:
-- в торговле -- сроком не менее чем на 1 год;
-- в обслуживании -- сроком не менее чем на 1,5 года;
-- в производстве продуктов и товаров массового спроса -- сроком не менее чем на 2 года.
5. Отказаться от разрешительной системы регистрации малых предприятий и перейти к уведомительной системе, что предполагает резкое сокращение необходимой документации и регистрацию вновь учрежденного предприятия в срок не более трех дней с момента подачи заявления.
6. Выделить государственные дотационные средства в нетрадиционных формах, с тем чтобы избежать разворовывания средств. В этих целях осуществляется так называемая прямая безналичная дотация производителей. Например, государство, заинтересованное в насыщении внутреннего рынка мясом и мясопродуктами отечественного производства, выделяет для этой цели 1 млрд рублей. Эти деньги идут не обычным путем, а на данную сумму всем производителям (и только производителям) мяса и мясных продуктов на конкретный временной период на 50% снижается налог и на 50% -- плата за энергоносители. В этом случае выигрывают и производитель, и потребитель, и государство.
Параллельно на этот же временной период должен быть введен таможенный режим благоприятствования отечественному производителю мяса и мясопродуктов.
Здесь нет ничего нового. Это мировая практика, дающая эффективные результаты в производстве товаров, в их выходе не только на внутренний, но и на внешний рынок с достаточно высокой конкурентоспособностью.
Таким образом, должна быть выработана целостная государственная политика по развитию малого предпринимательства. То есть запускается механизм микроэкономики, способный решить текущие проблемы жизнеобеспечения населения и дать необходимые средства на решение проблем макроэкономики.
Все огрехи и недостатки программ Гайдара-Грефа в том и заключаются, что они проигнорировали значение и роль микроэкономики в решении насущных задач общества и полностью исключили участие людского потенциала в решении экономических проблем России. Более того, на протяжении уже многих лет идет фактическое уничтожение через коррупцию, через уголовное насилие, через отсутствие необходимых законодательных актов малого предпринимательства. Достаточно отметить, что на сегодняшний день по сравнению с 1994 годом, когда было 1 миллион 200 тысяч малых предприятий, их число сократилось почти на одну треть. Для сравнения: в Японии на протяжении десятилетий число малых предприятий держится на уровне 8 миллионов. Здесь видна политика государства.
Стране нужен крепкий, полноценный рубль. Был деревянный и окончательно закостенел. Вряд ли кто признает нормальным положение, при котором внутри страны основной валютой стал доллар. Мы оцениваем вещи, программы, действия в долларовом эквиваленте. То, что происходит с рублем, свидетельствует о нашей экономической и по большому счету политической зависимости. То есть мы -- обычная развивающаяся, зависимая, полуколониальная страна. Изменения должны происходить прежде всего в положении национальной валюты -- рубля. Предложенные выше меры будут способствовать этому превращению. Но вместе с тем необходимы и самостоятельные радикальные меры по подкреплению рубля конкретным материальным содержанием. Такой мерой мог бы стать переход во внешнеэкономической деятельности к энергорублю. Это означает, что расчеты за экспорт энергоносителей -- нефти, газа, угля, электричества -- должны осуществляться в рублях и оплачиваться в российских банках. Введение этой меры -- первый и важнейший шаг ухода от зависимости. Есть и другая сторона этого вопроса. За истекшие 10--12 лет из страны вывезено около 300 млрд долларов. Львиная доля этого капитала -- осевшие на иностранных счетах деньги за вывезенные энергоносители. Какие только предложения уже не делались, чтобы вернуть в Россию эти деньги: от силовых методов до амнистирования. Думается, что все эти меры малосостоятельны и столь же малореальны. Но если сегодня ввести энергорубли, то те, кто уже вывез полученную за это валюту и намерен и далее приращивать свой капитал на поприще энергоносителей, вынуждены будут завтра, чтобы продолжать свой бизнес, обменять доллары на рубли и сполна заплатить за экспорт продукции.
Несомненно, это сложное дело. В нем потребуется политическая воля власти. Но именно эта мера позволит судить о готовности власти к реальным действиям по оздоровлению экономики, по борьбе с коррупцией. И видимо, ее введение необходимо осуществлять поэтапно: вначале для СНГ, затем в Восточной Европе, а далее и в экономических отношениях с другими странами.
И наконец, несколько замечаний по такому вопросу, как инфляция. Борьба с инфляцией, которую ведет правительство, вообще-то яйца выеденного не стоит. Растет инфляция или не растет -- стоимость жизни стабильно, постоянно растет. Борьба с инфляцией -- это скорее миф, так как эта борьба не затрагивает причин, порождающих инфляцию. Да и, как представляется, инфляция нам просто нужна, так как она сегодня единственный надежный критерий оценки состояния экономики и обнаружения действительных причин инфляционных процессов, а следовательно, и ухудшения положения широких масс населения. Поэтому "бездефицитный" бюджет, антиинфляционные меры во многом носят весьма условный и нередко сугубо пропагандистский характер. Более того, истинное инфляционное положение -- лучшая характеристика способности правительства управлять экономическими процессами.
А бороться с инфляцией можно и необходимо не административными или искусственными мерами, а конкретными, прежде всего экономическими.
Вместо заключения считаем целесообразным высказать свою точку зрения по вопросу, имеющему непосредственное отношение к экономическим реформам. Речь идет о политическом характере деятельности по обеспечению экономических реформ, который определяется прежде всего целью экономических реформ и их социальной направленностью. Именно в этих двух основополагающих элементах экономическая реформа оказалась, по существу, декларативной и ничем не подкрепленной. Провозглашенные цели: экономическое возрождение России и повышение благосостояния российских граждан -- остались не только не реализованными, но, напротив, ушли с переднего плана, отодвинуты до лучших времен, так как результаты хода экономических реформ оказались прямо противоположными провозглашенным целям. Провозглашенные цели были подменены другой целью: формирование крупного частного собственника как гаранта необратимости капитализации страны. Хотя, конечно, никто эту цель не провозглашал. Послушайте лидеров так называемых демократических партий. Слова о благополучии населения не сходят с их языка, а на практике выстраивается совершенно иной подход.
Столь же удручающее положение сложилось и с другой основной составляющей политической характеристики -- социальной ориентированностью реформ. Совершенно очевидно, что программы Гайдара и Грефа не просчитывали это направление и не ставили задачу соотнести между собой цели реформы, ее задачи и тактику как способ достижения стратегических результатов в их социальном воплощении. Приватизация, связанная с ограблением государства и народа, руками и на средства которого создано в прошлом все национальное богатство, -- лучшее тому доказательство.
Наиболее же значимым элементом в политическом содержании экономических реформ являлось и продолжает оставаться определение места и роли государства как основного субъекта экономических отношений в условиях многообразия форм собственности. Пока еще государство в значительной степени не выполняет своей роли, прежде всего в вопросах разгосударствления (а не приватизации) собственности, приватизации, конверсии военного производства. Более того, по ряду позиций оно самоустранилось (более того -- оно было "отодвинуто"), предоставляя другим субъектам этих отношений искать выход из положения, порой на путях далеко не правового порядка. Совершенно очевидно, что, не определив государственный сектор экономики (на основе конкретных критериев) в качестве экономической базы государства как субъекта экономических отношений, не упорядочив как с экономической, так и с правовой точек зрения механизм управления этим сектором, а через него -- воздействие на экономику в целом, на социальную политику в стране, государство не сможет стать реальным, в условиях кризиса ведущим субъектом экономических отношений, не сможет управлять делами общества и нести ответственность за социальное состояние общества.
Таким образом, политическая сторона экономической реформы оказалась наиболее уязвимой, и она в значительной мере определила многие издержки, развитие старых и формирование новых противоречий в экономике и экономических отношений, создавая тем самым новые и новые угрозы как экономической безопасности, так и национальной безопасности России.
Все это приводит нас к простому и очевидному выводу: возможность экономического прорыва возможна лишь тогда, когда будет изменена роль государства в управлении всеми, прежде всего экономическими, процессами, когда провозглашенные в 1991 году политические цели: возрождение России и повышение благосостояния населения -- станут сферой практической деятельности государства и его институтов. Без политической воли к изменениям все грозит остаться на своем месте и государство, занимаясь решением сугубо тактических задач в экономике, будет оставаться заложником новых крупных собственников, их воли, их интересов.
Ксенофонт Ипполитов
**************************************************
Текст получен с Интернет-сайта http://moskva.muslib.com
Илья Пророков
|
|
Ответы:
|
| Ignat
| "Re(1):Стратегия прорыва" , Tue 26 Jun 06:52
2. О лидерстве в области добычи сырья и продукции первого передела. Такое лидерство в Советское время было связано с не рыночными принципами функционирования экономики и означало раздачу продукции и сырья за бесценок из политических соображений.
3. Демагогию о сырьевом донорстве запада вообще хочется пропустить. Так как сразу возникает вопрос чьим сырьевым донором был СССР в эпоху своего лидерства в области добычи сырья и продукции первого передела. Если мы по прежнему продаем сырье и продукцию первого передела по заниженным ценам. То дальнейшее сокращение такого производства благо для будущих поколений населения нашей страны.
4.Теперь о стратегии прорыва. Врядли сегодня можно серьёзно о ней рассуждать. Потому, что:
- то немногое, чем реально располагали отечественные предприятия в области новых технологий, оборудования,идей и товаров до начала реформ в настоящее время утрачено навсегда.
- капитализм это не только частная собственность на средства производства(как утверждали в СССР), но и куча других условий воссоздать, которые невозможно благодаря 80 летней практике Советской власти.Хотя и по поводу образования частной собственности больше вопросов чем ответов(в том числе и у автора статьи).
- кроме того у капитализма есть не только достоинства, но и проблемы на преодоление, которых всем развитым странам(включая Японию) необходимо было время.
- помимо всего капитализм не стоит на месте(в ожидании пока его догонит Россия), а развивается. Соответственно рецепты применяемые другими странами в свое время. Врядли могут привести к аналогичным результатам в наших условиях.
|
| Ignat
| "Re(1):Стратегия прорыва" , Tue 26 Jun 02:16
Хочу начать с предварительных сведений о себе:
- 1955 года рождения;
- имею высшее техническое образование;
- профессиональный программист(программировать начал в 17 лет на первом курсе института);
- в советское время прошел путь от инженера до начальника сектора
- с 1991 г работаю в различных частных коммерческих структурах- занимаясь не только (и нестолько) программированием, а разработкой и внедрением различных проектов с использованием средств вычислительной техники.
Вобщем статья не понравилась, хотя есть отдельные положительные моменты.
Сначала о том, что не понравилось:
1. Преамбула основанная на сплошь "лукавых" цифрах. Если серьезно, то самый тяжелый год социалистической экономики наверное 1989 или 1990 не буду описывать весь крах социалистической системы хозяйствования, его помнит любой кто жил в то время не пользуясь спецраспределителями. А отождествлять затоваренную социалистическую экономику 1991 года с развитой капиталистической наверно не корректно и такие сравнения не приближают нас к истине. Успехи той экономики в основном были не товарными и отражались на повышении жизненного уровня народа очень нелинейно. В техническом отношении все выпускаемые товары, были несовершенны, а с точки зрения мирового рынка безнадежно отсталыми. Причем техническое несовершенство почти всегда сопровождалось низким качеством изготовления. В тех немногих случаях когда отечественным ученным или конструкторам удавалось разработать некие товары не имеющие аналогов на мировом рынке отечественная промышленность не могла обеспечить их массовое производство с нужным качеством ввиду технологической отсталости. Все эти общеизвестные вещи(для каждого кто жил в то время)проигнорированы автором(надеюсь не умышленно) при сравнении экономических успехов 1991 и 2001 годов.
2
|
|
|
